Главная   »   Отыншы Альжанов - "Беркут Алаш Орды"   »   События в Семиречье после февральской революции. Участие О. Альжанова в жизни местного населения


 События в Семиречье после февральской революции

Участие О. Альжанова в жизни местного населения

В 1917 г. в Семиречье, наряду с данными съездами, проходили съезды Мусульманских комитетов и первый семиреченский казачий съезд. Интересно то, что на местах остались прежние волостные управители, аульные старшины, сельские старосты и казачьи атаманы, которые в дальнейшем сыграли роль возмутителей спокойствия политической ситуации в Семиречье. На данном этапе они поддерживали Временное правительство. Но ситуация в Семиречье была не так однозначна: наряду с местными органами Временного правительства стали создаваться Советы рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, которые временно поддерживали Временное правительство. Сам Лепсинский уезд, занимал тогда определенное стратегическое положение как пограничная зона, что вызывало не мало тревог у местной и верховной власти региона. Неоднородный национальный социальный состав населения уезда, постоянная напряженность среди населения привело к решению создать уездную милицию. Весной 1917 г., О. Альжанов официально обращается к О. Шкапскому, ведающего тогда в правительстве Семиречья делами военных и правоохранительных органов, с предложением организовать в области уездные отряды милиции с целью обеспечения личной и имущественной безопасности как гражданских, так и правительственных органов. Тогда членами Туркестанского комитета являлись: Н.Н. Щепкин - член 4-ой Государственной Думы, председатель кадетской партии, военный, А. Букейханов - член 1-ой Государственной Думы, М. Тынышпаев - член 2-ой Государственной Думы, а также - Садыри Максудов, К.А. Елпатьевский, А. А. Липовский, П.П. Преображенский, О.А. Шкапский, Абдулгазиз Даулетшин.

На данном обращении рукою О. Шкапского была написана резолюция: «Считаю необходимым создать уездную милицию. Не надо надеяться создавать ее из строевой части, против этого командующий войсками округа». Данное указание было разослано по всему Семиречью другим комиссарам, что «надо иметь свою конную милицию. [78]. Указание О. Шкапского возымело силу, и в определенных уездах Семиречья и Сырдарьинского региона стали создаваться конные отряды милиции для охраны порядка. В июне 1917г. указание О. Шкапского «О необходимости создания уездной милиции» было реализовано, а 30 июля 1917 г. Временное правительство выпустило циркуляр за № 25655 под названием «Об организации главного управления по делам милиции, утверждении временного положения о милиции, содержании начальников и товарищей милиции». Организация, подготовка и обучение милиции, а в последующем руководство по Лепсинскому уезду, было поручено О. Альжанову с присвоением ему воинского звания полковника царской армии. Какая ирония судьбы! Ведь всего лишь 2,5 года назад он был опальным учителем и ссыльным царского режима, теперь становиться начальником уездной милиции, поддерживающий режим временной, но действующей власти. О. Альжанов немедленно приступает к организации конной милиции Лепсинского уезда из числа молодых людей казахской, русской, уйгурской национальности и демобилизованных солдат русской армии. По личному распоряжению
 
О. Шкапского, из казны на ее организацию было выделено 50000 рублей. Получив денежные средства О. Альжанов, а также С. Аманжолов, и С. Сабатаев, занялись приобретением обмундирования, лошадей и оружия. Подготовка и обучение военным навыкам будущих милиционеров не представляла особых трудностей, так как Лепсинск был центром Семиреченских казаков. Здесь обучались военному делу казаки всего Семиречья, здесь же было военное училище, готовящее казачьих офицеров. В этом деле большую им поддержку оказал областной комиссар Мухамадиев, организовав набор милиционеров из Джаркентского и Верненского уездов и подобравших офицеров из командного состава 3-его казачьего округа для их обучения новобранцев. Так были созданы органы правопорядка Временного правительства. Но это нравилось далеко не всем. Был случай, когда О.Альжанова пытались арестовать казаки (архивный документ тех лет - выписка из собрания протокола за № 30 от 17 мая 1917 г.). Жители станции Лепсинская (казаки и разночинцы на сходе - 16 человек) под председательством бывшего урядника Г.Погорельского обсуждали «вопрос об аресте уездного комиссара города Лепсинска Балабанова и его товарища О. Альжанова». С данным протоколом от 17 мая 1917 г. его составители обратились с председателю Лепсинского исполнительного комитета Яросевскому: "Обсудить с союзным казачьим комитетом удаление от обязанностей говарища Лепсинского уездного комиссара господина Альджанова, крест и производство следствия, захватить предварительно всю его переписку и имеющего по слухам оружие». Имелась в виду переписка с Временным правительством. Участники собрания обращают внимание на то, что «Председатель Лепсинского уездного Комитета господин Яросевский, получивший постановление от 17 мая не обнародовал его, а дал почитать господину Альджанову, чем дал ему возможность жрыть переписку и вывезти из квартиры оружие». Ввиду того, что союзный комитет станций Лепсинская и Каргалинская, а также статичный исполнительный комитет сложили свои обязанности, казачье общество станции Лепсинская вновь обратилось к исполнительному сомитету и «попросило пригласить господина Яросевского для разъяснения его действий и задержания господина Альджанова. Яросевский явился для разъяснения, но заявил, что “...для задержания господина Альджанова улик нет, и постановлению Союза казачьего комитета не придает никакого значения» [80].
 
