Защита металлов от коррозии priborservice.ru.
Главная   »   Участие казахстанцев в завершающих..   »   Глава III. ЗА СВОБОДУ ЧЕХОСЛОВАКИИ, ВЕНГРИИ И АВСТРИИ


 Глава III.

ЗА СВОБОДУ ЧЕХОСЛОВАКИИ, ВЕНГРИИ И АВСТРИИ.

 

 

 

Участие 8-й стрелковой дивизии и партизан-казахстанцев в освобождении Словакии.

 

Важную роль в сражениях 1945 г. сыграли войска 4-го Украинского фронта, прикрывавшие левое крыло варшавско-берлинской и правое крыло будапештско-венской группировок Советской Армии. Их активность сковывала довольно значительные силы врага и увенчалась освобождением Северной Словакии и Моравии. Наступление здесь развивалось медленнее, чем у соседей, так как основную массу резервов и боеприпасов получали войска главных направлений. К тому же фронту пришлось сражаться в горно-лесистой местности.
 
Горные хребты Словакии отделяются сравнительно узкими долинами с многочисленными притоками, которые делят местность на участки, легко превращаемые в опорные пункты и узлы сопротивления. Чтобы взломать их, нужно привлекать артиллерию крупных калибров, но доставить ее в короткие сроки по малочисленным и выведенным из строя дорогам не представлялось возможности. Резко ограничивалось, а кое-где исключалось вообще применение танков, затруднялись маневр силами и средствами, снабжение боеприпасами и продовольствием и даже управление частями.
 
В таких условиях 4-й Украинский фронт генерала армии И. Е. Петрова во взаимодействии с войсками 2-го Украинского фронта подготовил и осуществил Западно-Карпатскую наступательную операцию. Продолжалась она 49 дней, с 12 января по 1 марта 1945 г., развертывалась на фронте 440 км и завершилась продвижением наших войск от 70 до 190 км Активное участие в ней в составе 17-го гвардейского стрелкового корпуса 18-й армии приняла казахстанская 8-я стрелковая Ямпольская дивизия (командир полковник Угрюмов Николай Степанович, заместитель по политчасти полковник Паршин Семен Иосифович).
 
Дивизия к тому времени имела богатый опыт ведения боевых действий, в том числе и в горах. В подготавливавшейся операции она должна была из района Переге, Янок (южнее Мокранце) ударом на север овладеть населенным пунктом Бодолов (ныне Будулов), а затем развивать успех на главном направлении корпуса и армии на Смолник и далее на Спишска-Нова-Вес.
 
Боевая учеба велась активно и целеустремленно, но и политическая подготовка воинов пополнения требовала не меньшего внимания: большинство вновь прибывших состояло из жителей западных областей Украины, слабо знало суть нашего государственного и общественного строя, советские законы о воинской службе и об ответственности военнослужащих за их выполнение, уставные порядки и нормы жизни в Вооруженных Силах. Все это усугублялось невысоким общеобразовательным уровнем большинства призванных, а также последствиями длительного и систематического воздействия буржуазной пропаганды. Энергия, организаторские и воспитательные способности командиров и политработников, активная помощь ветеранов обеспечили быстрое превращение новобранцев в воинов.
 
К назначенному сроку приготовления были закончены, и в соответствии с планом части дивизии перешли в наступление. Ошибок в плане боя ни до, ни после начала его реализации обнаружено не было, подразделения 151-го и 229-го стрелковых полков (командиры подполковники В. Т. Завальнюк и В. С. Александров) дружно и решительно атаковали вражеские позиции, но взять Бодолов удалось лишь к вечеру 12 января с помощью подразделений 310-го стрелкового полка полковника В. М. Виноградова, досрочно введенного в первый эшелон дивизии.
 
Противник в тот же день начал контратаки, вытеснил соседнюю дивизию из Мокранце. На несколько дней позиции сторон стабилизировались на рубеже Чечейовице, Дриенова. Командование противника решило, что наше наступление отражено. Но у Бодолова и Мокранце наносился только вспомогательный удар, и когда враг бросил сюда свои резервы, главный удар нанесли дивизии 38-й армии на краковском направлении. Их успех, в свою очередь, облегчил наступление 18-й армии и 8-й дивизии в частности.
 
