Описание jura impressa c60 piano black на нашем сайте.


 ЧИНГИЗИД АЛИХАН БУКЕЙХАНОВ

Прямой потомок чингизидов, Алихан Букейханов стал лидером казахского народа не по высокому своему происхождению, а благодаря колоссальной работе и длительной борьбе. Как видный ученый-экономист, руководитель казахской конституционно-демократической партии и общенационального движения казахского народа конца девятнадцатого и начала двадцатого веков, Букейханов оказывал гигантское влияние на весь ход общественно-политической жизни в Казахстане. А. Букейханов смотрел далеко и ясно видел политическую перспективу. По его убеждению, оно было для Казахстана рядом с Россией, большим ближайшим соседом.

 
Один из видных деятелей русской кадетской партии и санкт-петербургской масонской ложи «Полярная звезда», Букейханов добивался для Казахстана образования самоуправляемой автономности со своим парламентом, правом управлять финансами и прочими атрибутами самостоятельной государственности. В создании же собственной обособленной государственности, если русское правительство позволит пойти на сувере-нитизацию, Алихан видел смертельную опасность для своего народа. Чем были вызваны подобные тревоги и опасения лидера казахов и почему он столь решительно склонялся в пользу российского варианта?.. Вполне возможно, Букейханов и не считал автономное пребывание Казахстана в составе России идеалом для первого. Более того, уверен, он не заблуждался на этот счет, зная колонизаторские устремления российских властей. Но хорошо знал Алихан и другое: в кругу других колонизаторов, зарящихся на казахские земли, Россия была, если можно так выразиться, самой лояльной и мягкой. В случае отказа от российского варианта, Казахстану грозит альтернативный и куда более устрашающий вариант захвата его другим великим соседом — Китаем, предостерегал Букейханов, и этот другой сосед настроен гораздо агрессивнее и жестче. Эти взгляды Алихана способны были убедить любого здравомыслящего человека. Возможно, они не потеряли и еще долго не потеряют актуальности. Казахский лидер той поры глубоко и четко видел политические реалии и перспективу, не обольщаясь насчет «дружбы» слабого с сильным при непомерных аппетитах и амбициях последнего. Полагаю, со временем Букейханов пришел бы к мысли и о полном суверенитете Казахстана, но подразумевал этот шаг как второй, после автономиза-ции, этап, когда казахское государство окрепнет экономически и политически и обретет крепких союзников.
 
Отношение Букейханова к царскому самодержавию? Как яркий представитель русской кадетской партии и масонской ложи, Алихан видел важную цель в свержении самодержавия и захвате политической власти. Какая реальная сила могла, по убеждению Букейханова, победить самодержавие? Масонство, и только масонство.
 
Отношение Алихана к большевикам? Это были непримиримые идейные противники казахского лидера и его русских единомышленников. В то же время, на каком-то этапе Букейханов готов был если не активно, то хотя бы пассивно принять большевиков, поскольку они в целом поддерживали его основную задачу на образование Казахской автономии. Однако деятельное сотрудничество с большевиками было неприемлемо для казахского лидера, резко осуждавшего методы ведения ими политической борьбы. Естественно, большевики с их непримиримостью к «врагам» народа не могли простить Букейханову отказа от активной государственной и политической деятельности в пользу коммунистической идеи. Алихан подвергся репрессиям и в итоге был приговорен к высшей мере наказания. Так ушел из жизни чингизид Алихан Букейханов, ложно названный врагом народа и бывший самым большим его другом.
 
Все познается в сравнении. Невольно возникает вопрос: «А каковы были взаимоотношения лучших представителей белой кости с «чернью» в прошлом у других народов? Обратимся за примерами к «Избранным жизнеописаниям» Плутарха.
 
