Главная   »   Новые горизонты. Мухамеджан Каратаев   »   ОБЩЕНАЦИОНАЛЬНАЯ ГОРДОСТЬ


 ОБЩЕНАЦИОНАЛЬНАЯ ГОРДОСТЬ

Национальное и интернациональное...

 

Раздумья о глубине и идейно-политической окраске этих мировоззренческих понятий родились у меня после беседы с интересным и умным попутчиком в вагонном купе поезда Москва — Алма-Ата. Серебряно-седой, сероглазый, густо-загорелый попутчик мой оказался советским человеком, испытавшим двухлетнее пребывание в гитлеровском лагере смерти, откуда он был освобожден авангардным подразделением Советской Армии, 
 
Хорошо владеющий немецким языком, человек этот волей-неволей слушал и понимал разговоры лагерного начальства. Особенно запомнились ему фашистские высказывания коменданта лагеря об ультра-патриотизме.
 
«Немецкая нация едина, — вещал гестаповец, — она, после очистки от коммунистических и социал-демократических элементов, мыслит и чувствует так, как фюрер. Когда мы поем «Германия превыше всего», мы патриотически исповедуем наш символ веры, гордимся избранностью немецкого народа, чистотой нордической расы, народа господ и повелителей, утверждающего на земле тысячелетний рейх. Наш патриотизм выражается в искоренении и физическом уничтожении недочеловеков, какими являются евреи, армяне, цыгане, и превращении в рабов славян всех мастей, французов, африканцев и прочих духовно неполноценных народов и народцев. Гитлер гениальнее всех Александров Македонских, Киров персидских и Наполеонов. Он — завоеватель, божьей милостью пророк новой, железной эпохи».
 
«Когда я слышал эти проповеди человеконенавистничества,— с горечью говорил мой сосед по купе, — мне хотелось сказать этому безмозглому хвастуну, что кроме обреченной на позор фашистской Германии Гитлера, Геринга и Гиммлера существует и, главное, будет существовать подлинная народная Германия Маркса, Энгельса, Гейне, Бетховена, Карла Либкнехта, Тельмана. И еще сказать ему, что «патриотизмом» и «национальной гордостью» нельзя называть мракобесие. Но, разумеется, я молчал, потому что спорить с коричневой гориллой и неразумно и бесполезно».
 
Выслушав моего собеседника, я напомнил ему о ленинском понимании двух начал, двух культур в только кажущейся единой нации.
 
До Октябрьской революции в так называемой «единой и неделимой» России явственно существовало две непримиримых меж собой России: одна Россия — это царствующий дом Романовых, патриархи вроде Филарета, временщики, на манер Аракчеева, помещики типа Пуришкевнча, фабриканты из породы Путиловых; другая Россия — это Пушкин, Гоголь, Рылеев, Некрасов, Белинский, Герцен, Ленин.
 
И будущее было за ленинской Россией. «Завидуем внукам и правнукам нашим, — пророчески писал неистовый Виссарион, — которым суждено видеть Россию в 1940 году, стоящую во главе образованного мира, дающего законы и науке и искусству, и принимающую благоговейную дань уважения от всего просвещенного человечества».
 
В моем родном, до Октября почти сплошь неграмотном казахском народе, были впередсмотрящие, духовно богатые прогрессивные люди —Абай Кунанбасв, Чокай Валиханов, Ибрай Алтынсарии, зовущие свой народ к свету, к свободе, к дружбе с могучим соседом — русским народом, родившим самоотверженных революционеров.
 
Лучшим прогрессивно мыслящим, свободолюбивым сынам любой нации были присущи патриотизм и национальная гордость. Так русские еще в прошлом, XIX, зеке гордились Пушкиным, Ломоносовым, Чернышевским, украинцы — Шевченко, белорусы — Богушевичем, казахи - Абаем, татары — Тукаем, башкиры — Салаватом..» Чувства патриотизма и национальной гордости являлись во времена становления и созревания наций могучим средством укрепления и отстаивания исторической самостоятельности нации в борьбе против чужеземных врагов — захватчиков.
 
Как правило, в этих чувствах кристаллизовалось все лучшее, прогрессивное, нравственно-высокое.
 
В. И. Ленин накануне революции в своей гениальной статье «О национальной гордости великороссов» писал: «Мы полны чувства национальной гордости, ибо великорусская нация тоже создала революционный класс, тоже доказала, что она способна дать человечеству великие образцы борьбы за свободу и за социализм».
 
Это было сказано 62 года тому назад. За истекший период русский революционный рабочий класс во главе трудящихся всех наций и народностей бывшей царской России совершил Великую социалистическую революцию, построил социализм и отстоял его в смертельных схватках с классовыми врагами, строит коммунизм.
 
На территории бывшей Российской империи, которая была «тюрьмой народов» и, по словам Тараса Шевченко, «молчала на всех языках», вырос могучий Советский Союз.
 
Это предельно кратко и поэтически точно выразил Джамбул:
 
...С Лениным, мудрым батыром земли,
Народы Октябрьские зори зажгли.
И рухнули своды позора и тьмы
Российской империи — душной тюрьмы.
Советские светлые годы пришли,
И нам не узнать обновленной земли.
Горит в самоцветах Советский Союз,
Свободны казах, армянин, белорус,
Таджик, и народ закаспийских сторон,
И все шестьдесят возрожденных племен.
 
