Главная   »   История Казахского народа. М. Тынышпаев   »   II. Конец Золотой Орды и история образования казакского ханства


 II. Конец Золотой Орды и история образования казакского ханства

 

 

Из предыдущего видно, что история образования Казанского ханства тесно связана с историей Золотой Орды; поэтому для уяснения рассматриваемого вопроса необходимо в самых кратких чертах припомнить главнейшие исторические события в жизни Золотой Орды и указать их связь с образованием Казакского ханства.
 
Династия Батыя, царствовавшая в Золотой Орде 132 года (1227—1359, включая и 9-летнее царствование Береке-хана), ознаменовала себя высшим расцветом могущества Золотой Орды и удачными внешними войнами при сравнительном спокойствии внутри. По смерти последнего батыевца, на Сарайский престол предъявили права представители 3-х фамилий — Орда-Ежена, Шайбака (Шейбани) и Токай-Тимура. В течение 20 лет 15 ханов из этих 3-х фамилий сменили друг друга; это — беспрерывный ряд дворцовых переворотов с убийствами ханов и их ближайших приверженцев. В этих переворотах масса населения не участвовала или участвовала в таких ничтожных размерах, что эти события нельзя рассматривать как междоусобные войны внутри Золотой Орды.
 
Около 1372 года восточную, большую часть ее объединил под своею властью могущественный Орус-хан (один из предков киргизских ханов), а в западной части утвердился известный временщик Мамай.
 
Тохтамыш, изгнанный Орус-Хаиом, бежал к Тимуру и, получив от него помощь, несколько раз сражался с Орусом, но неизменно побеждал Орус-хан. Тогда выступил и сам Тимур; Орус-хана не было в живых, и вот его сын Темир-Малик на берегах р. Қаратал (в Копальском уезде) в 1376 году потерпел полное поражение и был убит. Тохтамыш завладел всей Ордой, изгнал и Мамая; последний бежал в Крым, где и погиб. Таким образом, начало междоусобным войнам положили Орус и Тохтамыш. Золотая Орда оказалась вновь воссоединенной и снова стала грозной для соседей; но два сильнейших поражения (1391 и 1395 г. г.), нанесенных Тимуром, в конец расшатали ее могущество. Если одним из несомненных факторов падения мощи Золотой Орды был Тимур, то не мало способствовал этому мурза Едыге, знаменитый временщик и фактический регент Золотой Орды. Захватив бразды правления в свои руки, он все время интриговал, сажал и свергал ханов. При его потомках, следовавших его политике, эта игра в ханы стала обычным, повседневным явлением.
 
Одновременно с этим начинается ослабление центрального общеулусного ханства и усиление окраинных, удельных ханств. Начинают вырисовываться ханства: Казанское (1439 г.), Крымское (1449 г.); удел Шайбака распадается на Сибирское (Тюменское) и Южное (Абулхаирское); на границе с Моголистаном утверждается Казанское ханство; шестую группу составляет особый Ногайский улус, с потомками Едыге во главе; наконец, на месте самой Золотой Орды остается сначала Сарайское, а затем ничтожное Астраханское хамство. С этого момента, т. е. с середины 15 века эти семь единиц обычно считают самостоятельными, а постоянные и беспрерывные столкновения между ними рассматривав ют, как войны между соседними ханствами.
 
При некотором внимательном изучении исторических фактов и взаимоотношений ханств, мы видим на самом деле нечто другое: Сарайское ханство продолжало смотреть на себя, как на верховного сюзерена окраинных вассальных ханств и принимало все меры к тому, чтобы своевременно парализовывать децентралистические стремления их; окраинные же ханы, продолжая формально считать себя зависимыми от Сарайского ханства, стремились к свержению главного, хана, чтобы сесть самим в Сарае, или оставаясь у себя «повелевать всей территорией Золотой Орды».
 
Помимо того, что этот вопрос сам по себе представляет значительный интерес, он приобретает важное значение для выяснения истории образования Казанского ханства.
 
В 1419 г., по смерти Едыге и его противника Кадырберды, сына Тохтамыша, ханом Золотой Орды провозглашается Улуг-Мухамед из фамилии Токай-Тимура. Против него выступил внук Орус-хана, Баракхан, отец казанских ханов Джаныбека и Гирея. В это время Барак владел восточной частью Золотой Орды, а около 1425 года завладел и Сарайским престолом, в 1428 году погиб в борьбе с другим предентентом Кчи-Мухамедом, праправнуком того же Орус-хана. В 1432 году Улу-Мухамед потерпел от Кчи-Мухамеда сильное поражение, ушел на север и через 7 лет основал полунезависимое ханство Казанское.
 
Золотоордынским ханом стал Кчи-Мухамед (1432— 1460) В то же время на востоке усиливаются шайбакиды (шейбаниды), глава которых Абулхаир в 1428 году провозглашается ханом этого улуса. В 1430—1450 годах он был самым могущественным ханом на территории Золотой Орды. Считают, что его улус пришел в упадок после его смерти; на самом деле падение это началось под конец его жизни.
 
Наиболее многочисленную группу населения в шайбакском улусе составляли кочевые ногаи во главе с влиятельными мурзами Ходжасом и Вакасом, двоюродными братьями и внуками Едыге; они были смертельными врагами друг друга и Ходжас убил Вакаса. Сыновья последнего, Муса и Ямбрчы, решили в свою очередь убить Ходжаса, чего Абулхаир им не позволил. Тогда они со своими приверженцами откочевали к родственнику Абулхаира Бурге-Султану, при помощи которого и убили Ходжаса; аул последнего был разграблен и приверженцы его признали власть Мусы и Ямбрчы, а через них Бурге. После этого ногаи провозгласили ханом Джадыгера, отца Бурге, вследствие чего отношения между ним и Абулхаиром ухудшились. В 1456 году, поссорившись с Абулхаиром, ушли на границу с Моголистаном братья Джаныбек и Гирей, сыновья Барак-хана. Киргизские предания  причину ссор определенно приписывают убийству кара-кыпчаком Коблаиды аргунского бия Даирходжи, прозванного Ак-жолом.
 
Северные шайбакиды Сейдак и Ибак, дальние родственники Абулхаира, давно тяготились зависимостью от него; к тому же Ибак, как увидим дальше, мечтал о захвате Саранского престола.
 
Золотоордынского хана Кчи-Мухамеда также беспокоило возраставшее могущество Абулхаира; его также побаивался и великий тимурид Улугбек, так как Туркестан несколько раз подвергался нашествиям Абулхаира. При подобной обстановке и в такую эпоху такие люди умирали естественною смертью; и действительно Абулгазы Богадурхан, лучший знаток истории своей фамилии, говорит, что все враги подняли голову и убили Абулхаира. Хотя Абулгазы не называет убийцу, но из его слов можно усмотреть, что убийцей был родственник его Бурге. В нападении на орду Абулхаира принимали участие Сейдак и Ибак. Подданные Абулхаира рассеялись и значительная масса их пристала к «казакам» Джаныбека (1465 г.).
 
У Бурге-хана Муса и Ямбрчы, по-видимому, оставались недолго: уже около 1480 г., по свидетельству Карамзина, (ногаи и шибаны северные кочевали в соседстве), с прибытием ногаев Ибак почувствовал силу и напал на Золотую Орду. Так как в момент окончательного падения Золотой Орды не менее решающую роль сыграло Крымское ханство, уместно сказать несколько слов и о последнем.
 
