Главная   »   Участие казахстанцев в завершающих..   »   88-я стрелковая дивизия и казахстанцы из других соединений в боях на территории Восточной Пруссии


 88-я стрелковая дивизия и казахстанцы из других соединений в боях на территории Восточной Пруссии

 

 

Семь веков хозяйничали немецкие захватчики на древних славянских землях Южной Прибалтики. Часть местных племен они истребили, и лишь географические названия напоминали об их существовании. Другие за это время были онемечены, утратили свой язык и культуру. В частности, земля, некогда заселенная пруссами, со временем превратилась в гнездо милитаризма, откуда угроза агрессии и порабощения постоянно висела над Польшой, Литвой, Латвией, Эстонией, Белоруссией и Россией, Отсюда же, из Восточной Пруссии, в начале Великой Отечественной войны двинулась группа армий «Север». Но «блицкриг» провалился, и война вернулась туда, откуда вышла.
 
Овладеть Восточной Пруссией было не просто. Враг имел здесь многочисленную группировку войск, веками совершенствовавшуюся систему крепостей и полевых укреплений, использовавших выгоды лесисто-болотистой местности. Противник считал свои позиции неприступными и надеялся не просто отсидеться до конца войны, но отвлечь на себя значительные силы Советской Армии и тем облегчить вермахту оборону на центральном, варшавско-берлинском, направлении. Советские войска еще раз доказали, что неприступных крепостей не бывает.
 
Из казахстанских войсковых формирований в Восточно-Прусской операции приняла участие 88-я стрелковая Витебская Краснознаменная дивизия (командир полковник А. А. Кузенный, с 26 января полковник И. С. Лобанов, с 14 апреля полковник А. П. Мельцев, с 28 февраля генерал-майор Н. С. Самохвалов, заместитель комдива по политчасти подполковник И. И. Попков. Она вступила в пределы Германии в конце Белорусской операции и с того времени вела бой у г. Гольдап (Голдап).
 
Перед 88-й дивизией и другими соединениями 31-й армии, оборонявшейся на левом фланге 3-го Белорусского фронта, расстилались знаменитые Мазурские озера, между которыми располагалось множество болот и густые лесные массивы. Все доступные для передвижения участки местности перекрывали долговременные сооружения укрепленного района «Летцен». План операции, учитывая это, поставил перед армией задачу в начале наступления сковать противостоящего врага, а после того, как главная группировка фронта взломает оборону гитлеровцев на инстербургско-кенигсбергском направлении, двинуться вперед, в направлении Летцен (Гижицко)—Ландсберг (Гурово-Илавецке) и далее, к берегу моря.
 
Наступление началось 13 января и развивалось успешно. В ночь с 21 на 22 января после 30-минутной артиллерийской подготовки части 88-й дивизии атаковали вражеские позиции на высотах у Фридрихсхафена, южнее Гольдапа. Два полка противника, оборонявшиеся на этом участке, пытались удержаться, но не смогли и стали отступать. Сбили врага со своих позиций и соседи. Наладив с ними взаимодействие, дивизия к полудню 24 января выбила противника из Ангербурга и продолжала его преследование. Через два дня пали Дренфурт и промежуточный рубеж обороны у Резауэр-зее.
 
Выдвинув вперед 758-й полк, дивизия свернула остальные части в колонны и устремилась на запад. За 12 дней с боями, временами тяжелыми, было пройдено около 120 км. Утром 2 февраля авангардные подразделения 88-й и 331-й дивизий подошли к г. Ландсбергу, одному из мощных узлов сопротивления укрепленного района «Хейльсберг». Враг планировал долго держаться здесь, но передовые подразделения двух советских дивизий внезапным ударом к 15 часам захватили город.
 
