Главная   »   Избранные труды. Т. Р. Рыскулов   »   ВЕЛИКИЙ ХУРАЛДАН МОНГОЛИИ *


 ВЕЛИКИЙ ХУРАЛДАН МОНГОЛИИ *

(Письмо из Монголии)
В истории национально-освободительной борьбы монгольского народа первый Великий Всенародный Хуралдан Монголии, состоявшийся в 1924 г. (8—28 ноября), должен занять одно из важнейших мест. Спустя три с лишним года после возникновения первого Монгольского народного правительства, удалось впервые подготовить и созвать к этому сроку первое Великое Народное Собрание.
 
Монгольский народ, давным-давно утративший независимость после периода своего расцвета (во времена Чингисхана), сотни лет потом угнетавшийся захватчиками 1, в результате революции 1921 г. вновь получил возможность собираться и в заседаниях Великого Хуралдана решать важнейшие государственные вопросы, закреплять собственными руками достигнутые завоевания и независимое, равноправное с другими народами существование 2.
 
В этом отношении первый Великий Хуралдан Монголии проделал действительно историческую работу, положив прочное основание дальнейшему углублению мероприятий по демократизации страны и произведя большой перелом в умонастроениях монгольских масс. Великий Хуралдан своими работами предопределил в значительной мере дальнейшую судьбу всего монгольского народа. Труды первого Великого Хуралдана не только
 
* Публикуется с сокращениями.
 
ценны по своему историческому значению, но они являются и важным фактическим материалом, отражающим современное положение в Монголии.
 
Открытию В[еликого] Хуралдана предшествовала довольно основательная подготовительная работа. Все внимание правительства и ЦК Нарпартии сосредоточено было накануне Великого] Хуралдана на этой подготовительной работе 3. Всеми сознавалось, что В[еликий] Хуралдан действительно должен сыграть большую роль в разрешении государственных вопросов и утвердить все основные мероприятия.
 
Правда, в свое время был как-то созван правительством Временный Хуралдан из делегатов аймаков и Шабинского ведомства для обсуждения важнейших государственных вопросов, но он, конечно, не имел того значения, как В[еликий] Хуралдан, который является первым представительным собранием народных масс и был созван после проведения работы по организации местных самоуправлений.
 
Созыв его был своевременен не только потому, что была необходимость санкционировать всю работу правительства; предстояло * в первую очередь выявить полностью волю монгольского народа в плане ** его внешних взаимоотношений. Кроме того, к этому моменту назрела необходимость налаживания самой государственной работы и особенно хозяйственной жизни Монголии. ...И Великий Хуралдан, несомненно, выполнил свои задачи.
 
В чем же заключается значение проделанной Великим Хуралданом работы?
 
Отличительной чертой первого В[еликого] Хуралдана явилась полнота представительства на нем населения всех районов Монголии, включая даже дюрбетов, киргизов и бурят, и преобладание в составе аратского элемента (из 77 делегатов 71 составляли араты).
 
В основной части доклада правительства, прочитанном председателем его тов. Церен-Дорчжи, приводится сравнение в достижениях монгольского народа при автономии (1912 г.) 4 и теперь, при существовании Народного правительства; указывается на помощь Советской России в борьбе монгольского народа за свою свободу и необходимость тесной дружбы с ней, а также на заслуги Коминтерна в этой борьбе монгольского народа, причем подчеркивается, что «Монголия на внешнем фронте не имеет более заслуженных и верных друзей, кроме СССР и Коминтерна»...
 
Тов. Церен-Дорчжи в своем докладе ярко и верно характеризует перед В[еликим] Хуралданом все этапы труднейших моментов в истории монгольского народа, результаты господства ки-
 
* В тексте - нужно было.
** В тексте - отношении.
 
