Главная   »   История Акмолы. Ж.Касымбаев. Н. Агубаев   »   Глава I. ИСТОРИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ АКМОЛЫ


 Глава I.

 ИСТОРИЯ ВОЗНИКНОВЕНИЯ АКМОЛЫ

 

 

I. ОТКРЫТИЕ АКМОЛИНСКОГО ВНЕШНЕГО ОКРУГА

В первой половине XIX века обрела свои окончательные контуры политика царской России по отношению к Казахстану. Усилия самодержавия, направленные ранее на склонение казахской знати к добровольному принятию российского подданства при сохранении института ханской власти, не дали желаемых результатов. Процесс включения казахских земель в состав Российской империи принял затяжной и сложный характер, а события, связанные с восстаниями Е.Пугачева и С.Датова, показали ненадежность казахских ханов в качестве верных вассалов. Царизм переходит к силовым методам присоединения Казахстана к России.
 
В осуществлении этого процесса и в развитии русско-казахских отношений в целом важнейшую роль сыграли такие города-крепости, как Омск, Оренбург, Семипалатинск, Усть-Каменогорск, Уральск и другие, ставшие к началу XIX века опорными пунктами распространения российского влияния в Центральной Азии. Одним из основных стратегических центров укрепления позиций России в Казахстане стала Акмолинская крепость, основанная в начале 30-х годов XIX века.
 
Рапорт подполковника Шубина командиру Отдельного Сибирского корпуса генералу Вельяминову о выступлении Акмолинского военного отряда в пределы кочевий родов карпык и алтай для подготовки открытия внешнего округа.

28 мая 1830 года.
 
По предписанию г-на начальника Омской области от 17-го числа сего м-ца №714 с изъяснением такового-же Вашего высокопревосходительства от 3-го сего мая N91989 с порученным мне военным отрядом в киргиз-кайсатскую степь на урочище Ак Мол-ла в карпыковскую и алтайскую волости для склонения киргиз к подданству России и приготовления к открытию там внешнего округа сего числа в подлежащий путь выступил, о чем Вашему высокопревосходительству донести честь имею с объяснением: из двух комендантских писарей один взят мною по совершенно необходимой надобности для переписки бумаг, а в каком количестве при отряде состоит людей и лошадей прилагается при сем краткая записка.
 
Отрадный начальник подполковник Шубин.
ЦГА РК. Ф.338. Оп. 1. Д. 693. Л. 12-12 об.

Рапорт командира 3-го казачьего полка Сибирского линейного войска сотника Кузнецова командиру Отдельного Сибирского корпуса генералу Вельяминову о составе военного отряда, передаваемого под команду подполковника Шубина, и мерах по обеспечению его выступления за Гранину.

3 июня 1830 года.
 
Во исполнение предписания войсковой канцелярии Сибирского линейного казачьего войска от 8 числа прошедшего мая м-ца за №2868 с прописанием такового же его превосходительства господина начальника 27 пехотной дивизии за №1973 скомандированный из мест командуемого мною 3-го казачьего полка на сборный пункт в город Петропавловск военный отряд под начальством отряженного с оным крепости Святого Петра коменданта г.подполковника и кавалера Шубина 2-го, с прикомандированными в состав оного из казачьих полков г. г. сотниками 2-го (полка) Лобановым, 4-го Чириковым и хорунжим Вагановым, нижних чинов: строевых урядников — 12-ть, музыкантов — 2, казаков — 98; резервных: урядник — 1, казаков — 5 и фельдшер — 1 с нужными медикаментами и двумя повозками на случай больных после учиненного командующим войском г. подполковником и кавалером Лукиным осмотру вышеписанные чины под команду г.подполковника Шубина 2-го надлежащим порядком сданы и 28 числа истекшего мая м-ца за границу через Петропавловскую таможню выступили, причем снабжены во всем по заграничному исправною аммуницией, оружием, полными комплектами боевых патронов, годными к походу строевыми и вьючными лошадьми, двухмесячной порцией провианта в сухарях и крупой, истребованной из петропавловских провиантских магазейнов, о чем Вашему Высокопревосходительству донести честь имею.
 
