Каталог гибкая вставка фланцевая http://www.cvio.spb.ru.
Главная   »   Легенда о неведимке. Н. Бекмаханова   »   Участие казахов во второй осаде Яицкого городка и событиях в Гурьеве-городке


 ГЛАВА II

ХОД ВОССТАНИЯ В МЛАДШЕМ ЖУЗЕ В 1773— НАЧАЛЕ 1774 ГОДА
 
Участие казахов во второй осаде Яицкого городка и событиях в Гурьеве-городке
 
 
Вторая осада Яицкого городка последовала вскоре после удачных действий отряда М. Толкачева и А. Тангаева на Нижнеяицких укреплениях и в Кулагиной крепости, откуда Пугачев получил рапорт о происшедших событиях. Имея благоприятные известия с Нижних Яицких форпостов и одержав две значительные победы над генерал-майором Каром и полковником Чернышевым, Пугачев решился на вторичную попытку захвата Яицкой крепости. В случае победы в руки повстанцев перешел бы второй по стратегической значимости пункт в губернии, кроме того, в этом были заинтересованы и яицкие казаки, семьи которых оставались в городке. В конце декабря, после крупного сражения с правительственным отрядом старшины Мостовщикова, отряд Тангаева и Толкачева подошел к Яицкому городку. Население пригородов поддерживало повстанцев, и с его помощью была взята жилая часть крепости, за исключением каменного Кремля, где укрылся с войсками комендант Симонов. Об этом событии Тангаев сообщил на допросе в следственной комиссии 31 августа 1774 года немного: «Вошли в Яицкий городок и с помощью бывших во оном под командою полковника Симонова в ретранжементе воинскую команду атаковали и держали по самое прибытие в городок генерал-майора Мансурова». Положение отряда в городке было нелегким, поэтому в рапорте Пугачеву Толкачев просил о присылке артиллерии. Отправив 50 человек с 3 орудиями под командой Андрея Овчинникова, руководитель повстанцев 7 января 1774 года сам прибыл к Яицкому городку. Дважды Пугачев подготавливал и проводил штурм «каменных палат», где укрылся с отрядом полковник Симонов, но безуспешно; не помогли и тщательно подготовлявшиеся взрывы укреплений. Получив известие о наступлении правительственных войск по Самарской дистанции, Пугачев вынужден был уехать к Оренбургу. В Яицком городке были оставлены атаманы Каргин и М. Толкачев с отрядом. Они должны были подготовить и провести третий штурм Кремля, который так и не состоялся, так как к городку подошли правительственные войска генерал-майора Мансурова. Повстанцы вынуждены были снять осаду крепости и увести свои войска к Оренбургу.
 
Рядовые казахи, добровольно присоединившиеся к отряду Толкачева под Кулагиной крепостью, вместе с повстанцами участвовали в штурме яицкого Кремля. По всей вероятности, со снятием осады Яицка часть их вернулась в свои кочевья, остальные пошли к Оренбургу.
 
С отъездом Пугачева Нуралы-хан решается помочь осажденному в Кремле отряду Симонова, который обещал отдать ему в награду всех захваченных в сражениях пленных. Второй и не менее важной причиной, заставившей Нуралы-хана действовать, было стремление поскорее обезвредить своего соперника Дусалы-султана.
 
Ханом был отправлен отряд в 1000 человек, командовали им его дети султаны Ишим, Пиралы, Мухамедали, Бекгали и сын Айчувак-султана Шабак. Отряд, несмотря на сильные морозы и глубокий снег, упорно пробирался к Яику. Но постепенно среди рядовых казахов нарастали колебания, чему способствовали письма и гонцы от Дусалы-султана о взятии Оренбурга. Тактическая хитрость Дусалы удалась, хотя руководители отряда не поверили сообщению, но часть казахов заколебалась и вернулась в свои аулы. Оставшаяся часть во главе с султанами из дома Абулхаира добралась до Яицкого городка, но не решилась действовать, так как через пойманного пленного узнала: «Яицкий городок взят, комендант атакован и жители оного к нему склонились и для того дети мои многих склонившихся к нему, Пугачеву, убили и в плен взяли, а потом, по невозможности, в рассуждении глубокого снега, продолжать походов, возвратились в домы».
 
Казахский отряд так и не начал активных действий против повстанцев, так как первые же сражения с ними показали бесцельность попытки пробиться в Кремль через городок, жители которого были на стороне восставших. Султаны, посовещавшись, решили вернуться в старыв кочевья, откуда вместе с Нуралы-ханом начали перекочевку в отдаленные от восстания районы степи, где легче было, не рискуя, выждать, когда прояснятся обстоятельства под Яицком и Оренбургом, Свою откочевку Нуралы-хан оправдывал отсутствием военной помощи со стороны царского правительства и отказом дать ему артиллерию. В событиях у Яицкого городка Нуралы-хан уже открыто выступил на стороне правительства, в то время как народные массы поддерживали восставших.
 
