Анализ организации бизнес процессов в рыночной экономике http://www.econbook.ru/business
Главная   »   Судебная защита конституции. Жолымбет Баишев   »   ОСОБОЕ МНЕНИЕ СУДЬИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН ИХСАНОВА У.К.


 ОСОБОЕ МНЕНИЕ СУДЬИ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КАЗАХСТАН ИХСАНОВА У.К.

по делу „О проверке конституционности частей 3, 4, 5 и 6 статьи 33, части 1 со слов "оно может быть внесено и вышестоящим прокурором", частей 3, 5, б статьи 34, частей 1, 3 статьи 35 Закона Казахской ССР от 13 ноября 1990 года „О статусе народных депутатов в Казахской ССР"
 
29 ноября 1993 года, г.Алматы
 
Согласно статьи 130 Конституции Республики Казахстан и статьи 2 Закона „О Конституционном Суде Республики Казахстан" Конституционный Суд рассматривает иски, а также представления судов (общей юрисдикции и арбитражных) о соответствии Конституции Республики Казахстан законов й иных актов, международных договорных и иных обязательств Республики Казахстан. Проверять (устанавливать) соответствие или несоответствие конкретного закона или иного акта Конституции можно при условии, что по вопросу, разрешаемому оспариваемым законом, в самой Конституции содержатся определенные правила или положения. В противном случае проверка закона или другого правового акта Конституционным Судом исключается, поскольку этот закон не с чем сопоставлять или сравнивать (для определения его соотвествия или его несоответствия). Устанавливать соответствие закона или иного акта „общему духу", „общим принципам" Конституции и неправомерно и недопустимо. Именно поэтому статьей 22 Закона „О Конституционном судопроизводстве в Республике Казахстан" установлено, что судья отказывает в возбуждении конституционного судопроизводства, если заявленные в обращении требования не получили разрешения в Конституции Республики Казахстан.
 

 

В исковом заявлении, направленном в Конституционный Суд, Генеральная Прокуратура республики поставила вопрос о проверке конституционности частей 3, 4, 5, 6 статьи 33, нескольких частей статей 34 и 35 Закона Казахской ССР от 13 ноября 1990 года „О статусе народных депутатов в Казахской ССР". Иск был мотивирован тем, что упомянутые нормы Закона „О статусе народных депутатов” позволяют местным Советам необоснованно отказывать следственным органам в даче согласия на привлечение совершивших преступления депутатов к ответственности. Генеральная прокуратура исходит из того, что предусмотренные названным законом положения о неприкосновенности депутатов местных Советов народных депутатов противоречат статьям 1 и 37 Конституции Республики Казахстан, первая из которых провозглашает равенство прав и свобод граждан вне зависимости от их социального и должностного положения, а вторая закрепляет принцип „Все равны перед законом и судом",
 
В числе аргументов Генеральной Прокуратуры имеется и ссылка на статью 69 Конституции 1993 года: по мнению истца, данная статья, в отличие от статьи 95 Конституции Казахской ССР 1978 года, говорит о неприкосновенности не всех депутатов, а только депутатов Верховного Совета, следовательно, Конституция Республики Казахстан более не предусматривает иммунитета для депутатов местных представительных органов.
 
Представляется, что с указанными доводами истца нельзя согласиться. Причем, только по формально-юридическим, правовым основаниям, без учета соображений целесообразности, в том числе отрицательного отношения современного общества к любым Привилегиям, „текущего момента" (самороспуска ряда советов) и так далее. На заседании Конституционного Суда представителями Генеральной Прокуратуры приводились примеры, когда отдельные советы в даче согласия на привлечение „своих” депутатов к установленной ответственности отказывали заведомо необоснованно, порой без указания каких-либо мотивов. Такие факты невозможно расценить иначе, как злоупотребление правом, предоставленном местным советам Законом „О статусе народных депутатов в Казахской ССР". Данный Закон принят еще в период пребывания Казахстана в составе бывшего СССР, на основе и под. влиянием одноименного общесоюзного закона. Уже поэтому он, вне всякого сомнения, будет пересматриваться, а, возможно, и признаваться утратившим силу. Решать эти вопросы на основании статьи 6 Переходных положений к Конституции республики будет законодательный орган. Судебное вмешательство в процесс совершенствования законодательства допустимо лишь при наличии предусмотренных законом оснований в форме признания „устаревшего" акта или его частей незаконным, не соответствующим Конституции и тому подобное.
 
Но в материалах рассмотренного Конституционным Судом дела не усматриваевается, на мой взгляд, достаточных оснований для признания упоминавшихся статей Закона „О статусе народных депутатов в Казахской ССР" не соответствующими Конституции Республики Казахстан.
 