В 1449 году в Крыму утвердился потомок Токай-Тимура Хаджи-Гирей, по смерти которого(1466 г.) престол с перерывами занимал его сын Менли-Гирей. Турки, завоевание около 1475 года крымские города, подвластные генуэзцам, сносились с Золотоордынским Ахмедом, сыном Кчи-Мухамеда, как с верховным правителем Крыма. В 1476 году Крымом управлял сын Ахмеда, а в 1477 году — Джаныбек-хан.
 
Гаммер считает, что этот Джаныбек — бывщий казанский хан; с этим Вельяминов-Зернов не соглашается; между тем как по преданиям, хорошо сохранившимся в Младшей Орде («Джаныбек и Асан Кайгы»), Джаныбек-хан в одно время жил в Астрахани. Ахмеду Золотоордынскому, разумеется, не хотелось держать вблизи себя этого удельного хана и влиятельного сородича и он мог послать его в Крым под благовидным предлогом представления ему Крымского ханства; к тому же Ахмед хотел избавиться и от непокорного, беспокойного вассала Менли-Гирея. Из приведенных Вельяминовым-Зерновым справок видно, что Джаныбек прибыл в Крым в 1475 году, а около 1480 года переехал в Россию к вел. кн. Ивану III Васильевичу и умер в Ковно. Менли-Ги-рей же окончательно утвердился на Крымском престоле около 1480 года. С 1474 года он сносился с вел. кн. Иваном Васильевичем, предлагая действовать совместно против Ахмеда. Наконец, против Ахмеда был подготовлен и Касимовский царь Нурдаулет, брат Менли-Гирея. Таким образом, на Золотую Орду собирались напасть с востока шаибакид Ибак, мурзы Муса и Ямбрчы, с запада Менли-Гирей и с севера Иван 3-й и Касимовский царь Нурдаулет.
 
В 1480 г. Ахмед предпринял поход на Россию; когда он и Иван III в бездействии стояли на р. Угре, пришло известие, что на беззащитную его Орду напали с одной стороны крымцы, с другой — Нурдаулет; особенно сильно разорил Орду последний. Ахмед поспешно двинулся на выручку Орды, но врагов уже не застал. Была уже зима, войска разошлись по домам, как внезапно напали на Ахмеда Ибак с 1.000 «казаками» и ногайские мурзы Муса и Ямбрчы с 15.000 «казаками». Они убили самого Ахмеда (1481 г.) и разграбили оставшееся после разорения Менли-Гиреем и Нурдаулетом.
 
Ибак стал считать себя ханом Золотой Орды, что видно из письма его к Ивану 3-ему в 1494 г.: «мне счастье Бог дал, Темир Кутлуева сына убивши, Саянский (т. е. Батыев) стул взял».
 
Когда-то грозная, могущественная Золотая Орда фактически перестала существовать.
 
Более сильные ханства делали попытки присоединять себе более слабые части бывшей Золотой Орды; таковы: взятие Казани в 1496 году Шибанским ханом Мамуком, сыном Ибака, взятие ее же в 1500 году Мусой и Ямбрчы, притязания на Казанский престол крымцев (1540-ые года), нападение крымцев на ногаев и т. д. Казань же, служа объектом нападений и разорений, стала искать защиты у Москвы.
 
Вышеизложенный краткий перечень событий позволяет следать следующие выводы.
 
1)Ханства, возникшие в 15 веке на развалинах Золотой Орды, не считались еще самостоятельными единицами, независимыми друг от друга; каждое из них стремилось захватывать территории соседей, а некоторые, из более крупных, принимали все меры к ослаблению или даже уничтожению Сарайского ханства, чтобы самим занять его место. В дальнейшем эта лихорадочная борьба за власть и присоединения обратилась в бесконечные междоусобные войны, которые в свою очередь ослабили отдельные ханства до того, что освобожденная Россия через 70 лет после бескровной победы на Угре, оказалось в состоянии присоединить Казанское и Астраханское ханства и Ногайский улус, и разрезать оставшиеся народы Золотой Орды на двое.
 
2) Этот период особенно богат передвижениями племен, так как переходы с одного конца на другой Тохта-мыша и его детей, Улу-Мухамеда, Джаныбека, шайбакидов, потомков Едыге не могли совершаться без того, чтобы с ними не уходили наиболее преданные им роды.
 
При наличности кочевой жизни и массовых передвижений целыми родами на тысячи верст невозможно представить себе замкнутость и резкоочерченные этнографические различия отдельных провинций; наоборот, все говорит за то, что на всем протяжении Золотой Орды (и даже в соседних провинциях Чагатаева улуса) не было особого этнографического различия. Это вполне подтверждается присутствием представителей одних и тех же родов в Крыму, Казани, Северном Кавказе, у ногаев, башкир, каракалпаков, каракиргизов и узбеков даже Восточной Бухары. Это также потверждается народными преданиями, о чем уже было сказано выше.
 
3) Казанское ханство Джаныбека и Гирея в этом отношении не составляет исключения: предки отдельных родов казаков побывали в Крыму, северном Кавказе, Казани, Сибири. После этого становится еще более понятным, что богатырей Кобланды, Ер-Кокше, Едыге, Чора, Ер-Таргын и т. д. одинаково знают на протяжении от Крыма до Алтая и от Казани до Узбекистана, и что татары крымские, казанские, ногаи, башкиры (часть), казаки, каракалпаки, основная часть узбекоз состоят, приблизительно, из одних и тех же племен.
 
Поэтому утверждение о том, что «казаки» произошли именно от узбеков Абулхаира, основано на недостаточном знакомстве с историей Золотой Орды и с процессом массовых передвижений кочевых племен. Об ошибочности взглядов Вамбери и Лен-Пуля мы уже говорили; здесь только добавим, что из того, что казаки вышедшие с Джаныбеком и Гиреем, были однажды подчинены через своих султанов Абулхаиру, вовсе не следует, что они в целом всегда состояли в подданстве шайба-кидов. Вообще династии чингизидов и Едыге поддерживались представителями определенных родов, хотя в то же время некоторые части последних могли быть с другими династиями. Понятно, что у Джаныбека и Гирея были роды преимущественно из потомков приверженцев Барака, Оруса и т. д. Значит, группировка родов, бывших с Джаныбеком и Гиреем, появилась не вдруг в 1456 году, как принято думать, а восходит, по крайней мере, за несколько десятилетий назад; если об этом в истории не упоминается, то только потому, что оно своевременно никем не было отмечено.
 
Перейдем к рассмотрению событий времени Джаны-бека и Гирея. По Тарихи-Рашиди Мухамед-Хайдара, Джаныбек и Гирей ушли в 1456 году на границу Мого-листана в местность, известную в настоящее время под именем Хантауских гор; усилились они по смерти Абулхаира (1465 г.), когда значительная часть кочевников, подвластных Абулхаиру, присоединилась к ним. Вскоре же, ввиду падения могущества династии Абулхаира, «казаки» Джаныбека и Гирея передвинулись назад. Киргизские предания здесь опять согласуются с историческими данными: Джаныбек ханствовал в Астрахани. Где и когда умер Джаныбек киргизские предания не говорят; выше мы приводили соображения Гаммера, что Джаныбек в 1477 году ханствовал в Крыму, откуда попал в Россию и умер в Ковпо. Когда умер Гирей хан в точности не известно, но около 1480 года он ходил войной на г. Туркестан. Несколько позже этого времени и, по-видимому, по смерти Гирея, внук Абулхаира, знаменитый Мухамед-Шейбани около г. Саурана сразился с Иранчи-султаном, сыном Джаныбека и потерпел поражение. Через 2 года после этого в районе г. Сунака Шейбани при поддержке Мусы-Мурзы ногайского разбил Бурундук-хана, сына Гирея-хана. Муса перед тем обещал Шейбани провозгласить его ханом, но обещания не исполнил. Потеряв надежду утвердиться ханом над бывшими шайбакскими владениями, он обратил теперь все внимание на юг. Но здесь он сначала терпит поражение от Махмуд-султана, второго сына Джаныбека и через некоторое время попадает в Бухару к тимуриду Султан-Ахмед-мирзе, который принимает его очень радушно. Прибыв в 1488 году с Ахмедом в Ташкент, Шейбани изменяет ему и переходит на сторону его врага, к чага-таиду Махмуд-хану, который дарит ему г. Туркестан.
 
