Главная   »   Судебная защита конституции. Жолымбет Баишев   »   § 2. КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД КАК ГАРАНТ РАЗДЕЛЕНИЯ ВЛАСТЕЙ


 § 2. КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД КАК ГАРАНТ РАЗДЕЛЕНИЯ ВЛАСТЕЙ

В Конституции Республики Казахстан закреплено положение о том, что государственная власть в республике основывается на принципе ее разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Традиционно этот классический вариант теории разделения властей в юридической литературе связывается с именами Дж. Локка и Ш.Монтескье. В своей теории Дж. Локк, признавая разделение власти на законодательную, исполнительную и федеративную, то есть регулирующую отношения с другими государствами, считал, что все эти власти подчиняются законодательным органам, так как „выше тот, кто может предписывать законы". Ш. Монтескье, развивая свою концепцию, разделял власть на три ветви: законодательную, исполнительную и судебную. В таком виде теория разделения властей получила свое дальнейшее развитие и нашла практическое воплощение, в частности, в Конституции Республики Казахстан. В ней подчеркивается, что государственные органы, в рамках своих полномочий, самостоятельны и взаимодействуют между собой с использованием системы сдержек и противовесов. Это означает, что органы государственной власти должны быть независимо друг от друга равностатусны, взаимосвязаны и взаимозависимы. Важное место в обеспечении действенности принципа сдержек и противовесов властей отводится судебной системе.

Однако путь к признанию судебной власти был не прост и противоречив. Не воспринималась и идея создания органов конституционного надзора. С первых шагов развития советской власти, утверждения ленинского принципа всевластия советов, идея подконтрольности законодателя судебным органам была решительно отвергнута. Только общая тенденция развития мирового сообщества, решительная ломка сложившейся системы тоталитарной государственности, попытка не только провозглашения, но и утверждения принципов правового государства, послужили объективными предпосылками принятия Верховным Советом СССР 2 3 декабря 1989 года Закона „О Конституционном надзоре в СССР". В теории юридической общественности и на практике вспыхнули большие дебаты по поводу создания Комитета конституционного надзора, а не института Конституционного Суда. Многие характеризовали образованный Комитет конституционного надзора как недееспособный орган, объективно не способный принимать принципиальные решения. Действительно, образованный Комитет не обладал императивными, решающими полномочиями, он был вправе лишь приостанавливать действие, но не отменять неконституционные акты. Исключение составляли лишь законы, нарушающие основные права и свободы граждан. В сферу юрисдикции Комитета конституционного надзора СССР вначале не были включены вступившие в силу законы и иные акты Съезда народных депутатов СССР, он мог контролировать лишь их проекты на предмет соответствия Конституции. Кроме того, деятельность Комитета во многом была нейтрализована законом „О порядке введения в действие закона СССР "О конституционном надзоре в СССР". Согласно пункта 1 этого закона, ряд положений закона „О конституционном надзоре в СССР", касающихся надзора за соответствием Конституции и законов, союзных республик Конституции СССР и законам СССР, вступали в силу одновременно с изменениями и дополнениями раздела Конституции СССР о национально-государственном устройстве. Однако эти изменения так и не были приняты. Кроме того, Комитет конституционного надзора был не единственным органом в системе государственной власти, уполномоченным Осуществлять проверку конституционности нормативных актов. Как известно, согласно пункта 5 статьи 119 Конституции СССР й положений закона от 1 декабря 1988 года об изменениях и дополнениях Конституции СССР, функция конституционного контроля сохранялась за Президиумом Верховного Совета СССР, а после введения должности Президента СССР эти полномочия перешли к нему согласно пунктов 1, 8 и 15 статьи 127 Конституции СССР в редакции закона от 14 марта 1 990 года „Об учреждении поста Президента СССР и внесении изменений и дополнений в Конституцию СССР". Комитет конституционного надзора прекратил свою деятельность в связи с распадом Союза СССР и заключением Беловежского Соглашения о создании Содружества независимых государств 8 декабря 1991 года. Несмотря на это, Комитет конституционного надзора явился, как представляется, позитивным шагом в конкретно-исторических условиях фактического существования авторитарного режима власти, юридического и политического менталитета общества и Съезда народных депутатов СССР. Развитие событий в последующем показали (это вынужден был признать бывший председатель Комитета конституционного надзора СССР С.С. Алексеев), что функции конституционного надзора необходимо возложить на специализированный орган — Конституционный Суд. Следующим шагом на пути утверждения подлинно судебного конституционного контроля стало принятие Верховным Советом Российской Федерации 6 мая 1991 года закона „О Конституционном Суде РСФСР", а затем образование и самого Конституционного Суда Российской Федерации. Российский Конституционный Суд был задуман и создан как учреждение, способное в переходный период устанавливать противоречие законов и иных актов Основному Закону, провозглашать и утверждать конституционность. Его образование и деятельность во многом способствовали созданию аналогичных институтов суверенных республик.
 
