Главная   »   Судебная защита конституции. Жолымбет Баишев   »   § 3. ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПРАВ ЛИЧНОСТИ В КОНСТИТУЦИОННОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ


 § 3. ОБЕСПЕЧЕНИЕ ПРАВ ЛИЧНОСТИ В КОНСТИТУЦИОННОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

Республика Казахстан вступила в качественно новый этап своего развития, начало которому положила принятая Конституция Республики Казахстан. В период глубоких экономических реформ, когда неизбежно происходит снижение жизненного уровня населения, особую актуальность приобретают усилия Конституционного Суда республики по защите экономических интересов каждого жителя суверенного Казахстана. В целях выполнения этой задачи, в первые же дни своей деятельности, по обращению граждан, в Конституционном Суде было возбуждено дело о проверке конституционности указа Президента Республики Казахстан от 13 февраля 1992 года „О чрезвычайных мерах по обеспечению народного хозяйства республики наличными деньгами". В соответствии с этим указом на территории республики до конца 1992 года вводился особый режим операций с наличными деньгами. Расчеты между предприятиями, организациями и учреждениями предписывалось осуществлять исключительно в безналичном порядке. Ограничивалась выдача наличных денег из касс банков и только на строго определенные цели. Кроме того, пункт 3 указа обязывал предприятия, организации и учреждения, независимо от форм собственности, ежемесячно производить перечисления из заработной платы работающих во вклады в размере 30 процентов от среднемесячной заработной платы, превышающей 2000 рублей. Свою известность указ приобрел с первых же дней действия. В органы государственной власти и управления стали поступать многочисленные обращения от граждан, трудовых коллективов о затруднениях при получении наличных денег из сбербанков, о случаях злоупотреблений в сфере банковских операций и денежного обращения. Наличные деньги сами превратились в товар, появилась существенная разница между стоимостью товаров народного потребления по перечислению и за наличный расчет.

При изучении конституционности указа с юридической точки зрения для суда важно было выяснить, мог ли Президент в рамках своих конституционных полномочий издать этот указ. Статья 114 , действовавшей в момент издания оспариваемого акта Конституции, наделяла Президента Республики Казахстан правом издавать указы, в том числе нормативного характера, но только на основе и во исполнение Конституции и законов. В судебном заседании было установлено, что указ Президента Республики Казахстан от 13 февраля 1992 года „О чрезвычайных мерах по обеспечению народного хозяйства республики наличными деньгами" был издан в нарушение статьи 13 Конституции Казахской ССР, предусматривавшей охрану государством личной собственности граждан. Указ противоречил также действовавшему закону „О собственности в Казахской ССР“, так как ограничивалась возможность собственников, юридических лиц и граждан, распоряжаться своим имуществом в виде денег. Кроме того, указ Президента Республики Казахстан противоречил статье 38 Конституции, в которой закреплялось, что граждане имеют право на труд, то есть на получение гарантированной работы с оплатой труда в соответствии с его количеством и качеством и не ниже установленного государством минимального размера. Право на оплату труда означает не только начисление заработной платы, но и ее своевременное и полное получение работником. Совокупность указанных доводов позволила суду сделать вывод о том, что указ Президента Республики Казахстан от 13 февраля 1992 года „О чрезвычайных мерах по обеспечению народного хозяйства республики наличными деньгами" противоречил Конституции и законам республики, следовательно, был принят с превышением полномочий, предоставленных Президенту статьей 114 Конституции, а меры, предусмотренные в нем существенно ущемили права граждан.
 
Аналогичный подход был проявлен судом и при проверке конституционности постановления Верховного Совета Республики Казахстан от 18 января 1992 года №1158а-ХII „О сроках поэтапного введения в действие минимальных потребительских бюджетов", приложения к нему „Минимальная потребительская корзина в 1992 году ( на основе минимальных норм потребления продуктов питания), а также принятых на их основе актов Президента и Кабинета министров Республики Казахстан", в которых шла речь о базовых показателях, определяющих социально-экономическую политику государства на современном этапе — минимальных потребительских бюджетах и минимальной потребительской корзине. Суд установил, что при расчете стоимости среднедушевого минимального потребительского бюджета, определенного в размере 342 рубля в месяц, во внимание были приняты лишь итоги развития народного хозяйства и состояние бюджета, без учета научно обоснованных минимальных норм и нормативов. При этом не были предусмотрены статьи расходов человека или семьи на одежду, обувь, мебель, посуду, предметы культурного и бытового назначения, культурно-просветительные мероприятия и отдых, бытовые услуги, связь, что противоречило статье 7 закона „О минимальном потребительском бюджете" и вело к резкому снижению жизненного уровня социально незащищенных слоев населения Казахстана, их обнищанию, росту социальной напряженности. Однобокий подход, проявленный правительством и Верховным Советом, препятствовал реализации прав граждан на отдых, охрану здоровья, образование, пользование достижениями культуры, материальное обеспечение в старости, в случае болезни, полной или частичной утраты трудоспособности, свободы научного, технического и художественного творчества, обязанности государства обеспечивать определенный уровень жизни, предусмотренных статьями 37,39,40,41,43,44, 45 Основного Закона Казахской ССР. Изученные доказательства позволили суду признать постановление Верховного Совета Республики Казахстан от 18 января 1992 года № 115 8а-ХII „О сроках поэтапного введения в действие минимальных потребительских бюджетов", приложение „Минимальная потребительская корзина в 1992 году (на основе минимальных норм потребления продуктов Питания ) не соответствующими Конституции (Основному Закону) Казахской ССР.
 