Арест О. Альжанова не состоялся, казакам оружие не досталось. После данных событий уездный исполнительный комитет тоже поддерживал милицию Временного правительства в деле поддержания порядка в городе и уезде.
 
Как и во всем Туркестанском крае, в городе Лепсинске наблюдалась деятельность различных комитетов, течений, партий и обществ. Различные слои населения города поддерживали различные политические течения. Практически, все население города и уезда, независимо от национальности и социального положения, было втянуто в революционные события. Политическая и общественная жизнь края нарастала, но со стороны Временного Правительства не было никаких конкретных действий по улучшению жизни жителей России и ее окраин. Постепенно народ Казахстана понял, что Временное правительство продолжает прежнюю политику царского самодержавия. Ничего в жизни казахского народа не изменилось: как были казахи бесправны, так ими и остались. Отобранные земли никто не собирался возвращать, казачье сословие также имело привилегии, все тот же переселенческий комитет защищал интересы переселенцев, и к тому же Временное правительство выпустило постановление об амнистии карательных отрядов, подавлявших восстание 1916 г. Самое страшное, что во многих местах сохранились карательные отряды в лице казачьих сотен, которые все увереннее поднимали головы, пытаясь сохранить дарованные им земли. Просто так, никто не хотел отдавать землю обратно. А Временное правительство считало необходимым сохранить помещичью собственность на землю и поэтому упорно оттягивало решение аграрного вопроса, ссылаясь на подготовку и разработку «материалов по земельному вопросу», а также говорила о его решении после окончания войны. Между тем, с наступлением весны, русские крестьяне и казахские шаруа начали захватывать земли феодалов и кулаков, производить самовольную вспашку. После таких действий, Временное правительство стало сразу говорить о проведении земельной реформы на будущем Учредительном собрании, но так и не решило его до лета 1917 г.
 
Снова возобновились бурные крестьянские выступления с самовольным захватом земель. По официальным данным только по всей территории России в апреле месяце произошло 205 крестьянских выступлений с выражением недовольства политикой Временного правительства.
 
В Казахстане, на почве аграрного вопроса начались столкновения русских и казахских крестьян с казачеством. Временное правительство, естественно, встало на защиту интересов казачества, покровительствуя своим потенциальным защитникам. Оно объявило, что земли казаков - это их собственность, а инородческое население (здесь надо понимать только «казахское» - Авт.) вообще не имеет права посягать на частную собственность, в противном случае их действия будут караться. По существу, все стало на свои места, как и при царизме. Естественно, такое решение казахов не удовлетворило. Возмущенные шаруа стали проявлять недовольство, обстановка в Семиречье, и именно в Лепсинске, накалялось с каждым днем, угрожая вылиться в открытые выступления.
 
В начале июня 1917 г., в городе Лепсинске был объявлен приказ военного комиссара А.Керенского, согласно которому предстоял сбор и отправка в армию ранее демобилизованных солдат старших и средних возрастов, отпущенные на полевые работы до первого требования (40-летние). С 15 июня в городе и уезде скопилось большое количество революционно настроенных солдат-фронтовиков, среди которых были военные фельдфебель Дегтярев и Черкашин. Местная администрация совместно с войсковым офицерством приступила к осуществлению этого приказа и стала стягивать в Лепсинск со всего уезда лиц, подлежащих отправке на фронт. Уже с самого их прихода слышались недовольства по поводу того, что лепсинская караульная команда стоит в городе Лепсинск, а им старикам приходится идти на фронт. Недовольство возбужденной массы еще больше усилилось, когда стало известно, что так называемая городская «караульная команда», была набрана из купеческих и кулацких сынков, не отправлявшихся на фронт. Постепенно волнения переросли в бунт. Все данные лица и местное население собрались на митинг, на котором было принято решение отказаться от выполнения приказа Временного правительства. Дело шло к прямому неподчинению приказа министра Керенского. Начальник гарнизона Левадний приложил немало усилий к улаживанию обстановки. Недовольство действиями властных органов нарастало постепенно, вовлекая с каждым днем все больше определенную часть населения. 2 июля 1917 г. Дегтярев собрал митинг и ораторстововал на тему угрозы селам со стороны казахов. Они говорили, что никто на фронт не поедет, призывали толпу к арестам, отрицали законность, суд и прочее. За казахское население заступился учитель Собенин, но его тут же избила толпа бастующих. Тогда же митингующими был произведен обыск и арест еще двух учителей - Соколова и Алексеева. Митигующие записали протокол, в котором были записаны следующие решения:
 
