Главная   »   История Казахстана. С. Асфендиаров   »   РЕВОЛЮЦИЯ 1905 ГОДА И ЕЕ ВЛИЯНИЕ НА НАЦИОНАЛЬНО-ОСВОБОДИТЕЛЬНОЕ ДВИЖЕНИЕ В КАЗАХСТАНЕ


 РЕВОЛЮЦИЯ 1905 ГОДА И ЕЕ ВЛИЯНИЕ НА НАЦИОНАЛЬНО-ОСВОБОДИТЕЛЬНОЕ ДВИЖЕНИЕ В КАЗАХСТАНЕ

Революция 1905 года всколыхнула наметившееся национальное движение в казахской степи. Борьба рабочих и крестьян России не могла не отразиться на настроении масс угнетенных народов романовской империи. Правда, мы не имели в революции 1905 года выступления широких казахских масс и переселенческого крестьянства. Движение продолжало носить характер отдельных, спорадических стихийных протестов. Политические выступления масс имели место лишь в городах среди русского пролетариата и городской мелкой буржуазии (Оренбург, Омск, Ташкент).

Усилилось движение среди верхушечной части казахского общества и среди казахской интеллигенции. Появляются казахские газеты, собираются съезды общественных деятелей, «почетных людей», т. е. баев и аксакалов. Политическая слабость национальной буржуазии выявилась в период 1905 года с наглядной ясностью. Большинство съездов (Каркаралинский , Уральский и др.) представляли из себя съезды именно «почетных людей» и интеллигенции. На них принимались петиции, просьбы, обращенные к правительству. Особенно много уделялось места колонизационной политике, ибо переселение било в известной степени по всем слоям казахского общества. Наиболее «революционным» требованием было требование введения земства. Позиция буржуазии, национальной интеллигенции в основном сводится к политике соглашения с русской либеральной буржуазией; все ее надежды — на получение свободы из рук кадетов.
 
Казахская интеллигенция разбилась на две основные группы. Одна часть, группировавшаяся вокруг журнала «Ай-Кап» (Сералин, Д. Сейдалин и др.), стояла на пантюркистской позиции блока с татарской буржуазией, за объединение всех тюрков. Она выдвигала требование проведения оседания казахского населения и стояла за развитие татарских новометодных школ. Другая — группировалась вокруг газеты «Казах», начавшей выходить в 1913 г. ((Букейханов, Байтурсунов, Дулатов и др.), и выступала против блока с «татарами». Эта часть требовала развития казахского языка, считая, что блок с «татарами» приведет к ассимиляции. Эта группа была и против оседания, полагая, что резкое изменение казахского хозяйственного быта отразится крайне вредно и болезненно на казахском хозяйстве. По существу, группа «Казах» стояла на позиции деятелей переселенческого ведомства типа Щербины или сибирских «областников»: Потанина, Ядринцева и др., идеализировавших казахский хозяйственный строй, как наиболее «целесообразный», наиболее приспособленный к условиям природы, считавших вредной всякую ломку казахского быта и придерживавшихся модной «либеральной» «географической» теории общественного развития (Л. И. Мечников, Риттер и др.).
 
(''Таким образом, первая группа отражала интересы обуржуазившейся части байства (баев — торговцев северного Казахстана: Троицка, Оренбурга, Петропавловска и т. д.), близко связанной с татарской буржуазией. Вторая группа, более многочисленная, отражала интересы другой части казахской буржуазии и отчасти полуфеодального и родового байства.
 
Период 1905 года показал наглядно крайнюю ограниченность революционной роли национальной буржуазии в колониях в условиях империализма, где почти нет промышленности, где господство капитализма сращивается с отсталыми феодальными и феодально-родовыми отношениями. Обнаруживалась также крайняя политическая слабость буржуазной национальной интеллигенции, ее почти полная оторванность от широких народных масс, ее несамостоятельность и стремление найти поддержку у буржуазии господствующей нации, либо у буржуазии более сильной родственной нации.
 
Отсюда выявилась неспособность национальной буржуазии к руководству национально-революционным движением масс, неспособность ее к разрешению задач буржуазно-демократической революции. В казахском национально-революционном движении эта политическая слабость национальной буржуазии и интеллигенции проявилась достаточно ясно, предопределяя их позиции в восстании 1916 года, в Февральской и Октябрьской революциях 1917 года.
 