тайских колонизаторов и ростовщиков и своих феодально-теократических элементов в стране, вскрывает сущность стремлений империалистов, в том числе японских, в отношении Монголии и проделки белобандита Унгерна5, характеризуя власть самого богдыхана в момент перехода власти от монархии к народу следующим образом:
 
«Наша автономная Монголия управлялась полновластным монархом, министерством внутренних дел и другими министерствами. Государственные дела они вели каждое по-своему, вследствие чего катились по широкому пути самовластия и насилия, защищая интересы богачей и людей, занимавших высокие чиновничьи посты.
 
Поскольку была налицо беспощадная эксплуатация народной массы, ведшая нацию к гибели и вызывавшая недоверие населения, следовало бы, казалось, немедленно тогда же ввести в Монголии республиканский строй. Но, сообразуясь с духом времени, религией и мышлением массы, пришлось возвести богдо-гэгэна в монархи с ограниченными правами. Но в настоящем году богдыхан умер, после чего верховная власть в стране была передана Великому Хуралдану, а между сессиями Хуралдана — правительству ».
 
Тов. Церен-Дорчжи отмечает огромные достижения монгольского народа в результате установленной в стране народной власти.
 
В резолюции по докладу правительства отмечаются те же достижения и те же мысли, причем особенно подчеркивается необходимость решительной борьбы со всеми контрреволюционными выступлениями против завоеваний Республики. По докладу правительства никаких прений почти не было, и Хуралдан целиком и единогласно подтвердил правильность линии политики правительства, отметив всю важность завоеваний в области работы по укреплению народной власти и государственного строительства. В своей дальнейшей работе В[еликий] Хуралдан не ограничился, однако, общим обзором и одобрением деятельности правительства, а остановил свое внимание и на ряде дефектов в деятельности государственного аппарата.
 
Когда начался доклад минвнудела, делегаты уже заранее стали готовиться к прениям. Доклад прочитал Цеценхан, бывший владетельный князь и потомок Чингисхана, отказавшийся потом от своего звания. Между прочим было принято решение о необходимости организации впервые милиции в Монголии. Дело организации милиции из ведения военного ведомства передано в ведение минвнудела. Это решение сразу характеризует твердую ориентацию В[еликого] Хуралдана на бедные аратские массы народа, свидетельствует о государственном понимании задач, стоящих перед Республикой.
 
Доклад Министерства иностранных дел был краток и в общем охватывал собою все более или менее важнейшие моменты во внешних взаимоотношениях Монголии, главным образом с СССР. В прениях по иностранной политике чувствовалось твердое настроение монгольских трудящихся защищать свою независимость и, не останавливаясь ни перед чем, строить свою свободную жизнь. Вопрос о внешних взаимоотношениях Монгольской Народной Республики, ее отношениях с Китаем является одной из самых основных проблем, стоящих перед монгольским народом. Но В[еликий] Хуралдан в этом отношении полностью и ясно выявил волю народа, твердо высказавшись за полную независимость Монгольской Народной Республики, и определил характер внешних взаимоотношений Монголии вообще.
 
При обсуждении внешней политики делегаты задавали вопросы, в значительной мере характеризующие их отношение к политике «великих держав». Они интересовались, например, почему английская фирма в Урге поднимает свой флаг без разрешения правительства, и осведомлялись, может ли Монголия также, не спрашивая, поднять свой флаг где-нибудь, например, в Лондоне.
 
В резолюции по иностранной политике подтверждаются все договоры с СССР, упоминается о Внутренней Монголии, указывается на необходимость принятия мер к сокращению въезда китайцев (речь идет, конечно, о китайских торгово-ростовщических элементах, а не о китайских рабочих и бедноте), говорится дальше об установлении новых почтово-телеграфных линий, упоминается кратко об Урянхае и др.
 
* * *
 
Самым больным вопросом современной Монголии являлись и являются вопросы финансов и хозяйства. Весь недостаток работы отдельных министерств в области хозяйства страны в полной мере выявился на Хуралдане. Хотя Монгольская Народная Партия и правительство многого достигли за три года своего существования и в области хозяйства, но они не в силах были устранить все недочеты, так как самодержавное правительство прежней автономной Монголии оставило после себя в области государственного строительства пустое место, всеобщее разорение и растление нравов. Оно не сумело создать ни армии, ни финансов, ни школ и ничего другого, чем живет всякое государство. Этот морально-политический и экономический развал был углублен и доведен до крайних пределов последующими китайской и белогвардейской оккупациями Монголии (из речи тов. Ринчино).
 