Возобновив наступление, дивизия во взаимодействии с соседями освободила Мольдаву, Ясов, Нижне-Медэев, Смолник и другие населенные пункты, с помощью добро-вольцев-проводников из словацких крестьян преодолела главный хребет Словацких Рудных гор, спустилась в верховья р. Горнад и вечером 25 января с боем подошла к г. Спишска-Нова-Вес.
 
Напор пехотинцев возрос, но враг усилил сопротивление, введя в бой резервы. Тогда полковник Угрюмов приказал 151-му стрелковому полку по заснеженным склонам гор обойти опорный пункт. Внезапное появление полка в тылу противника заставило его отступить, и утром 27 января над городом взвились советский и чехословацкий флаги.
 
Местные жители ликовали и наперебой приглашали освободителей за дружеским столом отметить долгожданное событие, но отдыха не получилось: поступило сообщение, что в тот же день оккупанты приказали всем мужчинам Попрада, находившегося в 25 км к северо-западу, явиться для отправки в Германию, а специальные команды минеров и факельщиков спешно заканчивали приготовления к уничтожению города. Сведения об этом, как и об укреплениях противника, сообщил горожанин, с риском для жизни пробравшийся через линию фронта. Бой за Попрад пришлось начинать без промедления.
 
Перед рассветом 28 января артиллерия произвела короткий, но мощный огневой налет, и пехота рванулась в атаку. Противник встретил ее огнем пехотного оружия: почти все его артиллерийские батареи уничтожили штурмовые группы наших воинов, выведенные в тыл врага тем же патриотом, который принес тревожную весть. В итоге уже в 6 час. 15 мин. стрелки овладели траншеями перед окраинами Попрада и ворвались на его улицы, а 2-й батальон 229-го стрелкового полка (комбат капитан Мухин) перекрыл шоссе, ведущее из города на запад. Гитлеровцы побежали, и город удалось освободить почти невредимым.
 
«Чем страшнее была ночь, тем радостнее было утро, когда к нам пришла желанная свобода, — записал городской летописец в хронику. — Ее принесли нам советские солдаты в белых маскировочных халатах. Это были москвичи, сибиряки — неизвестные герои из дивизии полковника Угрюмова. Никогда не забудется первая встреча с ними». Подвиги личного состава дивизии при прорыве обороны врага и освобождении северо-восточной Словакии Родина отметила орденом Красного Знамени. 229-му стрелковому полку (с 14 января им командовал Дементий Михайлович Мегрелишвили) было присвоено почетное наименование Попрадского.
 
Наступление развивалось дальше. Преследуя врага, наши земляки поднимались по р. Попрад к перевалу, чтобы затем спуститься в долину Белого Вага. Высота около 2000 м, снежные заносы затрудняли движение по узкой дороге, серпантином поднимавшейся по карнизу все выше и выше. Почти все мосты противник взорвал, во многих узкостях устроил завалы, а подходы к ним заминировал. Надо было расчищать дорогу, строить мосты, часто под огнем артиллерии. Самая трудная задача ложилась на плечи передовых отрядов, которые сбивали вражеские арьергарды и уничтожали засады, не давали противнику возможности закрепиться. Двое суток дивизия почти без сна и отдыха продвигалась в заоблачной высоте и продвинулась за это время более чем на 30 км.
 
В начале февраля, как вспоминал генерал Людвик Свобода, корпус которого наступал по соседству с 8-й дивизией, воины союзных армий «наткнулись на такое упорное сопротивление противника, какого корпус не встречал от самой реки Ондавы». Особенно упорные бои разгорелись восточнее г. Липтовски-Свети-Микулаш: противник воспользовался тем, что наступающие, выходя из узкости, не могут развернуть свои силы, и нанес контрудар в стык 8-й дивизии с пехотной бригадой 1-го Чехословацкого корпуса. Стыки даже между подразделениями одной части всегда привлекают внимание противника, а в данном случае речь шла о соединениях союзных, но все же разных армий. К тому же оба соединения раньше соседями не были, а их командиры еще не имели личных контактов.
 
