ШТУРМ ЗДАНИЯ ГЕСТАПО

Перед нами квартал гестапо - гнездо фашизма. Страшное и зловещее. Одно упоминание о нем леденит душу. Сколько горя видено, но все же не веришь, что все изуверства и жестокости, все зверства начинались здесь — в цитадели вандализма.
 
Накануне я был ранен, но отказался от лечения. Ведь так долго, мучительно, сквозь пули и осколки, сквозь слезы, через потери шел сюда.
 
Высокий каменный забор, прочные служебные здания, тюрьма, школа... Тревожно рассматривал я все это, зная, что там засели самые оголтелые выкормыши нацизма.
 
Началась атака. Всколыхнулся воздух от залпа 203-мм гаубиц батареи майора К.И.Бадаева. В толстых стенах забора гестапо засияли проломы. Я поднял батальон в атаку. Тут же ринулись к проломам героические роты Василия Емельянова. Фашисты открыли ураганный огонь. Чтобы избежать лишних жертв, я приказал ротам залечь. Надо было организовать прицельное огневое прикрытие станковыми пулеметами.
 
Когда мы после артогня вновь поднялись в атаку, «Максимы» с верхних этажей занятого батальоном здания били по окнам, чердакам, завалам, откуда стреляли фашисты, закрепившиеся во дворе гестапо. Это и дало нам возможность прорваться в проломы.
 

 

Начался жестокий бой во дворе гестапо. Противник оказывал отчаянное сопротивление. Мы забрасывали гитлеровцев гранатами. Солдаты действовали расчетливо. Помню, рядовой Шкурко по-пластунски подполз к огневой точке и метким броском гранаты уничтожил ее. С этого отважного, смекалистого воина брали пример и другие. Они трезво оценивали обстановку, старались перехитрить фашистов. Почти в каждом кабинете здания, на каждой лестничной площадке возникали жестокие схватки. В ход было пущено все: автоматы, гранаты, приклады, ножи.
 
Надо сказать, что всем было очень тяжело в этих уличных боях. Самоходки здесь, в центре Берлина, действовали как штурмовые орудия вместе со стрелковыми ротами. Особенно трудно приходилось экипажам самоходных установок. Как правило, они оставались без прикрытия, потому что пехота рвалась вперед. А у самоходных установок к тому же тыльная часть кузова была не защищена. Фаустники и пулеметчики, оставшиеся в тылу, из подвалов и окон верхних этажей внезапными выстрелами выводили из строя орудийные расчеты. Но самоходчики сражались героически. После того, как несколько установок были подбиты, я приказал прикрывать их огнем из стрелкового оружия.
 
В труднейших условиях работали связисты. В Берлине совершил свой подвиг сержант Антипенко. Противник не раз нарушал связь батальона с командиром полка, но бесстрашный сержант, рискуя жизнью, устранил под огнем противника несколько порывов на линии и обеспечил бесперебойную связь подполковника Пешкова с нами, командирами батальонов. В этом бою сержант И.С.Антипенко был тяжело ранен, но пока не восстановил связь, не вышел из боя. Герой скончался после того, как выполнил приказ наладить связь.
 
Не жалея крови и самой жизни, решительно бились с фашистами воины нашего батальона, полка и всей дивизии. К исходу дня над зловещим зданием гестапо было водружено Красное знамя.

 

 

загрузка...