Провозглашение и утверждение независимости Казахстана, принятие Декларации о государственном суверенитете, Конституционного закона „О государственной независимости Республики Казахстан", последовательное продвижение республики по пути к демократии и правовому государству, повлекло принятие 5 июня 1992 года законов „О Конституционном Суде Республики Казахстан" и „О Конституционном судопроизводстве в Республике Казахстан", а 2 июля был избран первый состав Конституционного Суда республики. При этом отмечалось, что с избранием Конституционного Суда Республики Казахстан завершается, по сути дела, формирование судебной системы в республике, Сессия Верховного Совета Подчеркнула, что действия членов Конституционного Суда будут сопоставимы с совестью народа — настолько высоки требования к ним, доверие Верховного Совета и Президента. Они призваны защищать Конституцию, быть верными данной перед Верховным Советом клятве стоять на страже Основного Закона республики. В деятельности казахстанского парламента это был первый исторический случай, опыта Избрания и организации работы органов конституционного контроля ранее в республике не было. В самой процедуре избрания, как в последующем во взаимодействии Конституционного Суда и парламента эта новизна не могла не присутствовать и не влиять как на процесс избрания состава, так и на содержание его деятельности. Конституционный Суд явился новым институтом в истории государственного строительства Казахстана. К этому не было готово правосознание даже самих депутатов. Не была в полной мере известна им и мировая практика формирования аналогичных органов конституционного контроля. Поэтому на первых порах Конституционный Суд объективно не мог стать действенным механизмом сдержек и противовесов в глазах депутатов, привыкших к принципу верховенства представительных органов. Это явилось одной из причин инициирования идеи объединения Верховного, Конституционного и Высшего арбитражного судов с передачей функций конституционного контроля специализированной палате. Но затем первые процессы по конституционному судопроизводству стали менять психологию, отношение общественности и парламентариев к Конституционному Суду. Своей позицией, содержанием принятых решений он постепенно стал подтверждать свой статус, определенный Конституцией и законом. Против идеи объединения судов решительно выступили видные ученые-юристы, демократические объединения и движения в республике. В обращении народных депутатов, лидеров 14 политических партий и республиканских общественных объединений отмечалось, что Конституционный Суд стал важнейшим элементом правового государства. Его ликвидация, подчеркивали юристы — это реакция на первые, весьма неудобные для властей действия Конституционного Суда. Это попытка задушить те новые, еще робкие ростки демократии. которые начинают пробиваться в нашей республике. Аналогичную оценку деятельности суда дал в своей публикации профессор Школы права Американского университета Г. Шварц, отметив, что „все попытки поставить этот энергичный и независимый суд под контроль но, привели к успеху... благодаря широкой поддержке общественности". Так, Союз юристов Республики Казахстан в обращении к Верховному Совету констатировал, что объединение трех высших судов противоречит сложившейся в Казахстане европейской системе права и судебной системе, которая базируется на различиях в функциях органов, в структурном построений, в процессуальных особенностях их функционирования. Ликвидация самостоятельного Конституционного Суда, по их мнению, означала бы отход от курса на укрепление конституционной законности, провозглашенных демократических идеалов. В результате обстоятельного обсуждения этого вопроса в Конституции Республики Казахстан был подтвержден статус Конституционного Суда как самостоятельного и независимого органа судебной защиты Конституции.
 