Враги советского строя и коммунистического строительства, так называемые советологи, по-змеиному шипят о «русификации» бывших окраинных колоний России, ныне ставших Советскими Социалистическими Республиками. Но историю не переспоришь. На заре советской власти, 22 ноября 1917 года, было опубликовано написанное Лениным для всех народов страны и особенно для тех, кто населял российские окраины,— обращение Совнаркома «Ко всем трудящимся мусульманам России и Востока»:
 
«Отныне ваши верования и обычаи, ваши национальные и культурные учреждения объявляются свободными и неприкосновенными, — с радостью прочли казахи, узбеки, туркмены, каракалпаки, таджики и другие азиатские народы и народности.— Устраивайте свою национальную жизнь свободно и беспрепятственно. Знайте, что ваши права, как и права всех народов России, охраняются всею мощью революции и ее органов — Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Поддерживайте же эту революцию и ее полномочное правительство».
 
Не подавление прав любой, даже самой малой, национальности и не мифическую «русификацию входивших в Россию наций декларировало Советское правительство, а, наоборот, гарантировало расцвет национальной по форме и социалистической по содержанию культуры всех наций.
 
В постановлении ЦК КПСС «О 60-годовщине Великой Октябрьской социалистической революции» подчеркивается: «Своими трудовыми подвигами и творческими свершениями, героической стойкостью и мужеством в суровых испытаниях Великой Отечественной войны, бескорыстным участием в судьбах братьев по классу во всем мире советский человек доказал свою глубокую преданность идеалам коммунизма, свой пламенный патриотизм и интернационализм... Советский человек горячо любит свою социалистическую Родину. Содержанием всей его жизни стал вдохновенный труд во имя коммунизма».
 
Само собой разумеется, что в понятие «советский человек» включаются представители любой национальности.
 
Возьмем, к примеру, казахстанцев, то есть население Казахской Союзной республики, в которой живут и трудятся кроме казахов, представители не менее ста наций и народностей. Все они проявили патриотизм, беззаветную любовь и преданность своему социалистическому отечеству и грудью отстаивали честь, свободу и независимость Советского Союза на полях Великой Отечественной, а в тылу работали по-фронтовому. Это с предельной достоверностью выражено в произведениях казахских писателей — «Солдат из Казахстана» Г. Мусрепова, «Чиганак» Г. Мустафина, «Грозные дни» Т. Ахтанова, «Курляндия» А. Нурпеисова, «За нами Москва» Б. Момыш-улы, «Ленинградцы, дети мои» Джамбула, «Сказание о смерти поэта» К. Аманжолова и многих, многих других. В Великую Отечественную войну четыреста сорок казахстанцев получили Золотую Звезду Героя Советского Союза, более пятидесяти шести тысяч человек были награждены орденами и медалями.
 
В процессе революционных преобразований и строительства социализма, осуществленных под мудрым руководством Ленинской Коммунистической партии, возникла новая историческая общность людей — советский народ, который ныне показывает человечеству великие образцы нерасторжимой дружбы народов и успешного строительства коммунизма. У советских людей, независимо от Национальной принадлежности, возникло и укрепилось чувство гордости за свою социалистическую Родину, за свой единый многонациональный народ. Оно стало священным чувством общенациональной гордости советского человека, которое руководит всеми его помыслами и деяниями, поднимает сознание его ответственности не только за свой народ, но и за события, происходящие в мире. В этом выражена социальная природа советского человека, человека-интернационалиста, гуманиста.
 
Но это новое чувство общенациональной гордости советского человека вовсе не исключает собственно национального чувства представителя той или иной нации и народности: русского, украинца, казаха, узбека, грузина, осетина, татарина и т. д., а, наоборот, органически включает его в себя, осмысливает и возвеличивает его, придает ему новые качества.
 
Мысленно я иногда чувствую себя участником большого многонационального форума полномочных представителей народов и народностей, сплоченных и сроднившихся на основе ленинской дружбы народов. Председательствующий, скажем, задает представителям братских республик один и тот же вопрос:
 
— Назовите мне литературное имя, составляющее предмет вашей национальной гордости?
 
Русский отвечает: «Пушкин, Лев Толстой, Горький, Шолохов».
 
Казах, не задумываясь, свидетельствует: «Абай,
 
Джамбул, Ауэзов».
 
Украинец откликается: «Шевченко, Тычина».
 
У белоруса нет никакого сомнения: «Купала, Колас».
 
Грузин улыбается: «Руставели».
 
Армянин быстро подхватывает: «Исаакян».
 
Азербайджанец коротко роняет: «Вургун».
 
Узбек категорически утверждает: «Навои»
 
Молдаванин не задумывается: «Буков».
 
Эстонцу ясно: «Смуул».
 
Туркмен с любовью говорит: «Кербабаев».
 
Латыш называет имя: «Райнис».
 
Литовец спешит не отстать от соседа: «Межелайтис».
 
Киргиз говорит: «Токтогул, Айтматов».
 
Таджик уверяет: «Турсун-заде».
 
Татарин с радостью констатирует: «Тукай, Джалиль».
 
Осетинец восторженно: «Хетагуров».
 
Чукча: «Рытхэу».
 
Аварец называет писательскую семью, отца и сына: «Цадаса, Гамзатов...»
 
