Главная   »   Казахская литература(хрестоматия) за 6 класс (1999 год)   »   ГЛАВА СЕДЬМАЯ рассказывает, как мы с Султаном отправилась вдвоем на джайляу, о том, сколько седел можно надеть на одну лошадь, о том, как я учился курить и чем все это кончилось


 ГЛАВА СЕДЬМАЯ рассказывает, как мы с Султаном отправилась вдвоем на джайляу, о том, сколько седел можно надеть на одну лошадь, о том, как я учился курить и чем все это кончилось

 

 

Только мы с бабушкой кончили пить чай с молоком, показался Султан верхом на коне.
 
— Эй, Кара Кожа, ты дома?
 
— Дома!
 
— Готов?
 
— Готов!
 
— Выноси седло и сбрую.
 
Едва я справился с подпругой, как из дому вышла бабушка.
 
— О горе мне!—запричитала она.—Я так и знала, что ребенок свяжется с этим лоботрясом… Глядите, люди добрые! Видели ли вы что-нибудь подобное?
 
Пока бабушка кричала, я взобрался на лошадь. Султан здорово придумал. Сидеть на втором седле было гораздо удобнее, чем подсаживаться просто так, без седла. Ноги не болтаются, у каждого есть свои стремена.
 
Султан, видимо, решил похвастаться своей выдумкой и погнал Чалку по улице.
 
Мне это не понравлюсь.
 
— Куда мы едем?— спросил я.
 
— Молчи, сиди тихо!— отрезал Султан.
 
У Чалки казалась на редкость мягкая поступь. Мы рысцой подскакали к магазину и остановились. Спрыгнув на землю, Султан передал мне поводья.
 
— Держи. Деньги есть?
 
— Зачем.
 
— Узнаешь. Сколько у тебя?
 
— Пять рублей, а зачем?
 
— Если будешь задавать глупые вопросы, можешь отправляться домой. Давай деньги!
 
Что было делать! Я оказался человеком зависимым, и пришлось подчиниться. Медленно расстегнув пуговицу нагрудного кармана, я запустил туда пальцы.
 
— Что ты возишься!—прикрикнул Султан.—Давай скорее.
 
Султан вышел из магазина с набитыми карманами своих синих галифе.
 
— Что купил?
 
— Дорожные заботы, — важно ответил он мне и подмигнул.
 
Вскочив на коня, Султан огрел Чалку плеткой, и мы помчались.
 
Как только мы миновали последние домики села, Султан спросил:
 
— Умеешь курить?
 
— Я не пробовал.
 
Султан вытащил на кармана пачку сигарет, открыл ее и протянул мне.
 
— Я не хочу курить. Кури сам. А мне, пожалуйста, отдай деньги, которые остались.
 
— Ладно. За мной не пропадет. Разберемся. Кури. Курение сокращает дорогу.
 
Я затянулся раза три или четыре, стараясь делать это поосторожнее, чтобы дым не попал горло. Султан расхохотался.
 
—Чему вас только в школе учат?— насмешливо спросил он.—Да так курят только малые дети. Портишь хорошую сигарету. Набери дыма в рот и глотни!
 
Конечно, я знал цену всем рассуждениям Султана. Но уж, видно, нет на земле животного глупее человека. Смешно требовать чего-нибудь от животного, которое не понимает, что можно и чего нельзя делать. Человек же зачастую отлично знает, что поступить так-то или этак нельзя, и все-таки поступает.
 
Именно это случилось и со мной. Мне было наплевать на подковырки Султана, но в то же время в голове засела мысль: “Допустим, я глотну дым. Не умру же я от этого. Почему бы мне не глотнуть дым, хотя бы ради того, чтобы самому испытать его действие”.
 
Вы, дорогие читатели, если вам уже минуло двенадцать лет, сами знаете, чем кончаются такие истории. Я глотнул дым, и вот обыкновенный мирный дым превратился в какой-то ядовитый газ, застрял у меня в горле и начал там ворочаться, щекотать и колоть меня. Я задыхался, кашлял. Из глаз катились слезы… Потом голова у меня закружилась, спина лошади взлетела куда-то кверху. Султан почему-то оказался сидящим на лошади головой вниз, небо покатилось в сторону, а придорожная трава двинулась прямо на меня...
 
— Остановись!— закричал я...
 
— Я пришел в себя в придорожной канаве. Меня мутило. Казалось, что клубок дыма добрался до желудка и продолжает неистовствовать там.
 
Вместо того чтобы посочувствовать, Султан принялся хохотать и насмехаться.
 
— Ох ты, моя черная размазня!—выкрикивал он. (Я, кажется, успел объяснить вам, что “коже” значит “каша-размазня”.) — Ой ты, моя черная размазня! А я-то рассчитывал съесть тебя, если в дороге придется голодно… Что я скажу теперь тете Миллат?.. Ну что стоило тебе умереть, доехав до джайляу? А теперь все заботы на мою голову. Как я вырою тебе могилу? У меня нет даже лопаты.
 
Я надолго запомнил этот случай. С тех пор прошло много времени, но как только табачный дым приближается к моему носу, я бегу прочь со всех ног.
 
 
<< К содержанию                                                                                Следующая страница >>