Главная   »   Народная педагогика: педагогические воззрения народов Средней Азии и Казахстана. А. Э. Измайлов   »   2. Пословицы и поговорки — народные педагогические миниатюры
 
 


 2. Пословицы и поговорки — народные педагогические миниатюры

Поэтика поговорок и пословиц всесторонне изучена, и об этом много написано. Однако поэтика здесь тесно переплетается с педагогикой. Более того, народная мудрость имеет свою особую педагогику. Между тем в педагогических исследованиях авторы, рассматривая воспитательные идеи, выраженные в пословицах и поговорках, редко анализируют вложенные в них педагогические принципы, проникнутые педагогической интуицией и идеей целесообразности. Рассматривая памятники народной мудрости как педагогическую миниатюру, необходимо сделать краткий дидактический, методико-этнологический анализ их структуры и содержания.

 

Поговорки и пословицы — один из самых активных /и широко распространенных памятников устного народного поэтического творчества. В них народ на протяжении веков обобщал свой социально-исторический опыт. Как правило, они имеют афористическую форму и поучительное содержание, выражают думы и чаяния народа, его взгляды на явления общественной жизни, его эмпирически сложившиеся представления о воспитании молодого поколения. Народ отобрал в своей многовековой истории все ценное в педагогическом отношении в практике семейного воспитания многих поколений и выразил его в форме поучительных афоризмов.
 
В. И. Ленин писал: «Бывают такие крылатые слова, которые с удивительной меткостью выражают сущность довольно сложных явлений». Именно такими словами являются многие народные поговорки и пословицы, в которых синтезируются самые сокровенные мысли народа о человеке, о воспитании, о формировании личности. В народных афоризмах не бывает случайных фраз, сравнений и названий. Здесь все мысли «просеяны через решето и сито времени, отброшено все посредственное, осталость одно самобытное, глубокое, нужное...» (Л. Н. Толстой).
 
Поговорки и пословицы создавались народом на основании жизненных наблюдений и исходя из потребностей материальной и духовной жизни общества. Именно потому, что народные афоризмы созданы умом миллионов, проверены вековым общественно-социальным опытом многих поколений, они уникальны. Высокую оценку поговоркам и пословицам как творению народного гения давали многие великие мыслители. Так; по образному выражению К. Д. Ушинского, поговорки и пословицы — это «речевые самородки и самоцветы, в которых выкристаллизировалась мудрость народа».
 
В. Даль в поговорках и пословицах видел блеск народного ума, слышал голос сердца, ощущал силу житейской мудрости. Он называл пословицы сводом «народной опытной премудрости и целомудрия», «цветом народного ума», «житейской народной правдой».
 
На поговорках, пословицах и изречениях училось и воспитывалось не одно поколение людей, более того, некоторые пословицы стали девизом в жизни великих людей.
 
Большой интерес представляет отношение самого народа к поговоркам и пословицам как источнику познания. Русский народ называет поговорки и пословицы крылатыми словами, итальянцы — народной школой, народы Востока — жемчужиной, нанизанной на ниточку. Много, однако, в определении этого понятия национально-самобытного. «Пословицу сказал — дорогу указал, поговорку сказал — душу утешил», — говорят башкиры. «Умный человек не говорит без пословиц», замечают каракалпаки. «Имеешь ум — следуй за умом, нет его — следуй за пословицей», — советуют туркмены. Киргизы рассматривают пословицы как ценное наследство отцов, поэтому говорят: «Сын мудрого отца богат поговорками».
 
Народ высоко ценит пословицы и поговорки потому, что «в полой воде нет рыбы, в пословице нет
лжи». Все афоризмы содержат элементы образной речи. Исходя из этого, в народе говорят, что пословица — украшение речи, соль речи, краса речи. Таким образом, в понимании народов поговорки и пословицы выступают как источник разума, как пример для подражания, как добрый советчик и первый наставник, как поучительное наследие прежних поколений и как пример образного мышления.
 
