Главная   »   Участие казахстанцев в завершающих..   »   72-я и 73-я гвардейские стрелковые дивизии в боях за изгнание оккупантов из Венгрии, Южной Чехии и Австрии


 72-я и 73-я гвардейские стрелковые дивизии в боях за изгнание оккупантов из Венгрии, Южной Чехии и Австрии

 

 

Большим напряжением отличались и бои на южном крыле советско-германского фронта. Правители третьего рейха стремились сохранить индустриальные районы Венгрии и Австрии, удержать на своей стороне последнего союзника, Венгрию, что в какой-то мере поддерживало падавший престиж Германии. Главное же, территория Западной Венгрии, Восточной Австрии и Чехии прикрывала пути отхода гитлеровских войск с Балканского полуострова, удержание которого, как не без оснований казалось гитлеровцам, облегчало Черчиллю и его единомышленникам задачу остановить Советские Вооруженные Силы как можно ближе к западным границам СССР. Упорным сопротивлением здесь враг рассчитывал, кроме того, выиграть время для строительства так называемой «альпийской крепости» в Южной Германии и Австрии. Отступив туда с наиболее боеспособными войсками, фашистские главари предполагали дождаться разрыва «противоестественного союза» США и Англии со Страной Советов, и, как писал Гальдер, снова выйти на сцену если и не в роли решающего фактора, то хотя бы желанного помощника американо-английских «демократий».

 
В составе войск 2-го и 3-го Украинских фронтов, разгромивших врага в Центральной Еврепе, отважно сражались посланцы Казахской ССР, а также сформированные в республике две стрелковые дивизии, два авиаполка, отдельная авиационная эскадрилья связи и мостостроительный батальон.
 
72-я гвардейская стрелковая Красноградская Краснознаменная дивизия (командир генерал-майор Лосев Анатолий Иванович, заместитель по политчасти полковник Денисов Григорий Иванович) 1945-й год встречала северо-западнее венгерского г. Сечень. После продолжительных и упорных боев во взаимодействии с конно-механизированной группой генерала И. А. Плиева она взяла его и вышла к р. Ипель. Лед еще не растаял, и это облегчило переправу. Вначале 1-й стрелковый батальон 222-го гвардейского стрелкового полка, а затем и другие вступили на землю Южной Словакии .
 
Гитлеровцы создали здесь мощную линию обороны, опиравшуюся па высоты, хребты и долины Словацких Рудных гор и на населенные пункты. С особым усердием укрепили г. Модри Камень, отстоящий от границы в 20 км. Враг сопротивлялся упорно и умело, тем не менее части дивизии сбивали его с выгодных рубежей и неуклонно приближались к г. Модри Камень. Взять его атакой с фронта не удалось, и командир дивизии приказал основными силами охватить город полукольцом, а учебным батальоном майора Шаповалова Ивана Кондратьевича обойти с севера и северо-запада и одновременной атакой уничтожить его гарнизон.
 
Внезапность удара и отличные действия подразделений завершились разгромом врага. Взятием г. Модри Камень 24-й гвардейский стрелковый корпус, в который входила 72-я гвардейская дивизия, выполнил ответственную боевую задачу: прикрыл войска левого крыла 2-го Украинского фронта во время окружения Будапешта. В первых числах января, когда немецко-венгерские фашисты начали контрудары южнее Дуная с целью прорваться на соединение с будапештской группировкой, корпус, и дивизия в том числе, из 53-й армии возвратился в 7-ю гвардейскую и двинулся на созданный ею плацдарм за р. Грон.
 
Гронский плацдарм в период затишья лишал врага возможности пользоваться важнейшими железнодорожными узлами, какими являлись расположенный на левом берегу Дуная словацкий г. Комарно и лежавший через реку венгерский Комаром. Гвардейцы-красноградцы прибыли на плацдарм 9 января и в тот же день включились в борьбу за его расширение. Заняв участок севернее г. Камендин (Каменин), в центре армейской полосы, дивизия 222-м и 224-м полками в 11 час. утра атаковала противника. Оборона гитлеровцев была прорвана, взят крупный населенный пункт Барт, но дальше продвинуться ни в тот, ни в два последующих дня не удалось: с подходом пехотной и двух танковых дивизий противник получил численное превосходство в людях, артиллерии и танках. Пришлось перейти к обороне. Армия не смогла овладеть Комарно, но своими действиями сорвала удар гитлеровцев вдоль правого, южного, берега Дуная с целью деблокады Будапешта.
 