Отступая, фашисты бросили 1700 своих раненых. Для их лечения санитарный отдел армии выделил полевой госпиталь и несколько хирургических групп усиления, а воины 88-й дивизии отдали раненым вермахта и жителям города свой двухдневный сухой паек. Все это было проделано без громких слов в первый день после взятия города и помогло многим утолить голод, а некоторым раненым немецким солдатам спасло жизнь. Так поступали советские люди.
 
Со взятием Ландсберга не только ухудшилось положение вражеских войск, оборонявшихся южнее и восточнее города. По сути, вопрос шел о судьбе одной из трех группировок группы армий «Центр», воссозданной фашистами после ее разгрома летом предыдущего года. Теперь, в начале февраля 1945 г., выход войск 2-го Белорусского фронта к Балтике севернее Эльбинга (Эльб-лонг) у Толькемита (Толькмицко) отрезал ее от основных сил вермахта, а удары 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов рассекли ее на три группировки: земландскую, кенигсбергскую и хейльсбергскую. Взятие советскими войсками Ландсберга грозило дальнейшим дроблением последней, и потому враг уже 3 февраля предпринял первые четыре контратаки на участке 611-го стрелкового Минского ордена Александра Невского полка подполковника Садковского. Контратаки были отбиты, но все поняли, что предстоят жаркие бои. 
 
4 февраля труднее всех пришлось 1-му батальону 758-го стрелкового полка, который занимал оборону у с. Айхен. Немецкая пехота шла под прикрытием четырех штурмовых орудий, а у наших артиллеристов еще накануне вечером кончились снаряды. Тогда артиллеристы капитан Сидоренко Василий Дмитриевич и лейтенант Князев Константин Алексеевич выкатили на открытую позицию трофейную 105-мм пушку и несколькими выстрелами подбили штурмовые орудия. Это облегчило и отражение пехоты.
 
Пять контратак отбил в этот день 611-й полк; удержал свои позиции и 426-й полк. Но на следующий день, не считаясь с потерями, враг потеснил 426-й полк к пос. Пайстен и вскоре взял его, охватив Ландсберг и обе советские дивизии с востока. Фашистам удалось прорваться на левом фланге 331-й дивизии и подойти к г. Грюнвальде (Зеленица), где находились тылы обеих дивизий.
 
Над домами, занятыми 288-м медсанбатом под госпиталь, висели издалека заметные белые флаги с красным крестом. Это, однако, не остановило врага: штурмовые орудия открыли по зданиям огонь. Дивизионный врач Д. Д. Арнольди, командир медсанбата А. Я. Ковыр-шин, хирург А. А. Сытников и начальник штаба (он же секретарь парторганизации) медсанбата старший лейтенант П. П. Квочкин по рации доложили в штаб дивизии о появлении противника, отправили первую группу — около двухсот раненых — в тыл, а с теми, кто мог держать в руках оружие, приняли бой.
 
Силы были явно неравными. В ожесточенной схватке погибли многие, в том числе и бывший преподаватель Семипалатинского педучилища и депутат Октябрьского райсовета города Семипалатинска Пантелеймон Пантелеймонович Квочкин. Но и после этого группа раненых и медсанбатовцев, засевшая в подвале одного из зданий, продолжала драться. Спасся только один — шофер алмаатинец С. И. Герасимов.
 
Фашисты зверски расправились с советскими ранеными, а медиков, способных двигаться, погнали на север. Спастись удалось единицам. Так попирали международные конвенции о правилах ведения войны и обращения с пленными и ранеными солдатами противника фашисты. Ответом на бесчеловечность врага мог быть только его полный разгром.
 
Со взятием Грюнвальде враг поставил под угрозу окружения части 88-й и 331-й стрелковой дивизий. Вскоре кольцо замкнулось, но ни одно из атакованных подразделений не оставило своего рубежа, никто не дрогнул.
 