Сотник заурад-есаул Кузнецов.
ЦГА РК. Ф.338. Оп. 1 Д. 693. Л. 10-10об.
 
 
После упразднения ханской власти в Среднем жузе царское правительство, опираясь на Устав о сибирских киргизах (казахах — Ж.К., Н.А.) 1822 года, начало вводить в обширном степном регионе Казахстана новую систему управления, разработанную М. Сперанским. По Уставу 1822 г. земли Среднего жуза должны были составить так называемые внешние округи Омской области Западно-Сибирского генерал-губернаторства. Каждый из открываемых округов формировался из 15—20 волостей, объединявших 10—12 аулов. Аул рассматривался в качестве административной единицы, если насчитывал не менее 50 хозяйств. Во всех внешних округах для управления ими учреждались окружные приказы (диваны) во главе со старшими султанами, избиравшимися на три года из числа наиболее влиятельных родоначальников, пользовавшихся доверием российских властей. Каждый округ получал собственное название "по имени знатнейшего урочища на занимаемых оным землях".
 
Окружные приказы обязаны были следить за соблюдением установленного порядка, иметь точные сведения о дислокации аулов и волостей в любое время года, вести учет населения по числу хозяйств, один раз в год, в летнее время, собирать ясак скотом, заботиться о просвещении населения, содействовать распространению хлебопашества и местной промышленности. Приказы наделялись полномочиями уездных судов.
 
Следует сразу отметить, что многие положения Устава 1822 года были оторваны от жизни, носили, по сути дела, характер благих пожеланий и остались нереализованными. Кардинальное же изменение политической структуры традиционного кочевого общества, не опиравшееся на соответствующее изменение экономики и психологии народа, уже в скором времени привело к глубокому и затяжному кризису всей системы социально-экономических отношений, одним из самых тяжелых последствий которого стала существенная деформация общественного сознания.
 
Вскоре после утверждения Устава о сибирских казахах, 29 апреля 1824 года, состоялось открытие Кокчетавского окружного приказа. 24 июня этого же года был принят указ об образовании Каркаралинского округа. В 1831 году состоялось открытие Аягузского округа, а 9 января 1832 года Николай I санкционировал открытие четвертого внешнего округа — Акмолинского. Этому предшествовали следующие события.
 
В 1829 году султан Губайдулла Валиев, возглавлявший ранее Кокчетавский приказ, обращается в администрацию Западной Сибири с ходатайством об открытии внешнего округа на базе подвластной ему Куандыкской волости. С такой же просьбой к российскому правительству обратился потомок хана Семеке Коныркульджа Кудаймендин. Последний ходатайствовал об открытии окружного приказа при урочище Акмола и о включении в состав нового округа подвластных ему Карпыкской и Алтайской волостей.
 
По данным Е.Н. Евсеева и М. А. Плетневой подобные просьбы поступали и от других султанов, что побудило генерал-губернатора Западной Сибири Вельяминова принять решение о командировании в казахскую степь пяти отрядов. В конечном счете выбор был сделан в пользу Акмолы. При этом, надо полагать, было учтено выгодное в стратегическом отношении ее расположение и большое влияние на местную знать К.Кудаймен-дина. В случае же удовлетворения просьбы Г.Валиева власти опасались обострения и без того сложных отношений с семьей султана Касыма, сына знаменитого хана Абылая.
 
Согласно предписанию генерала Вельяминова от 3 мая 1830 года открытие Акмолинского внешнего округа было возложено на коменданта крепости Святого Петра (Петропавловской) подполковника Шубина Ф.И. Он был назначен начальником военного отряда, сформированного из казахов и офицеров 2,3,
 
4-го полков Отдельного сибирского корпуса (Сибирского казачьего войска. — Ж.К., Н.А.), а также солдат и офицеров 3-го линейного сибирского батальона 27-й пехотной дивизии и конно-артиллерийской казачьей бригады. Отряд состоял из 4 обер-офицеров, 1 унтер-офицера, 21 урядника, 159 казаков, 11 солдат, военного топографа, писаря, фельдшера. Для него были выделены 326 лошадей, строительные и прочие инструменты, двухмесячный запас продовольствия из магазинов Петропавловска.
 