Потерпели неудачу и две другие попытки врага прорваться южнее Дуная, и 13 февраля остатки его 188-тысячной будапештской группировки были уничтожены или пленены. В создавшихся условиях противник решил, усилив действовавшие здесь войска 6-й танковой армией СС, снятой с западного фронта, разгромить наши части у оз. Балатон и западнее Дуная, восстановить линию фронта по этой реке и надолго сорвать самую возможность наступления советских войск на венском стратегическом направлении. Но предварительным условием столь крупного наступления враг не без основания считал ликвидацию плацдарма за Гроном.
 
Наступление противник начал 17 февраля в 8 час. силами двух танковых и трех пехотных дивизий с частями усиления на участке Барт, Нова-Вьеска. 70 танков в сопровождении пехоты атаковали центр и левое крыло
 
72-й гвардейской дивизии, где оборонялись 222-й и 224-й гвардейские стрелковые полки. Они и их соседи оказались в тяжелом положении: в стрелковых ротах после многочисленных боев оставалось не более 25—30 человек, 4-й мехкорпус имел всего 20 танков и самоходных орудий, а артиллерия усиления еще находилась в пути из Будапешта, где она помогала штурмовать городские кварталы.
 
Превосходство в силах и внезапность удара обеспечили врагу и некоторые другие преимущества. Шквалом бомб, снарядов и мин ему удалось разрушить некоторые командные и наблюдательные пункты, вывести из строя телефонную связь и па какое-то время нарушить управление внутри частей и подразделений. В 9 час. 30 мин. часть немецких танков и пехоты прорвалась к НП генерала Лосева.
 
Бой на всех участках с самого начала принял ожесточенный характер. 224-й полк был обойден и окружен противником севернее г. Солдины (Сводин). В окружение попали отдельные роты и батальоны других полков. Два немецких танка с отрядом автоматчиков прорвались к командному пункту командира 222-го гвардейского полка подполковника Ходжаева Хашима Саидовича. Организовав оборону, офицер с гранатой в руках выскочил из окопа и подбил немецкий танк. В то же мгновение брошенная из другого танка граната взорвалась под ногами Ходжаева, и он погиб. Метко посылал свои мины в стаи врага расчет миномета коммуниста, старшего сержанта Гончара Александра Терентьевича. Когда же фашисты приблизились вплотную, минометчики взялись за автоматы, карабины и гранаты, а затем дружной контратакой отбили врага. Будущий писатель и лауреат многих премий Олесь Гончар получил тогда одну из первых своих наград — орден Славы 3-й степени.
 
Имя и дела одного из героев Грона увековечила листовка, выпущенная в тот же день комсоргом 1-го батальона 229-го гвардейского стрелкового полка лейтенантом Козионовым Константином: «Бессмертный подвиг совершил комсомолец Куценко. Во имя Родины он не пожалел своей жизни. В самые напряженные минуты боя с вражескими танками, чтобы не пропустить их и удержать свой рубеж, Куценко, обвешавшись гранатами, бросился под танк. Фашистская бронированная машина не прошла через нашу оборону, подорвалась на гранатах. Но погиб смертью героя и бессмертный комсомолец гвардии рядовой Куценко.
 
Поклянемся, товарищи, беспощадно мстить немцам за смерть нашего боевого друга Куценко Ивана Макаровича».
 
Бои, почти не стихая, продолжались целую неделю. Окруженные вырвались из вражеского кольца. Временами гвардейцам удавалось контратаками восстанавливать положение, но в конце концов по приказу командования им пришлось 24 февраля отступить на восточный берег Грона. Многие сложили свои головы у Барта, Солдин, Камендина, у безымянных высот и лощин, на берегу горной реки. Но враг понес еще большие потери: в полосе
 
72-й гвардейской он похоронил более 2 тыс. своих солдат и офицеров. Главное же состояло в том, что танковые дивизии в «предварительной» операции и только на участке красноградцев лишились 72 танков и штурмовых орудий, и 16 бронетранспортеров.
 