Уже после принятия Конституции Республики Казахстан Конституционный Суд рассмотрел еще два дела, связанных с защитой экономических прав граждан и юридических лиц. Признаны несоответствующими Конституции нормативные акты и правоприменительная практика, связанная с использованием контрактной формы трудовых отношений, а также положения закона Республики Казахстан „О налоге на добавленную стоимость" в части освобождения от НДС государственных телерадиовещательных кампаний, Казахского государственного информационного агентства, тогда как аналогичные коммерческие учреждения обязаны были платить этот налог.
 
Если предыдущие дела рассматривались в период действия Конституции Казахской ССР 1978 года, то при рассмотрении этих и последующих дел ситуация изменилась. Перед Конституционным Судом встала непростая задача — дать правовую оценку нормативным актам, принятым до вступления в действие Конституции Республики Казахстан. Сложность заключалась в том, что на территории Казахстана конституционно-правовой режим на различных этапах развития государства определялся по-разному. Если взять последние полтора десятка лет, то он определялся установлениями Конституции (Основного Закона) Казахской Советской Социалистической Республики, принятой в 1978 году с последующими изменениями и дополнениями. Как известно, 28 января 1993 года принята Конституция Республики Казахстан, которая формирует режим конституционной законности в республике в настоящее время. Особенностью новой Конституции являлось то, что в соответствии с переходными положениями Конституции некоторые нормы Конституции Казахской ССР 1978 года продолжали действовать до истечения срока полномочий Верховного Совета Республики Казахстан двенадцатого созыва. Это касалось положений Конституции Казахской ССР регулирующих количественный состав Верховного Совета, проведение его сессии, конституционно-правовой статус и полномочия президиума Верховного Совета, права народных депутатов республики, определение порядка деятельности Верховного Совета и его органов. Наряду с этим, некоторые статьи Конституции Республики Казахстан, устанавливающие ограничения для народных депутатов республики, в соответствии со статьями 3 и 8 переходных положений Конституции Республики Казахстан, не действовали и вступали в силу в порядке и сроки, установленные в самой Конституции. С правовой точки зрения, в республике некоторый период действовала Конституция Республики Казахстан с некоторыми положениями, заимствованными из Конституции Казахской ССР. Однако особенности конституционно-правового развития Казахстана не исчерпывались указанным обстоятельством. Дело в том, что 16 декабря 1991 года Верховный Совет Республики Казахстан принял Конституционный закон „О государственной независимости Республики Казахстан", в статье 18 которого прямо было указано, что нормы Конституции 197 8 года действуют постольку, поскольку они не противоречат этому закону. Волей народных депутатов, впервые в истории развития казахской государственности, закон по своей юридической силе был поставлен выше Конституции (Основного Закона) Казахской ССР. Этот юридический нонсенс обусловлен политическими мотивами и необходимостью в конкретно-исторических условиях закрепить независимость, нового государственного образования — Республики Казахстан. Действие одновременно трех актов, определяющих конституционный режим, осложнило работу суда. При анализе содержания нормативного акта на предмет конституционности Конституционный Суд Республики Казахстан обязан был соизмерять Положения исследуемого закона или другого нормативного акта с Конституцией Казахской ССР, если он был принят до 16 декабря 1991 года. Если же закон или иной нормативный акт был принят после 16 декабря 1991 года, то Конституционный Суд Республики Казахстан анализировал его на предмет соответствия положениям Конституции Казахской ССР, с учетом нововведений Конституционного закона „О государственной независимости Республики Казахстан". К примеру, рассмотренное Конституционным Судом Республики Казахстан дело о конституционности положений закона „О налоге на добавленную стоимость", предоставившего налоговые льготы государственным средствам массовой информации, характеризовалось тем, что этот закон был принят в период действия Конституции Казахской ССР и Конституционного закона „О государственной независимости Республики Казахстан", но оспаривался истцами при конституционно-правовом режиме, установленном новой Конституцией. В своем решении суд констатировал, что предоставление налоговых льгот только государственным средствам массовой информации способствует сохранению их монопольного положения на рынке издательской и иной информационной продукции в сфере идеологии, в то время как согласно части 2 статьи 4 8 Конституции Республики Казахстан „монополистическая" и всякая иная деятельность, направленная на ограничение или устранение законной конкуренции, получение необоснованных преимуществ, ущемление прав и законных интересов потребителей, не допускается". В принятом постановлении особо подчеркивалось, что хотя исследуемые правовые нормы приняты в период действия Конституции (Основного Закона) Казахской ССР 1978 года, не закреплявшей равенства различных форм собственности, это не может являться препятствием для проверки их конституционности, так как закон „О внесении изменений и дополнений в закон Республики Казахстан "О налоге на добавленную стоимость", был принят в период действия Конституционного закона от 16 декабря 1991 года „О государственной независимости Республики Казахстан", провозгласившего, что экономическая система Республики Казахстан основывается на многообразии и равенстве всех форм собственности. Кроме того, на момент принятия рассматриваемого закона уже действовал ряд других законодательных актов, закреплявших юридическое равенство различных форм собственности и видов предпринимательской деятельности.
 
