ПРЕДИСЛОВИЕ — bibliotekar.kz - Казахская электронная библиотека




 ПРЕДИСЛОВИЕ

Как известно, за полстолетия своего исторического развития казахская советская литература достигла таких ндейно-художественных высот, которые позволили ей существенно пополнить и обогатить сокровищницу всесоюзной художественной литературы. Молодая в историческом отношении казахская советская литература поднимала целые пласты национальной жизни и во всех жанрах создала такие художественные ценности, которые принесли ей всесоюзное признание. В результате ею стали интересоваться и за пределами нашей страны.
 
Если промышленная продукция с маркой Казахской республики «живет» во многих уголках мира, демонстрируя ее индустриальную мощь, то переведенные на многие языки народов Запада и Востока художественные произведения казахских авторов являются как бы книгами-послами, которые знакомят с духовной культурой нашего народа.
 
В советской критике уже было высказано мнение о том, что по количеству художественных произведений, изданных за рубежом, среди советских восточных республик Казахстан занимает одно из первых мест. Действительно, произведения фольклора, стихи и назидания Абая, песни Джамбула, романы и повести М. Ауэзова, С. Муканова, Г. Мусрепова, Г. Мустафина, Т. Ахтанова, А. Нурпеисова, Б. Момыш-улы, А. Алимжанова и других широко известны в переводах во многих зарубежных странах.

 

Образцы казахских героических и лиро-эпических поэм и сказок, собранные в большой книге «Золотая юрта», изданы в ГДР. «Казахские народные сказки» вышли в Болгарии, назидания Абая Кунанбаева и поэтический сборник Джамбула («Песни любви и гнева») увидели енот и Чехословакии.
 
Романы «Абай», «Путь Абая» М. Ауэзова переведены на английский, болгарский, венгерский, вьетнамский, немецкий, греческий, корейский, польский, румынский, словацкий, турецкий, французский, чешский, хинди языки. Повесть М. Ауэзова «Выстрел на перевале» напечатана на немецком и французском, а «Красавица в трауре» — на болгарском языках. Роман С. Муканова «Мои мектебы» известен, например, на болгарском, турецком, румынском, чешском языках, «Ботагоз» — польском и чешском, «Сыр-Дарья» — на болгарском. «Солдат из Казахстана» Г. Мусрепова вышел на болгарском, польском, румынском, словацком, чешском, французском языках. «Миллионер» Г. Мустафина переведен на болгарский, немецкий, польский, румынский, чешский, его же роман «Караганда» — на румынский, словацкий языки. Роман «Грозные дни», повесть «Исповедь в степи» Т. Ахтанова и роман «Стрела Махамбета» А. Алимжанова изданы в ГДР Роман А. Нурпеисова «Сумерки» вышел на французском языке. Кроме того, в газетах и журналах за рубежом постоянно публикуются отдельные стихи современных поэтов. Произведения казахской литературы открывают зарубежным читателям целый народ, с его неповторимой историей, своеобразной духовной жизнью, удивительным эстетическим миром.
 
Выбор книг, переведенных на ряд западных и восточных языков, не случаен. По ним можно было бы проследить жизнь и развитие Казахстана от далеких дореволюционных времен до современности, а также представить творчество казахских писателей разных поколений. Такого распространения в зарубежных странах и признания казахская литература еще не знали в своей истории. Через посредство русского языка, ставшего одним из международных языков, у нее расширилась сфера связей с литературами разных народов.
 
 Казахскую художественную литературу воспринимают во многих странах как большое национальное достояние, как самобытную, проникнутую реализмом и народностью культуру слова, как органическую часть богатейшего социалистического искусства. Об этом свидетельствуют не только факт издания лучших казахских произведений во многих странах, но и многочисленные высказывания передовых зарубежных писателей, критиков и читателей, которые дали им высокую оценку на страницах своих журналов и газет, научных книг и популярных учебников. Об идейно-художественных достоинствах произведений казахской литературы говорили такие писатели и поэты, ученые и критики Западной Европы, как Андре Стиль, Режи Бержерон, Альфред Курелла, Герберт Кремпиен, Эрхер Хекселыннейдер, Имре Тренчени-Вальдапфель, Людек Гржебичек, Франтишек Соукуп и другие. Анализ отдельных произведений и теплые отзывы о них зарубежных читателей печатались во французских, чехословацких, немецких, швейцарских, австрийских бельгийских, болгарских, венгерских, польских и других газетах и журналах.
 