На выборах в первую и вторую Государственную Думу прошли депутатами представители группы «Казах» (Букейханов, Беремжанов, Тынышпаев, Кальменов и пр.), державшие в основном блок с кадетами.
 
Сыр-Дарьинская область, более отсталая, избрала одного из волостных управителей — Тлеули Алдабергенева (г. Туркестан).
 
Блок с кадетами (лидер казахской интеллигенции А. Букейханов был членом ЦК кадетской партии) показывает ориентировку казахской интеллигенции, ее высших руководящих слоев на русскую буржуазную интеллигенцию, на партию русских промышленных капиталисте, на либералов.
 
В революции 1905 года мы наблюдаем первые примеры интернационального объединения казахских пролетариев и полупролетариев с революционным российским пролетариатом для борьбы против хищников мирового империализма. Мы говорим о забастовках, происходивших на Успенском руднике в декабре 1905 года, в которых принимали участие казахские рабочие. Как указывалось выше, промышленность в Казахстане носила типические черты колониальной промышленности. Природные богатства Казахстана привлекали внимание не только российских, но и иностранных капиталистов. Но так как эти, богатства находились слишком далеко от культурных центров, то политика промышленников сводилась к хищнической эксплуатации недр и использованию дешевой рабочей силы казахов. Образовавшиеся в средине XIX столетия в северном Казахстане предприятия русских промышленников (Ушаков, Рязанов и др.) выявили богатые залежи медной руды, а в урочище Караганды были открыты залежи каменного угля.
 
 В 1862 году рабочих на Караганде было: 82 русских 117 казахов. Последние прикочевали к Караганде и работали в качестве сезонной чернорабочей силы; текучесть среди них была велика. В начале XX столетия Караганда, Спасский завод и Успенский рудник переходят в руки французского капиталиста Карно, который приобретает все это за 776000 рублей. За спиной французов орудовали английские капиталисты; они к весне 1905 года образовали акционерное общество Спасских медных руд, к которому перешли все предприятия. В 1914 году английская компания (Уркварт и др.) приобретает также Карсакпай (медеплавильный завод).
 
Никаких технических усовершенствований англичане не вводили, а вели хищническую поверхностную эксплуацию ископаемых. Запасы руды истощались неимоверно быстро. Уже к ноябрю 1915 года Спасский завод прекратил свою деятельность. Задача английских хищников заключалась в том, чтобы с наименьшими затратами получать колониальную сверхприбыль, а затем сбыть свои акции с немалым барышом. Ясно, что при такой постановке дела положение рабочих, особенно казахов, было крайне тяжелое. Революция 1905 года докатилась до английских концессий в Казахстане. 6 декабря 1905 года рабочие Успенского рудника предъявили администрации следующие требования: I. Немедленно снизить цены на все продукты (на снабжении рабочих наживались предприниматели, магазин приносил ежемесячно 250 рублей чистого дохода). 2. Повысить заработную плату всем рабочим, месячным, поденным и подрядным, получающим, до 50 рублей в месяц на 25 процентов, а свыше — на 15 процентов. 3. Учредить постоянное «русско-киргизское» училище с 3-мя отделениями по типу земских школ. 4. Немедленно улучшить помещения — казармы для киргизов-рабочих (казармы были без рам, окна завешаны мешками, кошмами).
 
Руководителями движения были штейгеры Топорнин и Невзоров. В предъявлении петиции к заводской администрации участвовали следующие казахи-рабочие: Утемис Батырбаев, Алий Умирбеков, Искак Кашкабаев, Алимжан Байчигиров.
 
Относительно последнего полицейский урядник доносил: «Главарем бастовавших киргиз-рабочих был заводской староста Алимжан Байчигиров,— он уклонился от правдивых разъяснений относительно забастовки».
 
 Английская администрация в лице Нельсона Фелля приняла все меры к ликвидации забастовки. Фелль обращается к волостному управителю Мустафину с просьбой о воздействии на казахов-рабочих. Начавшись 7 декабря, забастовка пошла на убыль к 11, волостной управитель Мустафин и кандидат в управители Джамантыков убедили казахов-рабочих прекратить забастовку, причем английская администрация обещала выдать по пяти рублей тем рабочим, которые возобновят работу. Часть требований рабочих была удовлетворена, уволенные руководители забастовки получили возможность уехать с рудника. Однако обещания, данные администрацией рабочим, выполнялись крайне неаккуратно, и в связи с этим на Успенском руднике имели место волнения рабочих в 1906 и 1907 годах, сопровождавшиеся избиением рабочих низшей администрацией, бурными рабочими собраниями, посылками делегаций (так, например, делегация от 180 рабочих казахов требовала увольнения взяточника штейгера Засыпкина, что было администрацией выполнено).
 