Председательствующий улыбается: «Это закономерно, понятно и радостно. У нас, в Советском Союзе, литературу творят на доброй сотне языков. Но вот что замечательно — названные вами поэты и прозаики пишут каждый на своем родном языке, но все они, без исключения, звучат и по-русски и на многих языках, хотя выражают свое заветное, национальное, казалось бы, свойственное только им.
 
В этом разгадка того, как сливаются понятия национального и интернационального. Пушкин, Горький, Шевченко, Абай, Руставели — они ведь не только национальные гении, они гордость всего Советского Союза, они его полпреды в мировой литературе, достойные представители нашего советского народа в общечеловеческой всесветной литературе».
 
Благодаря торжеству ленинской национальной политики, великой дружбе народов идет благотворный процесс единения национального и интернационального. Именно в процессе этого единения великие поэты и писатели отдельных народов стали национальной гордостью всего советского народа, каждого советского человека, независимо от их национальной принадлежности.
 
Относится это не только к поэтам и писателям, но и ко всему, национально ценному, прогрессивному, что не противоречит интернационально-общему, советскому. Советскому человеку дороги, например, такие характерные традиции, как патриотизм и героизм, унаследованные из исторического прошлого каждого народа, которые в социалистическую эпоху закономерно перешли в новые качества, приняли новый характер и содержание. Советская действительность неопровержимо доказала историческую преемственность всех лучших национальных черт, какие выработал и сохранил в своем потенциале тот или иной народ. В массовом героизме советских людей, проявленном на фронте и в тылу в годы Великой Отечественной войны, получили дальнейшее глубокое развитие и яркое выражение новые черты советского характера — чувство советского патриотизма, любви к социалистической Родине, нерушимой дружбе народов.
 
Все эти качества и чувства вызывают у советских людей, сплоченных общностью целей и идеалов, общую гордость за все то, что совершено и совершается многонациональным советским народом в строительстве социализма и коммунизма. «И чем дальше мы идем по пути строительства коммунизма, — говорил Генеральный секретарь ЦК КПСС товарищ Леонид Ильич Брежнев в своем докладе о пятидесятилетии Союза Советских Социалистических Республик, — чем многообразнее и прочнее становятся экономические, культурные и иные связи, соединяющие воедино все народы СССР, тем сильнее и глубже благородное чувство великой общности, которое мы называем общенациональной гордостью советского человека».
 
Речь идет здесь отнюдь не об абсолютной слиянности национального и интернационального, а о чувстве великой общности, то есть о чувстве общенациональной гордости советского человека, которая не уничтожает то, что было неповторимо-ценным в национальных по форме литературе и искусстве каждой отдельной нации.
 
«Каждый народ живет и развивается в своебразных исторических, социальных, природных и прочих условиях, — совершенно правильно утверждает Г. И. Ломидзе, — поэтому так называемые общие черты в каждом случае предстают перед нами в своем неповторимом облике, как черты и общие и конкретные одновременно. Не может быть для всех одинакового стереотипа сознания и психики.
 
Действительно, «Тихий Дон» Михаила Шолохова, «Путь Абая» Мухтара Ауэзова, «Бухара» Садриддина Айни при всей их несхожести в национальных формах выражения имеют общую суть, художественное осмысление того, как русский, казахский, таджикский народы тернистым путем шли из тьмы к свету, из рабства к свободе, от вековой кабалы к свободному труду, возвышающемуся до творчества.
 
Но эти классические эпопеи, в которых выражена общность патриотически-национального и интернационального, возможно, могут быть отнесены некоторой частью читателей к явлениям исключительным. Однако это не так. Вот я открываю десятый номер журнала «Дружба народов» за 1976 год и внимательнейше читаю рассказ казахского прозаика Дукенбая Досжанова «Кумыс», добротно переведенный на русский язык А. Орловым. Рассказ поражает своей национальной тематикой, национальными характерами героев, национальным образным строем, даже словарем, — в рассказе много непереведенных (но угадываемых читателями по смыслу) казахских слов, правда, через запятую или тире следует их русское смысловое значение; вот несколько примеров этого переводческого приема: «курт — сушеный творог», «о саумале, свежем кобыльем молоке», «приподнял угол текемета, кошмы с узорами», «большую деревянную чашу — тостак», «расписных, средней величины чашах — зерен», «кавак — высокую тыкву, что выращивают присырдарьинские дехкане». Автор и переводчик понимают, что такой переводческий прием при передаче авторского, повествовательного текста уместен, но неестественен при переводе живой речи персонажа — «не приехал бы племянничек баскармы», переводчик объясняет в сноске, что казахское слово «баскарма» значит — «председатель колхоза». Некоторые казахские слова, давным-давно ставшие понятными русскому читателю, например, «акын», «дастар-хан», «кумыс», «юрта», и т. д. переводчик оставляет в натуре.
 
