Предложения в товарной группе ламинат ООО "Паркет Сервис".
Главная   »   Они среди нас. Н. Егоров   »   НА ОСТРИЕ АТАКИ


 НА ОСТРИЕ АТАКИ

— Товарищи судьи!
 
...Нельзя не учитывать по даному делу общественную опасность совершенного обвиняемыми преступления, а также и то, что, несмотря на полную доказанность их преступной деятельности, они не раскаялись в содеянном.
 
Прошу учесть и характеризующие их личности данные... один из них в 1950 году был судим военным трибуналом за измену Родине. В 1942 году, в январе, он вступил в гитлеровскую молодежную организацию «Гитлер Югенд» окончил специальные курсы, направленные против советской власти, и в чине группенфюрера стал воспитывать молодежь в фашистском духе.

 

Товарищи судьи!
 
Обвиняемый после освобождения из мест лишения свободы не сделал для себя правильного вывода и вновь совершил тяжкое преступление. Он и сейчас не раскаивается. Он пытается уйти от заслуженного наказания, извращая перед судом фактические обстоятельства дела. Такое поведение еще раз подтверждает, что перед судом стоит опасный преступник.
 
...Иван Лукич выходит на улицу, с облегчением покидая душный и шумный зал заседания народного суда. Он устал и, как никогда утомился за эти долгие дни судебного процесса. Хотя все бы вроде давно привычно: и вопросы судьи и ответы обвиняемых, и, наконец, его выступление, как государственного обвинителя. Однако, этот суд необычный. Вернее, необычен сам обвиняемый. Все меньше и меньше теперь встречается таких на пути юриста Ивана Лукича Столяра. И скоро их совсем не будет. Эти преступники и преступления порождены войной, самим существованием фашизма. Он и теперь еще и сточает смердящий яд и всяческими хитроумными способами пытается отравлять светлые души людей. И прежде всего с помощью религии, через посредство запрещенных законом изуверских сект. Пример тому — вот этот процесс над фанатиком-сектантом, ставшим преступником, врагом общества.
 
Кропотливый и трудный процесс завершен. Можно отправляться домой, как говорится, с сознанием исполненного долга. Но Иван Лукич решает на этот раз походить по вечерним притихшим улицам. Походить и подумать. Почему-то отчетливо всплывает в памяти фронт, опасные и напряженные поиски разведчиков. Только что закончившийся процесс как-то похож на эти поиски. Правда, не было ракетных всполохов, ни автоматной стрельбы, ни взрывов гранат, ни кинжальных схваток. Однако, была жаркая схватка ума, воли и железной логики. Победа над злом дается также нелегко, как и победа в бою.
 
Давние фронтовые будни припомнились Ивану Лукичу совсем не случайно. Он прошел всю войну, был разведчиком, командовал отдельной разведротой. А разведчик — всегда впереди, всегда на острие атаки. Боевая профессия закалила воина, прочно сформировала его характер: крепкий и целеустремленный. По сути дела он и в мирной жизни остается разведчиком и, демобилизовавшись из армии, не ушел с переднего края. Вот об этой-то главной и важной черте характера Ивана Лукича Столяра, о человеке и коммунисте и хочется здесь рассказать.
 
В свое время об Иване Лукиче писали много и заслужено отмечали его ратные подвиги. Материалы о нем можно найти в газете «Казахстанская правда», «Ленинская смена», «Огни Алатау», «Кентауская правда», в журнале «Простор» и «Блокнот агитатора», в «Красной звезде» и «Боевом знамени». Пишут о нем на Украине и, наконец, в братской Польше. Газета Жашковского района, того самого, где родился герой-разведчик, помещает о нем очерк «Как прежде, в атаке!». А «Черниговская правда» дает большую статью «Разведчик из Адамовки» с его портретом.
 
Примечательна публикация в польской газете «Трибуна Мазовецка». Здесь помещена большая статья «Кавалер Ордена Александра Невского». Вот некоторые выдержки из этой статьи: «В боях за освобождение Польши Иван Лукич Столяр был тяжело ранен. Вместе с 65 армией за освобождение польской земли от гитлеровской оккупации сражалась также польская дивизия имени Костюшко. Русские и польские солдаты встречались не только в тяжелых боях, но и в короткие часы отдыха. Они всегда отличались взаимовыручкой, как настоящие друзья». Потом в статье говорится о награждении Ивана Лукича Орденом «Александра Невского». Заканчивается эта обширная и теплая статья такими словами: «Вспоминая те дни тяжелых боев с гитлеровцами, Иван Лукич часто вспоминает Польшу и особенно те края, где он сражался — «За нашу и вашу свободу.
 