Командование и политорганы проанализировали причины вынужденного ухода с плацдарма, обратив главное внимание не на отыскание объективных трудностей, а на выявление просчетов командиров всех степеней и недостатков в боевой подготовке частей и соединений. Среди таких причин было выделено две. Во-первых, ослабление внимания к разведке, в результате чего штабы не располагали точными данными о силах и планах врага. Не получили они, в частности, сведений и о появлении у противника технической новинки — приборов ночного видения, при всем несовершенстве первых конструкций которых у него расширились возможности боевого применения танков и других видов тяжелого вооружения. Во-вторых, появились настроения скорой и легкой победы, что породило у части воинов ошибочное представление о неспособности врага к наступлению.
 
Месяц соединения армии находились в обороне, пополняя свои ряды и запасы боеприпасов, совершенствуя боевую выучку частей и подразделений. Одновременно в штабах разрабатывались планы новой операции, в итоге которой войска левого крыла 2-го Украинского фронта должны были освободить столицу Словакии Братиславу, центр Моравии г. Брно и оказать содействие 3-му Украинскому фронту но взятии Вены.
 
Утром 25 марта дивизии первого эшелона форсировали Грон, взломали оборону противника и начали преследование. Во второй половине дня в бой была введена и 72-я гвардейская дивизия (командир полковник Баталов Григорий Михайлович, замполит полковник Чертов Федор Иванович, переправившаяся через реку у поселения Жемляри. Сбивая заслоны и отражая контратаки, она вытеснила гитлеровцев из г. Тур, поселений Малаш, Фернади, ст. Бори. К вечеру 29 марта, преследуя два пехотных полка противника, гвардейцы-красноградцы вышли к р. Питра на участке Нове-Замки, Насвад. Во взаимодействии с конно-механизированной группой Пли-ева город и важный узел дорог Нове-Замки был освобожден, а к утру 31 марта дивизия с боями прошла еще более 20 км и с ходу форсировала р. Ваг.
 
Немецкое командование рассчитывало задержать наши части перед Братиславой, опоясанной долговременными и полевыми оборонительными сооружениями, запиравшими проход между Дунаем и Малыми Карпатами. Однако эти планы рухнули. Сбивая арьергарды противника, 72-я гвардейская дивизия обошла Братиславу, перерезала дороги, ведущие на север и северо-запад. Столица Словакии 4 апреля была освобождена, а на следующий день дивизия подошла к р. Морава, границе между Чехословакией и Австрией.
 
6 апреля одновременно тремя полками гвардейцы-красноградцы начали переправу через разлившуюся Мораву. 222-й стрелковый полк подполковника Вербицкого Петра Васильевича сделал множество плотов и плотиков из бревен и досок, собрал лодки и, форсировав реку у с. Хохштетно, закрепился на дамбе. У с. Ступава преграду преодолели 224-й и 229-й гвардейские стрелковые полки. Среди отличившихся наибольшей популярностью пользовалось имя разведчика старшины Али Каримова. В разгар боев на гронском плацдарме комдив прислал поздравление кавалеру двух орденов Красной Звезды, 3-й и 2-й степени Славы с днем рождения и пожелал «счастливо окончить войну и с победой вернуться на Родину, к своим родным и любимым». На моравском плацдарме лихой разведчик незамеченным подполз к пулеметным гнездам врага и, несколькими гранатами уничтожив их, открыл путь стрелкам. Затем проник во вражеский тыл и захватил штабные документы и рацию. За эти подвиги отважный сын Туркмении получил орден Славы 1-й степени.
 