В рассказе «Кумыс» сохранен казахский образный строй, образная основа, восходящая к национальному фольклору, к живой народной речи. Автор живописует (а переводчик это тонко передает на русском языке) родной край, степную природу так, как видит и воспринимает ее казах-степняк: месяц у него «похож на Серебряную подкову», тропинка «камчой обвивает крутые склоны», раннее утро определяется тем, что «даже дойных кобылиц еще не пригнали с выпаса», дорога меряется не верстами или километрами, а «расстоянием дневного пути», о скучном, неумном человеке говорится, что он «может до мерлушки сузить весь огромный мир», персонажу подают «кумыс в небольшой деревянной чаше, отделанной по краям блестящим рогом», отсутствие новостей отмечается очень образно — «Растащат по камням гору Каратау, и то ничего знать не будем», о лакомой еде, предложенной летом, говорится так, что становится зримым хозяйственный уклад табунщиков — «Я принялся за огузок, заботливо сохраненный Актате с зимы в муке. Хорошо просоленный, ровно провяленный, сочный кусок золотился в закатных лучах». А вот как акварельно-тонко, пластично, в национальных тонах дан портрет пожилой казашки: «Тут же, откинув полог юрты, вышла Актате. Вот уж кого верно назвали. Актате! Белая тетушка! Светлолицая, все еще стройная, статная, хоть на исходе пятый десяток, в белом опрятном жаулыке. Казахи говорят: красивая чаша может потускнеть, но прелести своей не теряет. Это о таких, как Актате, сказано. Она приставила ладонь ко лбу, прищурилась и сразу же меня узнала:
 
— О аллах! Ведь это мой братишка-грамотей! Ласковый ты мой... милый. Тетушку свою проведать приехал».
 
Речь Актате на протяжении всего рассказа дается так выразительно, естественно и эмонационально, что ее добрый, душевно-щедрый, женственно-красивый характер раскрывается полностью, и читатель безоговорочно верит, что она именно такая — сохранившая лучшие традиции предков и расцветшая пусть даже поздним расцветом под солнцем нового возрожденного Казахстана.
 
А кумыс, этот исконно-национальный напиток казахов, особенно казахов-табунщиков и пастухов! Он описан в рассказе не только с исключительным знанием дела, но и любовно, поэтически.
 
Автор убеждает читателей, как громадна «разница между кумысом пригородным и степным». Досжанов без нарочитости, без нажима, органически естественно ввел в короткое повествование сведения об искусстве изготовления кумыса и сделал это так, что вызвал живейший интерес к этому, оказывается, далеко не простому, а имеющему свои традиции, навыки, тонкости мастерству. Даже тара, посуда для кумыса — саба, турсук, кавак — имеет своих мастеров для изготовления, причем не безразличны породы растений, из которых складываются костры, на которых сушатся кожи для турсуков и сабы. Когда нужна таволга, а когда ветви урючины и горной ветлы. Важна для качества кумыса и такая частность: «От одной капли воды кумыс уже не тот становится. Доить надо только в сухой подойник,— убежденно говорит Актате, мастерица по кумысу.— А при дойке кобылицы важно, чтоб кобылица молоко не по принуждению, а по своей воле давала. От кумыса из молока молодой кобылицы — человек молодеет». И вот еще что в вековом казахском обычае: разным людям кумыс подают в разной посуде.
 
Словом, тут целая народная академия!
 
И кумыс под пером Досжанова как бы ожил, стал одушевленным, приобрел не только жаждоутоляющие, но и творчески-тонизирующие свойства.
 
Кумыс в изображении писателя-казаха то «хмельной», то «медовый», то «какая кобылица — такой и кумыс», то «бархатный», то «норовистый», то «злой», то «спокойный, покладистый», то имеющий «густой аромат, чем-то схожий с запахом зрелой дыни. Такой кумыс и мертвого подымет!»
 
Читая эту поэму в прозе о «напитке батыров» (выражение Джамбула) невольно думаешь вот что: «На всенародный, всеземной дастархан разные народы выставляют гостеприимно свои национальные напитки: французы — шипучее шампанское, немцы и чехи, соревнуясь,— пенистое пиво, армяне — золотистый коньяк, грузины — красное сухое кахетинское вино, русские — хлебные водку и квас, дагестанцы — просяную бузу, американцы— виски, кубинцы— ром, испанцы — малагу, кто что может! А казахи, несомненно, освященный традицией кумыс.
 
В кратком рассказе казахский прозаик Дукенбай Досжанов, делая крупные успехи в мастерстве слова, сумел национальными средствами изобразить природу, быт, характеры, мысли и чувства, в которых не только национальный патриотизм, но и интернациональный гуманизм, общечеловеческие чувства добра, борющегося со злом.
 
В рассказе «Кумыс» нет ни деклараций, ни риторики, ни дидактики, но каждой строкой своей автор свидетельствует: казахи стали жить мирно, свободно, безбедно, храня и развивая лучшие, прогрессивные традиции дедов и прадедов только после Октябрьской победы, только вместе с народами братских советских республик, в наша, казахская национальная гордость слита с гордостью узбеков, таджиков, азербайджанцев, молдаван, латышей —всех братских народов и является общенациональной гордостью советского народа.
 
