Главная   »   Гражданско-правовая охрана объектов промышленной собственности в Республике Казахстан. Т. Каудыров   »   1.2.3. Признаки интеллектуальной собственности как объекта гражданских прав
загрузка...


 1.2.3. Признаки интеллектуальной собственности как объекта гражданских прав

Имеется законодательная и практическая потребность нахождения сходства и различий объектов интеллектуальной собственности и вещных прав, а также объектов права собственности.
 
В последнее время категория вещных прав как родовая к более известной советским цивилистам категории права собственности активно реанимируется и поэтому вызывает пристальный интерес казахстанских [65; 66; 67] и российских [68; 69] ученых-цивилистов.
 
Труды казахстанских ученых по этому вопросу очень основательны и позволяют выявить наиболее принципиальные черты вещных прав [70].
 
Постараемся сравнить эти категории и выявить признаки, характеризующие исследуемые нами правовые конструкции как объекты гражданских прав.
 
М. К. Сулейменов отмечает, что понятие вещных прав неразрывно связано с такими понятиями, как вещь, имущество, объект правоотношения, имущественные правоотношения и другие [71].
 
Вещные права являются разновидностью имущественных прав, объектом вещного права является вещь как разновидность имущества, в основе понятия объекта правоотношения лежат вещи и имущественные блага. Напротив, права интеллектуальной собственности прежде всего связаны с такими объектами гражданского права, как права и обязанности, личные неимущественные права, правоотношения по поводу результатов творческой деятельности.
 
На наш взгляд, в систематизированном и выделенном виде коренные особенности и характерные признаки прав интеллектуальной собственности как объектов гражданских прав выглядят следующим образом:
 
1. Бестелесность и идеальность (нематериальность).
 
2. Абсолютный характер права.
 
3. Охраняемость прав в случаях, строго установленных законом.
 
4. Территориальная и временная ограниченность действия прав.
 
5. Многообразие возможностей защиты прав.

 

6. Специфическая форма закрепления прав и состояния присвоенности объекта.
 
Рассмотрим выявленные признаки более подробно.
 
Бестелесностъ и идеальность объектов права интеллектуальной собственности означает прежде всего их нематериальный вообще и неимущественный (в гражданско-правовом смысле) характер.
 
Вещные права и объекты права интеллектуальной собственности различаются главным образом по этому признаку. Объект вещных прав есть всегда индивидуально-определенная вещь, тогда как объект права интеллектуальной собственности — это комплекс неимущественных и связанных с ними имущественных прав. Для субъекта указанного права менее важны материальные воплощения его идей (книги, фильмы, изобретения и пр.), чем закрепленные на законном основании исключительные права по их использованию.
 
Бестелесность прав и обязанностей по сравнению с конкретными вещами не вызывает сложности в понимании, ведь права — нематериальная категория. Добавим для большей убедительности такие особые свойства объектов интеллектуальной собственности, как ненужность повторного создания объекта для нового или неоднократного использования; отсутствие присущих вещам понятий амортизации, утраты свойств, старения, износа.
 
Она (бестелесность) означает, что для принципиальной возможности выступления данных явлений в качестве объектов гражданских прав не имеет значения способ материального воплощения задуманного. Бестелесность есть характеристика формы выражения и состояния объектов права интеллектуальной собственности.
 
Идеальность рассматриваемых объектов, по нашему мнению, не сводится к бестелесности и требует отдельного пояснения. Она выражает источник возникновения прав более, чем форму их воплощения. Объекты авторского права, так же как и изобретения, промышленные образцы, селекционные достижения и ноу-хау есть идеальные решения тех или иных нравственных, социальных, логических, научно-технических или художественно-конструкторских задач.
 
Идеальность или идеальное решение означает в той или иной степени завершенное разрешение таких задач в результате мыслительной, умственной деятельности. Задача решается сначала в мозгу человека, а только затем воплощается в конкретные книги, фильмы, изделия, устройства, вещества, способы и пр.
 