Закрепившись на плацдарме, дивизия по приказу командования повернула свои части почти прямо на север, на нефтеносный район Цистерсдорф, последний район нефтедобычи врага. 17 апреля Цистерсдорф был взят, и вскоре дивизия (с 26 апреля в командование ею вступил полковник Панков Александр Гаврилович) вновь, уже в третий раз, вступила на территорию Чехословакии. За время Братиславско-Брновской операции, с 25 марта по 5 мая 1945 г., она с боями прошла более 200 км, форсировала крупные, особенно в период весеннего разлива, реки Житва, Нитра, Ваг и Морава. Трижды дивизия отмечалась в приказах Верховного Главнокомандующего и столько же раз — за освобождение Нове-Замки, Братиславы и взятие Цистерсдорфа — Москва салютовала гвардейцам.
 
Весь путь от Сталинграда до Южной Чехии в составе 7-й гвардейской армии прошел 156-й отдельный мостостроительный батальон (командир капитан Куровский Николай Вячеславович, заместитель по политчасти капитан Холин Иван Иванович). Последний отрезок пути
 
— бои на территории Венгрии, Чехословакии и Австрии
 
— стал, без преувеличения можно сказать, периодом максимальной нагрузки и высшей производительности труда. В последние предновогодние дни батальон построил один и восстановил два низководных моста через р. Ипель у Сакалоша. 11 января прошел сильный дождь, и паводок снес все переправы. Поднятый по тревоге батальон в 23 час. 11 января начал и к 13 час. 12 января закончил восстановление всех трех мостов. Солдаты едва успели привести в порядок свое хозяйство — поступил приказ выступить в новый район и у г. Камендин соорудить высоководный мост через Гроп. В 22 час. 15 января по мосту уже пошли артиллерия и автомашины с боеприпасами. Позже, едва немецкие войска приблизились к реке, саперы взорвали детище мостостроителей, а в марте, когда армия перешла в новое наступление, батальон за 30 час. вновь построил переправу.
 
Воинам батальона запомнилась ликующая Братислава, в которую мостостроители прибыли на третий день после ее освобождения. Здесь, у с. Девинска-Нова-Вес, они совместно с двумя дорожно-строительными батальонами восстановили мост через Мораву. Передвинувшись севернее, к с. Дюнкрут, восстановили другой мост через ту же реку. С 17 апреля по 1 мая батальон построил 5 железнодорожных мостов восточнее Вены. День победы наши земляки встретили снова в Чехословакии. Здесь, в Пржибище и Погоржелице, они построили свои последние за войну мосты. Производительность труда в те дни составила 290 -320 проц. Почти трехкратное увеличение объема выполняемых работ за одно и то же время
 
— достижение крупное. Важнейшими элементами, обусловившими рост производительности труда, явились, во-первых, увеличение оснащенности части машинами, механизмами и приспособлениями, многие из которых создали батальонные умельцы-рационализаторы; во-вторых, возросла квалификация воинов всех специальностей и улучшилась организация труда; в-третьих, поднялась политическая сознательность, боевая и трудовая активность воинов. Все потенциальные возможности стали реальностью благодаря многогранной и непрерывной работе командования батальона, его политработников, партийной и комсомольской организаций. Особо следует сказать о деятельности партийной организации части, которую на последнем этапе боевого пути возглавлял лейтенант Козлов Василий Григорьевич. За время войны она выросла на 143 человека и объединяла почти половину личного состава, выдвинула из своей среды таких замечательных командиров-единоначальников, сочетавших технические знания с навыками организаторов производства и воспитателей подчиненных, как майоры Е. 3. Коробанов и А. А. Петров. Бывшие рядовые С. А. Будаев, Зенков, Мятиш, В. В. Оленкович стали офицерами, командирами взводов и рот. Всегда в срок и качественно выполняли задания плотники Б. Н. Гатилов, Д. А. Индуашвили, К. Ногамбаев и Ш. Алиев, тракторист М. Бакумбаев, машинист Д. Р. Дрождинов, механик по тракторам А. Даулбаев, шофер А. К. Шахов, санинструктор И. 3. Шарибджанов. А за ними, самыми опытными и активными, шел весь батальон. Труд мостостроителей высоко оценен. Батальон неоднократно получал благодарность, а его солдаты, сержанты и офицеры были отмечены 92 орденами и 257 медалями «За отвагу» и «За боевые заслуги».
 
