ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

 

128 дней продолжалась последняя кампания Великой Отечественной войны. Затишья на фронте в это время не было: на одном, на нескольких или даже на всех направлениях одновременно Советская Армия проводила наступательные операции, вошедшие в военную историю как образец решения сложных задач и достижения крупных стратегических результатов.
 
День Победы в строю действующей армии встретили двенадцать сформированных в Казахстане дивизий, три стрелковых, один артиллерийский, один минометный и два авиационных полка, несколько частей других родов войск. Об их вкладе в общенародную победу свидетельствуют благодарности Верховного Главнокомандующего и салюты славы, гремевшие в Москве в честь отличившихся частей и соединений, а также ордена и почетные наименования, отметившие подвиги при освобождении родной земли и народов европейских стран, взятие важных рубежей и крупных городов.
 
Трудящиеся Советского Казахстана гордятся тем, что тысячи солдат и офицеров из нашей республики награждены орденами и медалями Союза ССР и зарубежных государств. Общее количество награжденных, к сожалению, до сих пор не удалось определить, а встречающиеся цифры, во-первых, противоречивы (называется разное количество награжденных — от 60 тыс. до 200 тыс. чел.). во-вторых, заведомо неполны. В самом деле, если из республики в армию было призвано около 1200 тыс. человек, то численность отмеченных одной только медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной вой-
 
не 1941—1945 гг.» в несколько раз превзойдет названные выше цифры.
 
Около 500 казахстанцев удостоено звания Героя Советского Союза. Из них шестеро — за проявленную Iдоблесть в войне с империалистической Японией, и трое —
 
в послевоенный период. Все остальные отличились на фронтах Великой Отечественной войны.
 
У читателя может возникнуть вопрос — почему численность кавалеров «Золотой Звезды» приводится приблизительная? Главная причина — несовершенство делопроизводства по вопросам награждения. В наградных листах, применявшихся в Советской Армии, нет специальной графы ни о месте рождения, ни о месте призыва награждаемого, а графа «Домашний адрес представляемого к награждению или адрес его семьи» сформулирована нечетко и при заполнении ее часто указывалась «Полевая почта №...» Короче, наградной лист, этот исходный документ, часто не дает ответа на вопросы, где родился герой и откуда он уходил на фронт, а другие документы (личное дело, списки личного состава и т. п.) сохранились в делах не всех частей или не за все время их существования. Поэтому названная выше приблизительная цифра героев-казахстанцев окончательной станет, видимо, не скоро.
 
Собранные автором материалы — и в этом ему большую помощь оказали работники Военного комиссариата Казахской ССР— позволили уточнить сведения о многих ранее известных и выявить 46 Героев Советского Союза, родившихся или призывавшихся на территории республики, из которых только пятеро упомянуты в списке «Их имена помнит, знает и чтит Казахстан», опубликованном в конце двухтомника «Герои Советского Союза — казахстанцы». О некоторых из них рассказано в данной книге, о других публикации будут сделаны в ближайшее время.
 
Казахстанский отряд Героев Советского Союза составляют люди почти всех национальностей, живущих в республике. К моменту награждения различными были их возраст, жизненный опыт, служебное положение. И подвиги их отличались не только временем и местом свершения. Некоторые элементы ситуации на поле боя, характер действий воинов могли, конечно, совпадать, но главное совпадение было в морально-политическом облике защитников Родины. Все они — верные сыновья и дочери советского народа, горячие патриоты социалистического государства.
 
Часть Героев Советского Союза получила это звание посмертно, и многие из них шли на подвиг, зная, что идут на верную гибель. И это обстоятельство еще раз подчеркивает моральное превосходство защитников социализма над военнослужащими армий империалистических стран, ни одна из которых не дала и не могла дать ничего подобного. Фанатическая гибель 2778 японских камикадзе (летчиков-смертников, управлявших самолетами-торпедами), как свидетельствуют японские буржуазные исследователи, являлась итогом целого комплекса мер по психологическому массажу населения страны, идеологического насилия над военнослужащими и духовной изоляции специально отобранных «богов, отрешившихся от земных страстей». Накануне боевого задания «богам» присваивалось очередное воинское звание, выплачивалась крупная сумма денег и вручалась урна с «его» прахом для отправки родным. Не удивительно, что буржуазные историки, философы и военные публицисты прилагают все усилия для доказательства выдвинутой ими «истины» об окончании «века героев» вообще. Другие, боясь потерять уважение читателей, признают героизм советских воинов, но самих воинов объявляют порождением «антигуманного» строя. Западногерманский советолог Э. Ф. Прук договорился даже до выделения советских людей в особый биологический вид — «homunculus sowjeticus aus der Parteiretorte» («человек советский, выведенный в партийной реторте»).
 