Иван Лукич Столяр бережно хранит в своем архиве и польскую газету и другие публикации о своем ратном боевом пути командира-разведчика. О многом напоминают они ему, и прежде всего о том, что он всегда шел впереди, всегда был на острие атаки. Они, как естественное дополнение к боевым наградам, которые ветеран с гордостью носит на своей груди.
 
Каждая награда —это яркая веха в боевой биографии воина — разведчика. Видимо, пришло время и нам коротко рассказать о некоторых фактах биографии. Следует, пожалуй, взять эти факты из последнего наградного листа. Они точны и не вызывают никакого сомнения, ибо Иван Лукич Столяр представлялся тогда к высокому званию Героя Советского Союза. Из наградного листа явствует, что Иван Лукич Столяр носит звание капитана и занимает должность офицера разведки 120-го стрелкового полка 69-й стрелковой Севской дважды Краснознаменной, Ордена Суворова и Кутузова дивизии. Член партии с 1944 года, родился в 1923 году, по национальности — украинец. В армию ушел добровольно в 1940 году, воевать начал в составе дивизии в феврале 42-го. В настоящее время эвакуирован в госпиталь по ранению.
 
Затем идет «Краткое конкретное изложение боевого подвига или заслуг». Тут следует привести его целиком, с сохранением стиля, чтобы наш сегодняшний молодой читатель почувствовал и романтику, и героику тех давних фронтовых лет:
 
«5-го сентября 1944 года в боях за форсирование реки Нарев у нас. пункта Круче Борек Варшавского воеводства Пулутского повята и за овладение плацдармом на западном берегу реки, действуя по заданию командования, на виду у растерявшегося противника переправился на западный берег, со своим взводом глубоко проник во вражеский тыл, детально установил систему обороны и численный состав противостоящего противника и, разбившись на две группы, активно действуя в тылу врага, внес панику и дезорганизацию в систему обороны, чем способствовал захвату плацдарма.
 
Несмотря на полученное тяжелое ранение, всю ночь отбивался от численно превосходящего противника, приковал к себе внимание, чем дал возможность подразделениям полка форсировать реку с малыми потерями. И когда стрелковый батальон, попавший под сильный пулеметный огонь начал отход, собрал в себе силы и, выйдя впереди стрелковых цепей» увлек их за собой и захватил вторую линию траншей.
 
Поставленную перед ним задачу успешно выполнил и своими смелыми действиями способствовал закреплению крайне важного плацдарма. Достоин присвоения звания «Герой Советского Союза».
 
Пусть не посетует читатель за краткое и даже беглое описание боя, за плацдарм, в котором, конечно же, было много больших и малых эпизодов и о которых нам было бы очень интересно узнать сейчас. Но таковы требования наградного листа, заполнявшегося, как правило, в сложной боевой обстановке. Тут требовалось уловить самую суть события, факта, для чего нужна строгая военная лаконичность.
 
Как известно, за этот подвиг Иван Лукич Столяр был удостоен Ордена «Александра Невского». Надо учитывать, что «Александр Невский», как указано в его статусе давался только офицерам, проявившим особое, полководческое умение в руководстве частями и подразделениями в бою. Такое высшее воинское мастерство и было признано за командиром разведроты капитаном Иваном Лукичем Столяром.
 
Переправа через реку Нарев была последней боевой операцией, в которой участвовал отважный разведчик. Одиннадцать месяцев пролежал он в госпитале, излечиваясь от тяжелого ранения, и в строй не вернулся. Потом он найдет в себе силы не только работать и учиться, но и стать незаурядным юристом. Пост старшего помощника прокурора столичной области,.старшего советника юстиции, который он сейчас занимает— яркое тому свидетельство. Но речь сейчас не об этом. Нам следует вернуться к самому началу его боевого пути, рассказать о том, как и почему Иван Лукич Столяр показал себя в боях замечательным воином — разведчиком.
 