Казаки, бывшие до сих пор в дружественных отношениях с чагатаидами и имевшие свои виды на тот же город, выступили против Махмуд-хана и разбили его в двух сражениях (1494 г.); но вскоре были 3 раза разбиты братом Махмуда, Ахмед-ханом, прозванным Алашем. Чагатаиды заметив честолюбивые замыслы Шейбани и спасаясь возрастающего могущества его, заключили теперь союз с казанским ханом Бурундуком. Большое сражение между Бурундуком и Шейбани должно было произойти в 1495 году где-то у Алатауских гор, но дело кончилось миром. Обезопасив себя с тыла, Шейбани теперь приступил к завоеванию Туркестана.
 
Бурундук, считавшийся главным ханом, проживал обычно в Сарайчике; Касым-хан, сын Джаныбека, хан-ствовал в восточной части (зиму 1512 г. провел в долине р. Каратал, Копальского уезда). Другой сын Джаныбека Джадык-хан, женатый на сестре чагатаидов Мах-меда и Ахмеда Султан-Нигар-Ханыме, по-видимому, участвовал в бою 1503 г. против Шейбани, когда оба брата чагатаиды попали в плен; Мухамед Хайдар замечает, что после этого боя Джадык ушел к «казакам» и около того же 1503 г. погиб в Ургенче, сражаясь с Шагим-мурзой, старшим сыном Мусы ногайского. По этим сведениям и можно определить приблизительные границы распространения казаков в начале 16 века: от Сарайчика до Джунгарских гор и от Улутауских гор до среднего течения Сыр-Дарьи.
 
Когда и где умер Бурундук в точности неизвестно, но по словам Мухамед-Хайдара после 1503 г. он был изгнан из Казакского ханства, удалился в Самарканд и умер на чужбине. В военных действиях тимуридов с Шейбани в 1505—1508 годах несколько раз упоминается «принц Бурундук», бывший с тимуридами; он погиб в в 1508 г. при взятии Шейбани Себзевара. Очень возможно, что это бывший «казанский» хан.
 
С 1503 года главным историческим лицом у «казаков» является Касым-хан, память о котором до сих пор сохранилась у киргиз.
 
Касым родился около 1445 года. По Мухамед-Хайда-ру у него было подвластных казаков около миллиона душ, и никто после Джочи-хана не был так могуществен, как он. По Бабуру у него было около 300.000 войска. В 1510 году завоеватель Туркестана Мухамед-Шейбани, в эпоху своего высшего военного могущества предпринял поход на Улу-тау против «казаков», но, услышав о приближении Касым-хана, поспешно снялся и отступил в беспорядке. По Абулгазы Богадурхану между ними было сражение и Шейбани был разбит. В 1512 году Касым занял Сайрам и опустошил окрестности Ташкента, находившегося под властью Суюнчи-Ходжа, сына Абулхаира.
 
Осенью 1513 года на берегах р. Чу Касым и чагата-ид Сеидхан (сын Ахмед Алашы) имели свидание, подробно и восторженно описанное Мухамед-Хайдаром. Несмотря на такое могущество и военную силу, Касым-хан отличался мирными наклонностями, что особенно подчеркивает Мухамед Хайдар.
 
Умер Касым-хан в 1523 году, как определенно указывает Хондемир. (Мухамед Хайдар относит смерть его после 1518 года, что не противоречит указанию Хондемира; ввиду этого непонятно, почему акад. Бартольд относит его смерть к 1518 году—«Очерки Семиречья», стр. 85). По киргизским преданиям он похоронен в Сарайчике.
 
Со смертью Касыма в семье Джаныбека начались неурядицы и междоусобия. Дальнейшие сведения о «казаках» до начала 17 века разрознены и сбивчивы, и события этого периода освещены в исторической литературе неполно, а местами и неверно. Для уяснения общей картины исторических судеб «казаков», приведем известные нам события в хронологическом порядке и затем сделаем соответствующие выводы.
 
Касыму наследовал сын его Мамаш, погибший вскоре же во время междоусобий. В 1524 году ханом казанским был уже Таир-хан, сын Джадыка: у него в начале ханствования было 1 миллион душ, но в том же году «из-за мангытов» осталось всего около 400.000 душ. По инициативе его мачехи Нигарханымы, родной тетки чага-таида Сеид-хана, между последними Таиром состоялось свидание (на Кочкорке в 1524 году). Через два года после этого кыргызы, бывшие под властью Сеид хана, перешли на сторону Таирхана, вследствие чего отношения между ханами испортились. Чагатаиды сделали приготовления к военным действиям, но Сеид-хан узнал, что «узбеки» (казаки) слишком многочисленны, чтобы можно было справиться с ними. В то же время было известно, что Таир покинут «казаками» и стоял во главе только кыргызов; однако в 1529 году ему удалось собрать вокруг себя около 20.000 «казаков».
 
В 1533 году Бойдас-хан, брат и преемник Таира, погиб с 24 султанами в сражении с Дервиш-ханом, сыном Науруз-Ахмеда (или Барака) и внуком Суюнч-Ход-жи Ташкентского.
 
В 1534 году Даниил Губин, бывший у ногаев, доносил Ивану Грозному, что «казаки» хотят идти войной на ногаев, что они сильны и что им подчинились калмыки (конечно, только часть), а ногайские мурзы Шах-Мамай и Юсуф, сыновья Мусы, стоят на заставе на Джеме (Эмбе) и берегутся от Казанской Орды.
 
В 1535 году Сейдак, второй сын Мусы и глава ногаев, в письме к Ивану сообщил, что у него в плену находится «казанский» царь Ходжа-Махмед с 15 сыновьями; возможно, что это то же лицо, что султан Ахмед казанский, попавший в плен к Сейдаку и убитый Ураком, сыном Айчагыра.
 
В сентябре того же года Д. Губин доносил, что «казаки добре сильны, а, сказывают, Ташкент воевали, а Ташкентские царевичи с ними дважды бились, а казаки их побивали» и что по сообщению Бухарского принца Кестен-Кары, женатого на дочери Сейдака, казаки снова угрожали Ташкенту.
 
В 1537 году получено известие, что ногайский мурза Юсуф воевал с «казаками» и разбил их.
 
В том же 1537 году чагатаид Рашид-хан (сын Сеида) в союзе с шейбанидами нанес «казакам» сильное поражение, и в бою погибли казанский хан Тогум с 37 султанами; Мухамед Хайдар при этом замечает, что «на земле не осталось ни одного казака».
 
Так как историческая судьба «казаков» этого периода тесно связана с судьбой Казанского, Астраханского ханств и Ногайской орды, то необходимо привести здесь сведения о главнейших событиях, касающихся этих ханств.
 