Никому и никогда не удастся развенчать отважных воинов Страны Советов и оболгать социалистический строй, самый человечный строй в истории планеты. Ни один из наших героев не был камикадзе, смертником по штату, как не был и фанатиком. Все они — люди обыкновенные и великие в одно и то же время. Обыкновенные потому, что располагали, как и все, одной единственной жизнью и любили ее всеми силами души. Великие же потому, что все свои мысли и чувства, знания и силы отдавали борьбе с врагом, а когда обстановка на поле боя — именно обстановка, а не приказ командира или комиссара — требовала этого, они добровольно шли на смерть во имя спасения жизней товарищей и уничтожали врага. Каждый знал, что бой ведется не только за безымянную высоту или деревушку, а за жизнь и счастье народа, за настоящее и будущее матери-Родины, за коренные интересы человечества.
 
Истоки героических свершений советских людей в боях с немецко-фашистскими захватчиками еще раз подчеркнул Л. И. Брежнев в своей книге «Малая земля», «Конечно, чувство страха свойственно людям, это естественно, — пишет он. — Но решение в критическую минуту приходило как бы само собой, подготовленное всей предыдущей жизнью. Значит, есть какой-то рубеж, какой-то миг, когда у воина-патриота сознание своего долга перед Родиной заглушает и чувство страха, и боль, и мысли о смерти. Значит, не безотчетное это действие — подвиг, а убежденность в правоте и величии дела, за которое человек сознательно отдает свою жизнь».
 
Анализ материалов о подвигах показывает еще одну очень важную сторону героизма советских воинов, сторону, которую наши идейные противники «не замечают», Суть ее в том, что последнее и величайшее в жизни решение о самопожертвовании принималось только после того, как были испробованы или являлись неэффективными другие, доступные в данной ситуации способы выполнения боевой задачи.
 
Но воинский героизм не обязательно связан с самопожертвованием. И самое верное подтверждение тому — тысячи героев, оставшихся в живых после совершения подвига. Больше того, история минувшей войны изобилует бесчисленными примерами многократных геройских поступков одних и тех же лиц. В этом отношении особенно поучительны фронтовые будни кавалеров ордена Славы, которым отмечались ратные успехи солдат и сержантов сухопутных войск, а в авиации и младших лейтенантов, т. е. людей переднего края борьбы. Статут ордена специально оговаривает, что каждая из трех степеней ордена вручается отличившемуся за новые подвиги.
 
Со времени учреждения ордена Славы (8 ноября 1943 г.) его третьей степенью отмечены боевые дела 960 тыс. воинов, третью и вторую получили 46 тыс. человек и лишь около двух с половиной тысяч стали полными кавалерами ордена солдатской доблести. В числе последних 110 родились или призывались в армию на территории Казахстана, а вместе с прибывшими в его города и села за послевоенные годы количество полных кавалеров ордена Славы в республике составляет 142 человека.
 
Обобщение материалов о боевых делах героев-казахстанцев подтверждает выводы советской науки, во-первых, о том, что самой отличительной чертой социалистического героизма является его массовость и, во-вторых, о том, что социалистический воинский героизм — явление не национальное, а социальное. Его истоки в общественно-политическом строе государства рабочих и крестьян (и выросшего из него общенародного государства) в подлинном равенстве тружеников, в нерушимом союзе равноправных народов-братьев, в титанической деятельности Коммунистической партии Советского Союза, в короткие исторические сроки преобразившей не только экономику страны, культуру ее народа, но и внутренний мир человека.
 
В проблеме героизма есть, однако, и такие вопросы, которые еще решены не полностью. Например, до сих пор нет единого определения Понятий «герой» и «героизм».
 
Филологи довольствуются кратким перечнем отдельных черт героя: «Героизм — самоотверженность, мужество, способность к совершению подвига», — читаем в «Словаре русского языка». Не лучше звучит и определение понятия «герой»:«Герой—человек, совершивший
 
(совершающий) подвиг мужества, доблести, самопожертвования».
 
Философы подошли более внимательно. Однако определение Л. Денисовой и В. Шестакова многословно и неоправданно сводит проявление героизма к одной его форме, к героизму порыва. Д. А. Волкогонов предложил определить героизм как «деятельный процесс, выражающий высшую форму самоотверженного проявления социальной активности людей, имеющей прогрессивное значение для общественного развития. В итоге плодотворных изысканий несколькими годами раньше к созвучному определению подошел И. М. Сушков. «Героизм, — пишет он, — есть самоотверженная борьба народа, класса, индивидуума, отвечающая прогрессивным потребностям исторического развития, высоким идеалам, осуществляемая с полным напряжением духовных и физических сил, смело, храбро, бесстрашно, мужественно, стойко, вплоть до самопожертвования». Если у Д. А. Волкогонова определение излишне «засушено», то у И. М. Сушкова оно утратило лаконичность: в определениях нет нужды перечислять носителей тех или иных качеств, как не оправданы и попытки упомянуть все эти качества. Тем более, что качества героя, его доблести здесь названы не все даже в сфере воинского героизма, что же касается героизма трудового и революционного, то их черты едва угадываются.
 