Хорошо действовали в те дни бойцы и командиры 221-го отдельного батальона связи капитана Ярового Георгия Алексеевича. Уроженец Талды-Кургана, он со дня формирования служил в соединении. Вначале телефонистом, затем командиром взвода, роты и, наконец, батальона связи. Под Ландсбергом батальону пришлось не раз вступать в бой в качестве стрелкового подразделения. И новые боевые задачи он выполнял так же хорошо, как и свои привычные. Связисты особенно отличились во время деблокады, за что батальон получил орден Красной Звезды, а его командир — орден Отечественной войны 2-й степени .
 
Выход из окружения командование корпуса и армии намечало осуществить одновременным ударом изнутри и извне. Гитлеровцы предвидели это и сделали всё, чтобы до прибытия деблокирующих сил уничтожить части, зажатые в кольцо. Но свои замыслы враг осуществить не успел: к 13 час. 7 февраля кольцо окружения было разорвано, а к вечеру восстановлена линия фронта, существовавшая до контрудара противника.
 
Все более упорные и кровопролитные бои развертывались северо-западнее Ландсберга у господского двора Пеллен и небольшого поселка при нем. Напряженная борьба рождала новых героев, проявлявших стойкость и находчивость. 28 февраля минометная рота 2-го стрелкового батальона 758-го полка израсходовала около 900 мин, а враг продолжал наседать. Парторг роты лейтенант Журавлев Антон Васильевич предложил воспользоваться трофейными минами, и до конца боя минометчики выпустили по врагу еще 600 немецких мин.
 
Отличился в тот день и расчет пулемета коммуниста Ширяева из того же батальона. Заместитель командира батальона по политчасти Пивоваров написал о нем листовку-молнию и отправил ее по цепи. Через некоторое время он получил ответ: «Товарищ старший лейтенант! Прочитав листок-молнию об успешных и отважных действиях пульрасчета коммуниста Ширяева, мы гордимся нашими боевыми товарищами, желаем им дальнейших успехов. Будем действовать, как действовал пулеметный расчет Ширяева. Сообщаем, что сегодня мы отбили успешно две контратаки противника, при этом уничтожили до двух десятков вражеских солдат… Дроздов, Чернявский, Журавлев».
 
Авторы записки сдержали слово, помогли пехотинцам захватить высоту 142,3 и на ней семь вражеских пушек. При отражении контратаки расчет Дроздова затащил пулемет в каменное здание и своим огнем отсек пехоту противника от его штурмовых орудий. Когда фашисты стали отступать, Дроздов выбежал из здания и захватил двух гитлеровцев в плен. Пивоваров написал новую листовку-молнию, теперь уже о боевых делах Дроздова, Чернявского и Журавлева. Так оперативная информация о подвигах совершенных рождала новых героев.
 
Бои у Пеллена носили кровопролитный характер, но покидали строй только тяжелораненые. Все, кто чувствовал в себе силы, под всяческими предлогами отказывались от госпитализации и оставались среди боевых друзей. Так, командир стрелковой роты 758-го полка стар-шый лейтенант Пивкин Петр Афанасьевич сказал: «У меня уже пятое ранение, и я знаю, что для раны требуется свежий воздух, да и душевного спокойствия побольше. А на душе спокойнее становится, когда видишь своими глазами, как фашист падает, сраженный твоей пулей».
 
Противник упорно оборонялся, однако превосходство советских воинов в боевом и морально-психологическом отношении постепенно брало верх. Вслед за Пелленом, взятым 426-м полком 15 марта, пал Лаутербах. 17 марта была перерезана дорога Дойч-Тирау (Иванцово) — Лен-хефен, а еще через три дня 88-я дивизия подошла к восточным окраинам г. Хейлигенбайля (Мамонов). Путь к городу преградила р. Иарфт, превращенная гитлеровцами в мощный рубеж обороны, и потому первая попытка форсировать ее с ходу не увенчалась успехом. Только подтянув артиллерию и лучше изучив оборону противника, 758-й и 426-й полки дивизии на следующий день переправились через реку и захватили первую, а на некоторых участках и вторую траншеи. 25 марта Хейлиген-байль был взят. На подступах к нему отличились старший лейтенант Сакулин Виктор Васильевич, артиллеристы старшего лейтенанта Борисова, пулеметчик П. К. Крапивин, связист Е. Ковальский. Дважды встречается фамилия рядового Альмуханова, стрелка 426-го полка. Он первым поднялся в атаку, умело разил фашистов. Подразделение снова пошло вперед, и Альму-ханов гранатами уничтожил пулемет и трех автоматчиков. После боя ротная парторганизация приняла его кандидатом в члены партии.
 
