ЮБИЛЕЙНАЯ СЕССИЯ МЕЖДУНАРОДНОЙ АССОЦИАЦИИ СОЦИАЛЬНОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ (МАСО)
В июне 1966 г. меня с облисполкома перевели министром социального обеспечения республики. После года работы я поехала в Ленинград для участия в работе юбилейной сессии, посвященной 40-летию образования МАСО — международной ассоциации социального обеспечения. На сессию были приглашены представители из 66 стран мира. От СССР участвовали все министры соцобеспечения союзных республик. От Казахстана были: Дюсембина Нурбану, заведующая Целиноградским областным отделом социального обеспечения, Аубакиров Сармолда — заведующий Карагандинским облсобесом, Павличенко Валентина Дмитриевна — заведующая пенсионным отделом министерства, работники собеса из Павлодара. Мы разместились в гостинице «Астория». Работа сессии проходила в Таврическом дворце. В день открытия председателем сессии была Лыкова — министр СССР. Работа сессии проходила интересно. Выступающие говорили на языках своих стран с синхронным переводом. Темы выступлений были социальное обеспечение, социальная защита, их развитие на всех континентах мира.
Лыкова вкратце коснулась социального обеспечения в СССР, в том числе пенсионном. Наше государство не требовало от трудящихся никаких взносов — перейти на пенсию, значит перейти на иждивение государства. У нас присутствовал социалистический принцип распределения материальных благ — «каждому по труду». Заработать пенсию — не значит отдавать часть своего заработка государству, как в капиталистических странах. Это значит, своим трудом заслужить обеспечение за счет государства, за счет общества. Кто имеет права на государственную пенсию? Рабочие, служащие, колхозники, а также военнослужащие.
Она сказала, что мужчина может перейти на пенсию в возрасте 60 лет, при этом стаж у него должен быть 25 лет, а женщина в возрасте 55 лет при стаже работы 20 лет. В случае инвалидности от общего заболевания мужчинам в возрасте 50 лет нужен был стаж всего 14 лет, женщине — 11 лет.
Пенсионное обеспечение зависело от условий труда. Тем, кто работал в тяжелых условиях или в горячем цехе, предоставлялись льготы. Они давали право мужчине уйти на заслуженный отдых в 50 лет при стаже 20 лет, а женщине — в 45 при стаже 15 лет.
Если в первый день своей трудовой деятельности человек получил увечье на производстве, он имел право на пенсионное обеспечение. Если человек спасал жизнь людей или народное добро, либо вступил в схватку с преступником и получил инвалидность, он имел право на пенсию.
Образцовое выполнение гражданского долга давало право по закону на персональную пенсию, за особые заслуги перед государством. Право на пенсию имели нетрудоспособные члены семьи, потерявшие кормильца. Но и тут в основе лежал труд. Пенсия зависела от стажа умершего кормильца. Однако, если причиной смерти стало трудовое увечье или профессиональная болезнь, стаж здесь не требовался.
Размер пенсии может исчисляться по среднемесячному заработку любых пяти лет подряд из последних пятнадцати лет работы. Следовательно, каждый вправе выбирать период, когда работал наиболее производительно и имел больший заработок. При определении размера пенсии при этом обязательно учитывались состояние здоровья и семейное положение. Право на пенсию в СССР находилось.в одном ряду, как право на труд и отдых, бесплатное медицинское обслуживание и образование.
Речь Лыковой была горячо встречена всеми участниками сессии в виде долго несмолкающих аплодисментов. Действительно, в то время система социального обеспечения у нас по всем статьям была самая лучшая в мире, за исключением некоторых капиталистических стран, как США и Швеция.
О работе сессии бьша выпущена книга «40 лет МАСО» с иллюстрациями и фотографиями. Сессия оставила у всех участников незабываемые впечатления, особенно у иностранцев.
По окончании сессии по нашим просьбам, Федорова Алексея Федоровича — министра соцобеспечения Украины, дважды Героя Советского Союза, бывшего партизана, командира партизанского соединения на Украине, и моей, участникам сессии показали достижения г. Ленинграда в социальном обеспечении. Дома для престарелых, дома для инвалидов взрослых и детей, Дворец для ветеранов Октябрьской социалистической революции и социалистического труда. От всего увиденного все были в восторге. Здесь проживали заслуженные люди, пенсионеры Союзного значения в количестве 100 человек.
