Главная   »   Свет Очага. Шамшиябану Сатпаева   »   Газиз Имантаевич Сатпаев


 Газиз Имантаевич Сатпаев  

(1849-1937)

 

 

Одним из долгожданных внуков прадеда Сатпая был Газиз — (Габдул-Газиз, Бокеш, Бокежан), отец Имантай Сатпаев и мать Алима Исина.
 
Родившийся в состоятельной семье Газиз в детстве и юности нужды, трудностей не знал. Родители научили его грамоте, учился в аульной Аккелинской школе, затем дали образование в городе, в Омске. Отец решил, что большое хозяйство, дом теперь должен вести старший сын Газиз, быть ближе к нему, так как неумолимо приближалась старость.
 
Таким образом, от Газиза Имантаевича зависело благополучие семьи. До ухода из жизни он с честью и достоинством продолжал благородные традиции Сатпаевых, участвовал в общественно-культурной жизни Баянаульского края. Вот какие свидетельства сохранились о том, как Г азиз, кроме выполнения больших домашних дел и ведения огромного хозяйства, участвовал и в общественно-хозяйственной жизни края в качестве Председателя Правления Аккелинского потребсоюза.
 
БАЯНАУЛЬСКАЯ КОНТОРА ПАВП0ТРЕБСОЮЗА 15.Ш.1927 ГОДА N259 СТ. Б-АУЛ ПАВ. У.
 
САМ.ГУБ.
 
 
Удостоверение
 
Дано настоящее удостоверение гр-ну Сатпаеву Бокешу Имантаевичу в том, что он с 17 декабря 1925 года по настоящее время состоит Председателем Правления Ак-келинского ПО “Тан", к обязанностям своим относится по силам возможности аккуратно, как кооператор проявлял инициативу по восстановлению мощи упомянутого ПО. и кооперированию населения, что и удостоверяется подписями и приложением печати.
 
пп. Зав.конторой (подпись)
Печать (бухгалтер)
Делопроизводитель (подпись)
Копия верна.
10/XI-28 г/
 
Но тогдашняя подозрительность советских органов к выходцам из зажиточных, состоятельных, байских семей и бесконечное гонение не давали Газизу Имантаевичу спокойно работать и жить по-человечески. По всяким ложным доносам неоднократно его арестовывали и держали в тюрьме. Начались бесконечные, унижающие человеческое достоинство, судебные дела.
 
В письмах К.И.Сатпаева так описано положение семьи в середине 20-х годов XX века:"От А.З. (Абикей Зеинович — Ш.С.) получил одну телеграмму, писем еще нет. Настроения мои не особенно важные. Из дома сведения получаю тревожные: идет джут, кроме того арестовали моего единственного брата (отца Галимтая). Я уверен, что ни в чем неповинен и поэтому его скоро должны освободить, но его отсутствие как раз во время джута может сильно отразиться на хозяйстве. Особенно каково положение старых родителей, пятерых детей брата..." (1928,11 апреля).
 
В другом письме К.И.Сатпаева так описано в те 20-ые годы тревожное трудное положение родного, далекого от Москвы аула, а также родителей и родственников.
 
"… Положение в нашем ауле, судя по всему, создалось тяжелое. Ко всему, о чем писал раньше, присоединилась еще смерть отца и арест одного из двоюродных братьев… Каково положение пятерых малолетних детей и жены брата, а также моей старой матери — я не знаю, т(так) к(как) вот уже два месяца, как нет писем от них. Брат сейчас — в Павлодаре. Его участь дальнейшая пока неизвестна. Я принимаю все меры, чтобы его дело было рассмотрено вновь авторитетными государственными органами. Дело о нем (брате) настолько нелепо по существу, что я почти не сомневаюсь в успехе. Это дело специфическое порождение степной глуши, состряпанное еще на основе взяток его личных врагов. Строгий и справедливый советский суд, несомненно, скоро раскроет все эти темные махинации. Но какие тяжелые переживания выносит его семья, без средств к существованию, без него, после смерти отца? Мне все это переживать тоже тяжело, но я все-таки не падаю духом..."
 
1928 год, 7-10 мая, Москва.
 
После годовщины смерти отца и освобождения из-под ареста стало трудно жить в Баянауле в условиях постоянного подозрения НКВД и братья приходят к решению — часть большой семьи отправить в Карсакпай, где стал работать инженером К.И.Сатпаев, а часть устроить в Омских краях. Так девятнадцать человек из аула Сатпаевых перебирается в Карсакпай, остальные -вместе со своей и семьей К.И.Сатпаева, домочадцев двоюродных братьев с многочисленными детьми переезжают в Омский край, где в 40 километрах от города в живописном местечке Г.И. Сатпаев устроит их, обеспечив домами, всеми удобствами. В устройстве большого аула в новых местах Газизу Имантаевичу помогли прежние, преданные, искренние помощники, семьи которых также были вместе со всеми Сатпаевыми.
 