17 мая 1830 года подполковник Шубин получил официальное распоряжение омского областного начальника генерал-лейтенанта де Сент-Лорана В.И. о командировке в Карпыковскую и Алтайскую волости для подготовки открытия Акмолинского внешнего округа. Помогать ему в этом должны были сотники Лобанов А., Чириков Г., хорунжий Ваганов В. и Шахматов А., хорошо знавшие казахский язык и обычаи местного населения. Шубин включил в состав экспедиции указанного муллу Сагита Усманова из деревни Мавлютово Соколовской волости Петропавловского округа, учитывая его усердие при открытии Кок-четавского внешнего округа.
 
Отряд подполковника Шубина выступил из Петропавловска 28 мая 1830 года. Направление с самого начала было взято на урочище Акмола, где предположительно со своим аулом располагался султан К.Кудаймендин. 12 июня отряд достиг урочища Сасыкколь. 
 
Рапорт подполковника Шубина омскому областному начальнику генерал-лейтенанту де Сент-Лорану о своих дальнейших действиях по открытию Акмолинского внешнего округа.

28 июня 1830 года.
 
После донесения моего Вашему превосходительству от 12-го сего июня N925 с урочища называемого Сасык куль, будучи извещен от проходящих в караванах торговцев, прикащиков и прибывшего ко мне султана Булата Габайдуллина, что султан Кунур Кулджа Худаймендин находится кочевкою около реки Ишима, я по предписанию Вашего превосходительства от 17-го мая N9714 имел честь приступить в ниже следующие распоряжения.
 
1-е) Первым долгом поставил себе того же числа командировать из числа состоящих при отряде мне вверенного хорунжего Ваганова с приличным для безопасности конвоированием и с ним вместе, приглашенных мною, указного муллу Сагита Усманова и Кокчетавского округа атыгаевской волости старшину 12-го класса Мандая Токтамышева с тем, чтобы предупредить султана Кунур Кулджу о следовании моем с отрядом и подведомственных ему старшин биев о том, что отряд сей следует не для чего другого, а единственно к их благоустройству и доставления способов вновь вводимого в волостях тех управления; и с ним послал от себя и письмо, коим приглашал приготовить к прибытию моему всех ему Кунур Кулдже подведомственных родоначальников, а сам пошел вперед к Ишиму, куда недошед верст за 12-ть 13-го числа хорунжий Ваганов чрез посланного нарочито урядника Чирикова и от султана Кунур Кулджи арского купецкого сына Абулгазы Гумирова (который находился при нем) донес, что он достиг кочевья султана Кунур Куджи по урочищу Джаман Чубар при сопке Сараобе растоянием от Сасык куля примерно в 46 верстах и про-тиву данного ему предписания выполнил в точной силе. Султан сей с подвластными ему при нем находящимися принял его с отрядом с полным довольствием и в то же самое время начал кочевать аулом к отряду.
 
2-е) Того же числа по объявлению хорунжего Ваганова, муллы Усманова и старшины Токтамышева помянутый султан Кунур Кудцжа послал ко мне навстречу родного брата своего султана Бека Худаймендина и с ним вместе явился Каркаралинского окружного приказа прикомандированный к вверенному мне отряду состоящий на вакансии толмача титулярный советник Куртуков с тем предъявлением, что брат его Кунур Кулджа охотно желает для личного переговора видется сам и что он для того прикочевал поблизости караванной дороги, с коими и доследовал до урочищ Джаман Чубар.
 
