загрузка...


 ЭКОНОМИКА

Среди рассматриваемых здесь переменных самым спорным, пожалуй, является сфера экономики. Казахстан в период советского тоталитаризма, за короткий по историческим меркам отрезок времени превратился в индустриальную страну. Был механизирован и поставлен на широкую ногу и традиционный для Казахстана аграрный сектор. К семидесятым годам на уровне центра планировалось и было начато выделение средств на развитие отраслей легкой и пищевой промышленности. Однако, наряду с этими очевидными достижениями, были допущены существенные просчеты в экономической политике, неполна давшие о себе знать после разрыва хозяйственных связей между республиками, а также естественного истощения добываемых запасов и нарушения экологической обстановки. В 20-30-е гг. результатом непродуманной политики военного коммунизма и всеобщей коллективизации стал страшный голод и гибель свыше миллиона наших соотечественников, обеспеченная часть населения вынуждена была эмигрировать за пределы страны.

Прежде всего, следует подчеркнуты то обстоятельство, что первичной посылкой экономической политики центра в отношении Казахстана было то, что республика входила в единый народнохозяйственный комплекс страны. Все остальные последствия, вероятно, следуют из этого первостепенного обстоятельства. Казахстан по решению центральной власти должен был стать одним из основных районов ускоренной индустриализации. Возможно, одной республике в короткий период тяжело было бы собственными силами провести огромную работу по комплексному развитию всех отраслей народного хозяйства. Ведь для этого нужны были не только надлежащие средства производства, но и профессиональное управление и кадровое обеспечение. Кстати говоря, одним из несомненных достижений Казахстана в период советской власти является развитие сферы образования. По всему Союзу проводилась политика разделения труда, где производственными единицами огромной страны выступали республики. Казахстану с его богатыми минерально-сырьевыми ресурсами объективно была отведена роль региона, снабжающего промышленно развитые части страны. Такое разделение труда обеспечивало экономическое равновесие народнохозяйственного комплекса страны, и республики экономически тесно были связаны и зависимы друг от друга. Естественно, разрушение хозяйственных связей в связи с распадом Союза поставило республики в очень тяжелые условия, так как остро дало о себе знать отсутствие самодостаточности экономики республик. Ко всему прочему, на это накладываются и процессы трансформации организации внутренней экономики, точнее, сферы управления. Здесь имеется в виду смена идеологических ориентаций от плановой экономики к рыночной.
 
Приход Советской власти в Казахстан и введение новых экономических отношений легли тяжким бременем на плечи простого человека. Самым страшным бедствием стал массовый голод, охвативший в 1921-1922 гг. почти весь Казахстан. Это во многом стало следствием авантюрной хозяйственной политики “военного коммунизма”. В атмосфере революционного экстремизма рушились привычные экономические отношения, за короткий промежуток времени население республики было ввергнуто в хозяйственную катастрофу, повлекшую за собой социально-политический кризис и деморализацию общества. Кроме Казахстана, голод охватил все Поволжье, Татарскую и Башкирскую республики, всего около 36 губерний. Это были именно те районы, которые в течение 4 лет несли на себе свыше трети всей продовольственной разверстки в стране. Пoсевные площади в КазАССР сократились на 2/3, а скота осталось менее 1/4 по сравнению с 1917 г. По 6 неурожайным губерниям (Актюбинской, Уральской, Кустанайской, Букеевской, Оренбургской, Адаевскому уезду) было собрано в 1921 г. 4 млн. 700 пудов хлеба, когда прожиг точная минимальная норма по этим же губерниям составляла 22 млн. пудов, т.е. в 7 раз больше. И это произошло в некогда благополучном в продовольственном отношении крае, что дало основание уполномоченному ЦКпомгол при ВЦИК Н. Мардаровскому, обследовавшему пораженные голодом уезды, сказать: Киргизия -страна, в которой все есть и в которой ничего нет”.
 
Принципиально ошибочным и пагубным по последствиям для населения было недальновидное руководство Ф. И. Голощекина в Казахстане. В тот период из центра началась кампания по переселению из густонаселенных регионов России в Казахстан. По причине остающейся остроты земельного вопроса некоторая часть коммунистов-казахов предлагала временно воздержаться от переселения крестьян из центральных районов России. В 1926 г. ЦИК республики даже вынес решение, по которому крестьяне, самовольно переселившиеся в Казахстан после 31 августа 1925 г., при землеустройстве лишались права на получение земли. В этой ситуации они должны были возвращаться обратно или арендовать землю у правительства республики. Одновременно с этим звучали настойчивые требования предоставить определенные преимущества при землеустройстве и землепользовании коренному населению.
 