73-я гвардейская стрелковая дивизия (командир генерал-майор Козак Семен Антонович, заместитель по политчасти полковник Воронов Алексей Григорьевич) после боев на плацдарме у Батины в составе 64-го стрелкового корпуса 57-й армии 3-го Украинского фронта наступала на северо-запад, освобождая южную часть Задунайской Венгрии.
 
В середине декабря 1944 г. армия перешла к обороне, достигнув рубежа южный берег оз. Балатон, Надькорпад, Бабоча, Барч.
 
Наступлением от Дуная до Балатона 57-я армия надежно прикрыла с юга и юго-запада главную группировку фронта, обошедшую с юго-запада и окружившую Будапешт. Вместе с тем выходом к Надьбайому армия и ее
 
73-я гвардейская стрелковая Сталинградская Дунайская Краснознаменная дивизия угрожали Надьканижскому нефтеносному району и юго-восточным районам Австрии. Потому-то гитлеровцы превратили это крупное село в опорный пункт обороны и стянули сюда значительные силы.
 
Надьбайом несколько раз переходил из рук в руки и все же был удержан противником. В подготавливавшейся Балатонской, последней крупной наступательной операции на советско-германском фронте, противник, как отмечалось, рассчитывал окружить и уничтожить наши войска между Балатоном и Дунаем, очистить всю Задунайскую Венгрию и выиграть время для укрепления «альпийской крепости» и политических комбинаций с нашими западными союзниками.
 
Наше командование своевременно вскрыло подготовку противника к наступлению. Больше того, удалось определить направления его ударов и время начала операции. Поэтому, не прекращая подготовки Венской наступательной операции, советские войска усилили внимание к укреплению своих оборонительных позиций: как и на Курской дуге, было решено преднамеренной обороной перемолоть танковые дивизии врага, а затем начать наступление.
 
В центре 57-й армии генерал-полковника М. Н. Ша-рохина оборонялся 64-й стрелковый корпус генерал-майора И. К. Кравцова. Его передний край тянулся от Шапоньяй до Надькорпад и имел протяженность 28 км. Из них 10 км занимала 73-я гвардейская дивизия, в первом эшелоне которой находились 211-й стрелковый полк полковника Г. К. Гизатуллина и 209-й подполковника Н. И. Ященко. 214-й полк полковника В. И. Давиденко составлял второй эшелон дивизии и размещался в 7—8 км восточнее 209-го, перекрывая шоссе Надьбайом — Капошвар.
 
6 марта в 6 час. 30 мин. враг начал артиллерийскую подготовку, но уже несколькими минутами позже заговорила наша артиллерия и нанесла врагу первые и довольно значительные потери. Однако планы свои гитлеровцы не отложили и через час, после налета бомбардировщиков, пошли в атаку. Главный удар наносился по левому флангу 73-й гвардейской и правому флангу 299-й стрелковых дивизий.
 
Мощный напор противника пришелся на 6-ю стрелковую роту 209-го стрелкового полка. Командир роты коммунист лейтенант Вальняков отлично руководил подразделением и приданными средствами усиления. Пять атак отразили воины, положив перед своей траншеей десятки трупов гитлеровцев. При этом погибли и получили ранения более половины из 72 солдат и офицеров подразделения; тяжело ранен был и Вальняков. Но никто не подумал отступить и тогда, когда противнику удалось окружить роту. Только получив приказ командования, герои отошли на новый рубеж.
 
По-сталинградски стояли и другие роты полка, на который наступали два пехотных полка противника в сопровождении танков, многочисленной артиллерии и авиации. Только численным перевесом, громадными потерями и продвижением на участке левого соседа он сумел к исходу дня потеснить полк на несколько километров.
 
Упорный бой разгорался и на участке 211-го гвардейского стрелкового полка, против которого враг бросил также два пехотных полка и 20 танков и штурмовых орудий. До двух батальонов при поддержке танков атаковали батальон капитана А. А. Маркиданова. Подпустив танки на расстояние прямого выстрела, комбат приказал открыть огонь всем батареям, находившимся в его подчинении. Одновременно минометчики, стрелки и пулеметчики начали массированный обстрел пехотинцев. Потеряв два танка и десятки солдат и офицеров, противник отступил.
 
