Главная   »   Читать онлайн. Код Евразии. Адил Ахметов   »   ГЛАВА 25. ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ ВЗРЫВ


 ГЛАВА 25. ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ ВЗРЫВ

Может быть, для облегчения и прояснения жизни, для сохранения власти над миром, грозящем захлестнуть нас бурным потоком времени, на ноосферном этапе развития приходится создавать высокие технологии во всех сферах человеческой деятельности — от сельского хозяйства до космических исследований, от спорта до ядерной энергетики. Это тоже явный признак новой реальности, и сегодня он налицо. Сегодняшние ориентиры — «хай тэк», «экономика знаний». И, что показательно, знаний несколько (а иногда принципиально) иного толка, нежели ортодоксальное научное знание, бескомпромиссно оберегаемое официальными научными учреждениями.
 
Однако их усилия напрасны, потому что исповедуемое ими позитивистское мировоззрение чем дальше, тем больше испытывает непреодолимые трудности при создании прорывных технологий. Ведь согласно ему, истинно то, что полезно в данный момент. У американцев позитивистское мышление, типичное мышление атлантизма. Нам. евразийцам, оно свойственно в гораздо меньшей степени. И об этом надо знать, чтобы принимать обоснованные решения в любой области. Надо знать достижения и особенности своей культуры, своей цивилизации. Мы можем взять на вооружение новые прорывные концепции и резко сократить все расходы, исключить все развилки и двигаться напрямую к цели, а не разбрасываться, не «щупать» там и там — вдруг откроется что-то необычное, перспективное?

 

Поэтому творцы интегральной науки нам особенно необходимы. Они необходимы в буквальном смысле для выживания евразийских стран и народов, как бы странно это ни прозвучало. Для движения вперед. Эти люди улавливают и доносят до нас откровения, приходящие из духовного мира, из мира идей. Они представляют эти откровения в привычной нам форме — в виде законов, уравнений и прочего, с чем уже может работать прикладная наука, инженеры и практики. Это их неоценимый вклад в прогресс, в общее дело, овеществляемый в новых прорывных технологиях энергетики, транспорта, информатики, образования, медицины, производства продовольствия и прочих первостепенно важных областях жизнеобеспечения.
 
В парадигме устойчивого развития одного из основателей этого направления Побиска Кузнецова присутствует так называемый тензор мощности, в виде которого записан фундаментальный закон сохранения. Этот тензор помещен в клеточку предложенной Кузнецовым и Бартини матрицы мира. Этих клеточек — хронопространств — всего 48, или 24 парных.
 
В них находятся все виды известных физических величин — физической части Генома мира. Это уже серьезный шаг к единому знанию, о котором раньше можно было только мечтать. В том числе потому, что физические величины выражались нa пространственно-временном, или LT — языке.
 
На нем же могут быть выражены и все химические «величины» — элементы таблицы Менделеева, могут быть записаны все законы и уравнения [55]. Ибо, по словам В. И. Вернадского, "время и пространство в природе отдельно не встречаются, они нераздельны. Мы не знаем ни одного явления, которое бы не занимало части пространства и времени".
 
Два этих языка — язык мощности и язык пространства-времени, то есть единый язык открытых систем, открытого мира — универсальный язык устойчивого развития оказался очень удобным для решения самых разнообразных научных и технических задач. На нем «разговаривают» технологии, потому что только изъясняясь на нем, можно определить, способствует ли технология росту уровня и качества жизни. Но главное предназначение технологий даже не в этом, а в изменении сознания. Прорывная технология сокращает время, затрату, увеличивает производительность, работоспособность, уменьшает потери — это очевидно.
 
Но прежде всего она меняет сознание. Когда осознается, что точно такой же дом можно построить не за год, а за неделю, происходит скачок в сознании, а развитие сознания создает условия для удовлетворения неисчезающих человеческих потребностей [55, 57].
 
Имея в распоряжении универсальный язык устойчивого развития и зная естественные законы природы, можно разработать прикладные методы проектирования будущего мира. Для этого требуется перейти в другую систему координат, где нет неустранимых в земных условиях ограничений пo пространству и времени. Эта система — весь Космос.
 