При удобном месте, расстоянием против аула его Кунур Кулажи в 8 верстах, расположен был лагерь, куда и сам Кунур Кулджа прибыл с 6-ю султанами, 13 биями и довольное количество киргиз, которые приняты мною были с полным уважением и ласковостью, где объявлено ему распоряжение Российского правительства к удовлетворению его просьбы, вручив ему присланное от его Высокопревосходительства господина генерал-губернатора Западной Сибири и командира Отдельного сибирского корпуса письмо, которое было ему при всех находящихся при нем чрез помянутого г-на Куртукова вычитано, содержание коего слушали они, как видно было, с полною охотою и со вниманием и, по прочтении оного, принятием Россиею под покровительство и защиту их благосостояния отозвались довольными. Причем, не упуская удобнейшего времени, я старался чрез г-на сотника Чирикова и титулярного советника Куртукова внушить им все то, что только касалось для пользы и выгоды их благосостояния и к защите собственности. Но тут некоторые из числа находящихся по легковерию своему хотя и обратились было к недоверчивости поставляемого попечения правительства (как разуметь было можно), но на вопросы их в коротких словах мною были уверены и притом доказав им истину, что со стороны Российского правительства и благоволения Государя Императора к ним для охранения от непреклонных разбойников и грабителей их собственности ограждающий путь открыт, отряд стоит перед глазами их готовый, так равно и прочими доводами султаны и бии, и при них находящиеся киргизы убедили себя из поступивших к ним предложений и ясной подробности доказательств.
 
Султан Кунур Кудджа, дав верное слово, что они остаются без сомнения довольными и соберет к себе всех его ведения, а я на вспомоществование его так же не оставил снабдить от себя пригласительными письмами к родоначальникам волостей Карпыков-ской, Алтайской и Темешевской, коих в довольном количестве для доставления 14-го числа Кунур Кулдже были выданы, и он с подвластными ему возвратился в свои кочевья, а я с отрядом мне вверенным 14 число продневав для вышеписанной надобности 15-го отправился к реке Ишиму на урочище Карауткуль благополучно. Не достигая оного за 5 1/2 верст остановился вниз оного от дороги вправо в одной версте на самом берегу, где и по сие время нахожусь с отрядом, а султан Кунур Кудджа с аулом прикочевал к отряду не далее 3-х верст, отколь тоже не упущал времени, ежедневно посещал меня.
 
3-е) 16-го числа также явясь ко мне султан Габайдулла Валиев, которой был мною обласкан и угощен, и он к предпринятым султаном Кунур Кулджой мерам тоже учинил возможныя пособия.
 
4-е) Султан Кунур Кулджа, действительно исполнив предположение свое, 18-го числа прибыл к отряду с 8-ю султанами, 43 биями и около 300-х человек киргизами. Все они были приняты с должным уважением, причем вычитан с ясным разстолкованием устав о благоустройстве к пользе их чрез переводчика Куртукова и также было внушаемо все то, что только могло дать им почувствовать. Но итут многие из собрания, изключая султана Кунур Кулажу, начали упорствовать, что етот вводимой порядок всегда служить будет для их стеснения. Я и тут довольное время уверял их, что они в сем случае не будут иметь никакого стеснения и, что устав, Высочайше утвержденный для их благоустройства, изменен никогда не будет, по каковым уверениям убедясь, они и согласились на верное Его Императорского Величества подданство по степным обычаям пред Алкараном принять присягу, но с тем, поступят ли к ним те места, которые они при летней кочевке занимали прежде на урочищах Уч булак, Мунчакты и Тура айгыр, на каковой их вопрос действительно мною были удостоверены, что по открытии округов правительство не оставит удовлетворить размежеванием по достаточному числу удобных мест и после сего пред Алкараном в присутствии моем, состоящих в отряде чиновников и при фронте, приглашенным мною указным муллою Саги-том Усмановым выше писанное число султанов и биев к присяге и приведены. По окончании оной султаны при том самом разизбрав из среды себя тихим духом и откровенными сердцами в управление старшаго султана Кунур Кулджу на тот конец дабы до открытия окружнаго дивана не встретилось в управлении волостей каких либо споров и самаго неповиновения подвластных, а при открытии медленности в выборе таковаго. Потом начали подписываться своеручно, прилагать печати и тамги как к присяжному листу, так и выбору, за ними исполнили тоже и последователи.
 
5-е) 19-го числа также прибыл к отряду султан Кунур Кудджа и представил желающих поступить под новое управление России султанов Барака и Кошая Юлбарсовых в числе 5-ти и биев 15 человек, которыя того же числа и таким же порядком приняв присягу и учинили к присяжному листу и выбору старшего султана своеручное подписание и приложение печатей и тамгов. При чем открыл под неприметным предлогом сколько поступило под управление предполагаемого к открытию нового округа аулов 994, а в них кибиток 5047.
 