Государственное и хозяйственное строительство является делом новым для Монголии, угнетавшейся сотни лет и бедной опытными работниками. Ранее существовавшие экономические органы не знали хорошо своих функций. У них не было перспективы хозяйственного строительства и все эти органы не учитывали, что, собственно, является основной движущей силой хозяйственной жизни страны. Прежний мин[истр] фин[ансов], руководивший всей хозяйственной политикой, в своей работе за все время вовсе не отражал интересы скотоводческого хозяйства, этой основы всей экономической Монголии, а работал, вольно и невольно, против интересов последнего. Это нужно здесь открыто подчеркнуть. Такие недочеты, как обнаружение при ревизии касс Минфина 50 ООО лан лишних сумм неизвестного происхождения, или, например, отсутствие у Минфина цифр о количестве вывоза и ввоза, свидетельствуют о тех недостатках, которые были у прежнего Минфина.
 
Государственные расходы покрывались главным образом таможенными пошлинами, составлявшими чуть ли не 3/4 всех доходов Республики. При таком положении, конечно, ясна была перед В[еликим] Хуралданом необходимость налаживания основы всех основ жизни страны — его хозяйства.
 
Ясно, что при влиянии китайской торговли и китайского ростовщического капитала в стране, при господстве чужой валюты, зависимого положения отчасти в экономическом отношении: Монголии от Китая, при беспардонном хозяйничании здесь иностранных фирм, ввозящих в большом количестве те же мексиканские доллары и скупающих сырье Монголии, создается сложная финансово-промышленная ситуация. Хуралдан учел, что пока кочевая масса в главной части оторвана в хозяйственной области от госорганов и связана пока в своем производстве только с китайским элементом, не могут быть крепки и политические достижения Монгольской Республики.
 
В[еликому] Хуралдану пришлось наметить и целый ряд новейших мероприятий в области бюджетной и налоговой политики. Пришлось ему серьезное внимание обратить также на таможенный вопрос, ибо доход с него играл и будет играть большую роль. В налоговой политике В[еликий] Хуралдан решил нажать, сколько возможно, на частную торговлю, играющую огромную роль в жизни Монголии и пока имеющую перевес над государственной торговлей.
 
Необходимость требует в этом отношении ведения такой политики, при которой стало бы невозможным существование в стране китайско-ростовщической торговли... Существование в том размере, в каком это сейчас имеется, китайской торговли и самой торгово-ростовщической части китайской колонии представляет не только экономическую, но и политическую опасность. В решительные моменты китайский торговый элемент может здесь совместно с реакционными верхушками Монголии создать нежелательную обстановку.
 
В области денежной политики В[еликий] Хуралдан указал на необходимость проведения задачи постепенного] вытеснения доллара, лана, ямбы и других видов натуральной единицы обмена из обращения. Присутствие этих обменных единиц, в особенности господство доллара, таит в себе коренные опасности. Пока господствует доллар, не может быть речи об укреплении торгового влияния государственного капитала и развитии госорганов самой Монголии. Население Монголии привыкло к твердой валюте (доллару), и ее вытеснить можно, дав населению денежную единицу, основанную на такой же твердой валюте, ибо всякие кредитки бумажные (были здесь царские, унгерновские и другие, доказавшие населению свою вредность) в данный момент населением совершенно не будут приниматься. Единственным выходом из этого положения является установление в Монголии своей национальной денежной единицы (всего скорее золотой). При этом эмиссия мыслится, как эмиссия банковская, путем выпуска банкнот под определенное обеспечение. В казначейской эмиссии в Монголии нет надобности и в интересах последней она была бы на первых порах даже вредной.
 