В связи с возрастающим авторитетом советской литературы за рубежом ее многонациональный характер все яснее и шире проявляет себя как новое закономерное весомое социалистическое явление. Когда на Западе пишут о советской литературе, всегда имеется в виду ее многонациональный характер. Судя но тем материалам, которые опубликованы за рубежом о национальных литературах нашей страны, можно утверждать, что намечается уже более глубокое изучение и исследование их истории, развития их характерных явлений и своеобразных черт.
 
Пишут теперь не только для ознакомления своих читателей с тем или иным крупным произведением известного мастера слова, но и для того, чтобы дать представление о глубоком развитии литературного процесса в целом, о прогрессивных тенденциях в истории развития советских национальных литератур. Это можно видеть и на примере казахской литературы. Если раньше писали только об отдельных крупнейших художниках — Джамбуле, Ауэзове, Муканове, Мусрепове, Мустафине, Ахтанове, Нурпеисове и других, то теперь намечается иная тенденция. В книгах о советской литературе, вышедших на Западе в шестидесятых годах, их имена и творчество уже рассматриваются в связи с процессом художественного развития казахского народа, с историей его литературы в целом, в связи с теми закономерностями поступательного движения, в процессе которых формировались свои национальные традиции.
 
Такое отношение к казахской литературе характерно, например, для разделов «Казахская литература» в книгах «Литературы народов Советского Союза», «Советская литература», опубликованных в Лейпциге, и в учебниках для высшей школы «Литературы народов Азии и Африки» («Азиатские литературы СССР», ч. 2), изданных в Праге, для книги «За рабочим столом» румынского писателя Виктора Вынту и для сборника «Писатели народов СССР», вышедшего в Праге.
 
Джамбул был первым среди художников слова, чье творчество перешагнуло границы казахской степи и приобрело всесоюзную и мировую известность. В связи с 75-летием поэтической деятельности Джамбула (1938г.) теплые поздравления прислали известные зарубежные писатели. Ромен Роллан писал: «От сердца Западных Альп к сердцу степей Казахстана братский привет Джамбулу — певцу своего казахского народа и нового человечества».
 
 Вы самый счастливый человек,— обращался к акыну известный датский писатель Мартин Андерсен Нексе. Пусть здравствует ваше сердце в вечно молодой, счастливой, свободной советской стране, сердце человека, прожившего интересную и богатую жизнь от кочевого образа до высокой передовой советской культуры.
 
Джамбула приветствовали прогрессивные болгарские писатели, чья родина тогда еще томилась под турецким игом: «Редкое счастье выпало на долю столетнего певца Джамбула — гордости и славы Казахской ССР - дожить до великой эпохи, увидеть воплощенные в жизнь сны людей о свободе, правде, благоденствии».
 
Еще больше возросла популярность Джамбула на Западе в годы Великой Отечественной войны. Прогрессивных зарубежных читателей привлекали в песнях в км па гнев и ненависть к фашизму, войне, глубокая любовь к советской Отчизне. Не случайно стихотворение акына «Для нашей родной страны» включено в сборник «Поэзия войны объединенных наций», вышедший в Нью-Йорке в 1943 г.
 
Характерно, что книга военных стихов Джамбула, изданная в Чехословакии, названа «Песни любви и гнева», и в отзывах о ней в периодической печати («Людова культура», «Праце»), помимо богатства и разнообразия содержания, поэтичности и народности, особо подчеркивалось воспитательное значение произведений народного певца.
 
Венгерский писатель, лауреат Государственной премии имени Кошута Андор Габор (1884—1953) уделял немало внимания переводу и исследованию творчества народного певца, а румынский скульптор К. Бараски выполнил бюст Джамбула, который поставили в парке Херэстрэу в Бухаресте.
 