 Страшный голод, поразивший Казахстан в 30-х гг. и унесший жизни почти 1,8 млн. человек, прочно слился в общественном сознании с именем Ф.И. Голощекина и его теорией "Малого Октября” в Казахстане. Начало этому положил XV съезд ВКП(б) (декабрь 1927 г.), где была принята резолюция взять курс на всеобщую массовую Коллективизацию в сельском хозяйстве. Назначенные в Москве первые руководители на перифериях принялись с рвением осуществлять намеченную программу, проявляя инициативу и соревнуясь друг с другом по перевыполнению плана. Это была именно та ситуация, когда на безапелляционное вооружение берется принцип “цель оправдывает средства”. Этому способствовали отсутствие контроля сверху и беззащитное положение местного населения. Сверхвысокими темпами началось обобществление рабочего скота и сельхозинвентаря крестьян. Разоренные крестьянские хозяйства остались без средств к существованию, резко сократилось сельхозпроизводство. Уже менее чем за год, с 1927 по 1928 гг., количество колхозов в Казахстане увеличилось на 581%.
 
Ф. Голощекин, ставший активным агитатором и проводником коллективизации в республике, выступил инициатором сверхфорсированного оседания казахских скотоводческих хозяйств. То, чего царизм добивался в течение столетия, он вознамерился осуществить радикальными мерами за два-три года. В ту пору распространенным было мнение о неразвитости казахской общины в экономическом отношении, неподготовленности ее перехода к социализму, что, кстати, признавал сам Голощекин. Однако директивы из центра и желание высветиться перед вышестоящим руководством были сильнее цены предпринятых им шагов. Выдающийся казахский ученый Алихан Букейханов, анализируя данные статистической экспедиции Щербины, участником которой он был, еще в 1913 г. на страницах газеты "Казах" сделал вывод, словно предчувствуя будущее своего народа, что для перехода на оседлость казахам потребуется 250 лет.
 
Серьезные ошибки, допущенные Голощекиным во время проведения массовой коллективизации и процесса оседания, стали для жителей республики трагическими. Совершенно не учитывались особенности такого сложного хозяйственно-культурного типа деятельности, как кочевое скотоводство, веками являвшегося основным занятием казахов и отражающего закономерную адаптацию к природно-климатическим условиям степи. За чрезвычайно короткий период времени была разрушена и без того ослабленная издержками предыдущей хозяйственной политики экономическая база казахской общины. В конечном итоге следствием игнорирования национальных особенностей стали трагические последствия для казахского народа. Животноводство в республике понесло колоссальный урон. За период восьмилетнего, с 1925 по 1933 гг., правления в качестве первого секретаря Казахстанского райкома ВКП(б) Филиппа Исаевича Голощекина, казахи прошли через “советизацию аула”, ликвидацию байских хозяйств, коллективизацию, насильственную политику перевода кочевников на оседлый образ жизни, реквизицию скота, через геноцид и голод. Итогом голощекинского “малого Октября”, проведенного им с 1932 по 1933 гг., стало то, что в Казахстане погибло свыше 40% казахского населения. В результате голода начала 30-х гг. в республике умерло около 1,7 млн. казахов, и это при общей численности в 5,8 млн. человек. Те, кто выжил и мог уйти, - ушли, а таких был почти миллион. Это были те казахи, чьи потомки сейчас, шестьдесят лет спустя, возвращаются на родину предков.
 
Одновременно с перипетиями в сельском хозяйстве развернулась и индустриализация. Именно в этот период в республике были построены такие гиганты тяжелой индустрии, как Чимкентский свинцовый завод, Балхашский медеплавильный завод, Усть-Каменогорский свинцово-цинковый завод и другие объекты тяжелой индустрии. Интенсивно развивалась и железнодорожная сеть. Активно шел процесс урбанизации, который сопровождался массовой миграцией рабочей силы из других частей Советского Союза.
 
50-е гг. ознаменовались очередным планом подъема сельского хозяйства в Казахстане, явившимся всесоюзной кампанией по освоению целинных и залежных земель. В 1954-1955 гг. в сельское хозяйство Казахста на было вложено 6105 млн. рублей, т. е. в 4 раза больше средств, выделенных на развитие народного хозяйства республики в 4-й пятилетке (1946-1950 гг.). Казахстан, действительно, за короткий срок превратился во всесоюзную житницу. Экспорт пшеницы стал важнейшим из источников пополнения республиканского бюджета. При необходимой потребности пшеницы наряду с оставляемыми запасами в 7 млн. тонн, республика добывала 30 млн. тонн зерновых. Благодаря целинной эпопее появились и существенно упрочили свои позиции города и сельские поселения Центрального и Северного Казахстана. Результаты поистине были впечатляющими.
 
