Главная   »   С любовью - ваш Ашимов. Ашимов Асанали   »   Вместо послесловия, или Как стать Асанали Ашимовым
загрузка...


 Вместо послесловия, или Как стать Асанали Ашимовым

Принципы, которыми я руководствовался в своей жизни, просты и понятны всем.
 
Первое правило. Человек должен найти свою нишу в основании здания, которое называется жизнь. Если он, как хороший кирпич, войдет плотно, без зазоров, значит, и здание его жизни будет вечным. Так было, когда я строил свой очаг с первой женой. Он у нас получился крепким - мы с Майрой прожили душа в душу 35 лет.
 
А потом я начал строить дома. Первый из них Божий - мечеть на моей родине в честь деда Ыскака Прадара. На радость людям она вышла пригожей и уютной, и как-то очень хорошо соседствует с дубом, что растет рядом. Тот безвестный человек, кто его посадил лет сто назад, был, безусловно, хорошим человеком. Так думает каждый, кто присаживается отдохнуть под могучую тень одинокого дуба.
 
Потом я разломал свой старый дом (мне многое здесь напоминало о неприятных моментах в жизни - неудачная третья женитьба, смерть матери в этих стенах) и приступил к строительству нового.
 

 

Найдутся, наверное, люди, которые не преминут спросить: откуда «дровишки», то есть деньги? Отвечаю: строю на гонорары от пятитомника и фотоальбома, которые оптом приобрели у меня областные акиматы, а еще на доходы от городской квартиры, которую сдаю иностранцам. Опять же родственники помогают. Один из братьев жены -профессиональный архитектор - спроектировал дом, другой взял на себя внутреннюю отделку. Этот дом адресный - в нем хозяином будет мой младший сын Асанали.
 
Кстати, строительство я начал с благоустройства двора - посадил деревья и цветы. Это тоже один из моих жизненных принципов-жизнь вокруг должна быть опрятной и красивой.
 
У одного из русских классиков есть рассказ: заблудившаяся в лесу женщина увидела идущего ей навстречу мужчину. Вначале она испугалась, но, углядев у него в руках цветы, успокоилась: тот, кто влюблен в красоту, не может убить человека.
 
Название фильма “Кто Вы Господин Ка?” «Цветочник» - по кличке последней картины, где я буду сниматься, не случайное. Цветы - продолжение жизни, олицетворение любви. Среди самых дорогих подарков они стоят особняком. Скромные полевые цветы, сирень, розы... Все это любила Майра - моя первая жена Особенно она обожала сирень. Эти цветы и сейчас рядом с ней - Саги посадил на ее могиле куст сирени, а потом я взял отросток оттуда и пересадил туда, где нашел последнее пристанище сам Саги.
 
Второе правило. Человек должен активно созидать и искать что-то новое. В фильме «Чокан Валиханов» я придумал такой эпизод. Когда Тезек-торе (Тезек Нуралиев - старший султан Алатауского округа), на сестре которого Валиханов женился будучи уже тяжело больным, спрашивает, что же нужно сделать, чтобы изменить безрадостную жизнь вокруг, Чокан отчеканивает: «Рыть!».
 
- Что рыть? - пугается Тезек-торе.
 
- Колодцы, миллионы колодцев. Будет вода, не будет - не важно, главное, не сидеть на месте и неустанно искать что-то. Чтобы пасти барана, потом зарезать его, сварить и съесть - много ума не надо, так можно и самому превратиться в это животное.
 
Третье правило. Не жить в долг, рассчитывать только на себя. Я в своей жизни занимал деньги всего лишь раз - когда покупал первую в жизни машину. Уж очень был велик соблазн - ездить на своей «Волге», потому и побежали с Майрой к Абдижамилу Нурпеисову.
 
Сам я частенько одалживаю, а иногда безвозмездно даю деньги. Ко мне в офис, бывает, захаживают бывшие детдомовцы. Им много не надо - тысячу-другую, которую они чаще всего тратят на сладости. Грех им отказывать в этом. Я радуюсь больше, чем они, когда эти дети уходят от меня удовлетворенными.
 
Недавно ко мне зашла одна из тех, что занимает у меня традиционную сумму - 500 долларов. «Асанали-ага, не думайте, пожалуйста, что я забыла про долг. Как только появятся деньги, я сразу вам отдам». В тот момент я гордился не собой, а тем, что имею дело с человеком совестливым и порядочным.
 
Четвертое правило. Умейте смеяться и шутить, когда хочется плакать, обуздывать зависть, считать трудовую копейку, но не быть жадным.
 