Мы видели, как в середине 15 века началось распадение Золотой Орды на несколько частей; а в середине 16 века 3 группы из них, изнемогая от бесконечных кровопролитных междоусобий, потеряли независимость и были присоединены к России.
 
С начала 16 века в Казани соперничали 2 партии — крымская и русская. В середине 16 века во главе крымской партии стоял Сафа-Гирей Крымский, во главе русской — выходец из Астраханского ханства — Шихали. Когда последний в 1546 г. бежал из Казани, которую занял Сафа-Гирей, то в числе убитых приверженцев Шихалия, т. е. русской партии, оказался былинный богатырь Чора Нарыков. Вскоре и Сафа-Гирей был изгнан самими казанцами, но получив помощь от тестя Юсуфа-мурзы ногайского, снова занял Казань. По смерти его (1549 г.), Казань была занята другим ставленником Юсуфа ногайского, Джадыгер-Мухамедом. Но Казанского престола добивался и русский ставленник Шей-хали. При таких сильнейших внутренних неурядицах Ивану 4-му нетрудно было занять Казань и окончательно присоединить ее к России. В последнем бою против русских особенно отличались братья Чоры, Аликей и и Ислам Нарыковы.
 
В Астраханском ханстве также соперничали 2 партии — крымская и русская. Когда русский ставленник Ямбрчы (Астрахан. династ.) перешел на сторону крым-цев, то русские войска взяли и Астрахань (1554 г.), и по предложению ногайских мурз был посажен последний представитель Астраханской династии Дербс-Али. Когда и последний перешел на сторону крымцев, русские снова заняли Астрахань, которая уже окончательно была присоединена к России.
 
В середине 16 века сильнейшей из этих трех групп (кочевые ногаи, Казань и Астрахань) были ногаи; они постоянно вмешивались в дела Казани и Астрахани, изгоняли одних ханов и сажали других. В самой среде мурз шла обычная борьба за власть над многочисленными кочевниками-ногаями. Крайне ожесточенная братоубийственная война между сыновьями Мусы Мурзы Юсуфом (Сары Юсуф), считавшимся главой Ногайской Орды, приверженцем крымцев, с одной стороны, и братом его Измаилом, известным у киргиз Младшей Орды под именем Алчы-Смаил, приверженцем Московского царя, с другой; бойня, продолжавшаяся несколько лет, завершилась в 1555 году гибелью Юсуфа и его приверженцев.
 
Измаил, получивший поддержку от Ивана и постоянно подстрекаемый им, разорил сторонников Юсуфа и изгнал его сыновей. «Как стала Орда Ногайская», говорит летописец, «такой падежи над ней не было». С этого времени Ногайская Орда была в фактической зависимости от Москвы. Потерпевшие бежали к казакам, о чем в 1557 году доносил Ивану сам Измаил: «Племянники мои от нас отстали, а приложилися к Казацкому Царю, со мной завоевалися, да надо мной времени ищут».
 
Подстрекаемый приставшей группой ногаев Казанский хан Хак-Назар с Сыгай-султаном и Чалым-султаном, по донесению бывшего у ногаев Семена Мальцева, в 1569 году сделали нападения на ногаев, подвластных Динахмеду, сыну и преемнику Измаила. За несколько лет до этого Хак-Назар разбил чагатайское войско, причем в сражении был убит сын Рашид-хана, Абдулла-тиф.
 
В течение 3-х лет (1555—1558), по свидетельству Дженкинсона, бывшего в Бухаре, «сильный и многочисленный народ «казаки» теснили Ташкент».
 
Еще около 1554 года сын Сыгай-султана Тауекел сделал набег на калмыков, в свою очередь подвергся опустошительному набегу их, вследствие чего он обратился за помощью к Ташкентскому хану Науруз-Ахмеду (Бараку), сыну Суюнчи-Ходжи.
 
Весною 1577 года, по свидетельству Б. Доможирова, Хак-Назар производил набег на ногаев и грозил войной с целью завладеть низовьями Волги и Яика. 
 
Как видно из надписи на «Тамерлановых воротах», Ташкентские шейбаниды в 1571 году владели Ташкентом, Ферганой, гор. Туркестаном и частью территории на север от последнего. Сын Науруз-Ахмеда Баба, убив своего брата Дервиш-хана, в 1579 году один распоряжался наследием отца. Под властью его также были «казаки» из родов найман (часть) и дурмен (последние ныне в составе узбеков). Потерпев в этот год под Ташкентом поражение от Абдулла-хана Бухарского, Баба удалился на север. Хак-Назару хотелось избавиться от этого беспокойного авантюриста-соседа; был составлен заговор с целью заманить и убить его. Об этом случайно узнал Баба, и сами заговорщики попались в его руки: в районе Шарапхана (в 60 верстах от Ташкента по дороге на Чимкент) убиты им 2 сына Хак-Назара. Вскоре, в 1530 году удалось ему убить и Хак-Назара. Могущественный Абдулла-хан Бухарский не мог равнодушно относиться к возвышению представителя соперничавшей линии Ташкентских шейбанидов и пустил на него Сыгай-хана, бывшего у него в вассальных отношениях.
 
Первое сражение на берегах р. Талас было проиграно Сыгаем. В конце того же года Абдулла вместе с Сыгаем и Тауекелем предприняли поход на Бабу. Последний бежал на Улу-тауские горы и после долгих поисков Тауе-келу удалось убить Бабу. Теперь вся степь от Ташкента на север принадлежала уже потомкам Джаныбека. Интересно, кстати заметить, что Хафиз-Тныш, историк Абдулла-хана, в описании этого похода на Улу-Тау дважды упоминает о могиле Джочи-хана и совершенно умалчивает о находящейся тут же могиле Алаша-хана, сооружения более заметного и более величественного.
 
По данным Вельяминова-Зернова отец казанского султана Ураз-Мухамеда, царя Касимовского, Оннан-Султан сын Сыгая, погиб в сражении с калмыками в 1585 году.
 
В 1580 году Сыгай-хан оставил степь и поселился в Ходженте, данном ему Абдулла-ханом. До этого времени он, по-видимому, проживал в районах р. р. Талас и Чу, так как около поселка Чалдавар имеются развалины крепости Сыгай-хана, называемые ныне «Чон-Торткыль».
 
В последний раз Сыгай упоминается в 1582 году во время похода на Улу-Тау; похоронен в Кумышкенте, около Бухары.
 
Под самый конец 16 века руководящая роль над казаками переходит к его сыну Тауекелу. Тауекел когда-то обласканный Абдуллой за уничтожение Бабы, в 1586 году решительно меняет фронт и грозит овладеть Туркестаном, Ташкентом и Самаркандом. В 1588 году он покорил все места до Ходжента включительно; в рядах его войска упоминаются сыновья Хак-Назара Монкетай и Динмухамед. Наконец, в 1597 году Тауекел за короткое время завладевает Ферганой, Самаркандом и осаждает Бухару. Здесь он терпит поражение, но вовремя поддержанный братом своим, впоследствии знаменитым Есым-ханом, делает новую попытку завладеть Бухарой. Здесь он был ранен, возвратился в Ташкент, где и умер от раны (1598 г.). С этого времени до 1798 года Ташкент находился во власти казаков. В 1598 году ханом избирается Есым-хан Храбрый.
 
