Премьер перегнул

Закон «О языках в Республике Казахстан», несмотря на его особую политическую и практическую важность, прошел довольно длительный и трудный путь, прежде чем был принят. Следует ожидать и не менее трудную его реализацию. Надо сказать открыто, что в этом есть доля вины Правительства и лично премьер-министра А. Кажегельдина, позиция которого по отношению к указанному закону была, мягко говоря, странной и не «правительственной».

 

Перечислим некоторые известные нам факты. О том, что Закон «О языках в Казахской ССР» 1989 г. устарел и не работал, было известно всем. По меньшей мере пять вариантов проекта нового закона за последние три года представлялись на одобрение Правительства и ни один из них не был даже рассмотрен. Концепция «Языковая политика в Республике Казахстан», подготовленная Государственным комитетом по национальной политике в середине прошлого года пролежала в аппарате Правительства несколько месяцев, так и не была обсуждена. Она опубликована 6 ноября 1996 г., минуя Правительство, по личному указанию Президента Н. А. Назарбаева. Такая же участь постигла и проект Закона о языках, теперь уже принятый. Он долго находился без движения. С легкой руки одного из заместителей премьер-министра, законопроект даже был объявлен антиконституционным и не нужным. Комиссия, разработавшая его, в полном составе обратилась к Президенту Республики Н. А. Назарбаеву, который поручил И. Н. Тасмагамбетову, Н. А. Шайкенову, К. А. Колпакову с указанием, что Закон о языках нужен, довести до кондиции его проект и внести в Парламент. Буквально на следующий день, 28 июня 1996 г., премьер А. М. Кажегельдин, без обсуждения в Правительстве, личной подписью внес законопроект в Парламент. В «спешке» было «забыто» указание Президента о необходимости предварительного обсуждения законопроекта на Национальном совете по государственной политике при Президенте Республики. Такое обсуждение состоялось постфактум только 7 октября 1996 г. Странно еще и то, что, как говорили, «по указанию Премьера» заведующий правовым отделом Правительства С.В. Жиленков дважды собирал подписи об отзыве проекта Закона о языках из Парламента: первый раз такое обращение адресовалось председателю Мажилиса М. Оспанову, а второй раз (в феврале с.г.) — председателю сената У. Бай-гельды с просьбой приостановить обсуждение законопроекта, уже одобренного в нижней Палате Парламента. Мотив был один: ход обсуждения законопроекта и некоторые изменения, которые собирались вносить в него депутаты, не устраивали Правительство и некоторых ответчиновников. Из-за отказа отдельных лиц подписать представление, в Парламент так и не было внесено. Зато появилось интервью А. Кажегельдина в «Караване» с заявлением о том, что он не допустит применение нормы законопроекта, предусматривающей для отдельной категории госслужащих знание государственного языка в определенном объеме в соответствии с квалификационными требованиями. Это общепринятая норма во всех государствах СНГ. Тем и странно, что это положение есть же и во внесенном им же в Парламент проекте Закона. Цель этого заявления, не оставляет сомнения, была одна — повлиять на обсуждение законопроекта в Парламенте.
 
Ожидалось, что обсуждение проекта Закона о языках в Парламенте будет непростым и длительным. Так и случилось. На этом фоне была непонятна пассивность Правительства и по существу его безразличие. В эти дни в комитетах и палатах Парламента ни разу не появились зам. премьера, и министр юстиции. Последний по должности отвечал за правительственные законопроекты и часто до этого лоббировал их. Разумеется, не на все вопросы депутатов мог ответить Г. В. Ким, председатель Госкома по национальной политике.
 
После почти полугодового обсуждения Закон «О языках в Республике Казахстан» был принят Парламентом 12 марта 1997 года. Президент Республики, прежде чем подписать его, учитывая разделения мнений в Парламенте и в самом Правительстве, 11 апреля обратился в Конституционный Совет и просил дать заключение о соответствии Закона «О языках в Республике Казахстан» Конституции. Только 11 июля 1997 г. Президент Республики подписал Закон.
 