В деле популяризации творчества казахских советских писателей многое сделал академик Венгерской Академии наук профессор Будапештского университета Имре Тренчени-Вальдапфель (1891—1970). Кроме трудов по истории и литературе венгерского народа, им написаны монографии о М. Горьком и А. Н. Толстом, переведены на венгерский язык статьи и высказывания В. И. Ленина о литературе. В научной деятельности венгерского ученого значительное место занимало исследование казахской литературы. Он с оригинала переводил лучшие произведения казахских поэтов и писателей, написал несколько интересных статей о казахской литературе. В 1955 г. в Будапеште вышла его книга о Джамбуле.
 
Подробно останавливаясь на основных периодах жизни и творчества Джамбула, Вальдапфель подчеркивает, что «его поэтическое творчество, которое всегда совпадало с путем его народа... поднималось на наибольшую высоту в моменты бурных исторических событий». В конце своего исследования венгерский академик пишет: «...Многовековые традиции казахской поэзии действительно стали достоянием братских народов Советского Союза и всего прогрессивного человечества благодаря домбре Джамбула».
 
В высоко оцененной в советской филологии книге Вальдапфеля «Гомер и Гесиод» приводятся интересные параллели из поэтической жизни греческого и казахского народа.
 
Хотя склонность казахов к поэтической импровизации отмечалась ранее западноевропейскими путешественниками, с образцами устного народного творчества западные читатели смогли познакомиться лишь после того, как фольклорные произведения стали широко переводиться в странах народной демократии. В 1951 г. в издательстве «Народная культура» в Болгарии вышел сборник «Казахские народные сказки».
 
И 1956 г. в Германской Демократической Республике был издан сборник казахского народного эпоса и сказок «Золотая юрта». Сборник выпущен в свет одним из крупнейших издательств Берлина «Культура и прогресс». Он состоит из двух частей — в первую включены эпические произведения «Козы-Корпеш и Баян-Слу», «Ер-Таргыи», «Кыз-Жибек», во вторую часть вошли сказки «Балтеке-бий», «Добро и зло», «Бала Ермек», «Сорок небылиц», «Жиренше-шешен и Кара-шаги Слу», «Мальчик и волк», «Рыжий жеребенок». Составитель. итого сборника — известный писатель и общественный деятель Бела Балаш (1884—1949).
 
Б. Балаш считал, что казахский героический эпос и сказки представляют собой «произведения искусства с удивительной полнотой красок, пластичностью и целостностью формы». Он был убежден, что «появление до сих пор неизвестного народного творчества на открытой сцене мировой литературы приравнивается к историческому событию. Не просто новая книга, а древний народ своим голосом обратит на себя внимание мировой литературы». Увидеть плоды своего благородного дела Балашу не удалось, он не успел систематизировать и издать этот богатый материал. Отбор и обработку казахских народных произведений осуществил известный немецкий поэт и переводчик Эрих Мюллер.
 
В предисловии к «Золотой юрте» говорилось: «Жемчужины арабской, персидской и индийской народной поэзии нам давно доступны по образцовым переводам и обработкам, но кому из нас, немцев, известно, что такие народы Азии, как казахи, киргизы, таджики, узбеки и туркмены, создали такие же жемчужины эпической и лирической поэзии, не уступающей лучшим образцам поэзии Востока вообще? Любимая поэзия казахского народа и сегодня доставляет читателям и слушателям большое художественное наслаждение... В архипелаге мировой литературы открыт новый остров».
 
Как известно, наличие большой прозы в истории той или иной национальной литературы характеризует ее высокое развитие, социальную глубину, художественную зрелость.
 
Широкий резонас вызвали на Западе крупные прозаические произведения: романы «Абай», «Путь Абая», повесть «Выстрел на перевале» М. Ауэзова, «Ботагоз», «Мои мектебы», «Сыр-Дарья» С. Муканова, «Солдат из Казахстана» Г. Мусрепова, «Миллионер» и «Караганда» Г. Мустафина, «Грозные дни», «Исповедь в степи» Т. Ахтанова, «Сумерки» А. Нурпеисова, «Стрела Ма-хамбета» А. Алимжанова. Немало волнующих строк посвятили этим произведениям прогрессивные зарубежные писатели и читатели.
 
