Главная   »   Парламент Казахстана в трудные годы провозглашения независимости. С. З. Зиманов   »   «Караван» возглавил караван против казахского языка


 «Караван» возглавил караван против казахского языка

Вместо поиска путей реализации Закона в ряде влиятельных средств массовой информации были организованы открытые диспуты в старой имперской манере. Критики закона замахнулись на большее, чем закон, В их высказываниях затрагивались такие «горячие» вопросы, как: нужен ли вообще государственный язык Казахстану? Может ли претендовать на эту роль казахский язык? Распространялось сомнение относительно возможности казахского языка быть и стать средством общения даже среди самого казахского населения. Некоторые статьи Закона, определяющие правовой статус государственного языка, объявлялись нарушением принципа равноправия наций и языков. Все это было рассчитано на обывателей, на их околпачивание и на создание отрицательного общественного мнения вокруг Закона. Сигнал для такого наступления был дан небезызвестным В. Ардаевым. Он писал, что Закон допускает «ущемление прав граждан по языковому принципу», а казахский язык, объявленный государственным, считает он неразвитым и отсталым, «преимущественно бытовым языком кочевого народа» («Известия», 22 июля 1997 г.). Более оскорбительнее для уважающего себя казаха, чем это клеветническое заявление, начиненное проимперскими, колониалистскими замашками, придумать трудно. Думаю, В. Ардаеву и другим доподлинно известно, что, по авторитетному мнению крупных ориенталистов и лингвистов, казахский язык относится к числу богатых по словарному запасу и речевому потенциалу языков не только на Востоке.

Подхватил и подвел итоги «Караван». Газету и ее лидеров к простакам не отнесешь. Они знают, что писать и чего хотят, тем более, когда речь идет об отстаивании своей идейной позиции. Это еще раз показали при оценке Закона «О языках в Республике Казахстан». Газета посвятила ему целую страницу, заполнив ее целенаправленно подобранными откликами «с мест». Метод излюбленный. Они объединены общими лейтмотивом, по данным в заглавии полосы от редакции: «раздаются даже голоса о том, что подписавшего до конца не продуманный закон Президента «подставили» люди из его окружения». Стоит только вдуматься в эту мысль: Закон о языках признается непродуманным, не закон, вступившим в силу, который надо исполнять по одному тому, что он Закон; Президента Республики представляют таким, которого можно «подставить» при решении такого важного вопроса большой политики, как вопрос о статусе государственного языка, а людей его окружения, т.е. самых высших госчиновников советников и депутатов Парламента, причастных к подготовке и принятию Закона, — мягко говоря, считают непорядочными, способными сознательно «обвести» Главу государства. Устами одного из откликнувшихся брошен упрек творцам Закона в том, что они «иначе смотрят на деликатную и тонкую проблему межэтнических отношений», чем известный поэт, который сказал: «возвысить степь, не унижая горы», т.е. подводится к мысли об антирусском характере Закона о языках. Не трудно угадать в этих высказываниях основную цель газеты— представить общественности Закон о языках в негативном свете.
 
Полемической, вернее отрицательной мишенью газета избрала статью 18 Закона, которая гласит: «В целях создания необходимой языковой среды и полноценного функционирования государственного языка объем передачи по телерадиовещательным каналам, независимо от форм их собственности, на государственном языке по времени не должен быть менее суммарного объема передач на других языках». Это— самая нормальная и всеобщая норма, причем самая мягкая и либеральная, принятая в любом независимом национальном государстве, уважающем государственный язык и самого себя. Газете дела нет до уродливых сложившихся фактов, таких как: из 210 электронных средств информации, задействованных на конец 1996 года в Республике, только 11 (т.е. 5 проц.) вещает на казахском языке; в так называемых смешанных передачах доля государственного языка составляет от 10 до 20 процентов; из всех 1164 газет в Республике на государственном языке издаются 215 (около 18 проц.). Причем заметна тенденция развития с еще более худшими для казахского языка результатами. Указанную статью Закона «Караван» оценивает с позиции «карманных» интересов и эгоизма средств информации. Вот что говорят авторы «Каравана»: Г. Танкаева восклицает: «Но зачем нам сейчас плевелы?» имея в виду увеличение передач на казахском языке; А. Байтасов Президент РК «31 канал» видит в государственном языке опасность сокращения поступлений от рекламы, которая по его словам, «в наше рыночное время поит и кормит все СМИ». Корреспондент из Талды-Кургана пугает читателей что «скоро начнется полная чехарда в рекламном и издательском бизнесе». А. Бисенбаев, лидер либерального движения, сформулировал свое отношение к статье Закона так: «Я боюсь, что это скажется на качестве передач».
 
По разному можно относиться к Закону, это дело каждого и его право. На путях реализации норм любого закона, тем более Закона о языках в Казахстане, заваленных и замусоленных временем и политикой, будут трудности. Но это не дает никому права призывать по сути к его бойкотированию.
 
Редакция «Каравана» избрала не менее жесткий путь диктата и расправы с теми, кто не согласен с ее взглядами. Она опубликовала громкую и претенциозную статью против одного из критиков под названием «г-н Алим нашел врагов народа», увидела в нем «антисемитский душок», «Геб-бельсовские замашки», прямое оскорбление национального достоинства некоторых сотрудников «Каравана» («Караван», 15 авг. 1997г.). Вообще-то это недопустимый, действительно «геббельсовский» метод обращения со своими оппонентами и критиками. Как следовало ожидать, эта статья «Каравана» разделила общество в противостоящие группы. Она вызвала шквал отрицательных реакций особенно в казахской прессе с подробным разбором «спора» («Казак әдебиетгі, 26 авг. 1997 г.; «Туркестан», 20-26 авг. 1997 г.; «Заман», 22 авг. 1997 г. и др.).
 
Я тщательно просмотрел статью А. Алима в оригинале. В ней не нашел даже намека на «антисемитский душок». Если даже нашел его «Караван», почему собственно «намек», «душок» воспринимается им за реальное? Если некоторые сотрудники из «Каравана» прощупали и приняли этот «намек» в свой адрес — это дело личное, но ни «намек»,ни «душок» не могут служить основанием для претензий.
 
Действительно, в статье А. Алима есть ссылки на «Протоколы сионистских мудрецов», на те их места, где сказано: «В прессе воплощается торжество свободоговорения, но государство не умело воспользоваться этой силой, и она очутилась в наших руках. Через нее мы добились влияния, сами оставаясь в тени». А что здесь крамольного? Мудрецы не лгали. Они во многом говорили правду. А что в этом плохого? Там, где есть вакуум власти, ее место занимают другие силы. Разве «Караван» в своей указанной статье не воспользовался «вакуумом» среди части обывателей, не считающихся с установлениями Закона и не придерживающихся правил «повиновения» Закону. Да, в статье А. Алима слова мудрецов не адресованы именно «Каравану». В ней сказано и о том, что в них «не все неправдоподобно» и вопрошает «не наблюдаем ли похожее в отдельных изданиях последних лет?». Вполне возможно, что автор имеет в виду и «Караван», но догадка — не доказательство.
 
Подборка «Каравана» на Закон «О языках в Республике Казахстан» не просто отклики с места суммирование всего сказанного о нем. Если суммировать «суммированное» «Караваном», то это свидетельство явного неуважения к государственному казахскому языку, заодно и его носителю — казахскому народу.
 
Надо решительно сказать, что крайние позиции критиков Закона о языках выражают мнение небольшой кучки, занимающей монопольное положение в ряде массовых изданий и средств массовой информации.