В одном из последних интервью А.М.Кажегельдина, устроенном сотрудником «Каравана» М.Устюговым, был ему задан, по-видимому, заранее подготовленный, такой вопрос: «Газета «Зан»— государственное издание, орган Министерства юстиции Казахстана, публикует материал с явным здесь антисемитским душком: полемизируя с «Караваном», цитирует «Протоколы сионистских мудрецов», позволяет весьма недвусмысленные намеки». Ответ Премьера на этот вопрос воспроизводим в газетном изложении, чтобы не было кривотолков: «Вы знаете, это не просто глупость. Мы вообще иногда зря относимся к этому снисходительно: дескать, это просто недомыслие. На самом деле это нарушение Конституции и законов Республики Казахстан, это нарушение прав человека, международных конвенций и норм, к которым Казахстан присоединился, став членом Организации Объединенных Наций. Честно говоря, меня это поражает. В Казахстане никогда не было и в помине никакого антисемитизма. Этот случай достоин страшного сожаления. Я думаю, Министр должен разобраться со своим изданием, непонятно, почему промолчал прокурор. Такие вещи надо отсекать в зародыше. Стоит раз-другой просмотреть, простить и потом возникает проблема, причем трудно уже бывает понять когда и с чего она началась»(газ. «Караван» 29 авг. 1997г.). По всему видно, что Премьер набор статей «Каравана» о Законе «О языках в Республике Казахстан» не читал и вряд ли знаком со статьей в газ. «Зан», автора которой собирается передать для наказания в руки прокурора и Министра юстиции. Другое предположить трудно. Ведь «Караван» обвинил Президента в том, что он подписал Закон, не разобравшись в нем, объявил по существу нечистоплотными людей Его окружения, число которых входит и сам Премьер. В другом отклике его автор утверждает, что «по новому Закону, выходит, одну часть населения надо будет поддерживать за счет ущемления другой части».
 
«Караван» — не рядовая газета. Она расходится массовым тиражом и во многом формирует общественное мнение. Характеризуемое в отрицательном свете содержание статьи 18 является основным и определяющим в Законе о языках. Без этой статьи Закон превращается в простую бумагу. Приведенные выдержки из материалов не оставляют сомнения в том, что газета серьезно собралась в поход против государственного языка — казахского языка. Подтекст таков, что видимо, редакция надеется на появление новых законодательных инициатив по отмене или приостановлении статьи со стороны Президента и Правительства, что, впрочем, не раз в прошлом бывало.
 
Ответственность здесь главы Правительства двойная: он же сам внес в Парламент этот «нарушающий права человека», «антиконституционный» Закон. И он же в числе других «подставил» Президента Республики. За такое обвинение прессы, если оно не отвергнуто, нормальный Премьер в нормальном государстве немедленно должен покинуть свой пост. Он, как первое лицо в государстве, отвечающий за обеспечение исполнения Закона, принятого Парламентом, по сути оказался в лагере тех, кто пытается его дискредитировать. У него было право законодательной инициативы и при несогласии с Законом, даже им самим внесенным, допустим, по недоразумению, мог предложить поправки к нему.
 
Что касается его поддержки позиции «Каравана», прибегавшего к обвинению в антисемитизме А. Алима, автора статьи в газете «Зан», то это больше, чем безответственность. Этого было достаточно, чтобы Министр юстиции К. П. Колпаков, который, конечно, статью Алима не читал, принудить его публично принести извинение перед «Караваном». Министр не проронил ни одного слова по адресу редакции «Каравана», организовавшей выступление против Закона о языках. Этим он выразил свою солидарность с нею!...
 
Более чем «холодное» отношение главы Правительства А. Кажегельдина к Закону «О языках в Республике Казахстан» не могло не отразиться на весь ход его подготовки и принятия. Итог не мог быть иным. Вместо пакета законов и нормативно-правовых актов о языках, что требовалось принять по такому важному вопросу, родился один-единственный, средненький и серенький Закон. Он заметно расходился с его официальной концепцией не в лучшую сторону. Закон получился больше декларативным, чем нормативным, не содержал и механизма приведения его норм в действие. Реализация принятого Парламентом и подписанного Президентом Республики Закона «О языках в Республике Казахстан» стала проблематичной, а его практическое значение, если не изменится отношение к нему, по видимому, будет минимальным.

 

 

загрузка...