Во всех зарубежных отзывах содержится утверждение о том, что эпопея «Путь Абая» Ауэзова — это прежде всего произведение об определенной исторической эпохе в жизни казахского народа. Общая для любого исторического романа задача — отразить в образе героя, через его жизнь и борьбу, общественно-экономические, социально-бытовые особенности определенной эпохи в развитии народа — была в силе и здесь, и она решена казахским писателем на уровне мирового художественного письма, что вызвало у новых читателей немало литературных ассоциаций, аналогий из богатой практики мировой словесной культуры.
 
«Мухтар Ауэзов... целиком и полностью является в духе Генриха Манна общественным ясновидцем и художником. Ведь смог глаз писателя проникнуть через пелену, в которую окутало время феодальную эпоху Казахстана»,— пишет немецкий поэт и критик Эрих Мюллер. Западные критики и читатели видели в «Абае» развернутую картину казахского общества, взятого в один из значительных и интереснейших моментов его развития. В творчестве Абая нашла отражение вся многообразная жизнь казахского народа. «Читая Абая, можно составить ясное, разностороннее и точное представление о социально-экономическом, правовом, семейном и общественном, а также культурно-историческом, моральном состоянии казахского общества", - писал Ауэзов.
 
История казахского общества не только ожила под пером художника, она во многом стала близкой для читателей разных стран, ибо в жизни и развитии казахского народа было много такого, что роднило его с другими народами.
 
Большие исторические события, замечательные личности не раз привлекали и привлекут умы и сердца художников. Каждый мастер слова вкладывает в их описание нечто свое, повое, что понятно и близко его эпохе, его современникам. Поэтому ауэзовская трактовка проблемы исторической личности не могла не интересовать западных интерпретаторов его романов.
 
Но многих зарубежных отзывах особо отмечается идейно-художественное достоинство романов М. О. Ауэзова, заключающееся в органическом сочетании решений проблем исторической личности и народа. В западных отзывах часто отождествляются Абай и казахский народ. «Биография Абая воедино слита с историей его народа... Роман Ауэзова — это не то обычное биографическое произведение, в котором, как правило, демонстрируются в виде цепочки биографические этапы героя. У Ауэзова жизненный путь Абая со всеми его фазами и со всеми его аспектами вписывается в выпуклую грандиозную картину своеобразной жизни казахского народа во второй половине прошлого столетия»,— пишет Герберт Кремпиен.
 
Если Ита Гассель высказывает мысль о том, что Ауэзов «берет историю личной жизни человека в момент ее слияния с историческим этапом развития его народа», то Альфред Курелла пишет, что «Абай» — «исторический роман, действие которого происходит в прошлом столетии и который сообщает о судьбах исторических личностей... мы видим целый народ в огромный поворотный исторический период».
 
Известный французский писатель Жан Спангаро в еженедельнике «Леттр франсез» писал, что «это роман, в котором встает перед нами целый незнакомый народ».
 
На страницах романа показан народ, удел которого не покорность судьбе, феодально-колониальному гнету, не страдание и терпение, а борьба за светлое будущее и страстное стремление к свободе. Поэтому писатель-коммунист Андре Стиль считает, что это «народ страдающий, но являющийся источником благосостояния и уже способный во время своих внезапных скачков сотрясти, если еще не сломить административный гнет». Немецкий критик Вернер Баум относит к достоинствам романа то, что в нем наглядно показаны «творческие способности казахского народа, живущего под двойным гнетом».
 
Передовых зарубежных критиков и писателей привлек образ Абая, в котором они увидели цельную яркую личность, человека мыслящего, творческого, тесно связанного со своим народом и ставшего пламенным его заступником, певцом народных интересов, человека и гражданина, готового вести общество вперед, к прогрессу.
 