Однако при всех достижениях этих лет, они, как это не раз бывало, носили в некотором смысле краткосрочный характер, были ориентированы на скорейшую отдачу и, следовательно, носили в себе зародыши последующего отказа от первоначальной затеи. Как и в других аналогичных случаях, это было во многом детерминировано действием идеологического приоритета. При всех своих благих намерениях целинная кампания была пропитана идеологией того времени, ориентированной на привязывание республик друг к другу как в народнохозяственном плане, так и в культурном отношении.
 
В те годы начальным результатом титанических усилий казахстанцев был огромный урожай - 1 млрд. 340 тыс. пудов хлеба, что на 402 млн. пудов больше государственного плана. За этот несомненный подвиг 40 тыс. трудящихся были награждены орденами и медалями, 139 получили звание Героя Социалистического Труда. Казахская ССР была награждена орденом Ленина. Орденом Ленина также был награжден руководивший тогда республикой И.Д. Яковлев.
 
Несмотря на видимый успех, проявились и негативные стороны освоения целины. Ранее незаметные, теперь, когда процесс освоения приобрел огромные масштабы, недостатки стали отчетливо проявляться - огромное количество задействованных, до 1 млн. человек, делали малорентабельным добытый урожай, большие территории в условиях обширных степей и т.д. Огромные запасы пастбищных угодий были приспособлены под урожайные поля, в итоге отрицательно отразившись на увеличении поголовья скота. Природа этой целинной эпопеи всецело отражала суть экономического подхода того времени. Она была буквально пропитана идеей плановой экономики с ее валовым подходом, когда во главу угла ставились объемы производства вне зависимости от затрат и рентабельности. Разумеется, осуществление этой затеи было и стало возможным лишь благодаря финансово-техническим и людским ресурсам всей страны. Построенная на экстенсивных началах данная кампания требовала огромных затрат, ее затуманивал пафос героизма и идеологии интернационализма. Не последнее место в этом занимало и желание руководства страны продемонстрировать преимущества плановой экономики перед капиталистическим миром. Однако неизбежным следствием экстенсивного освоения огромных территорий, вплоть до неприспособленных, эстала эрозия почвы. В последующем придется признать невыгодность такого метода работы, и республика возьмет курс на сокращение объемов задействованных территорий и повышение интенсивности урожая на оставленных.
 
В 1956 г. начались миграционные процессы, которые перекроили этническую карту Казахстана и о последствиях которых тогда не задумывались, Широкомасштабное привлечение на целину рабочей силы из других регионов СССР, брошенной на первый казахстанский миллиард в 1956 г., стал первым миграционным потоком из числа других крупных миграций, благодаря которым население Казахстана распределилось так, что численность коренного населения катастрофически быстро снизилась к 1965 г. до 30%. Началась активная русификация Казахстана, которая рассматривалась как естественный процесс единения народов СССР. Тем не менее, допускалась очевидная диспропорция. В динамично развивающиеся регионы привлекали работников со стороны, даже по тем специальностям, которые не требовали специальной подготовки, тогда как сюда можно было привлекать и местное население. Кроме того, под напором русификации началось быстрое сокращение школ, обучающих на казахском языке.
 
Таким образом, целинная кампания также не была исключением в ряду других приоритетов экономического развития республики, дополняя общую картину развития народнохозяйственного комплекса страны. Подъем хозяйства был лишен всестороннего подхода и не обеспечивал комплексного становления экономической системы республики. Само наращивание экономического потенциала Казахстана осуществлялось за счет вовлечения в народнохозяйственный оборот его сырьевых и топливных ресурсов.
 
Здесь было явное доминирование интересов Москвы, рассматривавшей народнохозяйственную структуру Казахстана как часть единого союзного комплекса. Экономика следовала идеологии планового производства с приоритетом валового продукта, где, по сегодняшним представлениям, первичным выступал подход экстенсивного производства и количественных показателей при игнорировании качественных. При жесткой централизации управления экономикой неизменно сохранялась отраслевая структура промышленности, характеризующаяся сырьевой направленностью, следуя амбициозным интересам базовых министерств, центр отдавал приоритет в развитии экономики республики добывающим отраслям, куда и направлялись крупные капитальные вложения в ущерб развитию перерабатывающей промышленности и наукоемких производств. Ко всему прочему довлели интересующие центральное руководство положение СССР на мировой арене, демонстрация силы и гонка вооружений, принципы социалистического соревнования республик между собой за дотации Москвы и т.д.
 