Общеизвестно, что общенациональной гордостью советского человека являются всемирно-исторические события, связанные с тем, что именно в нашей стране впервые победила социалистическая революция, построен социализм, строится коммунизм, что наша страна разгромила опаснейшего врага человечества — германский фашизм, послала первого человека в космос, что ныне мудрая миролюбивая политика нашей страны, нашей партии и народа одерживает победу за победой, что мир рукоплещет благородной деятельности Генерального секретаря ЦК КПСС, Председателя Президиума Верховного Совета СССР товарища Л. И. Брежнева, направленной на разрядку международной напряженности, на мирное сотрудничество народов. Ни с чем нельзя сравнить величие общенациональной гордости, которую испытывали советские люди в дни пребывания товарища Л. И. Брежнева в ФРГ, США, Франции, Хельсинки. Здесь в полный голос и на весь мир прозвучали слова о миролюбивой политике ленинской партии, о том, что, благодаря возросшей мощи Советского государства и сил мирового социализма, их последовательной миролюбивой политике, достигнут позитивный поворот в развитии международных отношений.
 
А какую гордость, духовный подъем испытывал советский народ в связи с празднованием 100-летия со дня рождения В. И. Ленина, 50-летия образования СССР, великими предначертаниями исторических решений XXV съезда партии, 60-летием Великого Октября, принятием новой Конституции СССР!
 
Наши зарубежные идеологические противники клеветнически в своих наукообразных «исследованиях» твердят одно и то же: «Советская Россия продолжает проводить царскую колонизаторскую политику в Средней Азии, Казахстане». Все эти псевдо-ученые, вроде Т. Виннера и Эд. Олвоорта (США), Дж. Уиллера (Англия), П. Урбана, И. Нольте, Ю. Рюле (ФРГ), Р. Лаконтра и А. Жакоба (Франция), пытаются доказать недоказуемое, будто казахи, узбеки, таджики, киргизы, туркмены терпят колонизаторскую «русификацию».
 
Эти господа забывают, что советские братские республики Средней Азии и Казахстана живут не под гигантским стеклянным колпаком, а посещаются тысячами гостей из всех уголков мира. Все можно увидеть воочию. Факты, как говорят, — упрямая вещь. А перед лицом фактов нечистоплотные вымыслы советологов разлетаются в прах.
 
Мы, казахи, гордимся, что в нашей столице Алма-Ате осенью 1969 года состоялся не всеказахстанский, не всесоюзный, а всемирный международный симпозиум, посвященный 100-летию со дня рождения Ленина, и в нем приняли участие представители более пятидесяти стран. В Алма-Ате состоялась Пятая конференция писателей стран Азии и Африки. В Алма-Ате же прозвучала Международная Музыкальная Трибуна Азии, проведены научно-технические конференции стран — членов Совета Экономической Взаимопомощи, состоялись Международный семинар представителей женских организаций стран Азии, одиннадцатый Менделеевский съезд, чествование 1100-летия Абу Насра аль Фараби, ВОЗ и другие международные встречи и симпозиумы.
 
А ведь столица Казахстана Алма-Ата отражает в своем облике, в своем социальном бытии, в своем производственном и культурном развитии весь Казахстан, как скажем, Киев — это образ всей Украины, Минск воплотил основные черты и суть всей Белоруссии, Ташкент — всего Узбекистана и так далее. Все наши Советские Социалистические Республики (да и автономные республики и округа) и их столицы соревнуются между собой, ставя своей сверхзадачей и целью как можно больше преуспеть в коммунистическом строительстве, перенимая друг у друга достойный подражания опыт, взаимодействуя и взаимообогащаясь материальными и духовными ценностями.
 
Приведу один пример.
 
Когда начался в Казахстане великий поход за превращение тысячелетней степной целины в гигантское пшеничное поле, в Казахскую республику приехал с Украины молодой коммунист Федор Трофимович Моргун, имевший немалый опыт в сельском хозяйстве, приобретенный на родной украинской земле.
 
Как многие и многие тысячи добровольцев из братских советских республик, он работал на целине с энтузиазмом, с полной отдачей сил, знаний, опыта и изобретательства. Особенно много ценного (энергичнее скажу — драгоценного) внес Моргун в борьбу с начавшейся было на целине ветровой эрозией почв. Он, в частности, стал одним из главных новаторов, внедрявших новую технологию возделывания зерновых культур — суть которой состояла в поверхностной, минимальной обработке поля без применения отвального плуга. Федор Трофимович Моргун работал на целине сначала директором зернового совхоза, потом секретарем райкома партии, затем секретарем обкома партии и, наконец, начальником Целинного краевого управления сельского хозяйства. Он, как подлинный новатор, не побоялся, как он сам говорит, «пересмотреть взятую с собой земледельческую мудрость предков украинцев. На целине нас учили уму-разуму пыльные бури. Я помню мутное солнце в зените, летящие по воздуху молодые растения пшеницы, барханы, появляющиеся на месте посевов, постаревшие от горя лица механизаторов, агрономов, руководителей хозяйств. Это заставляло действовать и действовать без промедления. Можно много порассказывать, какой большой была сила сопротивления, инерции, привычки, сколько энергии и нервов стоило их ломать. Зато, когда я уезжал с бывшей целины, не мог уже назвать ни одного знакомого мне директора совхоза или агронома, который бы продолжал держаться за отвальный плуг».
 
Ф. Т. Моргун стал одним из первых признанных первопроходцев целины, получивших Золотую Звезду Героя Социалистического Труда, кандидатом сельскохозяйственных наук, членом Союза писателей СССР. Звание советского писателя он получил как автор двух широко известных, правдивых, партийно-целенаправленных книг: «Думы о целине» и «Хлеб и люди». После целинного подвига Ф. Т. Моргун вернулся на родную Украину и стал первым секретарем Полтавского обкома партии.
 