На космическом уровне соединяются в целостную конструкцию физика, химия, экология, экономика, финансы, социология, политика. С верхнего уровня видна всеобщая связь вещей. Глядя с такой высоты, понимаешь, что меняя какую-нибудь статью закона о наследовании или кредитные ставки в экономике, или технологии обогащения железной руды, или программу школьного курса литературы, да, в общем, что угодно и где угодно, автоматически, в силу «естественного хода вещей», как говорят в Китае, влияешь на весь мир. Ведь он един. И оттого экономика есть экология, экология есть финансы, финансы есть право, право есть образование, образование есть технологии переработки нефти. И так далее, до бесконечности. «Все — во всем».
 
Взгляд сверху позволят понять, что технологии — это не просто «железки». Больше того, это вообще не железки. Это правила преобразования потоков пространства и времени, изменения направлений их движения. Технологии присутствуют в любой области человеческой деятельности. Те же «цветные революции» в Грузии, на Украине, в Киргизии или череда недавних переворотов в Африке — это политические технологии, организующие движение пространственно-временных потоков с целью захвата и использования власти [57].
 
Такие и похожие технологии сегодня широко используются, нравится нам это или нет. Они типичный атрибут современной технологической культуры. Свой технологический арсенал, свой технологический уклад присущ каждой эпохе. Согласно российским академикам Д.С. Львову и С.Ю. Глазьеву, сейчас страны научно-технического авангарда живут при пятом технологическом укладе и готовятся к переходу в шестой. Базой пятого уклада являются микроэлектроника, телекоммуникации, гибкая автоматизация, комбинированное применение различных конструкционных материалов. Ключевыми факторами шестого уклада останутся информатика и микроэлектроника, на основе которых будут формироваться системы искусственного интеллекта, бурно развиваться биотехнологии.
 
Похоже, что черты шестого уклада определены с помощью простой линейной интерполяции, что при составлении этого прогноза использовался принцип «все как сегодня, только больше и лучше». Видимо, прогнозисты практически не учитывали разнообразные сюрпризы, которые наверняка преподнесет интегральная наука, те перемены в самом способе жизни сотен миллионов людей, которые станут абсолютно неизбежными ввиду появления каких-то невероятных, непредставимых сейчас новаций. Как, например, изменится бытие человечества при переходе на синхронизированный с ритмами Галактикой календарь? Ведь он покончит с господством принципа «время — деньги». Линейные прогнозы этого не покажут. Что произойдете культурой, производством, бытом при утверждении четырехмерной цивилизации? Линейное, то есть, по сути, одномерное прогнозирование здесь совершенно бессильно.
 
Примеры нелинейных многомерных прогнозов дают известные предсказания А. Кларка, Л. Ларуша, П. Николса. Заведующий кафедрой устойчивого инновационного развития университета «Дубна» Б.Е. Большаков и К.Н. Шадров составили на их основе сводный список прорывных технологий на XXI век [57]. Эти технологии — «воспоминание о будущем», не имеющие аналогов в настоящем.
 
Вот их список:
 
2012-2016 годы — появление прорывных технологий финансов путем введения единой мировой валюты — киловатт-часа;
 
2015 год — расцвет нанотехнологий, полный контроль над атом-ным строением вещества;
 
2015 год — получение одного вещества из другого;
 
2018 год— технология управления временем активной жизни человека;
 
2019 год — технология преодоления возраста (проблема индивидуального телесного бессмертия);
 
2020 год — технологии создания искусственного интеллекта, достигающего уровня человеческого;
 
2020 год — антигравитационные технологии;
 
2022 год — технология управления мыслями;
 
2025 год — технологии замены носа, глаз, кожи на более эффективные искусственные органы благодаря открытию механизмов функционирования органов чувств;
 
2040 год — технологии воспроизведения молекулярных дубликатов любых предметов и веществ. Условно говоря, из уличной грязи можно будет получать продукты, одежду, бриллианты, поэтому промышленность и сельское хозяйство потеряют смысл, человек уйдет в искусство, образование и развлечения;
 
2043 год — технология автотрофного питания по типу солнцеедов;
 
2045 год — технологии мысленной психической материализации предметов из эфира;
 
2051 год — технология невидимости;
 
2095 год — технологии дередвижения со скоростью, близкой к световой.
 
