РАЗГРОМ ШЕСТНАДЦАТОГО ГОДА — bibliotekar.kz - Казахская электронная библиотека



 РАЗГРОМ ШЕСТНАДЦАТОГО ГОДА

(По новым сведениям)
 
Всем известно, что 1916 год вписан в казахскую историю черным цветом. Но есть много еще неизвестных фактов. Например, одного из вождей восстания в Тургае — Абдуга-фара Жанбосынова внесли в список палачей, убивших Аман-гельды. И в архивных данных, и в устах народа правда одна. Абдугафар был выбран эмиром (не ханом) казахов кипчакского рода, Амангельды был его военачальником. Оспан Шолаков возглавлял волостных аргынского рода.
 
В 1917 г. эти трое и Ахмет Отетлеуов, Омар Тынымов и Байкадам Каралдин были арестованы как организаторы восстания. От казни их спасло только падение царя и амнистия Временного правительства от 6 марта 1917 г.
 
ЦГИА. Ленинград. Ф. 1405. Оп. 520. Д. 957. Л. 57
 
В Семиречье восстание возглавил не побоявшийся взять всю вину на себя старец Бекболат Ашикеев. Кроме Алиби Джангильдина никто из казахской интеллигенции не возглавлял восстание непосредственно. В самом начале восстания их арестовало царское правительство. В 1916 г. восстание возглавили храбрые выходцы из народа...
 
...Причиной восстания стал приказ царского правительства о призыве мужчин в возрасте от 19 до 31 года на фронты Первой мировой войны. Сколько людей погибло во время кровавого побоища? Почему в 1916 г. против царской власти поднялись только казахи? Почему не воспротивились этому русские, казаки, живущие в Казахстане? Где революционное “сознание” рабочего класса?
 
Когда-то М. Дулатов и другие граждане говорили, что в этом восстании погибло более 30 тыс. человек. По архивным данным, в декабре 1916 г. социалист, депутат IV Государственной Думы А. Ф. Керенский говорил, что резню 1916 г. от начала и до конца организовало царское правительство.
 
Таким образом, истину раскрывали не советские историки, а “алашордынец” М. Дулатов и эсер А. Ф. Керенский.

 

Остановимся подробнее на речи А. Ф. Керенского (депутата Саратовской губернии) на закрытом заседании IV Государственной Думы 13 декабря 1916 г. Он подтверждал свои слова документами и лично проверил дело. Разумеется, он рассматривал дело не с точки зрения колониальных народов, а с точки зрения политики царской России. Он замечает “... господа, Туркестан и степные области киргизов (казахов. — А.Т.), конечно, не Тульская или Тамбовская губернии. Как англичане относятся к своим колониям, так и мы должны относиться к ним”.

(Государственная Дума. Стенографический отчет.
Созыв 4. Сессия 5. Петроград, 1916. С. 99).
 
Понятно, что Керенскому не жаль казахов и другие колонии, но все же он раскрывает в некотором роде истину. Депутат-оппозиционер объясняет, что именно незаконные действия царского правительства превратили вчерашний мирный регион в эпицентр катастрофы. Остановился и на влиянии экономических убытков на многие области России и на людских потерях. По данным Керенского, в мирном крае было две-три тысячи русских и “много десятков тысяч” казахов. “Я считаю единственной причиной событий — высокий приказ (от 25 июня 1916 г.)”, — Керенский не против “реквизиции”, он лишь сожалеет о ее неправильном проведении. Во время мобилизации 60-летних старцев-бедняков записывали как 30-летних, а 25—30-летние байские сынки проходили как 50-летние. Он возмущен взяточничеством и не скрывает, что на обострение ситуации повлияла варварская политика царского правительства.
 