В истории образования Казакского ханства есть еще один важный момент, о котором определенно говорят киргизские предания и который не освещен в исторической литературе. По смерти Мусы-мурзы, во главе Ногайской Орды были один за другим его сыновья Шагым, Сайдак, Шах-Мамай, Юсуф (убитый в 1555 году) и Измаил, умерший в 1563 году. После Измаила власть переходит к его старшему сыну Динахмеду; имя последнего упоминается в 1577 году (по-видимому, он умер около 1580 года).
 
Жировой-Засекин, посол царя Федора Ивановича к персидскому шаху Аббасу, писал в 1508 году, что по просьбе Ормамбета, главы ногаев, русскими был построен Яицкий городок против Абдулла-хана Бухарского (умершего в 1597 г.), производившего набеги на ногаев, и, что город впоследствии был срыт по просьбе того же Ормамбета. Далее в донесении говорится, что сыновья Шах-Мамая, Оруса и Тынбая убили сыновей упомянутого Динахмеда, Ормамбет князя и Динмухамеда. Царь Борис Годунов приказал Астраханским воеводам соединиться с Естереком, братом Ормамбета и напасть на обидчиков. Карамзин свидетельствует, что в 1604 году Естерек был объявлен главным князем ногаев и кочевал в степях Астраханских по реке Тереку, Куме, Волге и около Царицына; вторая группа ногаев — Улус Казы (сына Орака-батыра) кочевал около Азова к третья — алтыульский улус занимал окрестности Синего или Аральского моря.
 
Из того, что Засекин выехал из России при даре Федоре, умершим, как известно в 1596 году, и что помощь обиженным оказана при Борисе Годунове, а Естерек объявлен главой ногаев на место Ормамбета в 1604 году, можно заключить, что Ормамбет убит около 1597— 1598 годов. Переходим к разбору вышеприведенных событий.
 
Сведения, сообщаемые о казаках Мухамед-Хайдаром, кончаются 1537 годом, когда Тогум-хан с 37 султанами пал в бою с коалицией из чагатаидов и шейбанидов: при этом историк замечает, что «казаков совсем не осталось на свете». Вельяминов-Зернов считает это заявление Мухамед-Хайдара преувеличенным, так как по прошествии каких-либо 20 лет казаки опять стали, если не грозными, то все же опасными для соседей. Позднейшие авторы, заимствовавшие обычно у Вельяминова-Зернова, идут еще далее: некоторые считают заявления Мухамед-Хайдара абсолютно верными, другие делают заключения, что 3 группы казаков — Джаныбека, Сы-гая, Хак-Назара не имеют между собою никакой генетической связи. В доказательство такого положения Красовский, например, приводит то, что джаныбекские казаки жили в западном Семиречье, а сыгайские возле Ташкента. Такие аргументы по меньшей мере не основательны, ибо, что значит для кочевников расстояние 500 верст от Хантауских гор до Ташкента, да еще на протяжении 130 лет. Подобные доводы легли в основание его утверждения, что Большая Орда (Старшая)—это джаныбекские казаки, Средняя — сыгайские, Младшая — хакназарские. Это мнение опроврегается очень просто: сам историк Мухамед-Хайдар происходил из очень влиятельного рода дулат, который вместе с родственными и постоянно проживавшими с ними адбан, суан, сарыуйсын, чапрашты при Мухамед-Хайдаре не входили в состав казаков, между тем, как раз именно они составляют сейчас главную часть (на 3/4) Большой (Старшей) орды; значит, как раз джанибекская группа еще не заключала в себе главную часть Старшей Орды. Не останавливаясь на таких несерьезных доводах позднейших авторов, возвращаемся к сообщениям и выводам Вельяминова-Зернова. Упомянутая уже Нигар-ханым сказала Таирхану, что вследствие войн с мангытами, казаков у него осталось 400.000 вместо 1.000.000 и «что противиться этому он, т. е. Таир не в состоянии. Что значат эти слова? Ведь Нигар-ханым не сказала, что мангытами перебито 600 000 казаков; это во-первых. Затем, ногаи при нападении могли занять территорию 600.000 казаков, которые могли оставаться в подчинении ногаев. Выражение «противиться этому не в состоянии» должно относиться не к законченному событию, а еще продолжающемуся, т. е. 600.000 казаков, очевидно, бесследно не погибли, но только их лишился Таирхан. Наконец, видя слабость преемников Касыма, соседние с ногаями
 
600.000казаков могли просто укочевать или, даже оставаясь на местах, отказаться от Таира и перейти под покровительство более сильного властелина Сейдака или Шах-Мамая. Примеров таких переходов в такие моменты сколько угодно (усиление и падение могущества Абулхаира, оставление казаками самого Таира, о чем уже было сказано; и что особенно разительно — это массовый уход ногаев к казакам по смерти Ормамбета, о чем будет сказано дальше). Такие переходы от ногаев к казакам и обратно были тем более возможны, что ногаи и казаки, как мы уже видели, в сущности были один и тот же народ, называемый то ногаями, то казаками.
 
Не далее как через 20 лет после этого момента, когда по Мухамед-Хайдару, «казаков на свете не осталось», они воюют на востоке с калмыками (Тауекель около
 
1554 г.) на юго-востоке с чагатаидами (гибель чагатаида Абдулла-Латифа в сражении с Хак-Назаром около
 
1555 года), на юге с Ташкентскими шейбанидами (теснимыми казаками в 1555—1558 годах); на западе с ногаями (нападение на последних Хак-Назара с 1569 г.). Наконец, слова Измаила Ногайского (в 1557 году), что племянники его (сыновья Юсуфа) «приложились к Казацкого Царю», также показывают, что казаки эти возникли не вдруг около 1555 годов, а продолжали существовать с прошлых времен. Наоборот, трудно и даже невозможно представить себе, чтобы эти казаки, появившись вдруг, могли моментально, тотчас же занять позицию, угрожающую всем соседям. Таким образом, мнения о совершенной гибели джаныбекских казаков не основаны на каких-либо веских исторических данных. Выясняется, правда, некоторое падение могущества казаков после Касым-хана; оно могло быть последствием неудачных войн с соседями, а также — внутренних неурядиц султанов за власть: ведь сын Касыма Мамаш погиб во время междоусобий; Таир был покинут казаками; вероятно, и Сыгай хан неспроста променял власть над кочевниками районов р. Талас и Чу на подчиненное положение у Абдулла хана. По-видимому, за промежуток от Касыма до Хак-Назара (1523—1550) не было общей объединяющей власти над казаками — было одновременно несколько ханов, не признававших друг друга: ведь в 1527 году казаки оставили Таирхана — очевидно ушли к какому-то другому; и Ходжа Ахмед, умерший в плену у Сейдака, также назывался ханом (1535 г.); одновременно с последним был ханом и Бойдас, погибший в 1533 году, и немного позже Тогум хан, погибший в 1537 году.
 
Подъем могущества казаков при Хак-Назаре произошел как оттого, что он объединил разрозненные племена и роды, бывшие С разными мелкими ханами, так и вследствие присоединения значительных групп ногаев. Как видно из слов Измаила мурзы, племянники его, потерпев ряд поражений, ушли со своими приверженцами к казакам. Хотя впоследствии лично сами, т. е. племянники вернулись обратно, большинство ногаев осталось у казаков; у последних же особенно при таком хане, каким был Хак-Назар можно было более чем сносно и отдохнуть от нескончаемых братоубийственных междоусобий ногайских мурз. С этим вполне согласуется утверждение башкира Мулакаева, что Хак-Назар владел ногаями и башкирами.
 