6-е) Между тем, не упустив удобнаго времени, я командировал г.г. сотника Чирикова, хорунжаго Шахматова с топографом Козловым и хорунжаго Ваганова для осмотра к водворению окружнаго приказа удобных мест, которые обратясь донесли мне: 
 
А) Чириков, что в окрестности сего места, где находится отряд, не нашел удобнее как здесь, исключая строительнаго леса. Дров березовых по урочищу Джаман Чубару от 10-ти до 30 верст в посредственном избытке, которой по негодности своего произрас-тения не может быть употреблен даже и не на какие мелочныя поделки. Сенокосных лугов за всем истреблением при кочевках киргизами занимаемых оказалось достаточно. Место сие состоит над самой рекою Ишима, оно безопасно от наводнения во время весны, где весьма можно свободно расположить построение казенных зданий и подле онаго пролегает караванная дорога, по которой из всех мест как то—Бухарин, Ташкинии, Кокании, с семи рек и прочих азиатских владений проходят торговцы с караванами на Петропавловск и из онаго в те владения. Караваны сии имеют стечение всегда при урочище Карауткуль, которое отстоит от предполагаемого места только в 4 верстах. Они находятся тут по одному месяцу, а иногда и с половиною, разменивают один другому свои товары и напоследок так случается, что некоторые сбыв избыток свой или товар возвращаются в свои отечества. Предполагаемое место сие к устройству окружного дивана состоит хотя и не противу центра волостей поступивших и имеющих поступить в состав округа потому, что и теперь они имеют дальние кочевки по рекам Ишиму и Нуре за 350 верст, но совершенно нет там к учреждению дивана никакого удобства, а в особенности строевого и дровяннаго леса ближе урочища Джаман Чубара и Кучак. Б) Хорунжий Шахматов: вниз по течению реки Ишима до урочища Са-рытерека в 25 верстах от Карауткуля на всем разстоянии около реки Ишима по лугам сенокосных мест находится в довольном количестве, а от онаго по истокам речки Кулутона, от Карауткуля в 100 верстах, сенокосных и хлебопахотных мест не имеется. На сим последнем, то есть при истоках речки Кулутона, в правой стороне от 10-ти до 15 верстном разстоянии строительного и дровя-наго леса достаточно, вниз же оной речки на разстоянии 40 верст сенокосные места незначительны, удобной земли для хлебопашества не имеется. От речки Кулутона чрез урочище Мурун Карагай на разстоянии от Кулутона в 5 верстах найдено озеро под названием Балык куль, в коем вода к употреблению в пищу годная, рыбы довольно, в окружности оное более 20 верст. Сенокосных же мест в малом количестве и то по незначительным частям. В окрестности сего озера лесу строительного и дровяннаго весьма довольно разстоянием от онаго в 15 и 20 верстах, за речкою Кулутона. Помянутое же озеро с истоками Кулутона от Карауткуля на равном разстоянии. В Мурун Карагае за исключением дровяннаго леса ничего не имеется и состоит от Карауткуля в 70 верстах. Приурочище Куу-чек, состоящем от сего последняго на таком же разстоянии, строительнаго и дровяннаго леса достаточно, трав также при озере Чертан куле хотя и есть, но на довольствие в отряде состоящих лошадей будет не достаточно. В) Хорунжий Ваганов, что он осматривал места по реке Нуре и самое урочище Акмолла, где ни строительнаго и не дровяннаго леса (исключая самого тонкаго тальнику) не имеется. Сенокосных мест довольно разстоянием от Карауткуля в 25 верстах, при обратном же следовании, то есть от реки Нуры, найдено весьма в близком разстоянии от Карауткуля около 9 и 10 верст сенокосных лугов довольно и при всяком про-израстении травы той прекратится не может.
 