Однако кое-где фашистам удалось потеснить подразделения полка и к 10 час. овладеть селами Шетель и Чикот. Чтобы воспрепятствовать дальнейшему продвижению противника, командир дивизии решил контратаковать его силами 214-го полка. Полк задачу выполнил: развернувшись на опушке восточнее Шетеля, он после огневого налета выбил гитлеровцев из Чикота и закрепился. Еще семь раз враг пытался захватить этот выгодный рубеж, но, потеряв сотни солдат и офицеров, остался на исходной позиции.
 
Среди героев отражения атак противника командование и политотдел дивизии выделили группу 49—50-лет-них воинов, которые участвовали во второй и даже третьей войне, отлично знали оружие и тактику боя на любой местности и в любых условиях. Хладнокровие и выдержка, стойкость и отвага, настойчивость в достижении цели — именно такими чертами отличались коммунисты-ветераны сержант Жуков, рядовые Обухов, Борисов, Зорин и др., которые оказывали влияние на молодых воинов, передавали им свои знания и навыки, вели на подвиги.
 
Повышению боевой активности воинов содействовала многосторонняя работа командиров, политработников, а также партийных и комсомольских организаций среди воинов нерусских национальностей, особенно прибывающих с пополнением из закавказских и среднеазиатских республик. В их числе были люди старшего возраста, детство и юность которых прошли при царизме и гнете русских и собственных эксплуататоров. Поэтому среди них встречались такие, кто не знал русского языка, и вообще неграмотные. Работу по их подготовке к боевой деятельности, начатую в организациях Осоавиахима и запасных частях, следовало продолжать, расширяя ее тематику и углубляя содержание. Настоящими мастерами такой работы зарекомендовали себя капитаны Карабаев и Елисеев, лейтенанты Курашев и Худайбергенов, старшины Сабиров, Серебрянников п сержант Кропотов. Не считаясь со временем, они помогали узбеку Узаку Усманову, татарину Караишину, казахам Калману Исмаилову, Тауртаю Суюндукову, Касыму Заитову и др. изучать русский разговорный язык, затем научили их читать и писать на родном языке. К тому времени бойцы пополнения хорошо усвоили устройство и принципы боевого применения своего оружия. В мартовских боях они уже дрались так же стойко и умело, как и ветераны части. За подвиги на венгерской земле Заитов и Суюндуков были приняты в партию, Усманов, Игманов и Шалманов стали кандидатами в члены партии.
 
Итог первого дня борьбы оказался неплохим. Врагу в полосе дивизии удалось лишь кое-где продвинуться на
 
2—4 км. При этом 118-я дивизия немцев потеряла столько живой силы, техники и оружия, что наступать больше не могла. Это позволило командованию армии передать участок 211-го гвардейского полка соседнему корпусу, за счет этого уплотнить боевые порядки дивизии и улучшить условия для отражения последующих ударов противника.
 
Еще три дня продолжались ожесточенные бои: противник предпринимал от 18 до 28 атак в сутки. Временно он захватил села Балажка Северная, Балажка Средняя и вплотную подошел к шоссе Надьбайом—Капошвар. Однажды танки и штурмовые орудия врага появлялись даже у КП комдива, в другой раз им удалось зайти в тыл дивизии и поставить ее под угрозу окружения. Однако общее продвижение врага в полосе 73-й дивизии составило всего 6—8 км. Даже первую, главную, полосу обороны дивизии фашисты прорвать так и не смогли. За подвиги, совершенные с 6 по 9 марта, было представлено к правительственным наградам 430 солдат, сержантов и офицеров соединения.
 
Огромную роль в победе у Надьбайома сыграло четкое руководство войсками со стороны командования корпуса, армии и фронта, смело маневрировавших силами и средствами вдоль фронта и из глубины, благодаря чему в полосу 64-го корпуса за три дня было переброшено более 600 орудий и минометов. Если утром первого дня противник превосходил части 73-й гвардейской и ее соседей по количеству артиллерии в 4 раза, а к концу того же дня — в два раза, то на второй день огневая мощь сторон выравнялась, а на третий уже наши войска превосходили врага.
 