И что же?
 
Жизнь, положение сельского хозяйства на Полтавщине поставили перед Моргуном задачу перенести целинный опыт Казахстана на Украину.
 
«Приехав в Полтаву,— рассказывает Моргун,— я начал связываться с друзьями-целинниками на предмет получения от них безотвальной техники. Несмотря на то, что им самим ее не хватало, они, понимая всю важность дела для Украины, направляли нам и плоскорезы, и стержневые сеялки и культиваторы. Одновременно помогали и москвичи, товарищи из «Союзсельхозтехники». Остановка была за главным: убедить людей, полтавских земледельцев, чтобы они решились заменить новыми машинами привычные им и глубокоуважаемые плуги».
 
И свершилось нечто, похожее на чудо: испокон веков скотоводческий Казахстан научил земледельческому мастерству испокон веков хлебопашескую Украину. В частности, благодаря неиссякаемой энергии Ф. Т. Моргуна, на Полтавщине за три года площади полей, обработанных по плоскорезной системе, увеличились с первых, опытных 2800 гектаров до сегодняшних — 480 ООО гектаров. Сначала украинец новаторски внедрял новую технологию посевов на казахстанской земле, а потом тот же украинец перенес казахстанский опыт на родную украинскую землю.
 
В Казахстане за кратчайшие сроки поднято 25 миллионов непаханой земли. Это была революция, когда сложившаяся за многие тысячелетия флора на огромных пространствах была коренным образом изменена; росли ковыль, полынь, стала расти и плодоносить пшеница. В этом всенародном подвиге приняли активнейшее непосредственное участие представители более чем ста национальностей и народностей, проживавших в Казахстан не, а также представители национальностей всех без исключения республик, входящих в Советский Союз, К этому надо прибавить, что новейшая сельскохозяйственная и транспортная техника для поднятия целины и сбора ее урожаев делалась руками представителей не одной, а многих советских республик. В этом всенародном деле разные народы Советского Союза братски помогали друг другу, обменивались опытом. Естественно, что это — прогрессивное, открывающее громадные перспективы, явление.
 
Поднятие целины - национальная гордость казахов, это одновременно и общенациональная гордость советского народа, твердо стоящего на позициях интернационализма.
 
Казахи, в частности, гордятся тем, что им братски помогли в поднятии целины все республики Советского Союза. Вот что сказал Л. И. Брежнев в докладе «О пятидесятилетии Союза Советских Социалистических Республик»: «Казахская культура и развивается и обогащается все более, вбирая в себя все лучшее из культуры русской, украинской и других. Что это, плохо или хорошо? Мы, коммунисты, с уверенностью отвечаем: хорошо, очень хорошо!»
 
Вот еще пример того, как национальная гордость казахского народа сливается, да и не может не сливаться воедино с общенациональной гордостью всего советского народа.
 
В сборнике стихов К. Алтайского «Земные звезды Казахстана» об отце космонавтики К. Э. Циолковском, жившем в Калуге, сказано:
 
Поредела его шевелюра густая,
Стал с годами он пепельно-сер, но не сед.
О поездке в казахские степи мечтая,
Он живет здесь уж сорок без малого лет.
 
Открыватель путей к звездам, как бы присматривал место, откуда будет человек летать в космос. И его мысли влеклись к Казахстану, безбрежные степи которого как будто предназначены для будущего космодрома. Так и вышло.
 
Приведу слова Ануара Алимжанова: «С Байконура впервые началась дорога в космос. Байконур сегодня — космический порт в казахской степи».
 
Небезынтересна и такая подробность: ни один искусственный спутник Земли, ни один космический корабль не сотворен без цветных, редких и редчайших металлов, разведанных казахстанскими геологами и добытых казахстанскими горняками. Да и среди первых покорителей космоса есть уроженец Казахстана подполковник Владимир Александрович Шаталов. Оба рейса Шаталова в космос начинались и заканчивались на родной ему казахской земле. После второго путешествия в космос дважды Герой Советского Союза космонавт Шаталов, командир группового полета трех космических кораблей, на пресс-конференции, состоявшейся около Караганды, сказал:
 
— Рад, что я в Казахстане. Ведь здесь я родился, на эту землю я вернулся в трудные годы из Ленинграда, здесь учился летать. С земли Казахстана два раза стартовал в космос, дважды опускался на нашу гостеприимную степь. Комсомольцы Казахстана попросили нас взять с собой в космический полет эти два маленьких мешочка с пшеницей и рисом. Они проделали вместе с нами весь долгий космический путь. И вот мы привезли их вам. Желаем новых успехов трудящимся республики, желаем хлеборобам и рисоводам Казахстана отличных урожаев.
 
Это говорил не только космонавт, но и ученый, потому что каждый космонавт в какой-то мере ученый.
 
Могли ли казахи выразить свою национальную гордость покорением космоса, столь близко и неразрывно связанного с их родной землей? Да, конечно, это их неотъемлемое право, но каждый казах честно скажет, что эта национальная гордость нерасторжима с общенациональной гордостью советского народа.
 