Первыми о приготовлениях врага узнали разведчики 8-й стрелковой дивизии, и ее командир немедленно известил соседа об угрозе, а полковник Паршин с группой офицеров оперативного и разведывательного отделений штаба вместе с начальником политотдела корпуса полковником Деминым выехал к чехословакам. Все вопросы взаимодействия были решены прежде, чем противник начал атаки боевых порядков 8-й стрелковой, а затем и их соседей. Потеряв в первые же минуты несколько танков, фашисты отступили.
 
После боя у одного из костров полковники Демин и Паршин стали свидетелями знаменательного разговора чеха с русским парнем. Первый выяснял семейное положение второго (во время боя чешский солдат был контужен, а русский вынес его в безопасное место); узнав, что русский холост, чех начал сватать за него свою сестру. Так на полях сражений росла и крепла дружба народов Советского Союза и Чехословакии.
 
Этому в еще большей мере содействовали отличное знание дела и бескорыстие советских офицеров и сержантов, по просьбе Коммунистической партии Чехословакии служивших в частях Чехословацкого армейского корпуса в качестве советников и инструкторов. В числе 623 советских воинов, служивших в союзном корпусе, были и казахстанцы, итог деятельности которых покажем на примере одного — артиллериста Людвига Вильгельмовича Матейки. За отвагу и инициативу, проявленные при освобождении Чехословакии, и умелую передачу знаний и навыков воинам дружественной армии президент Л. Свобода наградил жителя с. Благодатное Целиноградской обл. Военным крестом и медалями Чехословакии.
 
Важную роль в освобождении Чехословакии сыграли Словацкое национальное восстание 30 августа — 29 октября 1944 г. и партизанское движение на территории этой республики. Не вдаваясь в его историю, отметим интернациональный характер партизанских рядов.
 
Вместе с 20 тыс. народных мстителей Словакии сражались 3 тыс. советских граждан, 700 венгров, 250 французов, 200 немцев, 80 поляков, 80 югославов, 50 румын, 50 американцев и англичан, 40 болгар и представители других народов мира. Заметим попутно, что группа советских граждан сама по себе была интернациональной: только из числа казахстанцев можно выделить украинца Петра Бобровничего из соединения им. Суворова, казаха Алихана Кошикова, радиста партизанской бригады «За Прагу», русского Николая Мошкина из отряда им. Пугачева. Всего же в странах Центральной и Юго-Восточной Европы в рядах борцов Сопротивления сражалось более 110 казахстанцев. Исключительно активна роль партизан на всех этапах борьбы в тылу врага. Они, как магнит, притягивали к себе наиболее сознательную часть населения, имели более зрелое, чем в частях повстанческой армии, военное и политическое руководство, что и позволило партизанским бригадам и отрядам в начале восстания выступить в качестве его основной ударной силы, а в период борьбы против вторгшихся в в Словакию немецко-фашистских войск удерживать наиболее важные пункты и рубежи. Когда же неудачи в боях с превосходящими силами врага заставили восставших уходить в труднодоступные районы, партизаны прикрыли их отход.
 
Чехословацкие и советские историки единогласно отмечают выдающийся вклад в борьбу с врагом двух партизанских соединений — П. А. Величко и А. С. Егорова. Оба командира этих соединений — казахстанцы.
 
Петр Алексеевич Величко родился в 1911 г. в с. Крупское Талды-Курганской обл. Окончив семилетнюю школу и Кзыл-Ординский планово-экономический техникум, работал учителем, заместителем редактора районной газеты в родном краю; в 1935 г. был призван в армию. Успешно окончив Ульяновское танковое училище, служил на Дальнем Востоке. Способного командира заметили и послали в Военную академию им. М. В. Фрунзе, ускоренный курс которой он окончил в 1942 г. и получил назначение в воздушно-десантную часть. В мае 1943 г. по личной просьбе он был отправлен в партизанское соединение генерал-майора М. И. Наумова и назначен его заместителем по диверсионно-разведывательной работе.
 
Отличная и разносторонняя военная подготовка, а также опыт партизанской борьбы предопределили его направление в Словакию, когда Клемент Готвальд от имени ЦК КПЧ попросил ЦК ВКП(б) о помощи в развертывании партизанского движения. Группа Величко состояла из девяти советских партизан и двух словаков. В ночь на 26 июля 1944 г. они на парашютах высадились у с. Липтовская Осада, в районе г. Турчански-Свети-Мартин. При содействии словацких крестьян оборудовали базу и подготовили площадку для приема самолетов и грузов на парашютах. С помощью коммунистов Словакии в течение месяца организаторская группа выросла в 1-ю словацкую партизанскую бригаду им. М. Р. Штефаника, которая к началу восстания имела в своем составе полк им. Суворова из бывших советских военнопленных, бежавших из гитлеровских концлагерей, три словацких и французский отряды общей численностью более 3 тыс. человек.
 