Крупный успех был достигнут 26 марта: в 3 час. 2-й батальон 758-го стрелкового полка, а затем и другие подразделения и части выбили врага из г. Розенберг (пос. Краснофлотское) и столкнули его остатки в волны залива Фришес-Хафф (Вислинский залив). Всего на берегу моря враг оставил 1 250 трупов, 892 пленных, 4 танка, 15 самолетов, 75 орудий и много другого оружия. Командир 71-го стрелкового корпуса генерал-майор С. А. Князьков объявил дивизии благодарность и представил ее командира генерал-майора Самохвалова Никиту Сергеевича к ордену Суворова 2-й степени. 14 июня 1945 г. Президиум Верховного Совета СССР утвердил представление. Всего же только за мартовские бои орденами и медалями был отмечен ратный труд 388 солдат и сержантов и 122 офицеров дивизии.
 
На территории Восточной Пруссии сотни казахстанцев сражались в составе частей и соединений, сформированных за пределами республики.
 
Генерал-майор Мышкин Андрей Александрович, уроженец Алма-Аты, 20-ю стрелковую Барановическую дважды Краснознаменную ордена Суворова 2-й степени дивизию принял 27 января 1945 г. на марше. Ее полки подходили к р. Алле (Лава), должны были форсировать ее и вместе с другими дивизиями овладеть г. Фридланд (Правдинск). Задача была выполнена. Дивизия успешно преодолела р. Пасмар и к 15 февраля очистила от гитлеровских войск около 30 населенных пунктов. Генерал Мышкин стал кавалером ордена Кутузова 2-й степени.
 
Гребнев Андрей Феоктистович, сын чапаевца из Уральска, начал войну лейтенантом и командиром роты, а к Восточно-Прусской операции он уже был Героем Советского Союза (за отвагу при форсировании Днепра и освобождение Белоруссии), полковником и командовал 17-й стрелковой Бобруйской Краснознаменной дивизией. Когда советские войска отрезали от основных сил вермахта 30 дивизий и рассекли их на три группировки, дивизия Гребнева выдержала сильнейший удар одной из них, пытавшейся пробиться к низовьям Вислы. Враг окружил тогда 17-ю дивизию, но с помощью подоспевших кавалеристов она прорвала кольцо и отбросила врага. Полковник Гребнев, умело организовавший бой, был удостоен ордена Суворова 2-й степени.
 
В Восточной Пруссии 15 февраля 1945 г. погиб полковник Газиз Лукманов. Бывший батрак из Джангалин-ского района Уральской обл. перед войной возглавлял политсектор Черкасского облвоенкомата, а в мае 1943 г. прибыл в 130-ю стрелковую дивизию на пост заместителя ее командира по политчасти. И в том, что в центральные районы Восточной Пруссии дивизия пришла с почетным наименованием «Таганрогская» и с орденами Ленина, Красного Знамени и Суворова 2-й степени на своем знамени, была немалая заслуга и полковника Лукианова. В нем, кавалере орденов Красного Знамени, Отечественной войны обеих степеней и Красной Звезды, личный состав видел «пламенного большевика, бесстрашного воина, чуткого, отзывчивого и по-отцовски заботливого политического руководителя».
 
