http://wibuy.ru/ сумка для macbook.


 № 48

КАК МЫ КОВАЛИ ПИКИ

Джалил Бекмурзин,
сарбаз восстания 1916 года
 
[20] лет прошло с той поры, как Амангельды Иманов мобилизовал двенадцать кузнецов и меня в том числе для ремонта и изготовления оружия, но воспоминания об этих днях еще свежи и никогда не изгладятся из моей памяти.
 
Всех нас поселили километрах в восьми от Батпаккары, где была ставка самого Амангельды.
 
Днем и ночью ковали мы новое и чинили старое оружие.
 
Старший по кузнице обязан был заботиться о нашем питании и снабжении кузницы углем, железом и другими материалами.
 
Работали мы не за страх и не ради денег. Работали на своих братьев, защищавших наше кровное дело. Но надо сказать, что труд наш не оставался невознагражденным. За каждую, например, изготовленную найзу (пику) платили нам по 2 рубля.
 
Мы ночевали здесь же, на месте работы. Был у нас свой кашевар, никуда за обедом отлучаться не приходилось. Да и нельзя было: время ведь было военное, и наши руки могли понадобиться в любую минуту.
 
Так проработали мы в кузнице около четырех месяцев: с ноября 1916 года по февраль 1917 года.

 

За день вырабатывали по 10—15 шашек, 5—10 айбалта и от 20 до 25 пик.
 
Частенько захаживал к нам в кузницу Амангельды. Сам он был очень искусен в оружейном ремесле. Настоящий «уста». С большим нетерпением ожидали мы бывало его прихода: он охотно показывал нам, как получше сделать айбалта или шашку, шутил с нами, подбадривал нас, вселял уверенность в победе над царскими палачами.
 
Но вот в середине февраля 1917 года карательный отряд прорвался к нашей зимовке, разграбил ее и сжег. Я и мои товарищи по кузнице успели убежать, но наш кашевар Рахмат Баймурзин как-то замешкался, был схвачен и расстрелян.
 
* * *
 
В 1919 году, вскоре после смерти Амангельды, в мечети нашего аула было оглашено чье-то распоряжение о встрече большого алаш-ордынского начальства. Для этих начальников велели выставить 17 кибиток.
 
Приехал карательный алаш-ордынский отряд в 40—50 бандитов. Командовал ими Селим Гирей Каратлеуов. В нашем ауле они пробыли дня четыре. Все искали красногвардейцев из отряда Амангельды, а также собирали имевшиеся по юртам ружья, пики и шашки.
 
При, этом они непрерывно бесчинствовали, грабили население, насиловали женщин и т. д.
 
Предателей в нашем ауле не нашлось: сподвижники Амангельды успели спрятаться или скрыться. Каратлеуов и его «джигиты» уехали, никого не найдя, но оставили по себе в ауле недобрую память и угнали на прощанье семнадцать лошадей.
 
Была среди них и моя лошадка...