Западноевропейская печать особо выделяет поэтизи-рование писателем силы и роли художественного слова. В мире поэзии, воспроизведенном М. Ауэзовым с филигранным мастерством, западноевропейские читатели почувствовали особое очарование книги. В статье «Книга мечтаний» французский критик Мирей Борис указывает, что очарование книги, ее героя состоит в том, что Абай является акыном (певцом, поэтом). Своими песнями акыны утверждали и передавали восточную культуру. А он — Абай, лучший из них, открывает истинную силу слов, огромное значение слова и музыки». Одной из главных тем, плотью книги М. О. Ауэзова Андре Стиль считает песню. «Мы в стране поэтов,— пишет он,— в стране поэтических состязаний и чудесных пословиц». В описании М. О. Ауэзова Абай предстал таким художником, творения которого включают в себя не только богатое национальное содержание и традиции, но и многие существенные элементы передовой поэтической культуры человечества. Творчество его выводило казахскую литературу из вековой изоляции и поднимало ее на новую высоту. Своеобразный поэтический мир народа, обогащенный Абаем, стал под волшебным пером Ауэзова настолько сильным, что воспринимается читателями как действенный мир, способный поднять народ на борьбу с тиранами.
 
«Это роман о человеке, который думал, «есть ли что-нибудь в мире сильнее слов» и считал, что песня — ото то, что человек может создать самого возвышенного и самого прекрасного»,— пишет Андре Стиль. «Меткие стихи смелого певца наносят глубокие раны всемогущим блюстителям мрачного порядка степи»,— отмечает Герберт Кремпиен. «Его поэзия стала оружием против темной жизни»,— продолжает эту мысль Мирей Борис. «Он жил в юрте жизнью своих кочевников... и начал искать для казахов новую жизнь»,— говорит Андре Стиль и приводит следующие слова Абая: «Настоящий долг того, кто печется о народе,— разбудить сознание людей, призвать весь народ к борьбе против зла и произвола». С такого рода возвышением, опоэтизированием роли, силы и неотразимости поэтического слова из мира Востока западные читатели встречаются, можно сказать, впервые в романах М. Ауэзова. Перед ними предстал поэт-мыслитель, поэт-гражданин, поэт-борец, поднявший казахское художественное слово до уровня искусства в мировом понимании, до уровня оружия борьбы с тиранством, гнетом, бесправием, невежеством и отсталостью.
 
Западные читатели увидели, как творчество Абая продвинуло вперед духовную культуру казахского народа, обогатило ее необычайно свежими и новыми ценностями.
 
Жан Спангаро отмечает, что «до краев наполненный горькими колдовскими ароматами минувших времен исторический роман Ауэзова целиком обращен в сторону будущего».
 
Почти во всех зарубежных отзывах прослеживается становление и рост Абая как глубокого мыслителя, страстного защитника трудового народа. Зарубежные критики много пишут о таких фактах в жизни поэта, как разочарование в отце-тиране и постепенный переход на сторону угнетенного народа.
 
Другой важнейший вопрос, на который обращает внимание западноевропейская критика, это — правдивое изображение Ауэзовым отношения Абая к России, а через нее — к передовой западной культуре.
 
Критики и писатели многих стран единодушно признали огромную художественную и познавательную ценность романов Ауззова и определили их место в ряду лучших произведений мировой литературы. Романы об Абае оценивались по самым высоким идейно-эстетическим критериям и рассматривались как крупное завоевание социалистического реализма, как принципиально важное явление для понимания природы и сущности многонациональной советской литературы.
 
Герберт Кремпиен считает, что «это такое произведение, которое станет событием в жизни всякого самого взыскательного читателя», а Вернер Баум приходит к выводу о том, что роман «... следует отнести к величайшим произведениям социалистической мировой литературы».
 
Австрийская газета «Weg und Ziel» свою рецензию на роман заключает следующим признанием: «Художественная красота языка, ярко выраженные характеры, великолепно нарисованные сцены и истинно гуманистические основные идеи делают этот роман произведением мировой литературы».
 