В бою за Кляйнлиткенфюрст парторг батальона из 153-й стрелковой дивизии старший лейтенант Туленов Саду находился в роте, первой ворвавшейся на его улицы. Выбив фашистов из двухэтажного здания, бойцы приготовились к броску через улицу в следующий объект, но в это мгновенье в проеме окна разорвался вражеский снаряд… Над могилой парторга была принята «Клятва», в которой воины полка заверили, что «образ старшего лейтенанта Туленова как героя нашей воинской части будет вечно жить в наших сердцах». Ныне «Клятва» и фотография героя демонстрируются на его родине, в экспозиции Актюбинского краеведческого музея, а в поисках материалов о нем активное участие приняли офицер в отставке М. Н. Ляндорс, работники Россошанского горвоенкомата и Центрального архива Министерства обороны СССР, преподаватели Россошанского мясо-молочного техникума А. Морозов и Г. Тарасенко, однополчане политработника Е. Ф. Климочкин,
 
В.М.Барсуков, семья умершего парторга полка С. М. Фе-дака, двоюродный брат Туленова О. Буркутов и многие другие советские люди. Даже неполный список их говорит о том, что дело увековечивания подвигов у нас стало поистине заботой всенародной.
 
Отважно дрались с врагом наши земляки и в составе артиллерийских частей, среди них — рядовой Сабир Жакенов, майоры Хашим Шакирович Абдрашитов, Балта-бек Джетпысбаев из 3-й гвардейской артиллерийской Кенигсбергской ордена Ленина Краснознаменной ордена Суворова 2-й степени дивизии. 19-летний Сагамбай Канатбаев в одном из боев потерял друзей по расчету и сам получил тяжелое ранение. Действуя за командира расчета, наводчика и заряжающего, он уничтожил 4 немецких танка. Среди отличившихся на территории бывшей Восточной Пруссии казахстанцев — связистки Антонина Николаевна Чиванова из Павлодара, Вера Романовна Тренькова из Кокчетава, Марья Давыдовна Игнатенко (ныне Бурханова) из Целинограда и другие. Из танкистов назовем имя Рысбека Дисюкеева. С 1929 г. он служил в кавалерии, потом в танковых войсках, воевал на Халхин-Голе, прорывал линию Маннергейма зимой 1939/40 г. В Отечественной сражался под Харьковом и у Сталинграда, на Волхове и Курской дуге, освобождал Украину, Белоруссию, Литву и Польшу, а в завершающих боях возглавлял танко-ремонтную мастерскую и быстро заменял поврежденные и износившиеся узлы и детали, иногда на «нейтральной полосе» ремонтировал грозные машины, и они возвращались в строй. Родина отметила ратный труд майора Дисюкеева орденами Красного Знамени, Красной Звезды и многими медалями.
 
За выдающиеся подвиги на территории Восточной Пруссии 20 наших земляков отмечены высшим воинским отличием — званием Героя Советского Союза. 13 из них получили это звание в боях 1945 г. Это В. А. Андреев, Л. И. Беда, П. Т. Брилин, Т. Кабилов, В. Г.Козенков, И. И. Корнев, И. В. Кутурга, И. М. Ладушкин, С. А. Лебедев, М. И. Милевский, В. М. Милецкий, Ф. М. Сафонов, П. И. Теряев. Коротко познакомимся с боевыми делами четверых из этой группы храбрейших из храбрых.
 
Ровесник Октября Кабилов Тулен работал учетчиком колхозной бригады в Чиликском районе и в начале войны попал в трудовую армию; солдатом стал в мае 1942 г. Воевал под Сталинградом, в Приазовье и Прибалтике. Свой последний подвиг сержант Кабилов, парторг роты 24-й гвардейской стрелковой дивизии, совершил 10 апреля 1945 г. Кенигсберг уже пал, и пос. Модит-тен, один из опорных пунктов на его западных подступах, стал форпостом обороны земландской группировки противника. В наградном листе сообщается, что в бою за Модиттен сержант «храбро и мужественно вел в атаку свое отделение. Противник перешел в контратаку превосходящими силами (пехоты) и четырьмя «фердинан-дами». Тов. Кабилов не отступил ни шагу назад и во время броска противотанковой гранаты погиб смертью героя».
 