За советские годы возрожденный Октябрем Казахстан так вырос в области культуры, литературы, искусства, что не один, не два, а уже многие писатели обрели читателей далеко за пределами не только родного Казахстана и братских советских республик, но и за рубежами Советского Союза. Произведения писателей-казахов переведены на многие иностранные языки и пользуются большим успехом у народов других континентов. Это книги Мухтара Ауэзова и Джамбула Джабаева, Габита Мусрепова и Габидена Мустафина, Сабита Муканова и Абдижамиля Нурпеисова, Ануара Алимжанова и Олжаса Сулейменова и других. Казалось бы, вполне естественна национальная гордость казахов за свою родную литературу, зазвучавшую на разных языках, но эта национальная гордость неотделима от общенациональной гордости всего советского народа уже в силу понимания, что бесспорные успехи казахской литературы явились не без благотворного влияния русской литературы и творческой помощи Союза писателей СССР, в который входят и достойные представители профессиональной, многожанровой казахской литературы. Общенародные мысли и чувства, выкристаллизовавшиеся в литературе многоязычного Советского Союза, особенно родственны по духу, по пафосу, по философии многожанровым произведениям Ленинианы, произведениям, посвященным изображению, воспроизведению образа гения и гуманиста всех времен и народов Владимира Ильича Ленина. Лени-ниана, неизменно пополняющаяся новыми произведениями, поистине национальна по форме и социалистическая по содержанию.
 
Вероятно, именно в Лениниане, создаваемой народами исторически, находит выражение общенациональная гордость как синтез патриотизма и интернационализма советского народа.
 
Все великие и «малые» достижения коммунистического строительства в СССР имеют международное значение. Можно привести бесконечное множество фактов по отдельным республикам, которые служат предметом национальной гордости всех советских людей. И не только потому, что трудящиеся разных национальностей совместно разрешили ту или иную всенародную проблему, скажем, восстановления разрушенного землетрясением Ташкента, или освоили казахстанскую целину и ныне обеспечивают совместную уборку миллиардов пудов целинного хлеба, или вместе строят БАМ, КамАЗ, Мангышлак, но и потому, что расцвет каждой советской республики — результат всеобщего расцвета великого Советского Союза, и все это, естественно, является предметом общенациональной гордости всех советских людей, всего советского народа. Чем же иначе объяснить тот примечательный факт, что в праздновании 50-летия национальных республик с радостью и гордостью приняли участие представители всех братских республик. Выступления товарища Л. И. Брежнева на этих торжествах выражали всеобщее чувство национальной гордости советского народа. Чувство, представляющее собой замечательный синтез патриотизма и интернационализма.
 
Мы, казахи, безмерно гордимся тем, что наша Родина— Советский Казахстан, который в 1980 году будет праздновать свое шестидесятилетие, неузнаваемо преобразился за советское время, стал в составе Советского Союза одной из крупнейших социалистических республик, страной индустриальных гигантов и новостроек, развитого сельского хозяйства, расцветшей культуры. Но только ли казахи гордятся великими свершениями в казахской степи? Нет! Гордятся ими все советские люди, которые совместно строили и осваивали Караганду, Джезказган, Балхаш, Темиртау, Ачисай, сооружали Чимкентский свинцовый завод, Актюбинский химический, Соколовеко-Сарбайский горно-обогатительный, Усть-Каменогорский титано-магниевый комбинаты, Павлодарский алюминиево-глиноземный и тракторный заводы и многое другое. Писатели различных национальностей, проживающие в Казахстане, воодушевленные общесоветской национальной гордостью за эти свершения, поставили перед собой благородную задачу — как можно ближе изучить и достойно отобразить жизнь представителей рабочего класса, тех, кто обеспечил расцвет социалистического Казахстана.
 
Мне хочется отметить немаловажное значение того, что за последнее время участилось, стало приметным у казахских писателей внимание и, я бы сказал, кровная заинтересованность в творчестве писателей республик соседей.
 
Ну разве не отрадно читать к «Стихам, написанным на Алтае» узбекского поэта, дебютирующего в журнале «Дружба народов», напутствие его старшего собрата по перу Олжаса Сулейменова.
 
«Сабит Мадалиев,— дружески пишет Сулейменов,— принадлежит к тому поколению молодых поэтов, чье творчество испытывает влияние многонациональной советской литературы. В свою очередь, он вступает в плеяду советских писателей, которых можно назвать активными проводниками взаимодействия культур. Ответственность высока, и критерии оценок повышены.
 
Желаю тебе, Сабит, доброго и трудного пути, другого не будет».
 
Примечательно и обращение русских поэтов к тематике и жизненным впечатлениям, полученным в республике, где они не постоянные жители, а приезжие друзья и гости. Так, например, в книгах стихов «Топаз» и «Земные корни» Сергея Маркова много строк, посвященных природе и людям Казахстана.
 
Книги стихов «Казахстан мой» и «Земные звезды Казахстана» Константина Алтайского целиком посвящены Казахстану, который он называет своей второй Родиной. Казахстану посвятили книги русские поэты Илья Сельвинский, Михаил Львов, Николай Сидоренко.
 
Это ведь, в сущности, одно из проявлений общенародного советского патриотизма. Вот когда вживе воплотились благороднейшие пожелания декабриста Пестеля, писавшего о казахах: «Да сделаются они нашими братьями».
 