С учетом изложенного вношу на рассмотрение специалистов такие варианты этих определений: «Героизм — беззаветная, вплоть до самопожертвования, борьба за высокие идеалы и прогрессивные потребности развития общества». Отсюда вытекают и другие:«Герой — это борец, беззаветно, вплоть до самопожертвования, борющийся за высокие идеалы и прогрессивные потребности развития общества». «Социалистический воинский героизм— это беззаветная, вплоть до самопожертвования, вооруженная борьба в защиту социалистического отечества и его государственных интересов».
 
Беззаветно, вплоть до самопожертвования, боролись с врагом сотни тысяч сынов и дочерей нашей Родины. Л. И. Брежнев, выступая на торжествах по случаю 20-летия Победы над фашистской Германией, подчеркивал: «Если говорить о главном герое Великой Отечественной войны, то этим бессмертным героем является вся дружная семья народов, населяющих нашу страну и спаянных нерушимыми узами братства. Русские, украинцы, белорусы, узбеки, казахи, грузины, азербайджанцы, литовцы, молдаване, латыши, киргизы, таджики, армяне, туркмены, эстонцы, — словом, сыны всех народов Советского Союза встали грудью на защиту своей Родины. Ленинская национальная политика партии выдержала испытание войной. Фашизму не удалось вбить клин между социалистическими нациями. Их братский союз показал свою силу и жизненность, явился одним из главных источников победы над фашистскими захватчиками».
 
Диалектический закон всеобщей связи и взаимозависимости нашел свое яркое подтверждение и в том, что братский союз и дружба народов не только сыграли роль одного из факторов обеспечения победы, но и испытали на себе живительную силу обратного воздействия борьбы за ее достижение.
 
В.С. Долгов, автор одного из разделов капитального труда о возникновении и развитии советского народа как новой исторической общности людей, отмечает, что во время войны «братское единство народов закалилось», «солидарность советских наций и народностей прошла суровую проверку и еще более упрочилась», «интенсифицировалось взаимообщение между народами СССР», «возросла роль русского языка как инструмента межнационального общения» и «ускорился процесс выработки и укрепления общесоветских черт в духовном облике народов». Исследователь дал верное изложение характера воздействия войны на межнациональные отношения советских народов и потому этнограф И. С. Гурвич, специально исследовавший влияние войны на этнические процессы в нашей стране, — а кроме него, к сожалению, этим вопросом не занимался никто — смог лишь несколько конкретизировать и расширить эти выводы.
 
Все-таки некоторые авторы до сих пор считают, что процесс образования советского народа как новой исторической общности людей завершился лишь к истечению пятого десятилетия власти Советов. В частности, К. X. Ханазаров пишет: «Утверждение о возникновении советского народа одновременно с образованием социалистических наций смазывает качественные различия между социалистическими национальными общностями и советским народом как новой исторической общностью людей». По его мнению, вначале складываются нации, а потом уже их слияние порождает советский народ как новую историческую общность людей. В действительности процессы образований наций и единого советского народа идут одновременно, ускоряя друг друга.
 
К сказанному остается добавить, что к середине 30-х гг. новая историческая общность сложилась лишь в своей основе, а Великая Отечественная война укрепила эту основу. Война отшлифовала сложившиеся ранее виды сотрудничества — политическое, экономическое, культурное. Она же углубила и усовершенствовала и те, которые еще не получили к тому времени полного развития.
 
Последнее следует несколько конкретизировать. Известно, что краеугольным камнем ленинского решения национального вопроса является вопрос о праве наций на самоопределение. КПСС с первых дней существования советского общества проводила и обеспечила на деле полное и безоговорочное равенство прав всех больших и малых народов. Но партия не торопилась вслед за равенством прав внедрять в жизнь равенство обязанностей народов. Предварительно надо было обеспечить ликвидацию отставания ранее угнетавшихся народов в экономическом и культурном развитии. Поэтому сыновья коренных национальностей восточных районов страны в первые годы Советской власти призывались в армию на принципах добровольчества, а переход к мобилизации на основе всеобщей воинской повинности был осуществлен только к 30-м гг. В связи с этим можно утверждать, что в годы Великой Отечественной войны впервые в истории своего союзного государства народы СССР на деле доказали свое равенство не только в правах, но и в обязанностях. Прав доктор исторических наук В. П. Шерстобитов, утверждая, что в годы войны «единство советского народа как общности поднялось на новую ступень».
 