В грозную силу превратилась и 1-я Сталинская партизанская бригада, выросшая из организаторской группы алмаатинца, Героя Советского Союза Алексея Семеновича Егорова. С мая 1943 г. он был заместителем командира партизанского соединения А. Ф. Федорова по диверсионной работе. Минно-диверсионные группы, отобранные, обученные и руководимые Егоровым, к 15 марта 1944 г., к моменту встречи Чернигово-Волынского партизанского соединения с Советской Армией, уничтожили 549 эшелонов противника. Родина отметила заслуги нашего земляка орденом Ленина и Золотой Звездой.
 
Как уже отмечалось, с началом январского (1945 г.) наступления Советской Армии партизаны Словакии активизировали свои действия в тылу врага. Бригада им. Штефаника 26 января, получив сообщение местных жителей о том, что враг подготовил к взрыву бальнеологические и другие здания курорта Штрбске Плесо, налетом перебили немецкую охрану и минеров. Здравница была спасена. 29 января командующий фронтом приказал нескольким партизанским бригадам и отрядам под общим командованием Величко захватить и удержать до подхода передовых частей Советской Армии г. Лип-товский Градок и с. Липтовска Порубка. В назначенное время полк им. Суворова, словацкий отряд бригады и два отряда из других бригад выступили и к 4 час. утра подошли к врагу на 50—60 м. С пением «Интернационала» партизаны двинулись в атаку. Внезапность и решительность удара ошеломили немецко-венгерский гарнизон, и оба населенных пункта были взяты. Оправившись от удара, фашисты попытались вернуть селения, но двухдневные бои принесли им лишь большие потери. Взятием Липтовских Градока и Порубки Величко и его боевые друзья поставили под угрозу окружения силы противника, оборонявшегося на путях к г. Липтовски-Свети-Микулаш. Это заставило его отойти с выгодного рубежа, а 2: февраля к партизанам подошел головной полк наступавших советских войск.
 
В летопись соединения А. С. Егорова в последние месяцы войны вошли такие операции, как спасение от уничтожения гидроэлектростанции на Гроне у с. Предайна и дерзкие диверсии на железнодорожных путях западнее Попрада, что облегчило его освобождение и сорвало попытку врага угнать десятки эшелонов с военными грузами и продовольствием. Примером крупной разведывательной операции может служить глубокий поиск разведчиков бригады Егорова в Западной Словакии. Захваченные пленные и документы вскрыли дислокацию и морально-боевое состояние резервов противника, систему оборонительных сооружений и минных полей в районе Братиславы и в ее окрестностях. Эти сведения помогли нашим наступавшим войскам освободить столицу Словакии. Всего 1-я Сталинская партизанская бригада к концу марта 1945 г. взорвала и пустила под откос 31 эшелон и уничтожила 157 автомашин. В оборонительных и наступательных боях ее подразделения истребили 5688 и взяли в плен около 350 оккупантов, вырвали из рук палачей и по горным тропам переправили через линию фронта 1060 активистов Сопротивления. Командир бригады А. С. Егоров за умелое руководство соединением, личное мужество и активную помощь братской стране был отмечен орденом Красного Знамени. Правительство ЧССР наградило его орденами Яна Жижки, Военным крестом и Золотым орденом 1-й степени, а в канун 20-летия Словацкого народного восстания учредило памятный знак «Звезда Егорова». После войны полковник запаса Егоров жил в Сумах и Кировограде, работал вторым секретарем обкома партии и заместителем председателя облисполкома. Умер он 16 апреля 1970 г.
 