Г.И.Сатпаев работал председателем районного Совета и имел большой авторитет. Однако и здесь, в Омском крае, ему не давали работать спокойно, преследовали, в 1937 году арестовали и расстреляли, так он безвинно, трагически стал жертвой репрессии, которая планомерно и жестоко губила самых умных, деятельных представителей интеллигенции. В самом расцвете сил — в 43 года жизни — не стало Газиза Имантаевича. Забота о большом семействе его и не очень приспособленных к жизни двоюродных братьев Сатпаевых легла на их любимую сноху — Шарипу Смагуловну — первую жену К.И.Сатпаева. С далекого от Омска — Карсакпая К.И.Сатпаев тепло заботился о близких, то иногда сам приезжая, то посредством верных, преданных помощников -Жумагула и Бакая Бекхожиных.
 
К.И. Сатпаев вспомнит о родном брате в автобиографиях, письмах и записях, высоко ценит его справедливость, интеллект, человеческие качества. "… он приходится мне родным братом. Его настоящее имя — Г азиз, а Бокеш — ласкательное имя, данное с детства. Подробная справка о нем дана в моей автобиографии" — писал К.И.Сатпаев. "… то, что творилось в его душе, мало кому было ведомо. То ли он считал, по врожденной деликатности, что его душевные передряги мало интересны сотоварищам и друзьям, то ли остерегался причинить кому-либо неприятности распределением по друзьям личных забот. Не знаю. Могу только догадаться, как он болел за любимого брата Бокеша (Газиза — Ш.С.), исчезнувшего навсегда в 1937 году. Бокеш был старше Каныша. По словам Алькея Маргулана, Каныш Имантаевич ничего не стоил против старшего брата. Когда же я поделился с академиком мнением Алькея-ага, то в первый и последний раз увидел, как заблестели от слез глаза Президента. Проморгавшись, он тихо заметил: "Против Бокеша я действительно ничего не стою" (Чокин Ш. Четыре времени жизни. Алма-Ата, 1992. С.273)".
 
А.ХМаргулан писал о Газизе Имантаевиче следующее, выделяя его человеческие качества, увлечение им литературой, музыкой, об авторитете среди современников, наконец, об оценке его высокого интеллекта сыном Абая Турагулом Ибрагимовым, К.И.Сатпаевым.
 
В своих воспоминаниях академик Ш.Ч.Чокин отмечает, что Газиз Имантаевич общался с одним из талантливейших поэтов, историков Машхур-Жусупом Копеевым (1858-1931): ''… здесь стоял кыстау Бокеша — старшего брата Каныша Имантаевича, Бокеш (настоящее имя Газиз) принадлежал к числу редких избранных, кому удавалось на равных говорить с самим Машхур-Жусупом Копеевым" (Чокин Ш. Четыре времени жизни. С. 209-210).
 
Детские впечатления запоминаются надолго. С годами нет-нет да появляется желание оглянуться на далекое прошлое, перебирать в памяти некоторые события.
 
Видимо, дядя Газиз был и чудным архитектором, по его распоряжению, когда переехали его семья и семьи родственников и помощников в новые омские края, недалеко от центра района, на южной стороне, в живописнейшем месте с полянами и небольшими лесами нарядных белых берез были построены уютные деревянные дома с красивыми оградами. Дома воздвигнуты на определенном расстоянии друг от друга, а большая пустующая середина предусмотрена для отдыха. Недалеко от этого чуть обособленного аула Сатпаевых — место для спортивных игр, зимой каток, а для лыжной прогулки есть широкие поляны, которых множество в омских окрестностях, что интересно, естественные леса небольшими кучами перелесками-колками росли на равнинах. Чистый, чудесный, целебный воздух и солнце — круглый год, в общем, прекрасные места.
 
Высокий, едва сутуловатый, чуть с проседью кудреватые волосы, выразительные большие черные глаза, белое румяное лицо, спокойная аристократическая выправка — таким запомнился ребятам Газиз Имантаевич. Мы, тогда дети, любили его, появление взрослого человека в нашем кругу как бы всех дисциплинировало, организовывало и располагало к разговорам, даже вели осмысленные беседы, потому что дядя Газиз с большим уважением и любовью относился к младшим. Бывало, выслушав бесконечные детские вопросы на понятном лишь мальчикам и девочкам языке объяснял, интересовался чуть ли не каждым из нас, кто что делает — рисует, на каких музыкальных инструментах умеет играть, у некоторых из нас, кстати, тогда были и частные учителя, которые учили игре в присутствии Газиза ага. Несмотря на занятость на работе, Газиз Имантаевич всегда уделял большое внимание домочадцам, детям.
 