Первые же практические шаги созданного органа показали, что необходимо определить критерии и пределы разграничения функции судебной, законодательной и исполнительной ветвей власти. Этот вопрос приобрел не только теоретическое, но и непосредственно практическое значение. Анализируя вопрос о взаимоотношениях высшего органа представительной власти — Верховного Совета и Президента республики с Конституционным Судом, необходимо отметить, что председатель Конституционного Суда, его заместитель и судьи избираются Верховным Советом Республики Казахстан сроком на 10 лет. Как видим, судьи Конституционного Суда избираются на более длительный Но сравнению с полномочиями депутатов срок, и впоследствии пользуются относительной самостоятельностью, что является важным гарантом их процессуальной независимости. При этом и парламент и Президент оказывают свое непосредственное влияние на персональный, качественный и профессиональный состав высшего органа судебной власти по защите Конституции, каковым является Конституционный Суд. Согласно конституционным положениям, Президент вносит предложения по кандидатурам на должность судей Конституционного Суда непосредственно в Верховном Совете. Вместе с тем законом „О Конституционном Суде Республики Казахстан" вводятся дополнительные условия для избрания судей Конституционного Суда. Пункт 1 статьи 6 этого закона оговаривает, что кандидатуры Председателя, его заместителя и членов Конституционного Суда вносятся в Верховный Совет Президентом Республики Казахстан по согласованию с Президиумом Верховного Совета, и они должны предварительно обсуждаться на заседаниях комитетов Верховного Совета. Законодатель не дает точной регламентации этой процедуры. На практике ограничение конституционного права главы государства, в виде необходимости согласования кандидатур судей с Президиумом Верховного Совета, может привести к противоречивым ситуациям. К примеру, Президент вносит кандидатуру на должность судьи или председателя Конституционного Суда, но не получает соответствующего согласия президиума Верховного Совета (Координационного Совета). Возникает вопрос: может ли при такой ситуации Президент предложить кандидатуру непосредственно на рассмотрение сессии Верховного Совета? Представляется, что исходя из седьмого положения основ конституционного строя Конституции Республики Казахстан, провозглашающего, что Конституция Республики Казахстан обладает высшей юридической силой и ее нормы имеют .прямое действие, Президент обладает таким правомочием. Аналогичная ситуация может сложиться, если при обсуждении на заседаниях комитетов Верховного Совета предлагаемые кандидатуры на должность судьи не получат поддержки. И в таком случае коллизия должна решаться в соответствии с прямым предписанием норм Конституции. Так как термины „по согласованию" и „предварительно обсуждаться" не носят юридически завершенного характера, к тому же указанные положения статьи 6 Закона „О Конституционном Суде Республики Казахстан" вошли в противоречие со статьями 64 и 78 Конституции Республики Казахстан, было бы целесообразным исключить их из текста этого закона. Кроме того, согласно конституционным положениям Президент предлагает Верховному Совету Республики Казахстан кандидатуры Председателя и судей Конституционного Суда. Однако в законе „О Конституционном Суде Республики Казахстан" это положение расширено указанием на то, что глава государства представляет для избрания наряду с Председателем кандидатуру и заместителя Председателя суда. Представляется, что для устранения излишнего администрирования внутри суда, процессуальной защищенности Председателя и его заместителя от воздействия исполнительной и законодательной ветвей власти, следовало бы избирать Председателя и его заместителя составом суда и на определенный период. Такая практика применяется в деятельности конституционных судов ряда зарубежных государств. Так, согласно Органическому закону Испании от 3 октября 1979 года, Председатель Конституционного Суда избирается тайным голосованием на заседании Пленума суда. Статья 6 положения об образовании и деятельности Конституционного Суда Италии от 11 марта 1953 года закрепляет аналогичное положение о том, что Председатель этого суда избирается самими судьями простым большинством голосов. В Италии Председатель Конституционного Суда, вступив в должность назначает своего заместителя „на случай необходимости" и „на соответствующее время". В Испании, Вице-председатель (заместитель) избирается составом суда и на такой же срок, как и Председатель суда. В соответствии со статьей 23 Федерального конституционного Закона „О Конституционном Суде Российской Федерации", принятом Государственной Думой 24 июня 1994 года, Председатель, заместитель Председателя и судья-секретарь Конституционного Суда избираются на пленарном заседании суда тайным голосованием, большинством от общего числа судей и сроком на 3 года.
 