1. сфомировать пять гарнизонов по 200 человек для защиты от казахов, 
 
2. о смене начальника милиции Временного правительства,
 
3. об аресте и удалении от должности уездного комиссара В. Балабанова,
 
4. о смещение с должности товарищей комиссара Альжанова и Озмителя,
 
и т.д. - всего 26 пунктов. Особенно, они добивались у начальника гарнизона целого взвода казаков и 10 солдат для ареста Альжанова, собирающегося на Первый Всеказахский съезд. Были избиты податный инспектор Радкевич, арестован городской голова И.Попков. Несколько раз была предпринята попытка силой захватить городской арсенал оружия. Начальник гарнизона во главе караульной команды совместно с казачьими войсками и их атаманом охраняли склады. До этого он отправил телеграммы в Копал войсковому начальству, уездному комиссару В.Балабанову и их товарищам Альжанову и Озмителю с просьбой о помощи. Альжанов ехал в Семипалатинск, но, услышав данную весть, развернул отряд в сторону г. Лепсинска.
 
К этому времени в городе власти фактически не существовало. Над толпой уже реял красный флаг с написью «Долой старое лепсинское правительство, да здравствует свобода»! Восставшие солдаты взяли власть в свои руки и удерживали ее в течение недели. Дегтярев, кроме вопроса отправки на фронт, активизировал и вопросы, связанные с принудительным сбором зерна у крестьян уезда. Обстановка еще больше накалилась, когда стало известно, что по указанию станичного атамана Семиречья, в город движутся вооруженные отряды копальского гарнизона для усмирения бастующих. Приехав в г. Лепсинск, О.Альжанов первым делом распорядился оцепить всех бастующих цепью караульной команды. Активная деятельность Дегтярева и его единомышленников изо дня в день все более активизировали население против существующей власти Временного правительства. Никому не хотелось повторения событий 1916 г. И тогда, Отыншы-торе, прекрасно осознавая возможный риск, взял на себя инициативу в разрешении противоречий. Он лично выступил перед бунтующим населением. Спокойная, доброжелательная речь казаха, чисто владеющего русским языком, была обращена қ народу с призывом к благоразумию. Он предлагал выделить представителей от бастующих и начать переговоры с представителями правительственных органов. По его заверению, городская и уездная власть города выслушает его представителей и примет соответствующие меры. Также он сообщил, что по распоряжению военного комиссара Туркестанского комитета Временного правительства О. Шкапского, скоро должен прибыть карательный отряд в составе двух рот пехоты и эскадрона казаков, действия которых могут привести к братоубийственной войне. Он призывал народ не допускать кровопролития, и как уездный начальник дал слово выслушать претензии горожан через, так называемую согласительную комиссию. Его выступление было воспринято положительно. Народ выбрал согласительную комиссию во главе с Дегтяревым. На следующий день состоялась встреча представителей народа и органов уездной власти для выработки соответствующих соглашений. Тогда, уездный комиссар О. Альжанов, будучи в гуще политических событий, знал изнутри истинное намерение «нового» правительства. Он предполагал, к каким опасным последствиям могут привести плохо организованные и невооруженные выступления населения. Знал о готовности карательных отрядов Временного правительства в лице казачьих подразделений в любой момент силой сабель, винтовок и пулеметов «отстоять» приравненные к их собственности общинные земли казачьих станиц и хуторов от «посягательств» солдат и крестьян. Он боялся за последствия, которые могут причинить казачьи отряды. В его памяти ещё были живы методы подавления восстания 1916 г. в том же Лепсинске. Он просит солдат не ставить под удар местное население, которое поддерживает их, а жителей Лепсинска не вмешиваться в дела военных, не подставлять себя под ружья и сабли казаков, дождаться решения Учредительного собрания, которое обещает Временное правительство созвать в скором времени и решить аграрную проблему. Он говорил, что война может не долго продлиться. Сход длился очень долго, но, в конце концов, участникам удалось до прибытия казаков успокоить и изложить свои требования в письменном виде на имя Временного правительства. К прибытию карательных отрядов обстановка в городе стабилизировалась. 8 дней организаторы митинга держали город в напряжении. Особенно хорошо запомнил эти волнения старший сын Отыншы-торе - Мухамедкаеым (Мукаш), который вместе со своим товарищем бегали на городскую площадь посмотреть, как бунтует народ (занятия в приходской школе в те дни были отменены). Как писала тогда местная газета: «Смутьяны чуть не создали кровавый бунт, который с трудом удалось предупредить». Казалось бы, бунт был остановлен, но прибывшие карательные отряды с сочуствующими казаками принимают решение о разоружении и аресте активистов бунта, которое привело к новой вспышке недовольства. Тогда, на правах военного комиссара Временного правительства, О. Альжанов объявляет военное положение в городе и собирает наиболее авторитетных представителей горожан. На встрече с бунтующей частью авторитетные люди города приходят к мирному соглашению. Конфликт исчерпан. Об этом очень хорошо сказал Мыржакып Дулатов в своем некрологе, посвященном гибели О. Альжанова. Об этом событии было напечатано в газете «Казах».