Тех, которых русские называли одним именем «ногаи», Мулакаев расчленяет на ногаев и башкир. Под ногаями, которыми владел Хак-Назар, разумеются те, которые бежали от Измаила и пристали к нему. Что же касается вопроса о подчинении башкиров, то утверждение Мулакаева и тут правдоподобно:родовитыйбашкир,
 
живой хранитель преданий своего народа, живший в середине 18 века, безусловно мог знать, что было с его предками 300 лет назад. Так как, по покорении русскими Казани и Астрахани, кочевые ногаи бежали оттуда к Хан-Назару, то у Мулакаева или у предшественника, передатчика преданий, могло создаться впечатление, что Хак-Назар повелевал и ногаями Казанскими и Астраханскими. Точно также из рассказов о войнах, которые вел Хак-Назар на юге, Мулакаев или его предшественник мог заключить, что он владел Бухарой и Хивой.
 
Левшин приводит предание (четвертое) о том, что когда-то киргизы составляли один народ с сибирскими татарами. У киргиз (особенное в Младшей Орде) с Казанью, Астраханью, Сараем, с ногаями — связано много преданий. Многие поколения киргизского рода тама считают своим родоначальником Чору Нарыкова, погибшего, по Карамзину, в 1546 году в Казани. По киргизским былинам «Чора-батыр» и «Нарык улы Чора», таминцы когда-то кочевали возле Казани. Татары казанские также считают Чору Нарыкова своим национальным героем. Известно также (см. выше), что братья Чоры Аликей и Ислам защищали г. Казань при взятии ее русскими.
 
По третьей киргизской былине кара кыпчак Коб-ланды-батыр тоже защищал Казань против русских.
 
Факт покорения русскими в середине 16 в. Казани, Астрахани и ногаев в истории народов Золотой Орды имеет весьма важное значение. Оседлое население покорилось своей участи и подчинилось России; кочевники же не так прочно связанные с территорией, отхлынули на юго-восток; часть ушла к казакам, усилив их при Хак-Назаре и несколько позднее, а более значительная часть присоединилась к ногаям, потомкам Едыге и вместе с последними стала известна у русских под именем «больших ногаев». У ногаев же кровопролитные междоусобия за власть продолжались более полвека. 18-летняя борьба Ормамбета и его братьев (сыновья Динахме-да) с сыновьями Шах-Мамая, Оруса и Тынбая окончилась гибелью Ормамбета. По очень образным описаниям Мурата, эта бесконечная борьба потомков Едыге происходила на берегах р. Уленты, Чидерты, Анкаты, Чын-грлау, Таргын (названный по имени батыра Таргына, сына Естерека Динахмедова), Джаик (Урал), т. е. в нынешней Уральской области и в Букеевской Орде. Еще в конце прошлого века почти по всей киргизской степи акыны пели знаменитую, очень популярную песнь о том, как «дремучие леса загорелись, умер Ормамбет-бий и сто тысяч ногаев разделились (на ногаев и казаков)». Эта песнь, замечает Чокан Валиханов, «исторгала слезы у старых аксакалов». Опыт полувековой жизни иод властью потомков Мусы-мурзы показал, что жить дальше при таких условиях невозможно, и громадная масса ногаев бросила свои кочевья и ушла к казакам. Одновременно с этим, со страниц истории исчезли «большие ногаи», и с этого момента прекратились войны между ногаями и казаками. В настоящее время прямыми потомками «больших ногаев» считаются так называемые «юртовские татары» в количестве всего около 17.000 душ; в начале 17 века их было гораздо больше, но все же большая часть их в количестве, примерно, равном общему количеству самих казаков, присоединилась к Казанскому ханству, сразу увеличив население его почти вдвое. Это произошло в 1600—1610 годах в начале ханствования Есым-хана.
 
Остается рассмотреть еще один момент — от смерти Хак-Назара (1580 г.) до времени возвышения Тауекела (1586 г.). Если бы после гибели Хак-Назара власть над казаками принадлежала Сыгай-хану, как это кажется с первого взгляда и как обычно пишет большинство-авторов о киргизах, то не было бы у него никаких оснований покидать главную массу казаков, кочевавших на север от Каратауских гор, и добровольно согласиться на положение зависимого, удельного хана на небольшой территории владений Абдуллахана Бухарского:хан
 
всегда должен находиться в самой массе народа, а не вне его. По-видимому, он не мог добиться избрания в ханы над всеми казаками и ушел или обиженный этим (как это часто бывало в истории казаков), или побежденный кем-то. Разгадку, по нашему, дает как раз башкир Мулакаев, которого Вельяминов-Зернов напрасно обвиняет в приведении «рассказов», полных несообразностей и анахронизмов.
 
Из рассказа Мулакаева усматривается, что после Хак-Назара казаками владел его сын Ахмед-Гирей (а не Измаил), который впоследствии «откочевал со своими ногайцами на р. Кубань». Из того, что во время похода 1588 года Тауекела на Бухарские владения участвовали 2 сына Хак-Назара — Монкетай и Динмухамед, надо полагать, что к этому времени он повелевал над всеми казаками, и что Ахмед-Гирея уже не было. Известно, что в 1582 году и Тауекел, как его отец, управлял одной Бухарской провинцией, но в 1586 г. он во главе казаков грозил овладеть Бухарскими землями до Самарканда, т. е. в это время он состоял казанским ханом. Поэтому Ахмед-Гирей ушел на р. Кубань, вероятно, около 1584—1585 годов; причина ухода неизвестна: возможно, что он был изгнан самими казаками, как это практиковалось с непопулярными лицами или ушел побежденный Тауекелем. Таким образом, Сыгай-хан в истории казаков совсем не занимал того положения, какое ему обычно приписывают.
 
Тауекел же, как известно, хотел воспользоваться смутным временем после гибели последнего шейбанида Абулмумина (1598 г.) и предпринял поход на Бухару, с целью установить там власть джаныбеквцев, как 100 лет назад Мухамед-Шейбани установил там власть шейбанидов; попытка эта, как мы выше видели, не увенчалась успехом.
 
Сделаем, наконец, общее заключение.
 
Тюркское племя «алчын» вышло из Алтайских гор, вероятно, до 5 века до Р. X. Возможно, что «Алазоны» Геродота (5 в до Р. X.) и «Аsосі» Плиния (в Р. X.) не что иное, как алчыны (казаки). Тюркские племена берендеи, торки (при произношении слова «тюрк» первая гласная занимает нечто среднее между «ю» и «у» — вероятно слово «торки» ничто иное, как «тюрки»); быть может и печенеги, по-видимому, объединялись под именем казак или алчын, который в те же еще времена делился на роды черкеш, берш, адай, тана, рамадан, тама и т. д. Косоги или казаки 10, 11 веков, без сомнения, состояли из этих родов. До 1300 года они жили на север от Черного, Азовского морей и Кавказских гор. Около 1300 года большая часть была переселена в низовья Волги, куда и привезли старое название «казак» и новое «ногай», по имени Ногайхана.
 
Общим ураном (боевой клич) был «алаш», что по монгольски значит «убийца». Как будет видно из дальнейшего, этот уран алчыны занесли из Алтая. С 14 века названия «ногай» и «казак» распространяются и на другие роды, хотя уран «алаш» преимущественно принадлежал опять-таки алчынам. Сравнительно небольшой осколок — джаныбековская группа, состоявшая первоначально из алчынов, аргынов, кереев, кыпчаков и джалаиров, оторвавшаяся от главной массы ногаев, в отличие от последних стала называться «казаками». Это — первое более или менее оформившееся удельное Казанское ханство еще в составе Золодой Орды. При Касыме от ногаев присоединилась более значительная группа алчынов, которая, по-видимому, целиком ушла обратно при Таире; зато при последнем присоединились уйсыны и кыргызы. Во времена Хак-Назара пришли алчыны из-под Казани и Астрахани; вскоре же после его смерти и после гибели Бабы к казакам присодинились канлы, сргелы и другие. Главная масса алчынов присоединилась по смерти Ормамбета около 1600 года, во времена Есым-хана.
 