Прежде всего вызывает сомнение правомерность сопоставления оспариваемых истцом статей Закона „О статусе народных депутатов в Казахской ССР" со статьями 1 и 37 Конституции. Как указывалось выше, по смыслу ст.2 2 Закона „О Конституционном судопроизводстве в Республике Казахстан" для проверки соответствия оспариваемого акта Конституции затрагиваемые в этом акте вопросы должны получить разрешение в конкретных статьях или положениях Конституции. Ни в статье 1, ни в статье 37 Конституции вопросы депутатского иммунитета не затрагиваются. Один из привлеченных Конституционным Судом экспертов в своем заключении указывает, что считает „некорректным противопоставлять гарантии депутатской деятельности, и в частности принцип депутатской неприкосновенности, конституционным статьям о равноправии граждан (статьи 1 и 37 Конституции Республики Казахстан)", поскольку иммунитет — это гарантия независимости как самого парламентария, так и законодательного органа, членом которого депутат является. Далее, этот же эксперт пишет: "ссылка на статьи 1 и 37 Конституции Республики Казахстан в обосновании неконституционности части 6 статьи 33, частей 1 и 3 статьи 35 Закона Казахской ССР "О статусе народных депутатов Казахской ССР" неправомерна, ибо в противном случае надо было бы признать неконституционность и самой статьи 69 Конституции Республики Казахстан (закрепляющей иммунитет (неприкосновенность) депутата Верховного Совета — У.К.), и нормы Конституции о неприкосновенности Президента, Вице-Президента, судей Констатуционного Суда, что противоречит идеям демократии и мировой конституционной практике". Приведенные доводы о неправомерности сопоставления оспариваемых норм со статьями 1 и 37 Конституции представляются достаточно убедительными.
 
Теперь в отношении статьи 69 Конституции 1993 года, на которую также ссылаются в обоснование неконституционное™ норм о депутатском иммунитете, содержащихся в Законе „О статусе народных депутатов в Казахской ССР" от 13 ноября 1990 года.
 
Действительно, статья 69 Конституции Республики Казахстан 1993 года, в отличие от статьи 95 Конституции Казахской ССР 1978 года, не закрепляет иммунитета (неприкосновенности) депутатов местных представительных органов. Но статья 69 Конституции 1993 года не могла и не должна была предусматривать этого. Дело в том, что названная статья расположена в главе 12 „Верховный Совет". Понятно, что ни о каких вопросах, не относящихся к Верховному Совету, в данной главе речь не идет.
 
При такой системе построения глав в Конституции 1993 года возможные нормы об иммунитете депутатов местных Советов логично располагать (и искать) в той главе, в которой говорится о местных представительных органах. (В Конституции Казахской ССР 1978 года, построенной по другому принципу, упоминавшаяся ст. 95 была расположена в главе II „Народный депутат" и потому распространялась на депутатов всех звеньев). Действительно, в статье 91, расположенной в главе 15 „Территориальная организация государства и местное управление", записано: „компетенция местных представительных органов, порядок их организации и деятельности, число депутатов и их правовое положение устанавливаются законом". Поскольку вопросы депутатского иммунитета охватываются более широким понятием „правовое положение депутатов", вполне вероятно, что в упомянутом статьей 91 Конституции законе эти вопросы также найдут свое разрешение. Обязательность принятия закона о местных представительных органах Республики Казахстан вытекает из статьи 5 Переходных положений Конституции, а по сведениям, приведенным средствами массовой информации, проект такого закона уже внесен на рассмотрение ближайшей сессии Верховного Совета республики.
 
Из сказанного следует, что умолчание в статье 69 Конституции Республики Казахстан об иммунитете депутатов местных представительных органов ни в коей мере не означает отказа от дальнейшей защиты неприкосновенности таких депутатов. Раз это так, упомянутая (69-я) статья Конституции также не может использоваться для обоснования неконституционности статей Закона „О статусе народных депутатов в Казахской ССР”, закрепляющих особый порядок привлечения депутата к судебной ответственности.
 
Таким образом, ввиду отсутствия в Конституции Республики Казахстан каких-либо касающихся иммунитета депутатов местных представительных органов установлений, о соответствии или несоответствии которым оспариваемых Генеральной Прокуратурой Республики Казахстан правовых норм можно было бы говорить, конституционное судопроизводство на основании подпункта 6 пункта 3 статьи 22 Закона „О Конституционном судопроизводстве в Республике Казахстан" не подлежало возбуждению. Но будучи возбужденным, подлежит, на мой взгляд, прекращению производством.
 
Проблему необоснованных отказов со стороны отдельных местных советов дать предусмотренное Законом „О статусе народных депутатов в Казахской ССР" согласие на привлечение их депутатов к судебной ответственности необходимо решать способами, не порождающими новых проблем, других правонарушений. Отмена Конституционным Судом части правовых норм об иммунитете депутатов практически означала бы, что данный Суд вышел за пределы своей компетенции и занялся несвойственным ему делом — решением того, нужны депутатам какие-либо гарантии, а если нужны, то в каком объеме (пределе) и так далее.
 
Судья Конституционного Суда Республики Казахстан
У.ИХСАНОВ