Если из романов «Абай», «Путь Абая» и повести «Выстрел на перевале» М. Ауэзова, «Стрелы Махамбета» А. Алимжанова западноевропейские читатели узнали многое о жизни казахского народа в дореволюционном прошлом, то такие произведения, как «Бота-гоз», «Школа жизни», «Сыр-Дарья» С. Муканова, «Солдат из Казахстана» Г. Мусрепова, «Караганда», «Миллионер» Г. Мустафина, «Грозные дни», «Исповедь в степи» Т. Ахтанова, «Сумерки» А. Нурпеисова познакомили их с революционной борьбой казахского народа и его развитием по социалистическому пути.
 
Из отзывов о произведениях казахской литературы мы видим, как рос интерес к ней у иностранных читателей, как ее освещала зарубежная печать, как ее стали воспринимать на Западе явлением национальным, самобытным, утверждающим расцвет многонациональной советской литературы.
 
Перевод в зарубежных странах в 50—60-е годы крупных казахских прозаических произведений совпал с такими явлениями в литературном мире. С одной стороны, богатая советская литература завоевала авторитет и признание у передовой общественности Европы и сфера ее влияния на умы и чувства читателей и на зарубежную художественную культуру значительно возросла, с другой стороны — модернисты Запада пытались различными способами дискредитировать социалистический реализм, считая его устаревшим, надуманным, бесперспективным.
 
В связи с тем, что на Западе, особенно во Франции, и 50-е годы широкое распространение получила так называемая теория «нового романа», представители которой (Ален Роб-Грийе, Натали Саррот и др.) утверждают абсурдность окружающей действительности, трагическое одиночество и бессилие человека, изображают его жалким существом, безысходно заблудившимся в самом себе, прогрессивные писатели и поэты особо обращают внимание на опыт советского реалистического искусства.
 
В условиях, когда писатели-реалисты ведут с модернистами спор об основных принципах реалистического искусства вообще и романа в частности, произведения казахских советских писателей, безусловно, дают много материала для размышлений, для борьбы с реакционными направлениями.
 
Идеологи империализма пытаются игнорировать расцвет национальных республик советской страны и стремятся фальсифицировать их историю и современное развитие, вбить клин в дружбу народов. Поэтому материалы прогрессивной зарубежной прессы о казахской литературе обретают в определенной степени и политическое значение, помогают в идеологической борьбе.
 
Зарубежные отклики, в которых говорится о духовном, культурном расцвете нашей республики, дается объективная характеристика развитию казахской литературы, высоко оцениваются художественные произведения советских писателей, сами по себе содержат опровержение фальшивых «теорий», клеветнических выпадов, лженаучных «обозрений».
 
Те, кто знаком с произведениями казахских авторов, переведенными на многие языки народов мира, отзывами о них передовых писателей и критиков, с объективной характеристикой развития казахской литературы на страницах зарубежных учебников и исследований, разве могут поверить, например, тому, что пишут Дж. Уилер из Англии, Т. Виннер из США? В 1958 г. Т. Виннер выпустил книгу «Устное творчество и литература казахов русской Центральной Азии», где грубо фальсифицируется и преднамеренно искажается историческое развитие казахской литературы. Автор всячески старается очернить истоки дружбы казахского и русского народов и не видит расцвета современной казахской национальной литературы.
 
В борьбе с такого рода фальсификацией и искажением истории казахской литературы издание за рубежом произведений наших авторов и высказывания о них известных деятелей культуры Запада, безусловно, выполняют и в дальнейшем будут выполнять благородную функцию, раскрывая истинное положение вещей.
 
Произведения казахских писателей, в которых талантливо отражены историческое прошлое и современность, поведали миру о движении казахского народа к прогрессу, об обретении им нового облика социалистической нации. В этом и заключается познавательное значение высокоидейных и истинно художественных произведений казахских авторов, представляющих собой убедительное доказательство разнообразия богатой многонациональной советской литературы.
 
В настоящий сборник включены материалы, изданные в основном в последние двадцать лет лишь в некоторых западных странах. Большинство материалов, найденных в Государственной ордена Ленина библиотеке СССР им. В. И. Ленина и Всесоюзной государственной библиотеке иностранной литературы, в Центральной научной библиотеке АН КазССР, переведено впервые. Некоторые статьи даются с небольшими сокращениями.