Словом, намеченная Хуралданом финансовая политика соответствует интересам развития Монголии и в то же время отвечает интересам направления борьбы трудящихся классов с гнетом мирового империализма.
 
По хозяйственному строительству делал доклад тот же министр фин[ансов]. При предварительном рассмотрении руководителями правительства его доклада оказалось, что он о скотоводческом хозяйстве — об этой основе существования Монголии и ее будущего — ни в докладе, ни в проекте резолюции ни одним словом не обмолвился, и этот странный недосмотр пришлось исправить правительству внесением в доклад соответственного пункта.
 
Совершенно очевидно, что основой всей экономики Монголии является скотоводческое хозяйство, имеющее огромное будущее по своим возможностям.
 
Например, по расчетам Майского 6, если сейчас во Внешней Монголии имеется до 13 млн. голов скота, то при умелом использовании пастбищных ресурсов, можно было бы поднять это количество голов до 20 млн., а при рациональной промышленной постановке скотоводства пастбищного простора Монголии хватит даже для 100 млн. голов скота. В Европейской России, по статистике 1916 г., было всего 139 млн. голов. Тов. Майский, может быть, преувеличивает, но во всяком случае Монголия имеет широкие перспективы для развития скотоводства и может через некоторое время сыграть в этом смысле роль даже по отношению к Австралии, тем более, что весь окружающий Монголию район (китайские провинции, Алтай, Горный Тибет и др.) скотоводческий.
 
Промышленно-хозяйственное развитие СССР в будущем также находится в прямой связи с развитием скотоводства Монголии. Если взять цифры довоенные, то можно убедиться, какую роль играл монгольский скот в Сибири и российском хозяйстве вообще. Поэтому не только сама Монголия, но и СССР в своих интересах в будущем должен оказать всемерное содействие развитию монгольского скотоводства. Нужно перейти к более широкой системе идейного и практического сотрудничества в этой области.
 
В области торговли (внешней и внутренней), видимо, начинают вводиться приблизительно сходные порядки с СССР, т. е. Монголия будет постепенно осуществлять монополию внешней торговли и руководство над внутренней торговлей. Для этой цели будет создан особый орган при министерстве хозяйства. Думается, что этой мерой Монгольская Республика, наконец, положит предел бесконтрольному хозяйничанию различных заграничных фирм здесь, и удастся ей, наоборот, быстро укрепить государственную торговлю.
 
По транспортному вопросу важным моментом в решении Великого Хуралдана считается пункт о постройке железной дороги Кяхта и Улан-Батор — Хото, так как это является одним из вернейших условий быстрого экономического развития Монголии. Также важно решение Великого Хуралдана об установлении автомобильных связей с отдельными районами Монгольской Республики, улучшение уртонской повинности * и исправление путей.
 
Что же касается докладов министра просвещения и министра юстиции, то они вызвали оживленные прения на Хуралдане.
 
С просвещением дело обстояло неважно, а с Минюстом еще хуже. В резолюции по просветительной политике имеется важное решение о введении политвоспитания в школах (где до сего времени господствовало одностороннее ламское воспитание). Обращается внимание также на европейскую медицинскую науку, что означает одновременно признание В[еликим] Хуралданом отсталости дамского лечения, веками установившегося, но чрезвычайно примитивного.
 
По линии Минюста предложено организовать народные суды. Вообще в Монголии до сего времени народных судов не было, а судьями являлись те же администраторы и Минюст. Также Хуралдан предложил издать законы о судопроизводстве и другие законы. В системах наказаний и в местах заключений предполагается ввести европейские порядки.
 
* * *
 
Одним из исторических решений Великого Хуралдана нужно считать принятие Конституции (Основного Закона) Монгольской Народной Республики. Принятием Конституции не только
 
* Уртонская повинность — обслуживание дорожно-почтовых станций (уртонов).
 
подтверждаются и закрепляются достижения всего монгольского народа и мероприятия Народного правительства, но оформляется сама физиономия Монгольской Народной Республики и определяется перспектива политическо-культурного развития.
 