Народные афоризмы не просто выражают ту или иную воспитательную идею, они созданы, отшлифованы, имеют как бы определенную воспитательную задачу, дидактические цели, диктуемые педагогической интуицией народа, принципом целесообразности. Именно педагогическую интуицию и педагогическую целесообразность несут в себе с начала и до конца все мысли, все пожелания, рекомендации, требования народной мудрости.
 
Рассмотрим этот процесс более подробно. Прежде всего афоризмы предельно сжаты, лаконичны, малословны, назидательны, легко запоминаются и служат молодежи девизом в жизни. Весьма характерны, например, пословицы о трудолюбии и о трудовом воспитании. «Будешь трудиться — поешь». — говорят казахи. «Взялся за дело — делай хорошо», — требуют узбеки. «Потрудишься — добро получишь», — советуют киргизы.
 
Краткость, лаконичность пословиц особенно важны для запоминания нравственных норм и правил. И народ позаботился об этом: «Доброе дело в воде не утонет» (каракалпакская пословипа). «Конец терпения — золото» (казахская). «Любовь сильнее  смерти» (киргизская). «Друг — зеркало друга» (таджикская), «Доброе слово слаще меда» (туркменская). «Знатный стал —  не кичись, не скупись!» (узбекская).
 
Гостеприимство как вековой закон Востока также облекается в лаконичные афоризмы: «Где гость, там удача», «Гость старше отца», «Угоди людям, будь гостеприимным».
 
Краткими крылатыми фразами народ выражал и свои патриотические чувства. «Родная земля — зотолая колыбель». — говорят узбеки. «Чем баем быть у чужого народа, лучше быть пастухом у своего народа», — вторят им казахи. Беспредельно тонки и привлекательны эстетические вкусы народа. «Нет цветов — нет уюта», «Тюльпан идет даже к голове плешивого», — говорят таджики. «Видеть прекрасное в жизни — это видеть кусочек рая». «Дай другу подержать цветы». — советуют туркмены. Удивительо образно говорится о самом сокровенном, о чем мечтает человечество, — о мире. «Мир — это роза, понюхай и отлай другому» — советует миролюбивый народ.
 
Кратко и образно выражают афоризмы народные мысли о воспитании, формировании личности человека. Педагогический гений народа продуманно, сознательно создал не только однострочные, но и двухстрочные, в ряде случаев многострочные, даже многоступенчатые афоризмы, наделенные поэтическими рифмами. Известный фольклорист С. Г. Лазутин справедливо отметил: «Рифмы в пословицах являются не случайными, а совершенно преднамеренными, специально созданными. Они обычно падают на наиболее значительные слова». В этом факте нельзя не видеть идею педагогической целесообразности.
 
Большинство миниатюр, как отмечалось выше, народ слагал однострочными: «Без еды не будет беседы» (казахская), «Не верь похвале врага» (каракалпакская), «В торговле дружбы нет» (киргизская), «Берегись кривой стены» (таджикская), «Беда головы от уст» (туркменская), «Золото не гнет» (узбекская) и т. д.
 
В двухстрочных афоризмах вторая половина обычно путем сопоставления усиливает главную смысловую нагрузку и общую воспитательную идею пословицы. Таковы, например, афоризмы: «Ворона называет своих птенцов беленькими, еж называет своих детей нежненькими» (казахский), «В месяце пятнадцать ночей темных, пятнадцать дней светлых» (каракалпакский), «Каждый мнит себя героем: камыш считает себя чием, лягушка считает себя бием» (чий — жесткая трава, бий — судья по обычному праву; киргизский), «Не бойся черной тучи и говорливого, а бойся белой тучи и молчаливого» (таджикский), «Глазами вдовца не бери жену, глазами пешего не покупай лошадей» (туркменский), «Будешь попутчиком хорошего человека — он станет верным помощником в трудном деле, будешь попутчиком дурного — на твою голову обрушится камень с гору величиной» (узбекский). В этих двухстрочных афоризмах народ излагает уже более подробно свои мысли, осуждает, советует, предостерегает и т. д.
 