Но социал-демократ не мог скрыть своих целей. Он требует только осуществления нового вида управления краем (Туркестаном), он и не помышлял об их независимости или отделении в качестве автономии. Далеки были от этой мысли и русская партия кадетов, и Керенский, и меньшевик Чхеидзе. Потому А. Букейханов вышел из кадетов, М. Чокай потерял веру в меньшевиков. Интересы казахской национальной автономии соблюдала только партия “Алаш”.
 
Все же как относились вожди казахской интеллигенции к народному восстанию? Они не одобряли вооруженного восстания против царя, чувствуя, что народ понесет огромные потери, не выдержав натиска вооруженной царской армии. Но невозможно было остановить разбушевавшуюся стихию — восстание народа.
 
Одним словом, вожди гражданского движения отделились от стихийного народного восстания. Жизнь доказала верность их предположения: народ пережил еще одну резню, а 27 февраля 1917 г. пала царская власть. Не учитывая этих обстоятельств, последующие исследователи утверждают, что представители “Алаша” в 1916 г. поддерживали царя, даже подавляли восстание.
 
А когда восстание проиграли, и казахи отправились копать окопы, А. Букейханов и другие представители казахской интеллигенции (преподаватели, юристы, др.) отправились на фронт. Это проявление настоящего патриотизма, ведь без этого еще неясно, вернулись бы неграмотные казахи, не знающие русского языка, на родину. Для этого обратимся к положению казахов, которые рыли окопы.
 
Осенью 1916 г. проигравший народ покорился и отправил парней в возрасте от 19 до 31 года рыть окопы. Из них составили “инородческие рабочие партии” — ИРП.
 
Рабочие казахи были отправлены на Западный фронт, а мангистауцы — на Кавказский фронт. Было нелегко набрать рабочих. Например, по информации 20 декабря 1916 г., заметен недобор людей. По Уральской области мобилизовали на 14 157 человек, по Тургайской области — на 25 737 человек меньше. Это число не входит в 90 тыс., набранных из Туркестана, в ту группу входили казахи Семиреченской и Сырдарьинской областей. Набор людей проходил не очень успешно в обоих уездах Тургайской области: из Иргизского уезда набрали всего 74 человека, с Тургайского уезда — 15 человек (информация от 3 января 1917 г.). Таким образом, если до 90 тыс. человек были узбеками, казахами, туркменами, таджиками Туркестана, надо еще выяснить, сколько людей набрали из Тургая, Уральска, Семипалатинска, Акмолинска, Букеевской орды и Мангистау. 2 июля 1916 г. генерал-губернатор Сухомлинов сообщил, что из Акмолинской области набрано 26 тыс. человек. В Семипалатинской области должны были набрать около 50 тыс. человек. По графику от 25 сентября по 19 декабря из Акмолинской области должны были набрать не 26 тыс., а до 42 800 человек.
 
(ЦГА. Ф. 369. Оп. 1. Д. 6077. Л. 318).
 
Как бы они ни старались, план не выполнялся. Например, 18 ноября 1916 г. с Акмолинской области отправили 5 319 человек, а 18 февраля 1917 г. — 64 515 человек. Получается, что с Акмолинска отправили не 26 тыс. человек, а как минимум 64 515 человек, если не учитывать 5 319 человек, отправленных 18 ноября, еще больше. Из Мангистау набрали 3000 человек.
 
(ЦГА. Ф. 40. Оп. 1. Д. 1080. Л. 10—11).
 
Такова картина по каждой области:
 
Туркестанский край — 90 тыс. человек (не все казахи).
 
Семиреченская область — 50 тыс. человек.
 
Акмолинская область — 69 834 человек.
 
Мангистау — 3 тыс. человек.
 
Уральская область — неточные данные.
 
Тургайская область — 50 тыс. человек.
 
Всего: 262 834 человека.
 
Не учитывая Уральской области и Букеевской орды, можно сказать, что из Казахстана и Средней Азии было реквизировано более 250 тысяч человек.

Такенов А. Разгром шестнадцатого года //
История казахов. 1993. № 1.