В Конституционный Суд продолжают поступать иски о конституционности законов и нормативных актов, принятых в бытность Конституции Казахской ССР, но продолжающих действовать в современных условиях. Перед судом стала дилемма: оценивать конституционность положений оспариваемых законов и нормативных актов, исходя из установлений Конституции Казахской ССР или же оценивать Конституционность этих Нормативных актов в реалиях сегодняшнего дня на предмет соответствия Конституции Республики Казахстан? С Точки зрения здравого смысла конституционность нормативного акта должна оцениваться на момент его принятия, по отношении» к положениям действовавшей тогда Конституции. Логика при этом основана на том, что законодатель не мог и не должен был разрабатывать законопроект в соответствии с Конституцией, которая еще не принята. Однако такой анализ носил бы односторонний характер, так как главная задача Конституционного Суда о формировании Правового государства, защите конституционного строй и утверждении конституционной законности не была бы выполнена. С учетом этого Конституционный Суд Республики Казахстан, при рассмотрении конкретного дела о конституционности Закона „О налоге на Добавленную стоимость", исходил из того, что все без исключения законы, не Признанные в установленном порядке, утратившими силу, независимо от того, когда они Приняты, не должны противоречить действующему на данный момент Основному Закону, Возможные расхождения таких законов с Конституцией должны устраняться самим законодателем (в порядке, предусмотренном статьей 6 Переходных положений Конституции Республики Казахстан), а в случае предъявления иска о соответствии закона Конституции Подлежат установлению Конституционным Судом. В этой связи в решении подчеркнуто, что суд проанализировал ситуацию с точки зрения соответствия нормативного акта не только Конституции Казахской ССР, но и Конституционному закону „О государственной независимости Республики Казахстан", Конституции Республики Казахстан, и в результате признал его несоответствующим конституционным установлениям.
 
Аналогичная ситуация сложилась и при рассмотрении дела о проверке конституционности Постановления Кабинета Министров Казахской ССР от 17 апреля 1991 года № 239 „О порядке найма и освобождения руководителя государственного предприятия", а также правоприменительной практики, связанной с использованием контрактной формы трудовых отношений (трудовых договоров) в системе Министерства печати и массовой информации Республики Казахстан, Государственной телерадиовещательной компании „Казахстан". Конституционный суд признал несоответствующими Конституции (Основному Закону) Казахской ССР 1978 года и Конституции Республики Казахстан положения Постановления Кабинета министров Казахской ССР от 17 апреля 1991 года № 239 „О порядке найма, освобождения руководителя государственного республиканского предприятия", устанавливающие контракт в качестве единственного основания возникновения трудовых отношений с руководителями государственных республиканских предприятий, а также правоприменительную практику, связанную с использованием контрактной формы трудовых отношений (трудовых договоров) в системе Министерства печати и массовой информации, государственной телерадиовещательной компании „Казахстан" в части принудительного перевода на контракт работников, с которыми были ранее заключены трудовые договоры на неопределенный срок, включения в контракт не предусмотренных законом оснований трудовых отношений.
 