Многострочные ступенчатые афоризмы путем повторения сосредоточивают внимание слушателя на главной идее пословицы: «Где много зеленой травы, там быки жирны, где много тяжб — судьи жирны, где много покойников — муллы жирны» (казахская); «Бывает верблюдица, которую не променять на нара; бывает молодица, которую не променять на девушку; бывает простолюдин, которого не променять на хана» (каракалпакская); «Если женятся двое хороших — будет счастье, если женятся хороший и дурной — будет беда, если женятся двое дурных — будет война» (киргизская); «Где слыхано, чтобы кошка — мышке, шакал — курице, волк — овце хорошие советы давал?» (таджикская); «Ходи, миска моя, туда, возвращайся, миска моя, обратно; не будешь ходить туда и сюда — лопни в пути, миска моя!» (туркменская); «Ученика хвалят в глаза, учителя хвалят за глаза, подчиненного хвалят после работы» (узбекская) и др. В этих пословицах народ путем повторения и сопоставления стремился укрепить в сознании слушателей чувство меры, справедливости, умение верно оценить людей и т. д.
 
Все это свидетельствует о том, что народ свои педагогические рекомендации сложил и выразил, руководствуясь потребностями жизни, реагируя на разнообразные проявления условий материальной жизни общества. Эту мысль очень хорошо выразил П. Лафарг: «Обиходные выражения и пословицы показывают, быть может, еще яснее, чем отдельные слова, те нити, которые связывают язык с явлениями окружающей жизни».
 
Таким образом, в самом композиционном построении афоризмов видна их педагогическая целесообразность, рассчитанная не просто на усвоение истин, но и на то, чтобы они стали неписаными законами жизни, оказывали прямое влияние на воспитание и формирование личности.
 
В целях усиления воспитательного воздействия педагогических миниатюр народ проявил заботу также о том, чтобы художественно оформить свое творение, используя для этого разнообразные средства поэтической образности, словесной ритмики, добиваясь таким образом яркого интонационно-смыслового звучания афоризмов.
 
Анализ народных афоризмов показывает, что в них находит свое выражение смысловой параллелизм и противопоставление, когда мысль, выраженная в одной части пословицы, усиливается путем противопоставления в другой ее части. Имеют место примеры смешанного параллелизма, когда в общих чертах сопоставляются разные предметы, явления и понятия. Эмоциональность народной поэтической речи намеренно усиливается и подчеркивается также постановкой риторических вопросов. Приведем некоторые примеры. Подчеркивая дидактическое значение практики, таджики задают риторический вопрос: «Разве слышанное сравнить с виденным?» И изречение зовет к тому, чтобы человек слышанное закреплял виденным, т. е. практикой. Киргизы задают иронически недоуменный вопрос: «Девушки все хороши, откуда же берутся дурные женщины?» Резко осуждая бездельника, узбеки риторически спрашивают: «Лето или зима — у лежебоки какие дела?» На такой прямой вопрос лодырь должен ответить перед народом, перед своей совестью. Воспитательную силу изречения трудно переоценить. Самооценка трудная, но важная задача каждого. Однако далеко не все способны объективно судить о себе, вот и удивленно спрашивают туркмены: «Не ценишь себя — как же ты оценишь других?» Высмеивая нерасторопного, не приспособленного к делу молодого человека, каракалпаки намекают: «Разве недотепе поймать фазана?» Атеистически настроенный казах, у которого религия никогда не имела глубоких корней, резонно спрашивает: «Какое дело до бога тому, у кого голова не болит?»
 
Пословицы и поговорки с риторическими вопросами сосредоточивают внимание человека на главной, смысловой стороне изречения, побуждают его задуматься над поставленным вопросом, попытаться ответить на него, тем самым достигается более эффективное эмоциональное воздействие афоризмов на сознание и поведение молодого человека. Таким путем народная мудрость эффективно выполняет свою воспитательную функцию.
 