Конечно же, признак идеальности присутствует в разной степени в различных объектах. Например, в художественных произведениях он проявляется более четко, чем в изобретениях, реальность воплощения которых есть одно из условий для предоставления им правовой охраны. В средствах индивидуализации участников гражданского оборота, их товаров и услуг признак идеальности почти не проявляется и сводится к идеальности закрепляемых прав. Однако нет объекта интеллектуальной собственности, не содержащего признак идеальности. В противном случае он превращается в традиционный объект вещного права.
 
Абсолютный характер прав интеллектуальной собственности есть первый общий для вещных прав и рассматриваемых объектов признак [72; 73]. Все третьи лица обязаны признавать вещные права и права интеллектуальной собственности и не мешать правообладателям в их осуществлении. Как правильно отмечает Л. В. Щенникова [74], эта обязанность пассивная, но в случае ее нарушения возникает право предъявления вещного иска. Последнее, однако, справедливо только для вещных прав. Реакцией на нарушение права интеллектуальной собственности может быть не виндикационный или негаторный иски, а обязательственный или деликтный иски.
 
Абсолютный характер прав на объекты интеллектуальной собственности имеет свои особенности в степени абсолютности, если можно так выразиться. Это как бы абсолютность с исключениями, не характерными для обычных вещей.
 
Особенность объектов интеллектуальной собственности состоит в том, что предоставление или приобретение исключительного права на объект творчества означает для третьих лиц, других участников оборота наличие монополии на определенном направлении науки и техники, зачастую препятствующей их изысканиям и работам в этом же направлении.
 
Мы хотим Обратить внимание на монополизм именно на определенном (широком или не очень) направлении науки и техники. Например, разработка принципиально нового полимера заставляет всех разработчиков полимеров данной группы считаться с правами более раннего патентообладателя на использование достигнутых последним результатов. В литературной деятельности это необходимость указания имени автора и источника заимствования, а в патентной области может дойти до заключения лицензионного соглашения.
 
Различие с абсолютным характером права на конкретный объект собственности; налицо - в последнем случае рядом могут сосуществовать собственники множества подобных или однородных вещей. Подобного имеющемуся нового произведения или изобретения не бывает. Каждый из этих объектов уникален в смысле своей оригинальности или новизны.
 
С другой стороны, из авторско-правовой и патентной монополии, а следовательно, и из принципа абсолютности прав, есть множество исключений. В авторском праве — это все законные случаи использования чужих произведений без согласия автора в личных, информационных, обучающих, научны целях. В патентном праве — это все случаи использования решения, охраняемого патентом, без заключениях автором лицензионного договора в личных, научных, медицинских, транспортных и др. целях.
 
Охраняемость прав в случаях, строго, установленных законом, есть, по нашему мнению, второй признак сходства прав интеллектуальной собственности с вещными правами. М. К. Сулейменов называет этот признак для вещных прав как “установление их законом” [75].
 
На наш взгляд, слово “установление” не очень подходит к нашим объектам, так как может навести на мысль, что объекты интеллектуальной собственности возникают только в случаях, установленных законом. Более важным, на наш взгляд, является вопрос, будут ли охраняться результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, появившиеся в результате развития науки, техники, торговли, охрана которых в законодательных актах не предусмотрена? Предоставление охраны мы склонны для краткости называть “охраняемость прав”.
 
Охраняемость прав в случаях, строго установленных законом, не означает, что возникновение конкретного объекта интеллектуальной собственности, например, художественного произведения, нового промышленного образца, изобретения и пр., должно быть предопределено нормативными актами. Результат творчества появляется в процессе человеческого творчества, а не по какому-либо указанию. Однако по ст. 125 ГК РК исключительное право на результаты интеллектуальной творческой деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации возникает у гражданина или юридического лица только в случаях и в порядке, установленных Гражданским кодексом и иными законодательными актами.
 