О чем Вашему превосходительству честь имею донести с тем дополнением, 1-е) что противу назначенного здесь к предположению учреждения приказа какие тол(ь)ко ограничены неудобства, то есть в недостатке одного тол(ь)ко строительного леса и хлебопахотных мест. Соображаясь, где таковаго довольно, то более того недостаточны сенокосы, да и потому, что они состоят вдал(ь)-ном разстоянии от поступивших ныне под российское покровительство киргиз и сверх сего долженствующих поступить под таковое, то из числа оных имеют кочевья Карпыковской и Алтайской волостей самыя первыя и близкие по речкам Кулутону и Ишиму в 100 верстах и то не более 300 кибиток, в дал(ь)ныя вверх по рекам Ишиму и Нуре в 350 верстах. Почти все киргизы — тех волостей, где не имеется никаких удобств как и выше пояснено. 2-е) При выборе мною места к водворению приказа, хотя и предполагал, при урочищах Кулутон, Мурун Карагае и Кучек признал я сам по вышеизложенным обстоятельствам неудобными, в особенности в сенокосных лугах, да и султан Кунур Кудджа тоже объявил, что естьли диван учредить при самом начале кочевок подведомственных ему волостей, а последния оставить на дал(ь)ное разстояние за 450 верст, то должны они при всех их делах к приказу относящихся ощущать большия затруднения, да и само собою разумеется, что таковое дальное разстояние подведомственных ему аулов иногда встретит к невозможности выполнения за вызовом правителей аулов или киргиз, а также и другим сему подобным обстоятельствам, и могут случится упущения противу данных предписаний начальства, по каковым уважительным притчинам я к водворению предполагаемого приказа окроме поясненнаго выше сего урочища Карауткуля не нашел удобнее и потому распорядился откомандировать из числа состоящих при вверенном мне отряде при одном обер офицере 70 человек нижних чинов на урочище Кучеку для вырубки лесу, потребнаго на построение помещений, нижних чинов казармы и провианта магазейна. Строевым же и вьючным лошадям приготовляется здесь из состоящего поблизости по реке Ишиму и урочища Джаман Чубара тальнику и березовой чеши плетневыя конюшни, из них в одной на первой ныне случай будет сохранятся доставляемой провиант. Каковое мое распорежение представляя в благоусмотрение Вашего Превосходительства и притом честь имею доложить, что султан Габайдулла Валиев по приглашению моему, чтобы принять меры к склонению на присоединение к новому округу волостей еще не вошедших, к содействию прислал ко мне сына своего султана Булата Габайдуллина, так равно и султан Кунур Кудджа заслуживающих уважения киргиз, с коими я командировал двух урядников и четырех казаков вооруженными с пригласительными от меня письмами к биям волостей Чубуртбалинской, Токтогульской, Ал-чинской, Таминской и Коксальской. С каким же оныя явятся успехом особенно Вашему Превосходительству донести не премину.
 
Начальник отряда подполковник Шубин.
ЦГА РК. Ф. 338. Оп. 1. Д. 693. Л. 28-36 об.
 
Знакомство с вышеприведенным документом может привести читателя к выводу о том, что открытие внешних округов и учреждение новых порядков на территории Казахстана в этот период происходило сравнительно легко и спокойно. Уместно поэтому заметить, что в своем официальном отчете царский чиновник Шубин, стремясь успешно завершить столь ответственную и сложную миссию, умышленно сглаживает многие острые углы и нерешенные проблемы во взаимоотношениях с местным населением. Признали новый порядок управления в основном аулы родов карпык и алтай, подчиненные К. Кудаймендину и ближайшим его родственникам. Не случайно все восемь его сыновей и четыре брата, принадлежавшие по своему происхождению к сословию султанов, а также другие султаны и бии, породненные с семейством Кудаймендиных, были представлены позднее к правительственным наградам. Вместе с тем Шубину не удалось склонить к принятию российского подданства многочисленные аулы родов кыпчак и шубыртпалы, а часть других, например, тараклы и тама, вошла в состав учреждаемого Акмолинского внешнего округа, стараясь избежать грабежей и насилия казачьих экзекуционных отрядов и не желая терять свои богатые летние пастбища. Именно эти родовые объединения позднее приняли активное участие в восстании под руководством Кенесары Касымова.
 