В чем заключаются основные моменты Конституции и какие результаты предвидятся вследствие изменений, вносимых Конституцией в общественную жизнь Монголии?
 
Прежде всего, Конституция в своей декларативной части, подтверждая все революционные достижения Монгольской Народной Республики, прибавляет ряд основных положений, определяющих социально-политическую физиономию Республики, приближая ее по своей структуре к советскому типу государства, а ведь ленинское учение и коммунистическая программа говорят, что советский тип переходного строя годен и для отсталых народов Востока.
 
Этим самым закрепляется упразднение института власти богдыхана и гэгэнов и предопределяются роль и место в дальнейшем духовенства, играющего пока что огромную роль в повседневной жизни монголов. Дальше, в положениях о В[еликом] и М[алом] Хуралданах выборные сроки всей местной и верховной власти ограничиваются одним годом, вместо установленного прежде трехгодичного срока, чем обеспечивается более широкое участие масс в государственном строительстве.
 
Учреждение М[алого] Хуралдана из 30 членов с преобладанием в его составе простых кочевников с мест обеспечивает возможность участия в верховных органах власти худонцев, на которых зиждется основа политическо-хозяйственной жизни страны. Благодаря М[алому] Хуралдану с его двумя-тремя сессиями в год и существованию постоянного его Президиума, как высшего контрольно-законодательного органа с правами смены министров в случае надобности, чиновничество, обслуживающее министерства, должно обдумывать каждый свой шаг, чувствуя над собой контроль народа. Малый Хуралдан через своих членов, в большинстве разъезжающихся на места, тесно отныне связывает худоны (провинции) со столицей и центральным правительством. Учреждение экономсовета кладет конец экономической путанице и неразберихе в работах по хозяйственному строительству... На местах вместо дзасак-даргов (чиновников), единолично почти хозяйничавших, создаются теперь коллегиальные учреждения вроде исполкомов.
 
Особенно важна по своим последствиям глава об избирательном праве. Все эксплуататорские и реакционные элементы окончательно лишаются избирательного права и влияния на жизнь народных масс. Этот пункт вместе с остальными пунктами Конституции произведет настоящую революцию в общественных отношениях Монголии.
 
Не останавливаясь на остальных пунктах Конституции укажем только, что в связи с решением по Шабинскому ведомству отделением церкви от государства и лишении избирательных прав лам и духовенства, живущих постоянно в монастырях (а их солидное количество), начнется также реформа и в области церкви в интересах народа.
 
К принятой Конституции не только политические деятели, но и масса относится как к чему-то священному, продиктованному волей народа, которое решительно нужно провести в жизнь.
 
Вопрос о Шабинском ведомстве являлся и является одним из важнейших принципиальных вопросов. Шабинское (духовное) ведомство существует на положении особого самостоятельного аймака (губернии) и представляет по существу государство в государстве. В прежние времена князья, феодалы дарили людей в непосредственное подданство богдо-гэгэна или просто сами граждане переходили в это подданство. Такие лица назывались «ша-би» (учениками богдо), освобождались от государственных повинностей, платили вместо этого духовный налог и несли духовные повинности, составляя экономическую основу церкви в Монголии и опору духовенства в виде особо сложившейся касты. Ввиду освобождения от государственной повинности ша-бинцев следуемые с них налог и повинности перекладывались на остальное хошунное население *, на котором это отражалось очень чувствительно.
 
Шабинцы в большинстве более зажиточны, не имеют территории, пасут скот, где захотят, чем страшно мешают остальному большинству населения. Поэтому со стороны последнего к этим шабинцам установилось враждебное отношение. А шабин-цев исчисляется в данное время до 85 000 человек; ими управляло Шабинское ведомство независимо от административной власти. После длительного и горячего обсуждения В[еликий] Хуралдан решил Шабинское ведомство сохранить в качестве административного органа и на правах аймака, но отменить обязательный духовный налог на население, а шабинцев приравнять с хошунцами в несении государственных повинностей, принимая постепенно меры к присоединению все же шабинцев к хо-шунам. Хуралдан также решил, что монастыри отныне должны содержаться за счет своих средств и добровольных пожертвований. Это решение, продиктованное интересами народа, сыграет большую роль в смысле определения дальнейшей роли духовенства. Таким образом, кладется начало реформе в области религиозных отношений, и результаты его не замедлят выявиться.
 