Риторические восклицания, старательно использованные народными мудрецами, в свою очередь, имеют определенную дидактическую задачу. Вдохновляя молодежь на общественно полезный труд, каракалпаки восклицают: «Коли помогать, так в полную силу!» Одним из признанных методов воспитания в народной педагогике является намек. Поэтому туркмены, желая безобидно воздействовать на нового человека в семье, говорят: «Тебе говорю, дочка, а ты слушай, невестка!» Любой человек желает быть прежде всего счастливым. Поэтому казахи восклицают: «Чем желаний с гору, дайте хоть с палец счастья!» Как упоминалось выше, умудренные опытом старые люди — аксакалы — это признанные народные воспитатели. Они снискали глубокое уважение, отсюда восклицание узбекского народа: «Мудрецы великолепнее жемчуга!», («Слава дедам, источникам разума!»
 
В целях эмоционального воздействия на молодое поколение народ разумно пользовался и богатством звуковой формы, обращал внимание на музыкальность и мелодичность афоризмов, используя для этого сравнения, антитезы, гиперболы, метафоры, иронию, аллегорию и т. д. Особенно часто народ прибегает к иронии, поскольку она дает возможность в мягкой форме осмеять негативные явления, притворно облекая мысль в иносказательную форму, когда комическое и смешное намеренно подаются с серьезным видом. Скромность украшает человека, но нередко скромный человек незаслуженно остается в тени, незамеченным. На подобные явления намекает ироническая таджикская пословица: «Ферзь, который ходит вкось, удостоился чести быть рядом с королем, бедная ладья, что ходит прямо, осталась в стороне». О людях болтливых, крикливых, много обещающих, но ничего не делающих туркмены говорят: «Ворона хоть тысячу раз крикни — весны не будет».
 
Тонкая ирония и мягкий юмор содержатся в афоризмах, в которых народ высмеивает отцов, которые не радуются рождению ребенка, видя в этом обузу для себя: «Ослу принесли добрую весть: «У тебя родился сынок!» Осел ответил: «Значит, корма у меня убавилось, а груза прибавилось!» Беспредельно остроумна народная ирония по поводу человека, который умеет приспособиться в жизни, выйти сухим из воды при всех обстоятельствах. Народ задает вопрос: «Медведь кладет яйца или родит детеныша? — и отвечает: «От этого косолапого всего можно ожидать!» «Что тверже: камень или голова?» — спрашивают узбеки, иронизируя над поведением упрямого и твердолобого человека.
 
Таким образом, используя иронию в афоризмах, народ, соблюдая определенный педагогический такт, обращает внимание на людские слабости, пороки и недостатки, пробуждает желание и стремление устранить эти недостатки.
 
Гиперболы как тропы, рассчитанные на намеренное преувеличение смысла важнейших педагогических понятий, широко представлены в народных афоризмах. Подчеркивая важность трудового воспитания и профессиональной подготовки молодого поколения, киргизы говорят: «Молодцу мало и семидесяти ремесел». Народ хотел видеть свое потомство скромным, любознательным, готовым всегда прилежно учиться. Эти пожелания узбеки выражают словами: «Два уха, один рот, сорок два раза послушай, один раз скажи». В процессе обучения и усвоения знаний важно повторение. Казахи, понимая значение повторения в учении, настойчиво советуют молодежи: «Бери только один урок, а повторяй его тысячу раз». Посмеиваясь над многознайкой, каракалпаки шутят: «В каждой голове одна мысль, а у плешивого — сто тысяч». Зная, что такое путешествие по горным тропам, заботливые таджики напоминают:«Наоднодневное путешестви — десяти дневный запас». Как бесконечно много значит для ребенка мать, знают все. Туркмены гиперболически выражают эту идею словами: «Нет отца — дитя плачет день, нет матери — плачет тысячу дней».----
 
