ПЕРВОЕ ЗНАКОМСТВО

Однако я перескочил через одно важнейшее событие в своей жизни. В 1961 году меня буквально потрясли две фантастические новости. Во-первых, я узнал, что капитан Николай Францевич Гастелло был отнюдь не лётчик-истребитель, а был лётчиком-бомбардировщиком! Мне, знавшему, что на почтовой марке, выпущенной в 1940 году и посвященной дрейфу ледокола “Герой Седов”, изображены Все пятнадцать дрейфовавших на нем человек. И все они (в том числе повар и студент-практикант) были удостоены звания Героев Советского Союза, было никак не понять, - как же могло так случиться, что если в самолёте, превращенном волей его пилота в “огненный таран”, было 4 человека, то почему Героем объявлен один? Что у троих других было по несколько жизней? Или их жизни были менее ценными? Я был потрясён!

Ещё большее потрясение вызвало второе открытие. К моему отцу, работавшему в то время народным следователем в Коломенской прокуратуре, пришла вдова нашего земляка - лётчика-бомбардировщика капитана Маслова Александра Спиридоновича.
 
Софья Евграфовна Маслова рассказала отцу следующую историю:
 
Её муж служил в предвоенное время в 207-ом бомбардировочном полку 42-ой авиадивизии Главного Командования в должности командира 3-й эскадрильи. В том же полку, командиром 4-ой эскадрильи был легендарный капитан Н. Ф. Гастелло. Полк располагался на аэродроме “Боровское”, недалеко от Смоленска. С Гастелло дружили семьями. До 26 июня 1941 года полк потерял уже 8 экипажей. На бомбометание дальние бомбардировщики летали без прикрытия истребителями. В семьях была страшная тревога за судьбу родственников. В каждый полёт уходили, как в последний. Вот и в тот день - 26.06.41г., получив боевое задание, Александр Спиридонович забежал на минутку домой - проститься с женой и дочкой Ириной. Жене сказал: “Ты за меня не волнуйся, Я живым немцам не дамся!” Остаться живым не обещал. Обещал “в плен не сдамся!”
 
С того боевого задания не вернулись оба: и Гастелло и Маслов. Полк в тот день начал перебазирование в Брянск. Ничего определенного узнать было невозможно.
 
Через месяц капитану Гастелло было присвоено высокое звание Героя Советского Союза (посмертно); о Маслове никаких известий не было.
 
Жить в авиагородке на новом месте базирования стало бессмысленно; тем более что полк, будучи к концу июля 1941 года полностью уничтоженным, перестал существовать. Поехала на свою родину в Ржев. Когда и над Ржевом нависла угроза оккупации - поехала с дочкой за Урал. Там, уже в 1942 году, получила известие о том, что муж признан “пропавшим без вести”.
 
В 1944 году переехала с дочкой в Коломну -поближе к родителям Александра Спиридоновича, проживавшим в селе Андреевское, расположенном в 20-и километрах от города. Бедствовала жутко. Муж считался полупредателем, пенсию на дочку не давали, родственники мужа помочь были не в состоянии.
 
И вот, 17 января 1952 года из военкомата пришло письмо, в которое была вложена копия сообщения райвоенкома из белорусского городка Ра-дошковичи. Вот его текст:
 
“При перезахоронении останков братских могил погибших воинов Советской Армии в годы Великой Отечественной Войны 1941-1945 гг. в Ра-дошковическом районе обнаружились останки экипажа советского самолёта, героически погибшего 26 июня 1941 г. в боях с немецко-фашисткими захватчиками в районе м. Радошковичи Молодеченской области БССР.
 
Среди них капитан Маслов Александр Спиридонович, 1907 года рождения, уроженец Московской области, Коломенский район, село Андреевское.
 
По показаниям местных жителей героический экипаж вел мужественный бой с немецко-фашистскими стервятниками, но, будучи повреждён, уже горящим повел свой самолёт в немецкую колонну войск, двигавшихся в г. Минск.
 
Останки героически погибшего экипажа самолёта перенесены в центр м. Радошковичи и похоронены в сквере в братской могиле с отданием воинских почестей”.
 
Далее Софья Евграфовна сказала отцу, что, получив это известие, она посчитала, что муж её, -капитан Маслов А.С. совершил точно такой же подвиг, как и Гастелло Н. Ф., а потому обратилась с просьбой в Верховный Совет СССР о присвоении её мужу такого же звания, как и Гастелло. Но ответа никакого не получила.
 
Думая, что может быть, она что-то не так написала, она попросила помочь ей юридически правильно составить обращение в Президиум Верховного Совета СССР.
 
Отец ей тогда помог, а всю историю рассказал мне. Сделать тогда что-либо самим для вдовы капитана Маслова не было никакой возможности. Оставалось только ждать и думать, “чем все это закончится?” Закончилось всё тем, что Софья Евграфовна получила ответ, в котором говорилось: “Присвоить звание Героя за давностью не можем”. Важным было то, что сам факт подвига под сомнение не ставился!

 

 

загрузка...