В обоих случаях ситуация упрощалась тем, что, Как отмечено в решениях суда, нормативные акты не соответствовали Конституции как в момент принятия, так и в нынешних условиях. Однако не исключена возможность, при которой положения закона или иного нормативного акта будут соответствовать требованиям Конституции Казахской ССР и прямо противоречить установлениям действующей Конституции. Согласно статье 6 переходных положений Конституции Республики Казахстан, законы и иные нормативные акты, а также акты местных представительных и исполнительных органов республики должны быть приведены в соответствие с Конституцией Республики Казахстан до 28 января 1995 года. До этого они продолжают действовать,поскольку не противоречат Конституции Республики Казахстан. С точки зрения юридической теории, положения законов и иных нормативных актов, противоречащие Конституции Республики Казахстан, субъективно перестали действовать со дня ее принятия, и вроде бы нет необходимости устанавливать это в Конституционном Суде. Однако, практика показывает, что закон и иные нормативные акты применяются повсеместно, пока они не отменены в установленном порядке или не утратили силу. В этой связи, если в Конституционный суд поступает исковое заявление о проверке конституционности закона, который не приведен в соответствие с Конституцией Республики Казахстан, то в целях утверждения конституционной законности, защиты прав и интересов граждан, Конституционный Суд возбуждает в установленном порядке судопроизводство и должен рассмотреть дело. При этом, если исследуемый закон соответствует установлениям Конституции (Основного закона) Казахской ССР, то суд, на наш взгляд, обязан отразить это в своем решении, а затем указать, что данный закон перестал действовать с 2 8 января 1993 года, поскольку вступил в противоречие с принятой Конституцией Республики Казахстан. Если на основе закона возникли правоотношения с участием граждан или юридических лиц, то их правовая состоятельность будет зависеть от временных границ конституционности или неконституционности этого закона, установленных решением Конституционного Суда. Так, в рассмотренном случае, правоотношения, возникшие после 28 января 1993 года, или акты, изданные в этот период на основе нормативного акта, признанного несоответствующим Конституции Республики Казахстан, утрачивают свою силу. Правоотношения же, возникшие до этой даты, считаются соответствовавшими действовавшей в то время Конституции и сохраняют свою силу.
 
Возможна ситуация, в которой закон, принятый в период действия Конституции Казахской ССР, будет не соответствовать ее положениям, вместе с тем отвечать установлениям новой Конституции. Это предполагает вынесение Конституционным Судом решения о несоответствии закона или иного нормативного акта Конституции Казахской ССР и о соответствии его положениям Конституции Республики Казахстан, оговорив при этом, что согласно статьи 11 Закона „О Конституционном Суде Республики Казахстан" отменяется действие данного закона или нормативного акта, а также действие других нормативных актов, основанных на них, со дня принятия и до 2 8 января 1993 года. И последняя возможная ситуация: это когда нормативный акт или закон, принятый до января 1993 года, по своему содержанию соответствуют как Конституции Казахской ССР, так и Конституции Республики Казахстан. В таком случае Конституционный Суд признает закон или нормативный акт соответствующим Конституции Казахской ССР и Конституции Республики Казахстан.
 
Следует отметить, что проблемы влияния временного фактора на вопросы установления конституционности законов и других правовых актов в ближайшее время со всей остротой встанут в практической деятельности возобновившего свою работу Конституционного Суда Российской Федерации. Согласно пункта 2 переходных положений новой Конституции Российской Федерации, законы и другие правовые акты, действовавшие на территории Российской Федерации до вступления в силу принятой 12 декабря 1993 года Конституции, будут применяться постольку, поскольку они не противоречат Конституции Российской Федерации.
 
В этой связи подход к определению конституционности нормативных актов в зависимости от режима действия Конституции в современных условиях имеет гносеологически-прикладное значение не только для Казахстана и России, но и для других регионов бывшего СССР, где созданы органы судебной защиты Конституции.
 
Юридически точное определение конституционности закона или акта нормативного характера, в зависимости от конституционно-правового режима, способствует обеспечению прав личности, защите основных свобод граждан.
 
В заключение следует подчеркнуть, что одной из главных задач конституционных судов является всемерная защита основных конституционных прав и свобод личности. К высшему достижению любой системы государственного права относится возможность граждан доступным и эффективным путем защитить свои права. При этом должна быть обеспечена возможность непосредственного обращения в судебные органы в целях установления объективной истины. Конституционные суды учреждаются как суды с особым статусом и ролью в обществе. Они не могут рассматривать конкретные споры между гражданами и юридическими лицами, и в целях разграничения компетенции с другими судами, в рассмотрении иска должно быть отказано, если заявитель имеет более простой путь защиты своих прав. Это не только предотвратит чрезмерную загруженность Конституционного Суда обычными делами, но будет способствовать более эффективной и ускоренной защите прав каждого гражданина республики.