Киргизские предания вполне подтверждают исторические данные, и определенно указывают на присутствие главной массы алчынов в Казанском ханстве как раз в это время.
 
Так, например, Джиембет-батыр из рода тана, рассердившись на Есым-хана, пригрозил последнему, говоря «алашыма уран салармын», т. е. кликну мой боевой клич моему алашу, т. е. моему роду (алчыну). Эта фраза определенно указывает, что эти алчыны прибыли к Есыму сравнительно недавно и, во-вторых (что особенно интересно), что уран «алаш» в это время принадлежал преимущественно алчыну. Интересно эту фразу сопоставить с другим выражением, употребительным у аргынов: «сонча, менын алашым — бедын», т. е. ты поступаешь (или поступил) так, как-будто ты мне алаш, понимая здесь под последним словом — врага. Хотя «алаш» с давних пор считается ураном общекиргизским, указанное выражение показывает, что было время, когда этот уран был чуждый, и племя с этим ураном было в враждебных отношениях к аргыну.
 
Предания сохранившиеся в Младшей Орде согласуются с этим и определенно говорят, что уран «алаш» принадлежал первоначально Младшей Орде. У Мурата Монкина песня «Джасклен» начинается так:«Алаш
 
алаш болгалы, Алаш атка мынгелы, ала чубар ту байлап, алашка уран бергелы, Алим еды агасы», т. е. в момент, когда объединились алаши (казаки), когда Алаша (хан) сел на коня (боевого), привязавши пестрое знамя, когда алашу (казаку) дали уран («алаш»), старшим братом (давшим благословение) был Алим» (В Младшей Орде род алим считается старшим).
 
Если Казанское ханство при Джаныбеке было одним из уделов ханов Золотой Орды, то оно сделалось самостоятельным при Хак-Назаре и получило полное законченное устройство при Есым-хане. Во времена Есым-хана в 1625 году присоединились найманы, бывшие в Хивинских владениях, и только конраты пристали в середине 18 века, оторвавшись от Бухары.
 
Остается теперь дополнить изложенное объяснением значений исторических выражений: 1) «Алаш алаш бол-ганда, Алаша-хан болганда»,
 
2) «Уч-джуз» или три Орды (Старшая, Средняя, Младшая),
 
3) «Алты-алаш», т. е. шесть алашей.
 
Дословный перевод первого выражения значит — время, когда алаш стал действительно алашем, а Алаша—ханом. Казаки этими словами хотят выразить мысль, что было некогда счастливое время, когда все алаши, т. е. казаки объединились в одну мощную государственную организацию и первым объединившим ханом был Алаша; обычно при этом полагают, что слова «алаш» и «Алаша» возникли в одно время. Имя «Алаш» носит река на Алтае, представляющая собой один из значительных левых притоков р. Кемчика; а река Кем-чик, после слияния ее с рекой Улу-Кем, образует известную реку Енисей. Верховья реки «Алаш» находятся в 70 верстах на восток от Толесского озера (Телецкое озеро), в районе которого мы встречали географические наименования черкеш, берш, берчи, алчедат, ачын и т. д.".
 
Интересно, что в дальнейшем слово «алаш» встречается также параллельно с наименованиями алчын, ногай, казак и т. д.
 
Чокан Валиханов пишет, что в 1392 году (правильнее 1391 г.) Тимур во время первого похода на Тохтамыша убил детей Алаша, первого хана казакского. Указание Валиханова о детях «Алаша» очень ценно; но странно, что он смешал слова «алаш» и «Алаша». Нам неизвестен источник, откуда взял это сведение Валиханов, но мы уверены, что в источнике выражена несколько иная мысль, чем та, которую передает Валиханов. Он понял выражение «дети Алаша» буквально и смешал одно понятие с другим.
 
Выше мы видели, что казаки в те времена (Тимура) не составляли отдельного от Золотой Орды, или особого удельного ханства. Напротив, ногаями и казаками называлось вообще население Золотой Орды; но в последней хана с таким именем (Алаша) тоже не было.
 
Слова «дети», «сын», «сыновья» у тюрко-монгольских народов часто понимаются в смысле «потомков». До сих пор говорят: «казак баласы», «алаш баласы», «орус ба-ласы», «уйсын баласы» или «Аблай баласы Кенесары», эти выражения понимаются в смысле—«дети казака» или «казаки», «дети алаша», т. е. «алаши или казаки», «дети оруса» или просто «русские», «дети уйсыны», т. е. «уйсыны», «сын Аблая Кенесары», тогда как сами казаки отлично знают, что Кенесары только внук Аблая.
 
Наконец, как уже упоминали выше, «алаш»— основной уран ногаев.
 
Предки алчынов жили, по-нашему, на Алтае, где их соседями с восточной стороны были монголы; последние могли своих западных соседей за их постоянные набеги, убийства назвать алашами, т. е. убийцами. Заметим тут же, что название «алаш» не могло быть дано позднее калмыками, так как последние стали в соприкосновение с ногаями только в начале 17 века, между тем как «алаш» уже встречается у ногаев или казаков до этого (по меньшей мере во времена Тимура).
 
Итак «алаш» безусловно древней «Алаша».
 
Из истории образования Казакского ханства мы видели, что хотя оно существовало и до середины 16 века, но считалось полунезависимым и вообще связанным с Сараем и другими ханствами.
 
С покорением Россией Казани, Астрахани, ногаев,— непокорные кочевники ушли оттуда на восток, присоединились к казакам джаныбекской группы, и тут действительно получилось независимое и самостоятельное ханство.
 
Выражению «алаш, алаш болганда, Алаша хан бол-ганда», киргиз-казаки придают именно такое значение и отмечают как историческую эпоху высокой важности. Но в этот момент таким объединившим ханом был Хак-Назар. О Хак-Назаре, как о выдающейся личности говорят наши лучшие авторитеты — Вельяминов-Зернов и Левшин. (У последнего под именем Ак-Нияз, что то же самое). Это полностью подтверждается заявлением упомянутого уже башкира Мулакаева.
 
Очень интересно четвертое предание Левшина (стр. 27), по которому казаки составляли с алашами или сибирскими татарами (ногаями) один народ и отделились от них по внутренним несогласиям; сначала управлялись несколькими султанами, потом власть над всеми приобрел Алаша; он напал на Бухару с 300 воинами, попал в плен и умер. Припомним, что Хак-Назар погиб от руки Ташкентского шейбанида Бабы. Казаки, кочевавшие севернее Каратауских гор, не делали особого различия между шейбанидами ташкентскими и бухарскими. Если принять во внимание эту по существу незначительную деталь, то получается поразительное совпадение сюжета предания с деятельностью и эпохою Хак-Назара.
 
В пятом предании (Левшин, стр. 29) объединяющим ханом назван Орус или Ак-Нияз; Ак-Нияз — то же, что Ак-Назар или Хак-Назар. Орус — имя соперника Тохта-мыша и врага Тимура попало сюда, вероятно, по ошибке.
 