«Технологии будущего», как утверждает российско-казахстанская школа устойчивого развития, распределены по 8 классам [57].
 
1. Технологии качества организации управления.
 
2. Технологии образования.
 
3. Технологии здоровья.
 
4. Технологии жилища (строительства).
 
5. Технологии транспорта.
 
6. Технологии энергетики.
 
7. Технологии материалов.
 
8. Технологии информатики.
 
Оказывается, в каждом из этих классов будущее уже почти различимо. Цель — сделать эти очертания реальностью и тем самым перевести страны ядра Евразии, Казахстан и Россию на стратегически верный, концептуально привлекательный, обоснованный интегральной наукой путь устойчивого развития.
 
Подробности читатели найдут в Приложении 2.
 
Если с позиций мировоззрения устойчивого развития технологии являют собой правила преобразования потоков пространства и времени, то с позиций культурологии это обусловленные состоянием знания и общественной эффективностью способы достижения целей, поставленных обществом. Сумма технологий составляет технологическую культуру — фундаментальный компонент общей культуры какой-то страны, какой-то цивилизации, какого-то цивилизационного цикла. Поэтому в задачу создания объединенной Евразией новой культуры мирового уровня не может не войти технологическая часть (и это, кроме прочего, диктуется диалектикой: с одной стороны, технологии порождаются культурой и постоянно получают из пространства культуры стимулы для развития, с другой, технологии есть сила, которая активно воздействует на все культурное пространство). Базу для ее создания обеспечит концепция устойчивого развития вместе с ее методологическими и проектологическими приложениями, образцом послужат уже созданные прорывные технологии свободной энергии, алхимические, арканные и другие технологии жизнеобеспечения, и не только евразийские. А в качестве «образа творимого будущего», пусть и не слишком далекого, вполне подойдет перечень Большакова-Шадрова, составленный на основе прогнозов Кларка, Ларуша и Николса.
 
Важнейшей частью технологической культуры является, в свою очередь, культура воплощения замыслов. И туту нас, евразийцев, большой! пробел. У нас плохо развито умение реализовывать идеи, превращать их в высокотехнологичную продукцию, в вещи, работающие на повышение качества жизни. Умения внедрять не было в Российского Империи, не было в империи советской, а теперь точно так же нети в новой России, ни в тех странах, что возникли из бывших советских республик, в том числе в Казахстане. Заметим, что для самостоятельного Казахстана это странно, ведь казахский Логос, как мы выяснили, в отличие от русского, склонен «закруглять», доводить дела до конца. Но так — в теории. На практике выходит не так. Изобрести у нас умеют. Изготовить, использовать, продать, заработать на идее, применить у себя, чтобы сделать жизнь удобнее, комфортнее, качественнее,— нет. Генетическая способность к творчеству, с одной стороны, я какая-то фатальная неспособность пользоваться его плодами, с другой — застарелое евразийское противоречие. Плюс вечная неумирающая надежда, что оно вот-вот разрешится в пользу творчества. Ведь оно важнее. Умение изобретать дар Божий, а умение внедрять — дело житейское и потому, вроде, наживное.
 
Однако надежды не спешат оправдаться. Скольжение по накатанной "сырьевой колее" серьезно уменьшает наши шансы на грядущее лидерство. Увеличить их может только «технологический взрыв». И такой "взрыв" принципиально возможен.
 
В чем его спасительный смысл? В том, говорит известный российский экономист М. Делягин, что при нашем активном, если не решающем участии преодолевается застой, навязываемый миру глобальными монополиями, особенно губительный для тех, кто не имеет счастья быть причисленными к «золотому миллиарду». Дело в том, что технологии сегодня настолько мощны, что меняют сам способ производства, резко повышая производительность труда, а, следовательно, разрушают монополии, благоденствие которых прямо зависит от сохранения нынешнего уровня производительности. Для монополий путь технологического рывка нежелателен и опасен, к тому же он, как выяснилось при анализе, вообще деструктивен — в глобальном плане для мира благотворен застой, сохранение статус-кво, когда значительная часть человечества, занятая на традиционных, пусть и не самых эффективных производствах, может как-то себя прокормить. Противоречие? Да, масштабное, планетарное: нельзя лишать людей средств к существованию, но и консервация господства глобальных монополий, ограничение технологического прогресса ведет к дополнительным искажениям структуры мировой экономики.
 