Еще одним важным решением Хуралдана нужно признать вопрос об организации беднейших аратов, кустарей и промышленных рабочих. Кустари будут организованы в артели, что соответствует государственным интересам, постепенно объединятся потом в промысловую кооперацию, а рабочие промышленных
 
* Хошунное население — население удельных княжеств (хошунов).
 
предприятий и служащие госучреждений должны объединиться в профсоюзы, составив, таким образом, основу монгольского профдвижения. Беднейших аратов предположено организовать в особые полупрофессионального характера союзы. Путем организации трудовых кустарей и беднейших аратов Монгольской Нар-партии удастся создать организованную классовую борьбу Монгольской Народной Республики.
 
* * *
 
Великий Хуралдан встал решительно на путь вовлечения в состав Малого Хуралдана и правительства аратов-худонцев (бедняков). В результате в состав Малого Хуралдана из 30 человек прошло 19 представителей с мест. По социальному составу: 24 человека — простые араты (средние и бедные), 4 бывших тайд-жи (дворян), 2 бывших нойона (князя).
 
Интересна была самая картина выборов. Делегаты напряженно выслушивали фамилии и тщательно проверяли каждую кандидатуру, потом голосовали, малосознательные в политическом отношении заранее отводились. В этом отношении настроение было самое боевое. Требовали кандидатуры бедняков (худон-цев), неопороченных ничем, и только таких старались проводить. Хуралдан был настроен, между прочим, против Це-ценхана (минвнудела). Не хотели его провести. Но этот бывший владетельный князь в свое время совершил революционный поступок, отказавшись от своего звания и примкнув решительно к Народной Партии. Поэтому для поощрения таких случаев Великий Хуралдан все же решил его оставить. Таких случаев было несколько.
 
К концу заседания к зданию, где заседал Великий Хуралдан, прибыло человек 20 делегатов от имени свыше 200 китайцев с просьбой об амнистии, так как они высылались из пределов Монголии постановлением администрации за неимение паспортов. Но большинство высылаемых были рабочие и китайская беднота, которые паспортами не обзавелись просто, чтобы не платить лишние деньги. Великий Хуралдан разрешил рабочим и бедным китайцам из состава 200 человек остаться до наступления теплого времени. Факты обращения китайцев к Хуралда-ну произвели большое впечатление, показав, что народная власть Монголии реальная и что с этим считаются и вчерашние хозяева страны — китайцы.
 
После окончания работ Великого Хуралдана состоялось первое заседание Малого Хуралдана. Открыл заседание член президиума Великого Хуралдана тов. Джадамба, и приступили к выборам президиума Малого Хуралдана и правительства. После избрания президиума тов. Джадамба уступил место новому президиуму Малого Хуралдана и произнес приветственную речь. В ответ председатель Малого Хуралдана тов. Гэндэн — этот простой арат — произнес программную речь, указав, что президиум полностью выполнит возложенные задачи, подчеркнув, между прочим, что свободу монголы завоевали благодаря помощи Советской России и поэтому нужно быть всегда в тесном союзе с Советской Россией.
 
Затем начались выборы правительства. После принятия закона о труде (основы) поручили президиуму уточнить редакцию этого закона. Закон о труде распространяется на городские и оседлые местечки, а также на промышленные заведения и учреждения. В отношении кочевого населения по нормированию труда будут изданы дополнительные положения, ибо [его] условия труда совершенно иные.
 
Созыв следующей сессии Малого Хуралдана определен был через несколько месяцев. Малый Хуралдан, кроме закона о труде, принял ряд других решений. Между прочим, согласно указаниям Конституции, все члены Малого Хуралдана обязательно использ[уются] на ответственной работе в центре и на местах.
 