Как известно, сразу же после избрания Конституционного Суда председатель Верховного Совета приводит на сессии каждого судью к присяге. Это является морально-политическим и конституционно-правовым фактором ответственности судей за добросовестное исполнение своих обязанностей перед Конституцией, обличенное в форму сессионного ритуала. В целях усиления независимости Конституция устанавливает институт несовместимости функций судьи Конституционного Суда с депутатским мандатом, с занятием должностей в иных государственных органах, членством в общественном объединении, преследующем политические цели, и предпринимательской деятельностью. Председатель и судьи Конституционного Суда, согласно конституционным положениям, пользуются правом неприкосновенности, причем фактически в том же объеме, что и депутаты Верховного Совета.
 
Независимость судей Конституционного Суда обеспечивается и особым порядком прекращения их полномочий. Конституционно закрепляется, что судьи могут быть досрочно освобождены от исполнения своих обязанностей лишь по состоянию здоровья, препятствующему участию в судопроизводстве, а также по собственному желанию. Представление об освобождении судей вносит в Верховный Совет глава государства. Конституция провозглашает, что судьи могут быть досрочно лишены своих полномочий лишь по основаниям и в порядке, установленном законом. В ней не содержится института приостановления полномочий судей. Однако, статья 17 закона „О Конституционном Суде Республики Казахстан" предусматривает семь оснований для приостановления полномочий судьи Конституционного Суда. Среди них есть даже такие, как „судья нарушил присягу, не выполнил требований Конституции Республики Казахстан, законодательства о Конституционном Суде, совершил порочащий поступок, не совместимый с его высоким статусом" (подпункт 3 пункта 1 статьи 17 закона). Не говоря о юридической растяжимости понятий, включенных в эту формулировку, нельзя не отметить, что под это положение закона может подпасть любое действие судьи в процессе конституционного судопроизводства, и при желании это может явиться одним из оснований для освобождения от неугодного судьи. Анализ положений закона „О Конституционном Суде Республики Казахстан" позволяет установить свыше 20 причин для досрочного прекращения полномочий судьи Конституционного Суда. При этом в нарушение конституционного принципа „презумпция невиновности", полномочия судьи приостанавливаются, и он может быть освобожден, если „в установленном порядке дано согласие на арест, привлечение его к административной или уголовной ответственности, на возбуждение в суде соответствующего ходатайства о применении принудительных мер медицинского характера, признании недееспособным или ограничении в дееспособности" (подпункт 2 пункта 1 статьи 17 закона). Представляется, что по аналогии со статусом судей конституционных судов ближнего и дальнего зарубежья, необходимо установить исчерпывающий перечень случаев досрочного освобождения судей Конституционного Суда республики от занимаемой должности, К примеру, полномочия судей Конституционного Суда Российской Федерации могут быть прекращены лишь в виду его личной просьбы об отставке, истечения срока полномочий, достижения им 70-летнего возраста, утраты гражданства, состоявшегося о нем обвинительного приговора суда, признания судьи безвестно отсутствующим, недееспособным или умершим решением суда, вступивших в законную силу, а также смерти судьи. Основанием для прекращения полномочий могут быть нарушение порядка назначения судьи на должность, а также его неспособность в течение более чем 10 месяцев подряд по состоянию здоровья или иным уважительным причинам осуществлять правосудие. Судью Конституционного Суда бывшей Югославии Скупщина (представительный орган Югославии) могла освободить только в трех случаях: если судья сам попросит об этом, во-вторых, если он будет осужден к лишению свободы за уголовное преступление, и, в-третьих, если судья на длительный период времени утратит трудоспособность, необходимую для выполнения своей функции. Таким образом, Скупщица не вправе освободить председателя или судью Конституционного Суда вопреки его желанию даже в том случае, если она утратит к нему доверие или сочтет, что он неудовлетворительно выполняет свои обязанности.
 