Посмертно звание Героя Советского Союза было присвоено и лейтенанту Ладушкину Ивану Мартыновичу из колхоза «Кызыл-Ту-3» Илийского района Алма-Атинской обл. Он командовал танковой ротой, был награжден орденом Красного Знамени и двумя орденами Отечественной войны. Когда встал вопрос, кому поручить взломать оборону гитлеровцев на холме, прикрывавшем путь к узлу сопротивления в Дойч-Тирау (Иванцово), у командования батальона и бригады сомнений не было: на задание на рассвете 16 марта пошла рота Ладушкина.
 
Под шум боя рота, воспользовавшись узкой полосой твердого дна в болоте, почти вплотную подошла к холму. Самоходку и 14 полевых орудий врага танкисты раздавили гусеницами, но за холмом командирская машина вздрогнула и загорелась: в нее попало сразу несколько вражеских снарядов. Под пулеметным обстрелом Ладушкин пересел в другую машину, и рота проложила дорогу пехоте. Но и вторую «тридцатьчетверку» пробили фашистские снаряды, экипаж и командир роты погибли. После окончания войны, когда северная часть Восточной Пруссии решением союзников была передана Советскому Союзу, г. Людвигсорт, неподалеку от которого погиб Иван Мартынович, был переименован в Ладушкин. Имя лейтенанта навечно внесено в списки части, в которой он служил.
 
О летчике-истребителе Лебедеве Семене Андреевиче, уроженце с. Плаховское Нуринского района Карагандинской обл., в нашей республике стало известно лишь в 1975 г. Эскадрилья, которой командовал майор С. А. Лебедев, стала одной из лучших в полку. За время войны ее командир совершил 169 боевых вылетов, участвовал в 34 воздушных боях и сбил 19 вражеских самолетов лично и 2 в групповом бою. Звание Героя Советского Союза
 
С.А. Лебедеву было присвоено в день 27-й годовщины Советской Армии.
 
У Сталинграда сержантом начал свой большой и трудный путь воздушного бойца сын крестьянина из с. Новопокровка Урицкого района Кустанайской обл., выпускник Уральского учительского института и Оренбургского авиационного училища Леонид Игнатьевич Беда. Семь раз он сажал самолет «на брюхо», шесть раз покидал объятую пламенем машину и спускался на парашюте. Совершил более 150 боевых вылетов, уничтожил 3 самолета противника в воздухе и 4 на земле, вывел из строя около двух десятков танков, несколько эшелонов и много живой силы врага. Родина отметила ратные дела комсомольца, а затем коммуниста Беды званием Героя Советского Союза, орденами Ленина, Красной Звезды, Александра Невского и тремя орденами Красного Знамени.
 
В Восточно-Прусской операции майор Л. И. Беда, помощник командира 75-го гвардейского штурмового авиаполка по воздушно-стрелковой службе, довел число боевых вылетов до 214, уничтожил 7 танков, 17 автомашин, 11 артиллерийских батарей и около 50 зенитных орудий противника. За отличное выполнение боевых заданий, мастерство и отвагу в схватках с наземным и воздушным противником Президиум Верховного Совета СССР вторично присвоил ему звание Героя Советского Союза.
 
Итоги боевых действий советских войск в Восточной Пруссии оказались значительными. Была разгромлена целая группа армий врага, насчитывавшая 580 тыс. человек. Не помогли им ни трудные для наступающего условия лесисто-болотистой местности, ни семь основных и ряд отсечных и промежуточных рубежей обороны, опиравшихся на шесть мощных укрепленных районов. Значение победы в логове пруссачества выходит далеко за рамки этого локального района. Говоря кратко, оно состоит в создании условий для успешного наступления наших войск на центральном, варшавско-берлинском направлении.
 

Читать далее >>

 

 << К содержанию