Сорвав наступление гитлеровцев, наши войска завершили подготовку и сами перешли в наступление. Началась последняя на южном крыле советско-германского фронта Венская наступательная операция. Началась она на направлении главного удара севернее Секешфехерва-ра 16 марта, а соединения 57-й и 1-й болгарской армий, составлявшие левое крыло фронта, двинулись вперед 29 марта. Успешное продвижение войск ударной группировки фронта облегчило задачу его левого крыла, и уже 30 марта гвардейцы-сталинградцы подошли к окраинам Надьканижи. Через день совместным ударом 5-го гвардейского кавалерийского корпуса с севера, 73-й и других дивизий 64-го стрелкового корпуса с северо-востока и востока во взаимодействии с болгарскими частями, наступавшими южнее, город и нефтепромыслы были взяты. Гитлеровцы подготовили к взрыву все сколько-нибудь важные объекты, но осуществить свои дьявольские замыслы не успели: столь стремительным и сильным был удар союзников.
 
Преследование отходящего противника велось по всем дорогам. Наиболее успешными были действия 209-го гвардейского стрелкового полка, значительную часть пути шедшего головным. Наступая вдоль р. Мура, 73-я гвардейская в третий раз вступила на территорию Югославии. Освободив г. Мурска-Собота и многие населенные пункты Дравской Бановины, она перешла австрийскую границу и, сбивая заслоны немецких войск, овладела Раднерсбургом и Лейбницем. Окончание операции дивизия встретила в г. Вильдон, а праздник Победы уже на линии встречи с американскими войсками юго-западнее г. Грац.
 
В боях за освобождение Австрии и ее столицы участвовали многие сыновья Казахстана, а среди отличившихся назовем трех воинов 331-го гвардейского стрелкового полка 105-й гвардейской дивизии: Андрея Мудрагеля, Григория Сливных и Жолдыхана Аминова. У высоты 373 их батальон перекрыл дороги из Вены на запад и принял на себя удар во много раз превосходящего противника. Подразделение удержало важный рубеж и нанесло гитлеровцам тяжелые потери. Автоматчик Мудрагель в том бою заменил погибшего пулеметчика, связной командира батальона сержант Сливных, прибывший в одну из рот, заменил раненого командира и умело руководил ротой до разгрома врага, а минометчик Аминов, оставшись один, продолжал разить врага из миномета, пока не кончились мины. Автоматчики пробились к нему на помощь, когда у отважного солдата кончались гранаты и патроны. Все трое наших земляков были удостоены тогда одной награды — ордена Славы 3-й степени.
 
Высшего воинского отличия — звания Героя Советского Союза — за подвиги у австрийской столицы был удостоен капитан Пупков Михаил Алексеевич, до призыва в армию (ноябрь 1941) г.) работавший на Алма-атинской обувной фабрике. К юго-восточным окраинам Вены стрелковый батальон капитана Пупкова прорвался первым из подразделений 62-й гвардейской стрелковой дивизии, опередив и отступающие части противника. В ночь на 9 апреля батальон перекрыл шоссе Зиммеринг — Шве-хат, а утром вступил в бой с вражескими подразделениями, пытавшимися прорваться в Вену. Потеряв до сотни солдат и офицеров и множество оружия и боевой техники, фашисты в полном беспорядке бежали. На их плечах батальон Пупкова ворвался в Вену и к исходу второго дня беспрерывного боя вышел к Дунаю.
 
С выходом на линию Моравска-Острава — Брно — Вена советские войска завершили освобождение Словакии, Моравии, Задунайской Венгрии и Северо-Восточной Австрии. Это не только лишило врага крупнейших индустриальных центров и районов нефтедобычи, но и позволило охватить с юга правое крыло немецко-фашистской группы армии «Центр» и создать тем самым оперативные предпосылки для новой операции — Пражской.

Читать далее >>

 

 << К содержанию