Деятельность судей Конституционного Суда Казахстана напрямую зависит от оценки ее парламентом и Президентом, так как отсылка в Конституции на возможность установления оснований для освобождения судей в текущем законодательстве, к тому же без учета мнения самого суда, сводит на нет конституционную защищенность судей от воздействия законодательного и исполнительного органа. На это обстоятельство неоднократно указывали зарубежные эксперты в своих заключениях на проект Конституции и в последующем при анализе ее содержания.
 
Следует отметить, что в юридической литературе нет единства мнений о пределах регулирования законом ограничений или ущемлений прав граждан в случаях бланкетной нормы Конституции. Полагаем, что в общем законодательстве могут содержаться только такие ограничения, которые в неприкосновенности сохраняют содержательную сущность, само ядро конституционного права и только в тех случаях, когда эта мера продиктована общественным интересом и адекватна достижению законных целей. В данном конкретном случае главным содержанием статьи 100 Конституции Республики Казахстан является предоставление гарантии независимости судей и ограничение возможности их необоснованного освобождения от своих обязанностей. Поэтому норма закона, чрезмерно расширяющая основания для досрочного освобождения судей от своих обязанностей, не может быть признана соответствующей основному содержанию Конституции.
 
Итак, анализ Конституции и законов позволяет констатировать, что Верховный Совет Республики Казахстан и Президент имеют непосредственные рычаги влияния на формирование состава Конституционного Суда, его функционирование путем внесения изменений и дополнении в Конституцию и законы, регулирующие деятельность Конституционного Суда, определяющие статус, полномочия суда и судей, а также возможности приостановления, прекращения иди досрочного освобождения судей Конституционного Суда. Сопоставление компетенций Верховного Совета, Президента и Конституционного Суда позволяет сделать вывод о том, Что не только образование, но и конституционные полномочия, пределы деятельности и сама легитимность Конституционного Суда, как и остальных судебных органов, производна от позиций Верховного Совета и Президента. Если брать за исходный тезис, что единственным источником власти является народ Казахстана, то несложно заметить, что право выступать от имени всего народа, предоставленное Верховному Совету наряду с Президентом свидетельствует о том, что именно они являются носителями государственной власти, которую им делегировал непосредственно народ Казахстана. Это Подтверждается Процедурой выборов Верховного Совета и Президента, которые, как известно, избираются населением. Конституционный Суд, как и другие звенья высших Органов судебной власти, избирается депутатами на сессии Верховного Совета. Следовательно, судебные органы наделяются властными полномочиями опосредовано через Верховный Совет. Представляется, что для утверждения принципа самостоятельности и независимости судебной власти необходимо, чтобы суды формировались по тем же правилам, что и законодательная и исполнительная ветви власти, то есть судьи должны избираться населением и получать легитимность своей деятельности, также как и властные функции, непосредственно от народа. Тем более что в недалеком прошлом судьи избирались Таким образом, Говорят, что это было формализмом и избрание происходило почти автоматически. Но, во-первых, раньше и выборы депутатов больше напоминали торжественный ритуал с заранее известным результатом, а во-вторых, если, к примеру, только 21 ноября 1990 года на заседании Верховного Совета республики было избрано свыше 200 судей и 2 11 народных заседателей Верховного Суда, то видимо, об индивидуальном и качественном рассмотрении каждой кандидатуры при существующей системе формирования судебного корпуса, говорить не приходится.
 