Наше мнение о тождестве Хак-Назара и Алаша находит еще одно косвенное, но -важное подтверждение. В Абдулла Наме Хафиз-Тныша под 1581 годом, когда Абдулла-хан с Сыгаем и Тауекелем разыскивал в Ул-тауских горах Бабу, дважды упоминается могила Джо-чи-хана.
 
Вблизи последней, как известно, находится могила Алаша-хана, сооружение более величественное и красивое, и более известное и почитаемое казаками, чем могила Джочи-хана. Совершенное неупоминание о могиле Алаша-хана при двукратном указании на могилу Джочи-хана, как на ориентировочное место, как-будто говорит за то, что могилы Алаша-хана в это время еще не было. Хак-Назар был убит Бабой как раз за год перед тем, а потому, ввиду краткости времени и военных событий, могли не успеть воздвигнуть памятник Хак-Назару или Алаша-хану.
 
Здесь кстати считаем нужным опровергнуть притязания Шадиара Токсабина из рода «алаша» (Млад. Орда), считающего, что Алаша-хан никто иной, как его предок в 12 колене «Алаша».
 
Хронология по родословной, указанной Шадиаром, не противоречит этому; но подрод «алаша» встречается одновременно среди крымских татар, туркменов и каракиргизов. Представители подрода ушли в эти народы (особенно в Крым), вероятно, ранее средины 16 века, почему между родоначальником подрода и последствую-щими поколениями есть без сомнения пропуск, т. е. Алаша приходится Шадиару предком не в 12 колене, а в большем, значит, шадиарский Алаша древнее Алаша-хана — это во-первых. Во-вторых, в такие исторические минуты ханом, объединяющим всех казаков, не мог быть не чингизид (ведь даже ни тимуриды, ни едигеев-цы не назывались ханами). В третьих, если шадиарский Алаша был так знаменит, что он будто бы был ханом и ему соорудили самый величественный памятник во всей Киргизии, то он по меньшей мере попал бы в уран своих потомков; а таковым для алашинцев является «Бай-барак».
 
Киргизские предания приписывают Хак-Назару деление казаков на 3 жуза (Орды): Старшую, Среднюю и Младшую. Положительных данных, подкрепляющих это предание нет; к тому же в этом случае трудно объяснить вхождение найманов, особенно конратов в состав Средней Орды. С 1300 годов до 1625 года найманы жили на территории Хивы; в 1625 году, т. е. через 50 лет после Хак-Назара, они присоединились к казакам (при Есым-хане) и поселились в соседстве со Старшей Ордой; несмотря на это, они считаются в составе Средней Орды. Конраты, примерно, с 1350 годов жили в Хивинских, затем в Бухарских владениях; пришли в Казанское ханство в середине 18 века, поселились рядом со Старшей Ордой; в это время в тех местах среднеордынцев уже не было; тем не менее, они считаются в составе Средней Орды (мнение Гродекова и других, что конраты из Средней Орды перешли в Старшую — неверно: до сих пор конраты состоят в Средней Орде). Мы предлагаем другое, легко объясняемое происхождение жузов или Орд.
 
Жузы или Орды имеют, по-нашему, более древнее происхождение и относятся к временам Батыя. По Лен-Пулю-Стенли, поминальной главой Улуса Джочи считался старший сын Джочи Орда-Ежен (так называемая «Белая Орда»); занимавшая восточную часть Улуса: это — старшая линия. В нее входили джалаиры, канлы, другие более мелкие роды (между прочим дурмены, ушедшие в Узбекию)—это Старшая Орда.
 
Уйсыны, аргыны, найманы, кереи были тогда в Чага-таевом Улусе.
 
Самому младшему сыну Джочи Токай-Темиру достались Кавказ и Крым, откуда собственно и вышли первые казаки или ногаи, главную массу которых составляли алчыны. Местность еще западнее Крыма принадлежала Моголу, который был не то побочным сыном Джочи, не то одним из незаметных младших сыновей его, и не имевших вначале уделов. Могол (его внук — знаменитый Ногай), по-видимому, был в вассальных отношениях к Токай-Темиру; наконец (что очень возможно), Могол и Токай-Темир— одно и то же лицо; интересно, когда при перечислении имен сыновей Джочи упоминается Токай-Темир, отсутствует Могол и наоборот.
 
Таким образом, на западе утвердилась младшая линия — это Младшая Орда.
 
В промежутке между владениями Орда-Ежена и Токай-Темира находились владения средних сыновей — Батыя и Шейбака, а по смерти последнего батыевца остался дом только Шейбака. На этом пространстве кочевали кыпчаки, конраты, мангыты, ширины, барины (последние 2 рода ушли частью в Казань, частью в Крым)—это Средняя Орда. Найманы, аргыны и кереи после ухода от чагатаидов поселились в средней части Улуса, во владениях средних сыновей; потому они и состояли в Средней Орде.
 
Приставшие с восточной стороны от чагатаидов уйсыны, разумеется могли быть приняты только в Старшую Орду. Этим поздним вступлением их в Старшую Орду, по-нашему, объясняется то, что уйсыны, несмотря на свою подавляющую численность в сравнении с другими старшеордынцами (они составляют около 3/4 Стар. Орды), считаются ниже джалаиров. На пирах и поминках из старшеордынцев выше всех садят джалаиров (им подают голову и ляжку барана в знак старшинства их); после джалаиров вторым считается еще более малочисленный род ошакты, и только 3-е место занимает уйсын, (дулат, адбан, суан, сары-уйсын, чапрашты). Этим также легко объясняется то, что когда найманы вернулись в Казанское ханство, они по старой сохранившейся традиции вошли в Среднюю Орду.
 
То же самое оказалось и с конратами, которые пришли в район среднего течения р. Сыр-Дарьи, когда сред-неордынцев здесь не осталось.
 
Слово «жуз» переводят «сотня», «лицо», «фронт»; но эти слова почти ничего не объясняют. Полагаем, что это древнетюркское слово «дуз», или «доз» (сами киргизы больше произносят «дуз», а не «джуз»). Если не ошибаюсь, слово «доз» по-древнетюркски обозначает «крепость», «Орда».
 
У киргиз-казаков есть еще выражение «алты-алаш», т. е. «шесть алашей», под которыми обычно понимают «Союз шести алашей». Объяснения или толкования этого выражения мы нигде не нашли.
 
Мы полагаем, что выражение «алты-алаш» стало употребляться во времена Тауке-хана. Известно, что Тауке-хану кроме 3 казакских орд подчинялись кара-киргизы, кара-калпаки и особая небольшая группа казаков из родов катаган, джайма и других. Представители последней группы казаков, а также кара-киргизы и кара-калпаки говорят, что объединяются с казаками не через казанские джузы, а через общий всем уран «алаш».
 
Известно, что для фактического управления шестью группами при Тауке-хане было шесть знаменитейших биев:
 
1) Старшей Орды — Толе-бий Алибеков (из рода дулат, отделение джаныс), 2) Средней — Казбек-бий (Каздаусты Казбек из рода аргын, отделение кара-ке-сек), 3) Младшей Орды — Айтек-бий (кажется из рода алим, отд. торт-кара, а до него Чеген-бий из рода джа-галбайлы); 4) Кара-киргиз — Кокым-бий, Кора-чорин; 6) Кара-калпак — Сасык-бий; 7) Каттаган, джайма и других — имя бия не удалось узнать.
 
15/5—25 г.М. Тынышпаев
 
 
 
<< К содержанию                                                                                Следующая страница >>