По линии партии и правительства предпринимается широкая кампания по устройству народных собраний с участием партийных и государственных организаций на местах для оглашения решений Великого Хуралдана и особенно текста Конституции. Думается, эта кампания и вообще освещение работ Великого Хуралдана даст серьезные результаты. Весть о Великом Хурал-дане разлетелась по всем направлениям. У всех, не исключая духовных лиц, такое впечатление, что народ уже приступил к руководству страной и что прислушиваться к его мнениям, выраженным на первом Великом Хуралдане, необходимо.
 
С момента окончания Великого Хуралдана прошло всего полгода, а результаты [его] работ... уже сказываются в текущей жизни Монгольской Народной Республики. По [его] решениям массы в худонах начинают давать себе отчет во многом, что прежде было для них не ясно. Ориентация на беднейшие и средние аратские слои населения как основу классовой базы республики начинает узакониваться и входить в обиход и в худонах.
 
В условиях устойчивого внешнего положения Монголии дело государственного и хозяйственного строительства Монгольской Народной Республики, надо полагать, наладится очень быстро. Проведение намечаемых сейчас Народным правительством мероприятий по государственному и хозяйственному строительству, наряду с успехом в области партстроительства, выпрямление общей линии работы [авангарда] монгольского трудящегося народа — Монгольской Народной Революционной Партии — несомненно дадут возможность монгольским трудовым массам добиться осуществления всех задач, стоящих перед Республикой.
 
Новый Восток, 1925, А§ 8—9, с. 215—229.
 
1 Монголия по 1911 г. управлялась пекинскими наместниками. После длительной борьбы в 1912 г. часть территории Монголии получила автономию, но зависимость страны от Китая сохранялась. Окончательно независимость Монголия обрела после победы народной революции 1921 г.

2 Великий Хуралдан — полномочное собрание народных представителей — законодательно утвердил установление в стране республиканского строя. До того, учитывая огромное влияние религии в жизни населения страны, Монгольская народная партия соглашалась на то, чтобы глава буддийской церкви богдо-гэгэн являлся конституционным монархом с сильно ограниченными правами. В связи со смертью богдо-гэгэна в мае 1924 г. было решено его пост не замещать.

Великий Хуралдан в основу своей работы положил решения III съезда МНП, наметившего программу построения народно-демократического государства. Это были важные исторические решения, позволившие сделать огромный рывок от ранней стадии развития феодализма в его самых консервативных застойных формах к прогрессу, переводу страны на рельсы социалистической ориентации. (См.: Роль и значение помощи международного коммунистического движения в становлении и развитии МНРП, с. 14, 144, 145).

3 Речь идет о III съезде МНП, в работе которого участвовал автор.

4 Имеется в виду ограниченная автономия, добытая в результате анти-китайского восстания 1911 г.

5 Барон Р. Ф. Унгерн фон Штернберг в 1917 г. был послан Керенским в Забайкалье для формирования бурятских конных полков. В годы гражданской войны командовал карательными частями в войсках атамана Семенова. В конце 1920 г. во главе кавалерийской дивизии по соглашению с бог-до-гэгэном вторгся в Монголию «для восстановления» ее автономии. В феврале 1921 г. он захватил столицу Монголии — Ургу. Авантюрист Унгерн стал устанавливать связи с китайским диктатором Чжан Цзо-Мином, главарем алтайских белобандитов есаулом Кайгородовым, генералом Бакичем, лидером казахских буржуазных националистов А. Вукейхановым и др. По просьбе народно-революционного правительства Монголии Красная Армия вступила на территорию страны и разбила банды Унгерна. (См.: Ярославский Е. Барон Роман Унгерн фон Штернберг. Пг. 1922).

6 Майский И. М. (1884—1975) в 1919—1920 гг. был одним из руководителей органов Закупсбыта в Монголии. Позднее — крупный советский дипломат, видный историк, академик.

 

 

загрузка...