Этот дворец до революции был чьей-то собственностью, сохранился в первозданном виде и находился под охраной государства. Золотая отделка, лепные украшения, изваяния — за всем следил горисполком, архитекторы городской архитектуры.
Мы в этот дворец приехали, когда у них закончился завтрак. Одни собрались кто куда на работу. Выглядели они справно. На них были надеты китайские макинтоши, модные в то время, шляпы. Многие из них читали лекции в Высшей партийной школе, Академии общественных наук, посещали комсомольские, пионерские организации, школы — рассказывали о виденном, пережитом, о революции.
Это были, в основном, одинокие люди, без семьи, детей, которые могли бы присмотреть за родителями. В беседе с нами они высказывались о том, что из-за высоких потолков тепла маловато, им хотелось бы жить в теплом здании. Но для строительства у ленинградцев в то время не было средств, соответствующих ассигнований. Ветераны выражали удовлетворение за уходом за ними, за их государственное обеспечение, за заботу о них советского правительства, благодарили коммунистическую партию. Потом мы тепло с ними попрощались, пожелали им здоровья, долголетия, счастья.
Затем мы поехали смотреть предприятия, где работают инвалиды по зрению и слуху, принадлежащие Обществу глухих и Обществу слепых. После осмотра я пришла к выводу, что эти учреждения для инвалидов находятся в лучшем положении, нежели у нас в Казахстане, особенно в материально-техническом обеспечении. Отсюда у них лучше производительность труда и продукция. Мне думалось, что эти недостатки у нас обязательно искоренятся, но для этого нам нужно было в Москве поработать в соответствующих инстанциях.
После осмотра Дворца для ветеранов лично у меня в голове вертелась мысль о строительстве в республике Дома для ветеранов революции и труда, то есть для союзных пенсионеров.
Как я раньше упомянула о том, что и в Караганде в Алма-Ате на прием ко мне, как депутату, приходили люди по мере освобождения их с мест заключения «Карлага» в Карагандинской, Акмолинской областей, женского лагеря «Алжир» и других мест. Это были, в основном, политические заключенные. Они просили меня помочь устроить в дома престарелых и инвалидов. Это были заслуженные люди. Себя они называли «политкаторжанами». На это у них были соответствующие документы. К этому времени они были одиноки, без семьи, детей и других родственников, разумеется, без жилья. На приемах в соответствующих инстанциях им нужной помощи не оказывали.
По их просьбам и жалобам мне приходилось обращаться вплоть до Министерства социального обеспечения, с тем, чтобы их поместили в дом престарелых и инвалидов. Ответы приходили отрицательные, что дома перегружены, нет свободных мест. Действительно, это было так. В этом мне потом пришлось убедиться, когда стала министром.
Зная, что система социального обеспечения нуждается в таких домах для престарелых и инвалидов, используя все каналы, стала добиваться необходимых ассигнований, строить их, и немало, стараясь поместить в них всех нуждающихся, в том числе одиноких пожилых людей и инвалидов, взрослых и детей. Со временем нам удалось построить спецдомов столько, сколько было необходимо.
Вследствие этого, по регионам республики уже не было людей, нуждавшихся в помещении в наши дома. Например, в городе Капчагае на берегу моря построили дом для престарелых на 300 коек. Наполняемость людьми в них шла медленно, план койко-мест не выполнялся. Поэтому мы решили перепрофилировать этот дом в санаторий для ветеранов.
С этим вопросом обратились в ЦК КПК, в Совет Министров, Госплан. Вроде одобрили наши предложения, но были отдельные возражения, экологов, метеорологов, что здесь постоянно дующие ветры со стороны моря, создадут им неудобства. Пришлось с этим мнением считаться, вопрос оставили. Теперь этот дом функционирует нормально, план койко-мест перевыполняется.
За счет строительства новых домов для престарелых и инвалидов, пансионатов и расширением имеющихся за счет дополнительного строительства, была создана достаточно хорошая база. Такие же условия были созданы и для детей-инвалидов.