Воспитательный потенциал афоризмов народ стремится повысить также путем применения гиперболы, намеренно увеличивая и подчеркивая особое значение тех или иных жизненных ситуаций: «Каков в девять лет, таков и в девяносто» (о значении воспитания в детстве), «Девяносто девять человек, напав на одного, поцарапали ему кожу» (о группе трусов), «Десять миллионов видов знаний — для того, чтобы добывать еду» (о сложностях кулинарии), «Из трех тысяч шестисот профессий самое важное — земледелие» (о сложности и благородстве труда земледельца), «Сто тысяч звезд не заменят одну луну» (о любимой). Используя гиперболы, народ намеренно обращает внимание на важность таких качеств, как воспитанность, трудолюбие, стремление к знанию, верность в любви и т. д.
 
Метафора как форма иносказательной образности, основанной на сходстве двух явлений, также встречается В структуре народной мудрости: «Яблоко от яблони не далеко не падает». «В дружбе будь как мед в ссоре как соль». Любовь сильнее смерти, жена — птицы из одного гнезда», «Слова стярых людей дороги, как драгоценности».  
 
Народ не оставил без внимания и такую сложную форму, как аллегория, которая позволяет иносказательно изображать отвлеченные идеи и понятия посредством образа. При этом связь между значением и образом устанавливается по аналогии на основе определенных атрибутов. Общепризнанной аллегорией является, например, выражение правосудия путем обозначения женщины с весами в руках и закрытыми глазами. Этот прием, особенно характерный для классицизма, встречается и в некоторых пословицах. У киргизов, например, есть пословица, которая в оригинале звучит так: «Биринчи байлык — дэн соолук, экинчи байлык — ак жоолук», что дословно значит: «Первое богатство — здоровье, второе богатство — белый платок». «Белый платок» в данном случае аллегорически символизирует жену, так как киргизки после замужества носят именно белый платок. Слово «байлык» («богатство»), рифмуясь со словами «дэн соолук» («здоровье») и «ак жоолук» («белый платок»), создает неповторимую поэтическую композицию, где под словом «ак жоолук» («белый платок») каждый подразумевает хорошую жену, которая по общему признанию является вторым богатством. Афоризм: «Лунный свет в джунглях» — символизирует неописуемую красоту природы. В афоризме: «Мужчина — сосна, а женщина — глициния» — аллегорически подразумеваются природные свойства цветка, который вьется вокруг сосны. Пусть нежная глициния вьется вокруг могучей сосны, тогда в семье будет мир и согласие, считает народ.
 
Эпитеты позволяют дать образное определение, дополнительную художественную характеристику предметам в виде скрытого сравнения. Народ многие свои идеи выражает, используя самые разнообразные эпитеты. При этом намеренно присваиваются возвышенные эпитеты благородным нравственным качествам человека. «Обдуманные слова дороже жемчуга», — говорят каракалпаки; «Ум — золото, мысль — серебро», «Наука — родник учения, знание — светильник жизни», — подчеркивают киргизы; «Человек нежнее цветка, крепче камня», «Золото проверяют огнем, человека — трудом», — констатируют таджики; «Дно терпения — чистое золото», «Мед сладок, а дитя слаще», — считают туркмены; «Вода — кровь дехканина, земля — его душа», «Всего лишь кокон, да из него золотая нить тянется», «Завершенный труд благоухает розой», — радостно заключают узбеки.
 
Очень часто народ употребляет эпитеты-сравнения, особенно выделяя такие общие качества, как «хороший» и «плохой». Туркмены по поводу семейного счастья говорят: «Хорошая жена — казна, плохая — наказание»; каракалпаки свое отношение к доброму и злому человеку выражают такими эпитетами: «К хорошему подойдешь — к себе пригласит, к плохому подойдешь — голодным барсом зарычит».
 
Педагогический анализ показывает, что в целях усиления эмоционального воспитательного воздействия афоризмов на человека народ стремился поэтическую речь сделать мелодичной, музыкальной, используя для этого ритмические звуковые формы, повторы, тавтологии, олицетворения и т. д.
 