Как и у всякого человека у Ивана Лукича было свое детство: беспечное, радостное и грустное. Однако он не любил особенно распространяться о нем. Дело, как говорится, обыкновенное. Пятнадцатилетним мальчишкой он мечтал стать тракторостроителем, но позже оказался в Харьковском военно-медицинском училище. Когда он заканчивал его уже бушевала война. Юноша сразу подал рапорт на фронт. В начале 1942 года военфельдшер Иван Столяр прибыл в 69-ю стрелковую дивизию и был назначен командиром санитарного взвода. Было ему тогда всего 19 лет.
 
Врач на войне — фигура, конечно, не последняя, Но Ивана Лукича влекла боевая профессия. Он видел раненых товарищей, перевязывал их, спасал им жизни и думал о том, что делает в тысячу раз меньше тех, кто проливает кровь. Как-то командир батальона майор Бахметьев получил приказ провести разведку противника перед фронтом своей дивизии. Военфельдшер Столяр был в подчинении командира этого батальона и потому обратился к нему с просьбой принять участие в этой операции.
 
— Вам, санитарам, в разведку?— удивился командир.
 
— А что тут такого?
 
— Ладно, испробуем. Только об этом, дружок, надо посоветоваться в полку. Доверят тебе разведку — пошлю.
 
В полку разрешили и молодой военфельдшер в первый раз участвовал в выполнении задания по разведке позиций противника. И разведка удалась: бойцы действовали умело, захватили «языка», причем, не без помощи Столяра. Тут уж он по-настоящему и довольно настойчиво начал проситься в разведку, просьбу его уважили.
 
Вот так и началась фронтовая биография разведчика Ивана Лукича Столяра — командира 20-й отдельной раз-ведроты дивизии. Это была знаменитая рота, пожалуй, самая знаменитая во всей 65-й армии. И это не удивительно: рота воспитала пять Героев Советского Союза, причем они получили такое высокое звание в боях при форсировании Днепра.
 
Один из героев — Тоганбай Каумбаев — хорошо известен в нашей республике. Он живет и здравствует сейчас в совхозе «Чардара» Южно-Казахстанской области.
 
«15 октября 1943 года, как писал тогда в своей реляции о награждении воина Иван Лукич Столяр, группа разведчиков, в которую входил и сержант Каумбаев, под сильным огнем противника первой переправилась на западный берег Днепра».
 
А вот как описывает самый канун переправы однополчанин Каумбаева:
 
«Зарывшись в землю, лежали мы на топком берегу и со дня на день ждали приказа. Знали: каждый день приближал его.» Все должно было решиться в одну из тревожных ночей. Командование уточняло данные разведчиков, знакомилось с аэрофотоснимками.
 
Перед командным пунктом стояли круглые солдатские котелки. В них разведчики принесли днепровскую воду. Это была первая вода из могучей реки, которую надо было форсировать и одолеть.
 
Недалеко от меня лежал сержант Тоганбай Каумбаев, один из самых молодых солдат: ему едва исполнилось девятнадцать лет.
 
По-разному мы с ним смотрели на Днепр. Я уходил от его берегов и снова вернулся, а он видит его перед собой в первый раз.
 
Мы вместе с ним отпили из котелка днепровской воды. Потом Тоганбай Каумбаев принялся строить для себя плотик. Сколько выдумки вкладывал молодой солдат, озабоченно осматривая старые доски, канистры из под бензина, бочки. Иногда он задумывался и мне казалось, что, глядя на светлую полосу зари над Днепром, он вспоминал совсем еще недавнее детство, речку в родном ауле. Нет, не такую, как Днепр, а гораздо меньше и мельче: летом по теплой воде ее легко было переходить вброд, и ребятишки, бывало, пропадали там целыми днями. Тоганбай вспоминал, как также вот на зорьке он с дедом, взяв удочки, шел к своему излюбленному местечку около старого корявого карагача. Как-то там дед?...»
 
Кроме Тоганбая Каумбаева на Днепре отличились разведчики Петр Пахомов, Иван Лобанов, Сергей Елистратов, Темирбек Ибрагимов. О каждом из них Иван Лукич дал самые подробные характеристики, заполняя на них наградные листы, и это не могло быть иначе, так как он сам вместе с ними форсировал Днепр, захватил плацдарм и штурмовал сильно укрепленный пункт вражеской обороны деревню Шитцы. А вот о самом командире роты разведчиков командованию докладывали мало. Как-то уж так получалось, что об офицере, не выполнившем задание становилось сейчас же известно всем и всюду, а командир, не имевший замечаний, зачастую оставался в тени. Действовала, наверное, такая «железная» логика: раз к офицеру нет претензий, то стоит ли, мол, беспокоить его своим вниманием.
 