Бывало, Газиз ага иногда любил гулять перед сном в сопровождении аульчан или детей. В такие минуты иногда звездное ясное небо вызывало у ребят необычно фантастические образы и на наивные детские вопросы, что такое небо, почему днем появляется солнце, куда уходит вечером, что такое луна, как она не боится быть одной в небе, почему звезд много, и одни чуть больше других, почему мерцают, куда они деваются днем, что такое снег, дождь, зима и многочисленные "почему" он, терпеливо слушая, разъяснял, как школьный учитель, поэтому мальчики и девочки всегда его ждали охотно, с большим интересом. Когда вдруг его не стало, дети долго чувствовали себя как сироты и все же надеялись, что вот-вот вернется любимый дядя, помню, бросая игры, гурьбой, часто бежали навстречу черным высоковатым тогда машинам, подъезжающим со стороны города. Верили наивно, что в одной из них едет дядя Газиз как прежде со множеством сладостей, чудных оберточек конфет и кучей книг, тетрадей и с новыми игрушками, всякими обновами. Увы, так и не вернулся старший брат отца.
 
В доме Газиза Имантаевича была большая библиотека. В красивых нескольких книжных шкафах размещались книги и журналы. На титульных листах красовалась тонкая печать "Из книг Газиза Сатпаева". В то время дом Газиза был как бы культурным центром того края, люди приходили, брали с разрешения хозяина или его помощника что-либо интересное почитать, в дермантиновом толстом журнале обычно отмечали, кто, когда, какую книгу взял и строго предупреждали, чтобы книги обертывались в белую бумагу, не держали их сальными, жирными, потными, грязными руками, не гнули страницы, не ставили какие-либо знаки, не писали на полях.
 
Когда арестовали Газиза Имантаевича, сотрудники приезжали в его дом, делали обыск, рылись в библиотеке и, сложив много книг и бумаг в ящики, а также упаковав красивые сервизы, вазы, статуэтки в сундуки, увезли с собой. Эти неприятные, суровые люди в желтоватозеленых кителях, в лакированной обуви, для нас были ненавистными, когда два-три сотрудника НКВД направлялись в детскую комнату мы, дети, цепочкой стали у двери и не хотели пускать. Видимо, им уже надоело рыться в комнатах, поэтому оставили нас в покое, а не то могли бы выгнать вон. Таким образом шкафы с книгами в детской комнате остались в целости и сохранности, не тронутыми чужими руками.
 
Среди детских книг оказались запрещенные в то жуткое время. Например, одну из книг под названием "Маса" -“Комар" наш воспитатель Жумагул, который был грамотным, попросил Газиза держать в детской комнате и иногда читал нам такие сокровенные строки. Поймав комара и держа в стакане, говорил, что и у него, как у людей различных возрастов, есть характер, дела, а мы, дети, с интересом слушали:
 
Ызындап ұшқан мынау бізддiң маса,
Сап-сары аяқтары үзын маса,
Өзіне біткен тусі өзгерілмес,
Дегенмен, қара яки қызыл маса.
Үстінде ұйықтаганның айнала ұшып,
Қаққы жеп қанаттары бүзылғанша.
Үйқысын аз да болса бөлмес пе екен,
Қоймастан қүлағына ызындаса?
 
Справа налево, в первом ряду: Баргай Газизович,
Малеш Канышевич, Газиз Имантаевич, Маруа (супруга Газиза),
Галимтай Газизович; во втором ряду: Ханиса Канышевна,
Ханен Газизовна Тулеубай Газизович Сатпаевы
 
 
В то время мы не вникали в политико-общественное содержание этих строк, просто с неподдельным интересом наблюдали за "поведением" комара. Этот сборник, как мы потом узнали, был одним из произведений под названием "Комар" Ахмета Байтурсынова, вышедшее в 1922 году в Казани.
 
После Газиза Имантаевича теперь все хозяйство должна… была вести его сноха, жена младшего брата, К.И.Сатпаева — Шарипа Смагуловна Имантаева.
 
От Газиза Имантаевича осталась тогда вторая жена -Маруа (первая Мухтарима умерла в Баянауле), шесть детей. Вскоре умерла Маруа, не стало сыновей Газиза Бартая и Майкы, дочери Ханен, скончался от сердечного приступа сын Шарипы Смагуловны — Малеш Канышевич -нелегкое горе пришлось пережить матери, в те годы работавшей учительницей начальных классов в десятилетней школе.
 
Рано оборвавшуюся жизнь Газиза Имантаевича продолжали старший сын Галимтай, дочь Зиннат(1914-1998). У Галимтая есть сын Алишер( 1948), от него — Гани и Султан Сатпаевы. У Зиннат Газизовны (1933-1983) выросли три сына, двое старших — Губайдолла (Губаш), Алим Букейхановы и Канат Жолдасов — прекрасные специалисты в своем деле, которые имеют благополучные семьи. Жив сын Газиза — Толебай (Толеш), долго работавший в системе профсоюзов Казахстана, ныне — персональный пенсионер.
 
Такова была судьба одного из замечательных представителей рода Сатпаевых — Газиза Имантаевича Сатпаева.
 

Читать далее >>

 

 << К содержанию