Небезинтересно, что Н.В. Крыленко, категорически отрицавший принцип независимости судей объяснял это тем, что' зависимость суда от государственной власти „отражена в избираемости и сменяемости судей Советами.
 
Как переходный возможен предлагаемый в ходе обсуждения Государственной программы правовой реформы в республике вариант пожизненного назначения судей главой государства — Президентом по рекомендации судебных советов или квалификационных коллегий.
 
Закон предусматривает право судей Конституционного Суда присутствовать на заседаниях сессий, Координационного совета и комитетов Верховного Совета, Кабинета министров, любых министерств и ведомств. Это способствует укреплению взаимосвязей органа судебной защиты Конституции с другими ветвями власти, налаживанию их конструктивного, делового сотрудничества.
 
Вопросы реализации неприкосновенности судей Конституционного Суда также непосредственно связаны с Верховным Советом, так как он дает согласие на привлечение к уголовной ответственности, арест, задержание и применение других мер процессуального принуждения по отношению к судьям Конституционного Суда. Следует, на наш взгляд, согласиться с мнением зарубежных экспертов, считающих, что в целях гарантии судейской независимости было бы целесообразно решение этих вопросов передать непосредственно самому Конституционному Суду.
 
Верховный Совет и Президент наделены правом обращения в Конституционный Суд с исковым заявлением о возбуждении судопроизводства на предмет конституционности законов, указов, постановлений и распоряжений Президента, постановлений Кабинета Министров Республики Казахстан, нормативных актов министерств, государственных комитетов и ведомств Республики Казахстан. Такое же право предоставлено Председателю, президиуму, (Координационному совету) комитетам Верховного Совета и каждому депутату. Следует подчеркнуть, что из ограниченного круга субъектов обращения в Конституционный Суд наибольшее их количество составляют представители Верховного Совета, что дает ему реальную возможность влиять на состояние конституционной законности в республике, формирование категории дел, находящихся в производстве суда. Однако диалектика взаимодействия этих органов определяет с другой стороны, что в конечном итоге Конституционный Суд наделяется правом рассмотрения вопросов о соответствии Конституции Республики Казахстан законов и постановлений, принимаемых Верховным Советом Республики Казахстан, любых актов Президента. В случае признания неконституционным их действие, а также действие других нормативных актов, основанных на акте, признанном неконституционным, отменяются на всей территории Республики Казахстан . Следовательно, Конституционный Суд обладает по отношению к Верховному Совету и Президенту конституционными надзорно-контрольными функциями.
 
Парламент как высший представительный орган и Президент как глава государства отражают волю народа только в той мере, в какой их деятельность не выходит за рамки Конституции и осуществляется в соответствии с последней. Таким образом, орган, на который возложен контроль за конституционностью, не противопоставляет свою волю воле народа, так как его задача — охрана Конституции, которая является наиболее глубоким выражением воли народа от возможных посягательств со стороны парламента и исполнительной власти, в случае проявления неуважения к Основному Закону. Решения Конституционного Суда формируют общественное мнение о компетентности законодательного органа, о его профессиональной квалификации, так же как и о Президенте. Кроме того, первые же постановления Конституционного Суда показали, что он намерен давать оценку не только буквальному, текстуальному соответствию или несоответствию законов и указов Президента Конституции, но и соблюдению процедуры принятия закона и иных актов, к примеру, обязанности Президента издавать указы на основе и во исполнение Конституции и законов, а также противодействовать возможности парламента отойти от жесткого режима нормотворчества, установленного самой Конституцией. В частности, это касается процедуры голосования, разграничения конституционных полномочий парламента с Президентом и правительством, соблюдения правил рассмотрения отлагательного вето Президента на законы, а также взаимодействия органов государственной власти и управления. Наряду с этим, Конституционный Суд в своих решениях высказывает мнение не только о соответствии законов й актов Президента положениям Конституции, но также и общим принципам международного права, которые законодатель должен соблюдать.
 