Но об этом в пылу боев просто как-то не думалось. Зато через годы, уж теперь, приятно прочесть о себе доброе слово однополчанина. Иван Лукич достает из шкафа и раскрывает отмеченную закладкой страницу. Книга озаглавлена «По военным дорогам», написал ее майор запаса Александр Андреевич Андреев. Книге предпослано предисловие генерала армии Павла Ивановича Батова. «Дорогой читатель!—пишет генерал.—Предлагаемая вашему вниманию книга представляет собой военнопатриотический очерк о славном боевом пути 69-й стрелковой Севской дважды Краснознаменной, Ордена Суворова и Кутузова дивизии в годы Великой Отечественной войны. Полки дивизии прошли суровое испытание на верность Родине, закалились в горниле войны и с честью пронесли свои боевые знамена от древней земли Смоленщины до далекого немецкого города Ростока. Их боевой путь овеян немеркнущей славой».
 
И далее5 «Венцом боевого мастерства 69-й стрелковой дивизии, мужества и героизма его личного состава явилось форсирование Днепра, за что 50 воинов дивизии удостоились высокого звания Героев, Советского Союза. За Днепром последовали Западный Буг, Нарев, Висла, Одер».
 
Обратите внимание: из 50 героев 5 «падают» на разведроту. О том, что она действительно хорошо воевала свидетельствуют такие строки из этой книги: «Укрепляя свои позиции, подразделения и части вели разведывательные поиски с целью захвата пленных, высылали инженерную разведку в тыл противника, вели методический огонь на уничтожение и изнурение вражеских войск.
 
Отважно действовали при захвате пленных воины отдельной разведывательной роты капитана И. Л. Столяра. В середине мая начальник разведки дивизии майор Н. Я. Рябинин поставил роте боевую задачу: в ночь на 17 мая захватить в районе деревни Рядин «языка». Вот что рассказывают об этом поиске его непосредственный организатор и руководитель капитан Столяр.
 
«Это был не совсем обычный поиск. В группе из сорока человек ядро составляли опытные разведчики — старшина Заикин Иван Яковлевич, старший сержант Глотенко Михаил Романович, сержант Кинжибек Абдулаев, старший сержант Кашбай Кулкариев и другие.
 
Необычным в этом поиске было то, что разведчики облюбовали для своей работы самый оживленный участок обороны противника. В нескольких десятках метров от проволочного заграждения немцы строили дзот. Траншея здесь была освещена. Первым приступили к делу саперы. Они работали в минуты, когда визжание пил заглушало скрежет их ножниц. Гимнастерки саперов намокли от пота, пока в проволочном заграждении они проделали три прохода. По двум из них — боковым — была пропущена группа захвата. Средний проход находился против строящегося дзота, чтобы разведчики, не теряя времени на обход, смогли быстро отойти. Группа прикрытия заняла свои места.
 
Наступил решающий момент. Старший сержант Глотенко и сержант Галич зашли справа и первыми бесшумно спустились в траншею. Несколько разведчиков обошли дзот с левой стороны. Когда два немца, отделившись от своей группы, пошли по ходу сообщения, Глотенко, Махов и Галич уж приготовились к встрече. Один из немцев закричал, но тут же был убит. Второго подхватили сильные руки и вытащили из траншеи. Гитлеровский унтер-офицер был в руках у наших разведчиков. Так вблизи большой группы гитлеровцев наши герои захватили пленного. И отход разведчиков был хорош продуман. Впереди шла группа захвата с «языком», за ней двигались остальные бойцы. Немцы пытались обстрелять разведчиков, и бойцы прикрыли их сильным огнем.
 
Вслед за этим поиском были проведены еще два, и каждый из них отличался своеобразием замысла. Разведчики действовали не по установившемуся шаблону, а старались найти новые пути, приемы, обеспечивающие обязательное выполнение поставленной перед ними боевой задачи».
 
Пусть читатель извинит за эти подробности, но это подлинный документ войны, квалифицированно повествующий о трудной, полной риска и доблести деятельности фронтовых разведчиков. Это только один подробно описанный поиск, а сколько их было на счету у командира отдельной разведроты — он сейчас и сам затрудняется ответить точно, Для них это была обычная военная страда и солдат не очень-то в ту пору вдавался в арифметику. Преж-дев всего от разведчиков требовалось дело.
 