Отмеченная диспропорция в развитии различных отраслей экономики оставалась и в восьмидесятые годы. Так, доля добывающих отраслей промышленности в начале 80-х гг. была в 1,7 раза выше, чем в среднем по стране. Около половины промышленности республики находилось в ведении союзных министерств. Выкачивая из республики сырьевые ресурсы, получая огромную прибыль, союзные ведомства почти не вкладывали средства в республиканский бюджет на развитие инфраструктуры. В погоне за валовыми показателями и прибылью союзные министерства игнорировали интересы республики в развитии социальной инфраструктуры, в подготовке национальных рабочих кадров, в охране окружающей среды.
 
Сейчас становится все более очевидным, что развитие экономики республики проводилось исключительно в соответствии с планами центра. Можно сказать, что до сих пор нет однозначного ответа на то, что перевешивает: выигрыши или проигрыши от семидесятилетнего формирования казахстанской экономики. Несомненным плюсом является становление основ индустриального и сельского хозяйства, создание предпосылок для самостоятельного пользования ресурсами страны, и что очень важно, - подготовка национальных кадров. Однако, наряду с приобретениями были и не меньшие недостатки социалистической экономики.
 
Когда говорят об этих недостатках, то, как правило, рассматривают их в плоскости влияния политики на экономику. Не случайно, в СССР существовала специальная научная дисциплина - политэкономия. Это значит, что организация экономической жизни осуществлялась строго через призму политических приоритетов, другими словами идеологии. На заре становления Советской власти, как в Казахстане, так и в целом по Советскому Союзу, хозяйственные мероприятия стали проводиться с обязательным идеологическим уклоном.
 
Наиважнейшей экономической задачей режима являлось установление и удержание государственной монополии в экономике целом. Это достигалось путем прямой национализации промышленной и финансовой сферы и полного подчинения формально негосударственного сельского хозяйства. Укреплению тоталитарной системы в экономике Казахстана служило и разрушение традиционной общины через ликвидацию социальной дифференциации и массовый переход казахов к оседлости, методы осуществления которой привели к развалу казахского хозяйства и широкомасштабному геноциду народа. Государственная монополия в экономике создала условия и служила для ее политизации, что, как и во всех других сферах жизни общества, было в интересах режима. Как итог слома рыночных институтов, в процессе проведения индустриализации и коллективизации в республике сложилась экономическая система закрытого типа с доминирующими нормами государственного разрешения экономических задач, высокой степенью исполнительства и подчинения распоряжениям сверху, боязнью хозяйственной самостоятельности низовых звеньев. Инструментами построенной экономической системы являлись усиление директивных начал, жесткая централизация, оперативное администрирование, жесткий контроль. Все отмеченные методы сполна проявили себя в экономическом развитии Казахстана, одной из крупных союзных республик Союза ССР.
 
Наконец, следствием и характерной чертой социалистической системы государственной монополии была социальная политика государства. Наряду с либеральной и консервативной моделями, она стала одной из осуществленных на практике парадигм поддержания социальной сферы. Подобно другим областям общественной жизни, социальная сфера социалистического общества являла собой прямое последствие функционирующей политической и экономической систем.
 
Основной сферой реализации социальной справедливости являлась область распределительных отношений между классами, социальными группами и индивидами по поводу жизненных благ, служивших средствами удовлетворения их потребностей. Социальная политика при социализме была направлена на выравнивание стартовых различий путем обеспечения равнодоступности социальных благ. Все это стало возможным благодаря плановой экономике и государственному патернализму в экономической сфере.
 
Стоит отметить, что по некоторым базовым параметрам коммунистическая модель государственной социальной политики схожа с либеральной парадигмой. Однако идентичность моделей имеет минимальное значение, если они действуют в различных политико-экономических системах. Либеральная модель функционирует наравне с консервативной, а конкуренция и попеременное занятие ими сферы определения государственных приоритетов после прихода к власти либеральной или консервативной партий, в итоге уравновешивает общий результат. Другая ситуация складывалась при существовавшей в СССР социалистической системе с монопольным правлением одной партии. Как закономерный результат, потребность в социальной защите обернулась во все большую необходимость социальной поддержки населения, возрастая по геометрической прогрессии, что стало не под силу государству. Следствием проведения в жизнь в течение нескольких десятилетий политики государственного патернализма стало и распространение социального иждивенчества.