Вернемся к боевым действиям 8-й стрелковой дивизии в Центральной и Северной Словакии. Двухдневные бои у Липтовски-Свети-Микулаша показали необходимость перенесения центра тяжести борьбы несколько севернее, и 8-я стрелковая совершила передислокацию по маршруту Липтовски Градек, Кежмарок, Ждяр, Новый Тарг, Яблонка, Сувадув (последние на территории Польши). Завершалась подготовка к Моравско-Остравской операции, во время которой дивизии и другим соединениям армии предстояло ударом в направлениях Ружомберок— Жилина и Чарны Дунаец — Жилина сковать врага и облегчить главным силам фронта овладение Моравской Остравой, последним железорудным районом, остававшимся в руках Германии.
 
На первом этапе операции 8-я дивизия прорывала оборону противника на р. Чарны Дунаец. Бои продолжались с 7 по 14 марта и носили упорный характер. Частям дивизии и соседям удалось продвинуться всего на 12—17 км, и 17 марта наступление пришлось прекратить.
 
Причины медленных темпов продвижения стали предметом внимательного рассмотрения командиров и штабов, политорганов и партийных организаций. Большую работу в те дни в корпусе провел начальник политотдела армии генерал-майор Брежнев Леонид Ильич, с группой политработников прибывший в корпус в дни подготовки двухдневного семинара секретарей первичных партийных организаций. На всех участников семинара большое впечатление произвел его доклад о военно-политической обстановке и задачах войск фронта и армии. Но не меньшее значение имело и участие Л. И. Брежнева в подготовке и обсуждении других вопросов. Как вспоминает Н. С. Демин, еще до семинара «генерал Брежнев обстоятельно побеседовал с командирами и политработниками, побывал в дивизиях, выслушал начподивов товарищей Паршина и Вишняка (138-я стрелковая дивизия), встретился с воинами различных специальностей. Это дало ему возможность разобраться в причинах неудач последних боев, судить о степени подготовки к новым сражениям. В откровенных беседах поднималось множество вопросов». Вывод был ясен: низкие темпы продвижения объяснялись ограниченностью сил и боеприпасов, а еще больше — мощностью долговременных и полевых укреплений, построенных в довоенные годы и усиленных противником накануне и в ходе боев. Эти причины носили объективный характер, но имелись и другие — просчеты в планировании наступления, в организации боев и боевой подготовке частей и подразделений. Анализ хода боев и меры, принятые по устранению обнаруженных ошибок и недостатков, позволили лучше провести второй этап операции, тем более что перед его началом дивизия получила отдых и пополнила свои части, а наступать ей пришлось на другом участке, несколько южнее прежнего.
 
В упорных боях 28—30 марта дивизия прорвала оборону противника у населенного пункта Тврдошин и, отразив только у Хижны 11 контратак пехоты и танков противника, овладела г. Дольни-Кубин. Продвигаясь дальше на юго-запад между хребтом Высокие Татры и Орловска Магура, 8-я дивизия помогла 1-му Чехословацкому армейскому корпусу 5 апреля освободить г. Ружом-берок, крупный промышленный центр и узел коммуникаций. Месяц спустя, 3 мая 1945 г., Президиум Верховного Совета СССР наградил дивизию орденом Суворова 2-й степени.
 
Сопротивление фашистов не ослабевало. Опираясь на каждый выгодный рубеж (а горно-лесистая местность давала их в изобилии), враг стремился как можно дольше сохранить в своих руках Моравско-Остравский индустриальный район. И не только ради его угля, железа и продукции многочисленных предприятий, а еще и потому, что удержанием Западной Словакии и Моравии он затруднял взаимодействие между советскими войсками, наступавшими на Берлин и Вену.
 
8-я стрелковая дивизия после освобождения Ружом-берока повернула на запад. Взаимодействуя с частями
 
1-го Чехословацкого корпуса, она теснила гитлеровцев к г. Жилина. Приходилось много времени и сил расходовать на восстановление дорог и мостов, а когда обстановка требовала,— прокладывать новые пути через ущелья и хребты. Первый такой участок предстал в горах Малая Фатра. Усилиями саперов, артиллеристов и пехотинцев удалось даже пушки поднять на хребет высотой 1500 м; неожиданное появление советских и чехословацких частей южнее Жилины на рассвете 30 апреля сыграло решающую роль во взятии этого мощного узла сопротивления, с юга прикрывавшего район Моравской Остравы. Гарнизон города, уверенный в том, что наши войска далеко, отмечал какой-то праздник и, когда, словно снег на голову, обрушился удар крупных сил наших войск, бросил не только яства и спиртные напитки, но и тяжелое оружие, склады. Над Жилиной взвились флаги освобождения.
 