Но, как правильно утверждают бывалые фронтовики, на войне люди живут не только войной. Они и о доме думают, и о родных своих, и о близких, и о любимых. Словом, живого человека всегда занимает только живое. Иван Лукич вскоре привык к тому, что его бойцы, не таясь, поверяют ему свои самые сокровенные думы и чувства. И он не отталкивал их от себя, глубоко почитал такое доверие. Получит письмо солдат — и к нему: подумать вместе, посоветоваться. А у Ивана Лукича свое горе: разорили фашисты его родную Адамовку на Киевщине, плохо там живется людям. Сестра Тоня однажды написала ему: «У нас тут все до одного больные. У кого — от перенесенного голода, побоев, у кого — от простуды... Наверное уже не вылечить их: крепко поиздевались над всеми фашисты». Знает, Иван Лукич, что мать тяжело больна, а сестра больше ничего не пишет, видно, не хочет волновать брата.
 
К нему подходит разведчик — узбек, потупляет глаза и тяжело вздыхает.
 
— Что случилось?
 
— Плохо, товарищ капитан, совсем плохо. Из дома пишут — хлопок собирать некому. Одни старики и дети...
 
— Везде трудности,— произносит Иван Лукич общие слова,— война идет, всем тяжело.
 
Что другое он скажет солдату, чем успокоит его перед трудным поиском. Что, мол, надо собраться, не поддаваться унынию, крепиться... Об этом он и сам хорошо знает: крепкий боец, хороший разведчик. Одно только можно сделать — быть как можно ближе к солдатам, подбадривать, как говорится, своим личным примером. Это уже опробованное средство, безотказное.
 
А на фронте бои свирепеют. Чем дальше гонят советские войска фашистов, тем ожесточеннее они сопротивляются. Цепляются не только за большой водный рубеж, но даже и за самую захудалую речушку. Разведчики опять готовятся в поиск. И не просто в поиск, а в глубокий рейд по оборонительным позициям отступающего противника. Снова предстоит тяжелая и смертельно опасная работа. А на такое опасное задание надо обязательно идти с твердым, устойчивым настроением.
 
...Где-то вдали, слева завязывается бой. Тишина раскалывается и тонет в орудийном грохоте. Однако перед фронтом 69-й дивизии относительно спокойно. Или немцы ушли далеко, либо затаились до времени. Все это и предстоит выяснить разведчикам. Они заняли исходный рубеж, спустили на воду надувные резиновые лодки. На этот раз с ними идут связисты с радиостанцией. Они будут принимать сообщения от группы Столяра и передавать их командованию. Через полчаса отправляется первая группа, отправляется для предварительной разведки. Быстро от нее поступает сообщение: «Противник не обнаружен».
 
— Вперед!—командует Столяр и гребцы налегают на весла.
 
Благополучно пересекли водную преграду, укрыли лодки в кустарнике. Осторожно поднялись по крутому склону и скрылись в туманной лощине. Именно здесь командир разведроты ожидал неминуемой встречи с вражеским дозором, который и намерен был атаковать с целью захвата «языка». А дозор обязательно должен появиться, потому что враг не может оставить без охраны берег реки. И рас-счет командира оправдался: в лощине замаячили какие-то тени.
 
— Видите,—шепнул Столяр разведчикам.
 
— Да.
 
— Их пятеро,— тихо берите замыкающего и отходите к реке.
 
...«Языком» на этот раз оказался молоденький лейтенант. Как выяснилось, он сам возглавлял маленькую разведгруппу, но вот... допустил оплошность, немного отстал от своих и попал в руки к русским разведчикам. По его словам выходило, что впереди нас ждут проволочные заграждения и мощное минное поле. Потом — два дота примерно в полукилометре друг от друга. В каждом доте—усиленный пулеметный расчет. Пленный указал проходы в проволочных заграждениях. Совсем недавно они сами выходили по им на разведку. При соблюдении элементарной осторожности можно преодолеть их.
 
Пленного отправили на свой берег. Сопровождавшие его разведчики понесли донесение Столяра командованию. Он сообщал, что решил с отрядом форсировать проволочные заграждения и продвигаться вглубь обороны противника. Первые препятствия прошли благополучно и через какое-то время оказались вблизи первого дота.
 