Возможность Конституционного Суда влиять на деятельность парламента и исполнительной власти предусмотрена правом председателя Конституционного Суда направлять ежегодно Президенту и Верховному Совету Республики Казахстан послания о состоянии конституционной законности в республике. Представляется, что такие послания необходимо рассматривать как синтезированный акт теоретического анализа о конституционной законности и мерах по ее укреплению, основанный на практике деятельности высшего органа судебной защиты Конституции.
 
Они дают возможность ориентировать общество и органы государственной власти относительно состояния конституционной законности в стране. Конституционный Суд выражает свое мнение и вносит предложения о принятии и изменении законов, обеспечении прав и свобод граждан, предотвращении антиконституционных явлений в обществе. Предоставление Конституционному Суду данного полномочия имеет серьезное значение для укрепления режима конституционной законности. Оно является важным дополнением к контрольной функции суда. Осуществляя это полномочие, Конституционный Суд содействует предотвращению принятия неконституционных и незаконных актов, способствует совершенствованию законодательства. Так, Конституционный Суд республики обратился к Президенту Республики Казахстан с предложением о реализации его конституционного права законодательной инициативы для уравнивания мер уголовной ответственности за совершение хищений государственной и личной собственности, исходя из конституционного принципа равенства форм собственности . В Верховный Совет было направлено предложение об устранении противоречий между Кодексом об административных правонарушениях и иными законами, которое позволило бы исключить различные подходы в практике установления новых составов правонарушений и повышенных санкций за них. В этой ситуации суд исходил из того, что Конституция статуирует Верховный Совет Республики Казахстан как единственный законодательный и высший представительный орган Республики Казахстан. Отсюда следует вывод, что никакой иной орган, в том числе и Конституционный Суд, не вправе брать на себя функции восполнения пробелов законодательства. По своей правовой сущности функция судебной власти — это применение норм, созданных законодателем. Древние говорили: „Закон есть молчащий судья, а судья есть говорящий закон". Как известно, русские юристы всегда считали, что судья не может отходить от закона, даже если он представляется несправедливым. „Недостатки закона не могут быть устранены судебной властью. Закон должен применяться по точному смыслу и разумению". Судебное толкование закона ограничено рамками конкретного случая, осуществляется в установленной процессуальной форме и имеет значение только для данного дела . Этот признак, позволяет четко отграничить судебную функцию от законодательной деятельности. Законодатель устанавливает нормы права, имеющие общеобязательную силу для всех случаев, когда возникают соответствующие правоотношения. Толкование, данное законодателем, является обязательным для применения всеми органами, должностными лицами и может содержать в себе признаки расширения норм права, распространяясь на неограниченное количество случаев. Суды, в том числе и Конституционный, рассматривая конкретные правоотношения, возникшие по иску соответствующих субъектов, выносят решение, имеющее значение для данного конкретного дела. Так, признание неконституционности закона или его части влечет недействительность конкретного закона, а также других нормативных актов, непосредственно основанных на законе, признанном неконституционным. Постановление суда не может распространяться на другие законодательные акты, даже если они регулируют аналогичную сферу общественных отношений. Признание их неконституционными может быть в установленном порядке. Иной характер носит толкование, даваемое Конституционным Судом, тех или иных положений Конституции. На Наш взгляд, официальное толкование конституционных норм, суд может давать в строго определенных случаях и по ходатайству ограниченного количества субъектов обращения. Полагаем, что правом обращения о толкований Основного. Закона следует наделить Верховный Совет, Президента и Верховный суд в соответствии с принципом разделения власти и только в тех Случаях, Когда возникают проблемы о пределах разграничения их компетенции, взаимоотношений с субъектами Федерации и других вопросов государственного значения. Решение о толковании Конституции Носит обязательный нормативно-правовой характер и должно исполняться всеми органами и гражданами. К сожалению, действующие законы о конституционном судопроизводстве не регламентируют особенности процедуры рассмотрения дел такой категории, хотя они имеются. К примеру, здесь Не может быть Состязательности сторон, не проводятся опросы должностных и иных лиц, не истребуются документы. В суде не заслушиваются стороны, свидетели, приглашенные лица, не произносятся заключительные речи. Все это позволяет сделать вывод о необходимости специального законодательного регулирования порядка рассмотрения этой и некоторых других категорий дел конституционного судопроизводства, как это сделано в российском законе.
 