* * *
 
События в Гурьеве-городке хронологически совпадают со второй осадой Яицкого городка и произошли в начале января 1774 года. К Гурьеву-городку Пугачевым было отправлено 200 казаков на помощь местному гарнизону, который готовился поднять восстание против своих начальников. Сохранился интересный материал о сочувствии и помощи казахского населения восставшему гарнизону крепости и о действиях Дусалы-султана, сумевшего обеспечить беспрепятственный переход отряду пугачевцев, который шел на соединение с восставшими гурьевскими казаками. В период гурьевского восстания к Нуралы-хану был отправлен для переговоров из Астраханской губернской канцелярии переводчик А. Алтышев. В январе 1774 года он написал отчет, в котором подтвердил общее сочувствие казахского населения к восставшим. Казахи контролировали весь район, прилегавший к Гурьеву. Один из отрядов в 24 человека преградил дорогу А. Алтышеву, когда он был в 100 верстах от крепости, и отказался пустить его туда, заявив: «Ежели намерен ехать в Гурьев, то они канвою не дадут, а когда к хану, то проводят».
 
Рейнсдорп также подтверждает заявление переводчика Алтышева и утверждает, что в начале января все дороги к Гурьеву-городку «были заперты» казахами. Помощь казахов повстанцам определила события, так как через Волгу, еще не покрывшуюся крепким льдом, посланный из Астрахани на помощь прапорщику Мякиши ну с ротой солдат секунд-майор Арбеков не переправился и не достиг цели. Казахи, не допускавшие к Гурьеву правительственные войска, не препятствовали продвижению пугачевского отряда к крепости. После того, как восставший гарнизон объединился с отрядом пугачевцев и получил помощь от сочувствующих им казаков из Сорочиков-ской крепости и редутов, в Гурьеве началась расправа с местным начальством: «Прапорщика Мякишина и другого прапорщика ж Филатова и с командою солдат изрубили досмерти… старшину Филимонова и священника да трех человек из вышеписанных солдат повесили». Были захвачены солдаты, отправленные за помощью к Ну-ралы-хану и Айчувак-султану. Восставшими был выбран старшиной местный казак Овдаким Труняшев, на колокольне установлен караул, а в степи разъезды. Из Гурьева Пугачеву был отправлен рапорт, который он получил в конце января. В нем повстанцы писали, что «посланная от него в Гурьев-городок партия имеющихся во оном начальников и протчих, желательных к Российской стороне, побив до смерти, по приказу его, определили свой присмотр».
 
Посильную помощь восставшим казакам в Гурьеве оказал и Дусалы-султан. Зная о враждебном отношении Нуралы-хана к повстанцам, он, видимо, получив соответствующие указания от Пугачева, начал интенсивную переписку с ханом. В своих письмах он подчеркивает два пункта, которые смогли привести в смятение правителя Младшего жуза: победу над Оренбургом и поход калмыков, с разрешения Пугачева, против хана. Нуралы-хан действительно поверил, что «Пугачев калмык, по Волге живущих… в свою партию склонил» и идет на него с большим войском, поэтому хотя и собирался разбить пугачевцев, идущих на помощь Гурьеву, но передумал. Более того, когда от прапорщика Мякишина прибыл гонец с просьбой о помощи, Нуралы-хан даже не распечатал конверт, а свой отказ помочь гарнизону крепости объяснил недовольством задержкой жалованья из Оренбурга. Благодаря умелым действиям Дусалы-султана Нуралы-хан так и не выступил против перешедшего на сторону Пугачева гарнизона Гурьева-городка.
 
Местная администрация была серьезно обеспокоена событиями в Гурьеве и сочувствием к ним казахов Младшего жуза. Астраханский губернатор для подавления восстания отправил к Гурьеву легкую полевую команду с полковником Лебедевым и до 300 калмыков князя Дондукова с заданием отбить Гурьев у восставших, в случае сопротивления «домы их огню предать… и сверх того, по занятии города постаратца и дале по линии на бунтующие казачьи фарпосты учинить поиски… всех злодеев забирать и в конец истреблять». Придавая большое значение поддержке мятежников казахскими отрядами, Кречетников приказал «учредить ис того войска в пристойных местах фарпосты для присмотра как подбега киргис-кайсак, так и проезда из злодейской толпы каких-либо партий… покуда от них, кайсак, опасность минуетца». Указаний о действиях карательного соединения полковника Лебедева в источниках не сохранилось. Видимо, до снятия осады с Оренбурга в марте 1774 года правительственные войска не смогли достичь значительных успехов в борьбе с восставшими казаками на соседних с Гурьевом форпостах и казахскими отрядами, помогавшими восставшим.
 
<< К содержанию                                                                                Следующая страница >>