«Когда важнейшие из его законов успели войти в жизнь его сограждан, когда государство сделалось достаточно крепким и сильным, чтобы нести себя и самому стоять на ногах, Ликург, подобно богу, который, по словам Платона, обрадовался при виде первых движений созданного им мира, был восхищен, очарован красотой и величием созданных им законов, ставших действительностью, вошедших в жизнь, и захотел, насколько может ум человека, сделать их бессмертными, незыблемыми в будущем. Итак, он созвал всех граждан на Народное собрание и сказал, что данное им государственное устройство во всех отношениях приведено в порядок и может служить к счастью и славе их города, но что самое важное, самое главное он может открыть им тогда, когда вопросит оракул. Они должны были хранить данные им законы, ничего не изменяя, строго держать их до его возвращения из Дельф. После своего приезда он обещал устроить все согласно воле оракула. Все согласились и просили его ехать. Тоща, взяв клятву с царей и старейшин, затем со всех граждан в том, что они будут твердо держаться существующего правления, пока он не вернется из Дельф, Ликург уехал в Дельфы. Войдя в храм и принесши богу жертву, он вопросил его, хороши ли его законы и в достаточной ли мере служат к счастью и нравственному совершенствованию его сограждан. Оракул отвечал, что его законы прекрасны и что с его стороны государство его будет находиться на верху славы, пока останется верным данному им государственному устройству. Он записал этот оракул и послал его в Спарту, сам же принес богу вторичную жертву, простился со своими друзьями и сыном и решил добровольно умереть, чтобы не освобождать своих сограждан от данной ими клятвы. Он был в таких годах, когда можно еще жить, но также хорошо и умереть тем, кто не прочь от этого, в особенности ему, чьи желания были исполнены. Он уморил себя голодом в убеждении, что и смерть общественного деятеля должна быть полезна государству и что самый конец его жизни должен быть не случайностью, а своего рода нравственным подвигом, что он совершил прекраснейшее дело, что кончина его будет стражем всего того высокого и прекрасного, которое он приобрел для сограждан своей жизнью, так как они поклялись держаться установленного им правления вплоть до его возвращения. Он не обманулся в своих надеждах. В продолжение пяти веков, пока Спарта оставалась верна законам Ликурга, она по своему строю и славе была первым государством в Греции. Из четырнадцати царей, от Ликурга до Агида, сына Архидама, ни один не сделал в них никаких перемен.
 
... И все же Ликург не стремился главным образом к тому, чтобы поставить свое государство во главе других, напротив, он думал, что жизнь отдельного человека, как и жизнь государства, может быть счастлива только тогда, когда он чист нравственно и в мире с самим собою. Поэтому все его действия и поступки клонились к одной цели — чтобы его сограждане были как можно долее свободны нравственно, довольны собой и благоразумны.
 
Его государственное устройство взял за основание и написавший свод законов для своего собственного государства Платон, так же, как Диоген, Зенон и вообще все занимавшиеся подобного рода вопросами и заслужившие себе похвалу, хотя они оставили после себя одни буквы и слова. Но Ликург не нуждался ни в буквах, ни в словах, — он произвел на свет действительное и неподражаемое государственное устройство и в то время, как другие считают существование истинного философа чем-то идеальным, сделал из своих сограждан целый город философов. Его слава справедливо превышает славу всех когда-либо существовавших греческих законодателей, вследствие чего и Аристотель заметил, что «Ликурга в Спарте чтят меньше, чем он заслужил», хотя ему и оказывают здесь величайшие почести. Ему построили храм и ежегодно приносили жертву как богу. Говорят, когда его прах был привезен на родину, молния упала на его гроб, чего не случалось впоследствии ни с кем из великих людей, кроме Еврипида, скончавшегося и погребенного близ Аретузы, в Македонии. Это может оправдывать в глазах других — поклонников Еврипида и служить для них доказательством, что одному ему выпало на долю то, что задолго до него случилось с самым любимым богами и святым по жизни человеком...
 
... По словам Аристократа, сына Гиппарха, когда Ликург умер на Крите, его друзья сожгли его труп и, по его завещанию, бросили пепел в море: он боялся, что его останки перенесут в Спарту, вследствие чего спартанцы сочтут себя свободными от клятвы и сделают перемены в данном им государственном устройстве под предлогом того, что он вернулся на родину...»
 
Ликург, правитель, любивший свой народ, любимый им и самой своей кончиной старавшийся послужить его благу... Этот пример великолепно соотносится не только с древностью, но и с настоящим. Давайте спросим себя: много ли у нас найдется правителей, готовых уморить себя голодом, подобно Ликургу, чтобы лучше жилось народу. Очевидно, гораздо больше найдется правителей, которые скорее уморят голодом свой народ, чтобы лучше жилось им самим, правителям. Правда, и народ не окружает последних, как Ликурга, уважением и почетом.