— Дот,— тихо проговорил Столяр.— Значит, не соврал лейтенант.
 
У дота прохаживались часовые. Стало ясно, что так просто к нему не подберешься. Разведчики залегли, повели наблюдение. Дот, конечно, можно и обойти, но, оставшись невредимым, он причинит много неприятностей нашим наступающим войскам. Надо атаковать. Это единственный выход. Бесшумно, как всегда, сняли часовых и ворвались во внутрь укрепления. Занятые картежной игрой фашистские пулеметчики ошалели от неожиданности. Гарнизон грозной крепости перестает существовать.
 
Подобная же история повторилась и с другим дотом. Слишком уж беспечно вел себя противник. Либо не ожидал нашего наступления, либо не имел сил для организации настоящей обороны. Как бы то ни было, действия развед-роты оказались успешными. Данные разведки помогли командованию дивизии правильно спланировать наступление на этом участке фронта.
 
Старые воины-фронтовики помнят лаконичные сводки Совинформбюро: «На фронтах шла интенсивная ружейно-пулеметная перестрелка и велись поиски разведчиков». Только разведчики знают, что скрывается за этими краткими сообщениями. Именно в эту пору и начиналась у них самая страдная пора. Войска находятся в соприкосновении с противником и надо знать, какие силы противостоят, сколь боеспособны они, какими располагают резервами. Выяснить все это обязаны разведчики. Причем, выяснить оперативно и представить командованию самые точные и убедительные сведения. Сапер, как известно, ошибается только один раз. Но если ошибка сапера грозит смертью ему одному, то ошибка разведчика может привести к гибели десятков и сотен людей, к срыву замысла командования. Вот почему ошибки в работе разведчика должны быть совершенно исключены. Об этой священной заповеди разведчиков очень хорошо знал Иван Лукич Столяр.
 
Знал с самого начала, с первых азов разведывательного дела. Недаром его учили такие мастера военного ремесла и беззаветные храбрецы, как командир его стрелкового батальона Бахметьев, ставший потом одним из выдающихся командиров полков 69-й стрелковой дивизии. В свое время с ним встречался и беседовал писатель Илья Эренбург. Вот как отражено это событие в книге А. Андреева «По военным дорогам».
 
«2 октября в дивизию приехал писатель Илья Эренбург. На наблюдательном пункте генерала Кузовкова он беседовал с наиболее отличившимися воинами... Там же писатель познакомился с лучшим в дивизии командиром полка И. А. Бахметьевым, который только что получил звание полковника.
 
Старший лейтенант И. А. Бахметьев прибыл в дивизию в дни ее формирования на должность начальника полковой школы 120-го стрелкового полка. Крепыш, среднего роста, с орденом Красной Звезды на груди за отличие в боях на реке Халхин-Гол, он вскоре стал одним из лучших офицеров дивизии. За два года он прошел славный боевой путь и сейчас командовал полком. В бою Бахметьев был спокойным даже в самых сложных ситуациях, умел в мгновение оценить обстановку и принять решение, которое затем проводил в жизнь со свойственной ему энергией и волей. Командирский талант в сочетании с личной храбростью и уважению к людям создал ему большой авторитет.
 
— Товарищ генерал! Подполковник Бахметьев по вашему приказанию прибыл,— доложил Иван Андрианович.
 
— Вы говорили,— сказал Илья Эренбург,— что Бахметьев полковник, а вижу...
 
Генералу пришлось сделать Бахметьеву замечание за нарушение формы одежды.
 
Вскоре этот инцидент был забыт. Расстелив под деревом плащ-палатку, писатель, генерал и полковник уселись на ней и потекла дружеская, полная взаимного обогащения беседа.
 
Илья Григорьевич рассказал о положении в стране и на фронте, о цели приезда в дивизию.
 
— Мне посоветовал генерал Батов поехать в вашу дивизию. Я очень рад, что мне удалось встретиться с прекрасными людьми.
 
-— А скажите, товарищ Бахметьев, чем Вы объясните успехи вашей дивизии при прорыве обороны противника, при форсировании рек?
 
— Наверное, главная причина наших успехов заключается в безграничной вере людей в правоту нашей борьбы, в преданность их родной земле, делу Ленина. У нас в дивизии прекрасные бойцы и хорошие командиры. Смелые, продуманные решения их — залог успеха в любом деле. По-моему, именно эти факты и определяют успехи нашей дивизии.
 