Значение совместной воинской службы представителей разных народов для дальнейшего сближения наций и народностей трудно переоценить. В сферах производства и культурной жизни часть людей трудится вне многонациональных коллективов. В нерабочее время, в быту и семье даже члены многонациональных коллективов меньше испытывают влияние культуры, обычаев и нравов других национальностей. В армии же — разумеется, здесь речь идет об армиях многонациональных социалистических — все виды деятельности, быт, свободное и личное время воинов определяются едиными уставами и требованиями внутреннего распорядка, обеспечены одинаковыми материальными и духовными ценностями, протекают в одних и тех же коллективах. Возникает воинское товарищество, подлинное боевое братство. При этом ускоряется процесс изучения воинами традиций и обычаев других народов, особенностей в строительстве и убранстве жилищ, в пошиве одежды и приготовлении пищи и пр. Невольно делаются сравнения с традициями, обычаями и особенностями в жилище, одежде, пище собственного народа, что приводит к отбрасыванию старого, отжившего. Главное же состоит в том, что солдаты многократно убеждаются в единстве судеб, и их личных и представляемых ими народов. Военное время и боевые действия убыстряют сближение, так как кроме названных действуют и новые факторы: на всех распространяется реальность опасности, зависимость успехов и сохранения самой жизни от действии каждого, все испытывают общие чувства радости побед или горечи неудач.
 
Вторая мировая война, как никакая другая, характерна сотрудничеством народов почти всего мира в борьбе против общего врага, посягнувшего на жизнь и прогрессивные завоевания человечества. Причем это сотрудничество осуществлялось в виде координации политических и экономических усилий государств, согласования планов их вооруженных сил, сражавшихся на далеко отстоящих друг от друга фронтах, взаимодействия армий на одном театре военных действий (а соединений, частей и подразделений и на одном поле боя) и, наконец, в совместной борьбе сынов и дочерей воюющих государств в составе одних и тех же воинских частей и партизанских отрядов.
 
Во время войны миллионы советских солдат, сержантов и офицеров вели боевые действия на территории одиннадцати европейских государств и познакомились со всеми сторонами их жизни. Враги не щадили усилий, чтобы разложить изнутри хотя бы часть личного состава наших войск «прелестями» буржуазного образа жизни. Но советские воины только еще конкретнее и глубже поняли преимущества нашего общественного и государственного строя, советского образа жизни, коммунистической морали.
 
Обобщая, можно утверждать, что война и особенно ее заключительная кампания, завершившаяся полным разгромом врага и освобождением угнетенных фашизмом народов Европы, с одной стороны, показали величайший интернационализм советского народа, а с другой — вызвали дальнейший рост его. Еще рабочему классу дореволюционной России было присуще довольно развитое чувство интернационализма, но так глубоко оно проникло в сознание, мысли и действия широчайших масс всех трудящихся именно в военные годы.
 
Победа в Великой Отечественной войне сыграла огромную роль в укреплении общенациональной гордости советских людей. Начало ее формированию положила Великая Октябрьская социалистическая революция, выведшая нашу страну в авангард общественно-политического развития человечества. Коренные преобразования в экономической, социальной и культурной областях, в сфере национальных отношений, совершенные под руководством партии в годы предвоенных пятилеток, подняли еще выше гордость советских людей за свою Родину, за свой марксистско-ленинский авангард. Разгром империалистических агрессоров на полях войны 1941 — 1945 гг. к славным революционным и трудовым традициям добавил память о ратной славе. Народ еще раз увидел, что он может быть не только революционером и тружеником, но и воином. Особенно большую роль это сыграло в росте сознания народов, не участвовавших в крупных военных конфликтах новейшего времени.
 
Приобретение советским народом качеств воина, расширение предмета общенациональной гордости не сделали и не могли сделать его ни кичливым, ни агрессивным: им владеет идеология рабочего класса, самой передовой силы современности. Ему чужда сама мысль о чьей бы то ни было исключительности или признании за кем бы то ни было права на захват чужих земель и богатств. Декретом о мире советский народ начал свою внешнеполитическую деятельность в октябре 1917 г. Законом о защите мира, принятым в 1951 г., он ответил на происки поджигателей войны, пытавшихся «отбросить социализм» в период закрепления итогов второй мировой войны и образования мировой социалистической системы. Внесением специального раздела о миролюбивой внешней политике в новую Конституцию СССР, принятую 7 октября 1977 г., советский народ, КПСС заявляют, что и зрелое социалистическое общество остается обществом мира.
 
 

Читать далее >>

 

 << К содержанию