Говоря о взаимоотношениях законодательного органа, Президента и Конституционного Суда, необходимо подчеркнуть, что решение Конституционного Суда о несоответствии Конституции законов И постановлений, принятых Верховным Советом, указов, постановлений и распоряжений Президента вступает в силу лишь при условии, если Президент или председатель Верховного Совета не внесут в Конституционный Суд возражение на его постановление в десятидневный срок. Если же такие возражения поступят, то Конституционный Суд может преодолеть их путем повторного голосования, не менее чем в две трети голосов от общего числа судей. В этом своеобразном диалоге между законодательной и судебной ветвями власти все же последнее слово остается за судом. Когда же решение принято, то согласно статьи 99 Конституции, оно обязательно к исполнению всеми органами, к которым обращено, в том числе и Верховным Советом и Президентом Республики Казахстан. К сожалению, при внесении изменений и дополнений в законы Республики Казахстан „О Конституционном Суде Республики Казахстан" и „О конституционном судопроизводстве в Республике Казахстан" были допущены искажения сути конституционной нормы об институте возражений на решение суда. Так, если Конституция предписывает, что в случае внесения Президентом или председателем Верховного Совета Республики Казахстан возражения на постановление Конституционного Суда, действие постановления приостанавливается, то согласно пункта 3 статьи 29 закона „О Конституционном судопроизводстве в Республике Казахстан", куда было включено положение о пересмотре решения суда по этому основанию, такое постановление Конституционного Суда должно быть отменено. Кроме того, если Конституция закрепляет, что в такой ситуации суд может подтвердить свое решение не менее чем двумя третями голосов от общего числа судей, то есть путем повторного голосования, то в соответствии с пунктом 3 статьи 29 закона, дело должно быть назначено к слушанию в заседании, которое проводится в установленном порядке, следовательно, с самого начала. Не акцентируя внимание на бессмысленности этой процедуры, отметим, что юридическая техника требует приведения в соответствие с Конституцией описанной ситуации. Это несложно сделать, если институт возражений Президента или Председателя Верховного Совета Республики Казахстан исключить из текста статьи 29 закона „О Конституционном судопроизводстве в Республике Казахстан", предусматривающего порядок пересмотра решений Конституционного Суда и отразить в отдельной норме. Необходимо урегулировать, что в случае внесения Президентом или Председателем Верховного Совета возражения на постановление Конституционного Суда дело подлежит рассмотрению со стадии совещания судей. Если при повторном обсуждении и голосовании за такое постановление проголосовало менее двух третей от числа судей, принимавших участие в заседании, постановление считается не принятым, а дело подлежит прекращению производством. Повторное постановление Конституционного Суда является окончательным и обжалованию не подлежит.
 
Анализ свидетельствует, что парламент, Президент и Конституционный Суд диалектически взаимодействуют между собой на принципе сдержек и противовесов, взаимно уравновешивают, дополняют друг друга и служат общей цели — утверждению конституционной законности, становлению правового государства. Однако, как отметил в своем выступлении на совещании идеологических работников Президент Республики Казахстан Н. Назарбаев, хотя суды призваны беспристрастно и независимо от других ветвей власти защищать конституционные права граждан, реальное положение вещей свидетельствует о том, что о независимости и объективности судов, в ряде случаев говорить слишком рано. В этой связи для становления действительно независимой и сильной судебной власти требуются совместные усилия не только и не столько судов, сколько законодательной и исполнительной ветвей власти.