Есть ли выход? Есть. Анализ показывает, что разрушительность новых технологий является меньшим злом по сравнению с монопольным загниванием. Поэтому противоречие должно разрешаться в пользу прогресса. Дело, стало быть, за программой, «технологией» самого технологического рывка. В первую очередь, полагают аналитики, он может быть совершен за счет уже существующего сегодня класса так называемых «закрывающих» технологий. Они названы так потому, что, будучи на порядки эффективнее, производительнее старых, делают ненужным, «закрывают» множество широко распространенных, традиционных производств и открывают новые, С гораздо большей производительностью труда.
 
"Закрывающие" технологий разрабатывались преимущественно в СССР как средство конкурентной борьбы с Западом. На Западе же, напротив, их разработка всячески тормозилась, ибо конкурентные преимущества укрепляющемуся глобализму обеспечивало существующее положение вещей. Конечно, во время реформ на Запад уплыло много подобных технологи. Но и в России осталось немало. По данным экспертов, многие идеи были успешно доработаны «под крылом» разнообразных коммерческих структур. В их числе технологии компьютерных войн — абсолютное оружие сдерживания, более дешевое и эффективное, чем ядерное, к тому же экологически чистое, дающее возможность действовать не на основе привычной доктрины гарантированного взаимного уничтожения, а на основе доктрины гарантированного безнаказанного уничтожения противника. Называют и технологии изменения физических свойств материалов (по определению — алхимические). Или технологии беспроводной передачи электроэнергии (по-видимому, наследующие опытам Николы Тесла). Или технологии стимулирования сознания...
 
Массовый стихийный вброс этих новаций на рынок вызовет резкое сжатие мировой индустрии и породит мировую экономическую катастрофу. Однако контролируемое постепенное распространение закрывающих технологий может оказаться благотворным для нормальной глобальной конкуренции и ускорит превращение интегрированной Евразии в четвертый мировой центр силы.
 
Так — постепенно — вырисовываются направления работы над созданием новой технологической культуры. Назовем еще одно. Оно весьма специфично и актуально лишь для Евразии, но не считаться с ним нельзя.
 
В 90-х годах прошлого века в России и Казахстане шел интенсивный передел ископаемых сырьевых ресурсов, точнее, энергоносителей. Ничем другим молодой и хищный бизнес СНГ не интересовался — ни недвижимостью, ни производственными площадями, ни землей, ни сельскохозяйственными угодьями. Все это, что называется, «валялось под ногами",нужно было только нагнуться и поднять, но наклоняться за такой мелочью было просто лень.
 
К концу 90-х, по выводам аналитиков, передел сырьевой сферы закончился и начался передел недвижимости и земли на которые резко пошли вверх. Этот процесс занял "нулевое" десятилетие. Что осталось поделить в нынешнем? Интеллектуальные ресурсы, знания, квалификация - гораздо более серьезный источник богатства, чем нефть и недвижимость, поскольку хорошая идея способна принести умному и энергичному человеку огромную прибыль. Пока бесхозные интеллектуальные ресурсы, как советские, так и новые, созданные уже в самостоятельных государствах, в России и Казахстане есть. Их скупка, по прогнозам, начнется после 2012 года, их цена подскочит, как подскочила в предыдущее десятилетие цена недвижимости. Однако уже сейчас, не дожидаясь срока, правильно понявшие ситуацию деловые люди приобретают идеи — особенно фундаментальные, масштабные, сулящие миллиардные прибыли. Это, например, идеи новых способов получения энергии, получения веществ с уникальными свойствами, новых движителей. Создаются частные исследовательские «алхимические» центры, где поднимаются совершенно мистические темы и обсуждаются самые мистические проекты.
 
О первых результатах можно будет судить, по-видимому, после 2012 года. Тогда, возможно, станет ясно, что будущая технологическая культура уже создается, а значит, Евразийский цикл уже идет.