Конкретизация таких “случаев и порядков” содержится в Особенной части ГК РК, в частности, в разделе V, однако сам принцип остается - не упомянутые в ст. 961 ГК РК результаты интеллектуальной творческой деятельности и средства индивидуализации участников гражданского оборота, товаров, работ или услуг не охраняются законодательством. Причем перечень возможных объектов из двух указанных классификационных групп не является исчерпывающим, то есть возможность появления в будущем новых объектов не исключается, но нормы о них должны быть внесены в ГК или иной законодательный акт.
 
Действие указанного признака наблюдается в настоящее время в правовой реальности ряда стран мира, в частности, Казахстана и России в отношении так называемых доменных имен или наименований адресов в Интернете.
 
Эти объекты очень схожи с товарными знаками и знаками услуг, так как многие сайты (страницы) в Интернете являются вывесками электронных магазинов или иных коммерческих предприятий.
 
Отличительной особенностью доменов является их действие не в режиме реального времени и не в физическом пространстве стран и континентов, а в кибернетическом пространстве мировой информационной “паутины”. Национальные законы в таком пространстве, как известно, не действуют.
 
Происходит множество столкновений владельцев доменов и одноименных товарных знаков. Однако к большинству таких случаев нормы об охране объектов интеллектуальной собственности неприменимы главным образом потому, что доменные имена не упомянуты в ГК или иных законодательных актах как объекты права интеллектуальной собственности. Следовательно, невозможно выявить права и обязанности их владельцев и, соответственно, их соотношение с правами владельцев прав на иные объекты права интеллектуальной собственности.
 
Особо следует отметить строго территориальный характер и временную ограниченность действия права интеллектуальной собственности на все без исключения объекты.
 
Право на интеллектуальную собственность признается только в стране ее происхождения. В остальных странах это право не защищается и произведение, изобретение или средство индивидуализации может быть использовано третьими лицами без ограничений или же будет защищено только при наличии международного соглашения в виде двустороннего договора или многосторонней конвенции.
 
Как правильно отмечает И.У. Жанайдаров, в соответствии с казахстанской концепцией (п.5 ст. 188 FK РК) право собственности бессрочно, оно не может возникать под условием его временности [76]. Напротив, право интеллектуальной собственности изначально возникает как временное право. Причиной этому упомянутый нами выше монопольный характер рассматриваемых прав.
 
Законодательство абсолютного большинства стран стремится ограничить монополию на объект права интеллектуальной собственности или свести ее негативный эффект до минимума. Не стало исключением и наше законодательство.
 
Закон об авторском праве РК устанавливает срок действия авторских прав в течение всей жизни автора и 50 лет после его смерти; смежные права действуют 50 лет с момента первого исполнения или передачи; Патентный закон РК устанавливает пятилетний срок действия предварительных патентов на изобретение и промышленный образец и патента на полезную модель, двадцатилетний срок действия патента на изобретение. Особенная часть ГК устанавливает принцип срочности действия исключительных имущественных прав для всех объектов интеллектуальной собственности.
 
При этом важно обратить внимание, что личные неимущественные права на результаты интеллектуальной деятельности действуют бессрочно. К примеру, истекли сроки правовой охраны авторских прав Абая и А. Пушкина, но право на неприкосновенность их произведений и другие личные неимущественные права действуют сейчас и будут действовать вечно.
 
Многообразие возможностей защиты прав является также признаком, различающим вещные права и права интеллектуальной собственности.
 
Для вещных прав характерен абсолютный характер их защиты от посягательств любого лица, причем с помощью специфических средств, называемых виндикационный и негаторный иски, объединяемых общей категорией вещно-правовых [77]. Наиболее четко это свойство выражено у Г.Ф. Шершеневича: “ Объектом вещных прав является вещь в материальном значении слова. Этим признаком обуславливается природа вещных прав, возможность вытребовать вещь из чужого владения, притом натурою, а не в виде вознаграждения” [78].
 