Не менее успешно провели бой наши земляки и спустя сутки у г. Турзовка. Фашисты полагали, что наши части придут туда по долине р. Кисуце. Но командир 151-го стрелкового полка подполковник В. Т. Завальнюк повел свою часть по кратчайшему пути: через хребет Яворники высотой 875 м. На избранном маршруте не оказалось ни дорог, ни троп. Лишь настойчивость и изобретательность воинов позволили преодолеть преграду не только стрелковым подразделениям и полковым 45- и 76-мм батареям, но и трем орудиям противотанкового артиллерийского дивизиона и шести самоходкам. Удар полка был неотразим. Но радость одержанной победы омрачила скорбная весть: на высоте 726,0 погиб смертью храбрых подполковник Завальнюк, выросший в дивизии от офицера оперативного отделения штаба до командира полка и снискавший славу отважного воина и заботливого начальника.
 
За успехи на заключительном этапе операции части 8-й стрелковой дивизии получили высокие правительственные награды, 62-му артиллерийскому Карпатскому полку (командир майор Ковалев Михаил Ефимович, замполит майор Петрушин Петр Афанасьевич) был вручен орден Красного Знамени, 151-й Карпатский (подполковник Левицкий Александр Филиппович и майор Гольдштейн Яков Владимирович) и 310-й ордена Кутузова 3-й степени (полковник Виноградов Василий Михайлович и майор Эльтерман Марк Моисеевич) стрелковые полки были удостоены ордена Суворова 3-й степени, 229-й стрелковый Попрадский полк подполковника Мелешко Евгения Петровича — ордена Кутузова 3-й степени, а 108-й отдельный истребительно-противотанковый дивизион (Герой Советского Союза майор Васильев Михаил Николаевич и старший лейтенант Отделков Павел Иосифович) — ордена Красной Звезды. Орденами и медалями Родина отметила также подвиги 2 136 солдат, сержантов и офицеров дивизии.
 
Казахстанцев, отличившихся в Моравско-Остравской операции, было много и в других частях и соединениях фронта. Двое из них — коммунист Рахимжан Токатаев и комсомолец Федор Кириллович Кердань — служили в одном орудийном расчете 1672-го истребительного противотанкового артиллерийского полка и свой подвиг совершили при отражении немецких контратак в апреле 1945 г. в районе Моравской Остравы. Хорошо замаскировав свою пушку у полуразрушенного дома, расчет подпустил колонну танков и бронетранспортеров противника и за несколько минут напряженнейшего боя уничтожил девять танков и четыре бронетранспортера. Наводчик Токатаев и его помощник Кердань за несгибаемую стойкость и воинское мастерство получили Золотые Звезды и ордена Ленина.
 
Западнее Остравы, у с. Парубы, похоронен прославленный снайпер 4-го Украинского фронта старшина Безголосое Виталий Мефодьевич. Ему, выпускнику Ленино-горской школы ФЗО, не пришлось поработать по своей гражданской специальности, и ненависть к врагу, нарушившему мирный труд Страны Советов, стала одной из причин его серьезного отношения к усвоению воинских специальностей стрелка, а затем и снайпера. В. М. Безголосов погиб под Остравой, спасая раненого офицера. В том бою он успел уничтожить 8 гитлеровцев, а общий счет истребленных сверхметким стрелком фашистов составил 279 солдат и офицеров. Обученные В. М. Безголосовым 67 снайперов 227-й стрелковой дивизии довели этот счет до 600 фашистов. Посмертно Родина присвоила своему верному сыну звание Героя Советского Союза.
 
Почти два месяца продолжалась Моравско-Остравская операция. К 5 мая, ко дню ее завершения, войска фронта продвинулись на 100—140 км, разгромили крупные силы гитлеровской Германии и освободили десятки городов, сотни сел и важнейших предприятий угольной, горнорудной, металлургической и других отраслей промышленности Чехословакии. Не менее важным было и то, что со взятием Остравского промышленного района войска 4-го Украинского фронта открыли себе путь в центральные районы братской страны.

Читать далее >>

 

 << К содержанию