Илья Эренбург поблагодарил Бахметьева за интересную беседу и пожелал ему новых боевых успехов».
 
Вот с какими интересными людьми свела Ивана Лукича Столяра фронтовая судьба. Именно Бахметьев благословил его в разведчики и Столяр всегда с благодарностью вспоминал об этом. Помнится, когда Столяр вернулся из своего первого похода за передний край противника, командир батальона майор Бахметьев с восхищением сказал ему:
 
— Ей-богу, ты вроде как с самого начала войны в разведке.
 
— Почти так,— согласно кивнул Столяр.
 
— Это как же понять?
 
— Потому что думаю об этом днем и ночью.
 
— Выходит, медицинская работа не по душе?
 
—Считаешь ее менее важной?
 
Столяр обиделся.
 
— Зачем вы так, товарищ майор? Я люблю медицину. Но на мое место много пожилых фельдшеров найдется, а я молодой. Сами понимаете, мне в бою надо быть, в самом пекле...
 
И ушел юный Столяр в разведку, и никогда не жалел об этом. Через месяц он уже носил на груди свой первый боевой орден — Орден Красной Звезды.
 
* * *
 
Долго и сравнительно благополучно воевал командир отдельной разведроты капитан Иван Лукич Столяр. А ведь разведчику, как говорится, всегда первая пуля. Но смерть щадит отважных, храбрость оберегает их от свистящих пуль и горячих осколков. Однако и его постигла на реке Нарев злая солдатская беда. Здесь, на плацдарме, Иван Лукич Столяр сделал последние шаги на своем долгом и трудном фронтовом пути. Тяжелые раны положили предел ратным подвигам славного разведчика. Его увезли в далекий тыловой госпиталь и он пробыл там до конца войны. Тут, в госпитале, получил Иван Лукич письмо от однополчан: «Вся наша дивизия,— говорилось в письме,— сердечно поздравляет тебя, дорогой Иван Лукич. Ты представлен к высокой правительственной награде. Желаем счастья и больших успехов в жизни».
 
Еле-еле удержал набежавшие слезы храбрый разведчик. О каком счастье может идти речь? Медицинская комиссия признала его инвалидом второй группы и об оставлении в армии даже нельзя было мечтать. Вышел солдат из госпиталя и подался в родную Адамовку, в разоренный и разграбленный фашистами край. Походил по пепелищам, погоревал вместе с земляками о людских бедах. Однако, надо быто что-то делать, как-то восстанавливать былую мирную и счастливую жизнь. Бывшему фронтовику, конечно же, нашлось дело: земляки избрали Ивана Лукича Столяра председателем разрушенного оккупантами колхоза. В тяжелых заботах проходило время. Он раньше всех вставал и позже всех ложился. Работал много, с неистощимым фронтовым упорством.
 
Государство оказало большую помощь колхозу и он постепенно становился на ноги. Люди приободрились, жизнь менялась прямо на глазах. Но пришла новая беда: в округе появились бандиты. Недобитые фашистские прихвостни повылезали из своих нор, учиняли по ночам поджоги, нападали на активистов. И Столяр решил пойти туда, где он был нужен больше всего. Пошел на передовую линию огня, на острие атаки, как это было еще совсем недавно там, на фронте.
 
— Направьте меня учиться,— попросил Столяр,— помогите стать юристом.
 
Райком учел его просьбу и направил в Киевскую двухгодичную юридическую школу. Столяр одолел все науки, хотя еще ныли и болели раны, успешно закончил школу. Сначала работал в Литве, потом переехал в Казахстан, закончил Казахский госуниверситет им. С. М. Кирова, и вот уже много лет живет и работает в столице Казахской республики — Алма-Ате.
 
Старый ветеран и теперь не прерывает связи со своими друзьями — однополчанами. Ему пишут из Москвы и Киева, из Харькова и Полтавы, из Хабаровска и Чимкента и из многих многих других мест. В торжественные дни его никогда не забывает тепло поздравить бывший командующий 65-й армии, а ныне председатель Совета ветеранов Великой Отечественной войны СССР, дважды Герой Советского Союза генерал армии Павел Иванович Батов. Генерал всегда относится к своему разведчику с подчеркнутым вниманием и уважением.
 
Как и прежде Иван Лукич Столяр на передовой линии огня, на острие атаки.