Для объектов права интеллектуальной собственности данное свойство совершенно не характерно, и исследователи даже выделяют самостоятельный отличительный признак — невозможность виндикации таких объектов [79]. Это и естественно, если учесть выделенные нами признаки, характеризующие объект права интеллектуальной собственности как идеальный и бестелесный.
 
Вместе с тем как любые другие субъективные гражданские права рассматриваемые объекты охраняемы, причем не одним каким-либо видом исков, а почти всей системой мер защиты гражданских прав. Среди судебных исковых форм защиты таких прав можно выделить обязательственно-правовые и деликтные иски.
 
Например, по нашему мнению, из действующих норм новейшего патентного законодательства Казахстана видны по крайней мере три категорий споров.
 
Первую из них составляют споры, вытекающие из договоров на использование объектов промышленной собственности; вторую — споры по поводу неиспользования в течение определенного времени объекта промышленной собственности, о праве преждепользования и послепользования, о порядке пользования наименованием места происхождения товара; третью — споры по поводу нарушений исключительных прав патентообладателей и владельцев регистраций товарных знаков.
 
При этом, на наш взгляд, вторая и третья категории Споров вытекают не из договоров, а из недоговорных обязательств, так как трудно предположить Наличие договорных отношений в случае одностороннего неисполнения обязанности или при нарушении прав патентовладельцев.
 
Специфическая форма закрепления прав и присвоенности объекта также отличает права интеллектуальной собственности от вещных прав.
 
М.К. Сулейменов обнаружил характерный для прав Республики Казахстан еще не названный в литературе признак вещного права, выражающийся в том, что “...обладатель вещных прав должен обладать правомочиями владения, пользования и распоряжения. Причем в различных видах вещного права правообладатель обладает разным набором правомочий"[80].
 
Полностью соглашаясь с автором, отметим, что по данному признаку исследуемые нами объекты очень сильно отличаются от традиционных вещей. Именно это отличие заставило юристов прошлых веков придумать совершенно отличный от классической римской триады инструмент присвоенности прав на объекты интеллектуальной собственности, названный исключительным правом.
 
Это отличие Особенно хорошо видно при сопоставлении правомочий собственника вещи (ст. 188 ГК РК ) и субъекта права интеллектуальной собственности.
 
Собственнику вещи принадлежит право владеть, пользоваться и распоряжаться ею. Применительно к объекту интеллектуальной собственности эти правомочий приобретают определенную специфику.
 
Так, если вещью пользуется только собственник или управомоченный им узкий круг лиц, то материализованной идеей — объектом права интеллектуальной собственности — имеют возможность пользоваться миллионы людей, неограниченный круг лиц. Например, миллионы людей во всем мире приобрели изобретение — игру “кубик Рубика” и одновременно его используют.
 
Есть существенные отличия и в правомочии владения, понимаемого для вещей как осуществление фактического обладания ими. В отношении объекта интеллектуальной собственности это правомочие вообще теряет смысл, поскольку невозможно одному человеку обладать идеей как монополией. Если она высказана или материализована, то уже принадлежит всем, неограниченному кругу лиц.
 
Распоряжение объектами интеллектуальной собственности возможно, но отличается от осуществления этого же правомочия в отношении вещи тем, что, отчуждая вещь, собственник теряет ее, получая взамен деньги или другую вещь. Отчуждая же права на объект интеллектуальной собственности одному лицу, правообладатель может оставить за собой возможность произвести еще бесчисленное количество таких же отчуждений другим лицам, а также право пользоваться этим объектом самому.
 
Более подробная характеристика исключительного права как состояния присвоенности прав интеллектуальной собственности будет нами дана отдельно. Пока лишь отметим, что ст. 964 ГК РК устанавливает, что исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации признается имущественное право их обладателя использовать объект интеллектуальной собственности любым способом по своему усмотрению. Использование объекта исключительных прав другими лицами допускается только с согласия правообладателя.