Декабрьская забастовка на Успенском руднике является наиболее ярким эпизодом проявления интернационального единства русских и казахских рабочих в борьбе против эксплуататоров.
 
Победа царизма, реакция после революции 1905 года еще более усилили колонизационный нажим на Казахстан. Необходимость спасения помещичьих земель вступлением на путь помещичьей эволюции в сторону капитализма, ставка на кулака — требовали переселения значительных масс крестьянства. Казахстан, Сибирь, Урянхайский край (нынешняя Танну-Тувинская республика) и даже часть Ирана (Астрабадская провинция) делаются объектами усиленной крестьянской колонизации. Положение казахских трудящихся масс ухудшается, растет глухое недовольство.
 
В этот период реакции, когда кадеты идут все дальше и дальше по пути компромисса с царизмом, все более отступая от своей «радикальной» земельной программы, мы не наблюдаем полевения и со стороны казахской национальной интеллигенции. Младо-турецкая революция, произведшая некоторый сдвиг в сторону сепаратистских тенденций и усилившая позиции пантюркизма (особенно и Азербайджане, Крыму и на Северном Кавказе), мало отразилась на этих слоях казахского общества.
 
Вместе с тем все яснее определяется пропасть между назревающим движением народных масс и национальной буржуазией и интеллигенцией, оказывающимися в стороне от этого движения. К этому периоду относится лишь одно более или менее заметное выступление буржуазной интеллигенции — обращение А. Букейханова к членам Государственной Думы, напечатанное в кадетской газете «Речь» от 22 января 1914 г. Букейханов, ссылаясь на циркуляр начальника переселенческого управления к заведующему переселенческим делом в Тургайско-Уралъском районе о том, что «киргиз надо селить вместе с крестьянами в целях распространения среди иноверцев православия и скорейшего приобщения туземного населения степных областей к русской государственности и русской культуре, и слияния его с русскими», писал: «Закон от 3 июня, благодаря стараниям охотников на киргизскую землю из князей и графов, ли-шил нас права защиты с трибуны Государственной Думы. Надеюсь, что тт. депутаты обратят внимание на то, что в приведенном документе налицо вопиющее нарушение законов, и что депутаты воспользуются 25 и 58 ст. ст. Положения об учреждении Гос. Думы».
 
Мы не склонны совершенно отрицать прогрессивной роли казахской интеллигенции в конце XIX и начале XX веков и в период 1905 года. Нарождавшееся в Казахстане национально-революционное движение имело несомненно большое значение. Разложение феодально-родового строя, стремление к национальной консолидации; породили неслыханные до этого в казахской степи явления, как письменная национальная литература (известный казахский поэт Абай и его многочисленные ученики и подражатели), выработка национального литературного языка, появление газет и журналов, писателей, публицистов, политических деятелей и проч.
 
Однако назревали события более грозные. Массы нуждались в руководстве и организации, чего национальная интеллигенция не была способна дать им. Нам кажется, что вместо неверной оценки роли национальной казахской буржуазии и буржуазной интеллигенции, как «объективно революционной» (эту ошибку допускали многие товарищи, в том числе и автор данной книги), необходимо отметить основную характерную особенность национальной колониальной буржуазии и интеллигенции — ее крайнюю политическую слабость, несамостоятельность, наклонность к компромиссам, неспособность довести до конца буржуазно-демократическую революцию, ее полную оторванность от масс, от движения масс, и сращивание известных ее слоев с буржуазией господствующей нации. Поэтому позиция их должна быть определена, как позиция национал-реформизма.
 
Национал-рефомистская буржуазия не могла и не может быть руководительницей освободительного движения в колониях и отсталых странах.
 
Задачи буржуазно-демократической революции в колониях и отсталых странах могут быть разрешены только путем соединения национально-революционного движения с пролетарской революцией, лишь под руководством пролетариата.