Незадолго до описываемых событий побывавший в Кокче-тавском внешнем округе, полковник Г. Броневский пришел к выводу, что “состояние умов у киргиз и понятия нового управления не одинаковы”. Шубин убедился в этом уже в самом начале организации Акмолинского внешнего округа.
 
Из рапорта начальника Акмолинского заграничного военного отряда подполковника Шубина исполняющему обязанности Омского областного начальника.

29 июля 1830 года.
 
Командированные с пригласительными письмами к присоединению под новое управление России к биям волостей Чубурт-Ба-линской, Токтогульской, Алчинской, Таминской и Коксальской урядники Чириков и Сорокин при вожаках от султанов Кунур Кулджи Худаймендина и Габайдуллы Валиева обратясь донесли мне: первый, 7-го числа сего месяца, что Коксальской волости бий Ниязбек не хотел принять посланного к нему пригласительного письма моего и даже за привод к нему русских на вожатого бия Кулубека бросался с азартом с ножем и не упустил ему учинить немалыя упреки в том боли, что они будто бы колебнулись водти в состав российского управления, но урядник Чириков, видя опасность, принужден был принять меры и благоразумным увещеванием успел отклонить того Ниязбека. Прочие же Чубурт-Балин-ской волости бий Сарымурза, Токтагульской — Чузбай, Коджак и Кунанбай и алтаевской волости таковые же приняли ласково и обещались быть к отряду, но в прочем по сие время никто еще не явился. Второй, Сорокин, 9-го числа прибыв объявил, что по достижении им Таминской волости биев Итемгеня и Бекбау, кото-рыя приняли его ласково, исключая Найманбая и Чоры, были согласны вступить под российское управление и вместе с урядником Сорокиным прибыв приняли на верное подданство присягу...
 
Начальник отряда подполковник Шубин.
ЦГА РК. Ф. 338. Оп. I. Д. 693. Л. 46 об-47 об.
 
До ноября 1831 года в состав учреждаемого Акмолинского округа вошло 3576 аулов с населением в 131 262 человека. За этими аулами числилось 332 452 лошади, 670 775 овец, 31 666 верблюдов и 31 316 голов рогатого скота, или примерно 58 условных голов скота за каждой юртой. “Киргизы Карпыковской и Алтаевской волостей, — писал тот же Шубин, — можно сказать в полном смысле, что богаты скотоводством, а более всего лошадьми. В виде нашем пространные здесь поля везде совершенно бывают покрыты и усеяны разным скотом и главное их богатство состоит в оном. В пример можно поставить хотя (бы) из них двух биев — Сапака и Джумана. Они имеют по восьми тысяч лошадей и очень многие от одной до пяти тысяч и более”.
 
9 января 1832 года, ознакомившись с докладом Сибирского комитета МИД, император Николай 1 санкционировал открытие на территории Казахстана четвертого внешнего округа под названием Акмолинского. Хотя первоначальное решение об основании окружного центра в местности, известной среди ка-захов-кочевников под названием Акмола (сегодня здесь расположен небольшой аул Тайтобе. — Ж. К., Н. А.), было позднее изменено и приказ начали строить на правом берегу Ишима, где впоследствии собственно возник сам город, название утвердилось и на новом месте. Связано его возникновение с преданием, передававшимся среди местных жителей из поколения в поколение, о существовании в незапамятные времена на вершине небольшой сопки на берегу реки Нуры крупного архитектурного сооружения из квадратного кирпича, покрытого белой глянцевой мастикой, выполнявшего, по всей видимости, роль святилища. Прав оказался Президент Казахстана Н.А.Назар-баев, когда, ставя точку в споре о названии города, интерпретировал его как “Белую святыню”. Не суть важно—кому принадлежало это средневековое архитектурное сооружение, важно значение древнего памятника, уважительное отношение к которому местных жителей было отнюдь не случайным и отражало отношение народа к святым местам на земле предков.
 
О дальнейших событиях, связанных с открытием Акмолинского внешнего округа, поведаем вновь устами современников.
 
Предписание генерал-губернатора Западной Сибири Вельяминова Омскому областному начальнику об открытии Акмолинского внешнего округа.

19 мая 1832 года.
 

Читать далее >>

 

 << К содержанию