Все это, вместе взятое, позволяет говорить о пословицах и поговорках как народных педагогических миниатюрах, в которых в известной степени нашло свое выражение народное представление о дидактических принципах воспитания и обучения человека. Лаконичность и краткость афоризмов создают условие для осуществления принципа доступности; обилие элементов ритмики и поэтической речи (параллелизмы, рифмы, гиперболы, метафоры, аллегории, эпитеты) придает афоризмам образность, тем самым составляет основу наглядности; композиционное строение афоризмов (однострочные, двухстрочные, многострочные), применение повторов, напоминаний, риторических вопросов и восклицаний способствуют реализации принципа прочности, систематичности и последовательности. И наконец, все афоризмы, отражающие условия материальной жизни общества, сокровенные чувства, мысли, чаяния народа, создают условия для обеспечения связи воспитания с жизнью.
 
Рассматривая пословицы и поговорки как «цвет народного ума», как педагогическую миниатюру, следует обратить внимание на их ярко выраженный нравственно-поучительный характер. Характер сюжета и особенности развития действий в различных жанрах устного народного творчества различны. В былине они носят героический характер, в сказке — чудесно-фантастический, в лирическом жанре — жизненно-убедительный, так как цели действий героев в этих произведениях различны. С этой позиции можно отметить, что пословицы и поговорки в целом носят нравственно-поучительный характер. Выборочный анализ 655 узбекских пословиц и поговорок убеждает, что 450 из них имеют ярко выраженный нравственно-поучительный характер («Бойся подарков от врага», «В человеке цени не красоту, а разум», «В поте лица потрудиться — из земли золото вырастет»). То же самое наблюдается в казахских народных афоризмах, где из выборочно взятых 385 пословиц и поговорок 250 носят нравственно-поучительный характер («Бери только один урок, а повторяй его тысячу раз», «Если есть у тебя жизнь на полдня, то собирай богатство на день», «Во время изобилия не забывай того, что ты ел во время голода» и др.). Из 545 каракалпакских пословиц и поговорок 420 нравственно-поучительного характера («Будешь вежливым — всегда будешь кислое молоко пить», «Будь бедным, но не будь бесчестным» и др.). Из 590 киргизских пословиц и поговорок 410 также нравственно-поучительные («Будешь почитать отца и мать — узнаешь почет от своего сына», «В достатке не хвастайся, в нужде не теряйся» и др.). Нравственно-поучительный характер имеют 260 из 315 таджикских пословиц («Золото проверяй огнем, человека — трудом», «Иди прямой дорогой, если даже она длиннее» и др.). И наконец, из 760 туркменских пословиц и поговорок 530 имеют ярко выраженный нравственно-поучительный и наставительный характер («Бойся мужчины, говорящего с улыбкой, остерегайся женщины, говорящей сквозь слезы», «Бросай старое, берись за новое», «Будь стоек, как бы ни были плохи дела» и др.).
 
Нравственно-поучительные поговорки и пословицы содержат целый комплекс продуманных рекомендаций, выражающих народное представление о человеке, о формировании личности, о нравственном, трудовом, умственном, физическом и эстетическом воспитании.
 
Все сказанное дает основание утверждать, что пословицы и поговорки действительно несут в себе все признаки педагогических миниатюр. Не случайно В. А. Сухомлинский относился к народным афоризмам именно как народным педагогическим миниатюрам. По этому поводу Г. Н. Волков замечает: «… Настолько восторженным было его (В. А. Сухомлинского. — А. И.) отношение к народным пословицам как педагическим миниатюрам, что по их образцам он создавал свои афоризмы».
 
Педагогические миниатюры более подробно рассматриваются ниже в порядке анализа конкретного содержания народной мудрости о семье, родителях, детях, о воспитании молодежи в духе любви к труду, нравственной чистоты, физического и эстетического совершенства. Читатель увидит всю палитру народных педагогических миниатюр, в которых «слышен голос народа».
<< К содержанию

Следующая страница >>