Когда меня спрашивают, как ты смог выдержать все удары, что свалились на тебя в одночасье, отвечаю, что мне помогает юмор. В конце концов, мои проблемы - это только мои проблемы. Давая кому-то возможность жалеть себя, продлеваешь тем самым жизнь своим врагам. Когда мне было совсем тяжело и плохо, слезы я показывал только одному человеку - Майре. Помню, я вернулся из командировки в Москву. Умом-то понимал, что ее уже нет и она никогда не встретит меня у порога, и все же, когда дверь открыла родственница, я молча прошел в нашу комнату и беззвучно зарыдал перед портретом жены.
 
Смех, юмор и шутка помогают избежать серьезной грозы в доме. Однажды мы с друзьями встречали Новый год в нашей полуторке на улице Фурманова. Апашку, мою мать, с Саги и Мади мы с Майрой отправили к друзьям. Новый год наша актерская компания встретила хорошо. Но радость и веселье были испорчены кражей нитяной авоськи, полной казы и карта. Мать берегла высланное из аула мясо пуще ока. И вот на тебе - кто-то срезал висящую за окном авоську...
 
Майра страшно расстроилась. Взбучка от свекрови была неминуемой. А я очень кстати вспомнил историю, связанную со смертью брата матери. «Медеубай умер», - сообщил я без всяких предисловий. Мать замерла в шоке, у нее даже слез не было - настолько неожиданным было известие. Придя в себя, она горько упрекнула: «Что же ты не подготовил меня к этой страшной вести? Так мне было бы легче».
 
«Успокойся, я тебя выручу», - пообещал я Майре.
 
Утром мать с детьми вернулась домой. Я, несмотря на шум-гам, делаю вид, что сплю, Майра волнуется. Мать первым делом кинулась к окну. Не найдя там мяса, стала искать его на кухне.
 
- Куда же мясо запропастилось? - спрашивала она у самой себя.
 
Услышав это, я понял, что пора выходить на сцену.
 
- Садись, - велел я матери и понес: - Жизнь - штука сложная, если мы будем все принимать близко к сердцу, то можно остаться и без него...
 
Я так долго тянул резину, что мать не выдержала:
 
- Кто в этот раз?
 
- Не кто, а что, - поправил я ее. - Мясо украли.
 
- Да бог с ним, с мясом, - с облегчением вздохнула мать. - Главное, все живы.
 
Вышла на улицу, походила, успокоилась и только потом спросила: «А как украли-то?».
 
Пятое правило. Если хочешь сказать многое -лучше помолчи. Никогда не забуду встречу в одном из областных центров. Я шел с товарищем по улице, как вдруг из небольшой толпы отделилась пожилая женщина, так напоминавшая своим обликом мою мать. Она подошла ко мне, молча встала на колени передо мной и поцеловала мне руку. Я не знаю, почему она это сделала: может, ее трогала моя работа в кино или на театральной сцене, а, возможно, услышала о недавней смерти моей матери.
 
Шакен Кенжетаевич Айманов никогда не учил как надо жить или играть на сцене, но его молчаливые уроки дали мне больше, чем все институтские лекции вместе взятые. Этому же принципу старался следовать и я. С сыновьями я мало общался, пока они были маленькие, нотации читать мне было некогда, да и не умел я этого, видели меня и курящим, и выпивающим, и неправедным, но, странное дело, они меня боготворили даже будучи уже взрослыми, семейными мужчинами. Недавно перед спектаклем один молодой актер сказал мне: «Ага, я работал на летних каникулах у Мади грузчиком, когда мне было лет четырнадцать. Он вас считал за бога».
 
Видя, что я сник после этих слов, он вышел из гримерной. Минут через пятнадцать вернулся: «Простите, что я вас расстроил перед спектаклем». «Что ты, - сказал я ему. - Ты, напротив, настроил меня на образ».
 
Когда ушла из жизни Майра, и Мади, и Саги страшно переживали за меня. Я это чувствовал по вскользь брошенным тревожным и любящим взглядам, по тому, как они старались не оставлять меня одного. Когда я вскоре женился на Гульбану, ни единым словом не упрекнули, хотя я чувствовал: мачеха была им не по душе.
 
...Мне нередко приходится слышать такой вопрос: как стать Асанали Ашимовым? Вначале пытался что-то формулировать, найти какие-то нужные слова. А сейчас отвечаю: никак. И рассказываю одну степную притчу. Степного мудреца спросили однажды: как вы стали таким мудрым в окружении глупых, завистливых, ленивых людей? «Я учился у них», - ответил мудрец