Народы, населяющие Советский Саюз, стоят на позициях ленинского интернационализма, что, впрочем, наглядно сказывается в том, что советской державе давно уже принадлежит в мире пальма первенства в деле перевода на русский язык и языки народов советской страны научных, технических и особенно литературно-художественных книг со многих языков всех пяти континентов. В СССР литература издается на семидесяти двух языках. Русский язык стал языком-организатором дружбы, взаимообмена культурными ценностями и духовного взаимообогащения для всех иноязычных народов, населяющих советскую землю.
 
В Москве есть издательство «Русский язык», с 1939 года издаются журнал «Дружба народов» и журнал «Иностранная литература». Журнал «Советская литература» издается на восьми языках. Переводческое дело, вернее сказать мастерство или искусство, стало в СССР испытанным, проверенным в жизни средством общения народов в борьбе за мир, за интернациональную дружбу, за культуру, за прогресс, за успехи научно-технической революции! Это, пожалуй, лучше и глубже всего понимают и осуществляют писатели.
 
«Если раньше новые страны и народы открывались благодаря отваге и энтузиазму путешественников-чужестранцев,— говорит казахский писатель Абиш Кекильбаев,— ныне они открываются благодаря неподдельному стремлению народов к самовыражению, порожденному их столь же естественным, столь же необратимым стремлением к национальному самосознанию.
 
...Жажда культурных контактов с другими — не прихоть любопытства, а необходимая потребность здорового организма науки, находящейся в состоянии творческого подъема, естественное желание соревнующегося духа сверять себя с другими. Ныне каждый писатель творит не только в рамках национальной литературы, но и в ритме интернационального литературного процесса, обращаясь в своем творчестве ко всему трудовому человечеству, выражая духовный опыт и отношение к явлениям мирового бытия не только своей личности, но и своего народа.
 
...Бесспорно доказывает это опыт и казахской советской литературы. Благодаря непрерывному переводу лучших произведений других литератур она углубила социальный и психологический анализ, усилила гибкость художественного мышления, умножила пластические возможности казахского литературного языка. Радостно сознавать, что за литературным дастарханом чабанской юрты на отличном казахском языке мирно беседует Пушкин, Лермонтов, Маяковский с нашими Абаем, Махамбетом, Джамбулом и Сейфуллиным».
 
 И, высказав эти Мысли, Абиш Кекильбаев за круглым столом журнала «Дружба народов» делает практическое предложение: «А почему бы у нас в стране не организовать издательство «Дружба», которое бы специализировалось на издании лучших переводов отечественной литературы на иностранные языки? Наличие такого центра помогло бы координировать и систематизировать процессы перевода с национальных языков и подготовки необходимых для этого переводческих кадров».
 
Член Политбюро ЦК КПСС, первый секретарь ЦК Компартии Казахстана товарищ Д. А. Кунаев в своей статье «Воспитывать патриотов и интернационалистов», опубликованной в газете «Советская культура», писал: «Казахстан, словно великий исполин, расправил могучие плечи и стал претворять в жизнь предначертания В. И. Ленина. В течение жизни одного поколения республика с братской помощью всех народов нашей многонациональной Родины и прежде всего своего старшего брата и друга великого русского народа совершила быстрый подъем от вековой отсталости к высотам социального прогресса». Вот предмет общенациональной гордости как казахов, так и представителей всех других братских народов.
 
Казахский народ по праву гордится именами своих славных дочерей Алии Молдагуловой, Маншук Маметовой, которые, защищая социалистическую Родину, проявили беспримерный героизм и отвагу; народного акына Джамбула, который выступил с чудесной патриотической песней в защиту осажденного Ленинграда; Чиганака Берсиева, Ибрая Жахаева, Камшат Доненбаевой и тысяч других, показавших высочайшие образцы социалистического труда; первого всемирно известного казахского академика и президента Академии наук Казахской ССР К. И. Сатпаева; первого казахского писателя Мухтара Ауэзова, удостоенного Государственной и Ленинской премий, прославившего своими научными и художественными открытиями себя и свой народ на весь мир. Но разве все эти имена являются предметом национальной гордости только казахов? Нет, конечно. Ими законно гордятся все советские люди, потому что их дела и свершения - результат победы ленинской национальной политики.
 
К тому же не один Казахстан, а любая республика, любая нация и народность Советского Союза совершают такие чудеса в труде и борьбе, выдвигают такие выдающиеся имена, которыми достойно гордятся не только их земляки, но и все советские люди, ибо они вполне сознают, что без социалистического строя, без дружбы народов национальные писатели, безусловно, не получили бы такой известности. Вместе с тем многонациональный читатель наш гордится Шолоховым и Фадеевым, Твардовским и Тычиной, Гулямом и Айни, Ауэзовым и Айтматовым. Читают и изучают их на русском и на родном языке.
 
Высокому чувству общенациональной, общесоветской гордости присущи глубокая преданность коммунистическим идеалам, задачам коммунистического строительства, кровная заинтересованность наших людей в осуществлении исторических решений XXV съезда КПСС, в реализации заданий десятой пятилетки.
 
Чувство гордости советского человека! Какое это великое всеобъемлющее чувство! Разве может с ним идти в сравнение то, что было в степях шестьдесят лет назад?..
 
Палуан из соседней юрты поборол силача из чужого селения. Быстроногий тулпар, принадлежащий сородичу, обошел на большой байге всех прославленных скакунов других родов. Акын из родного аула или рода победил на поэтическом айтысе известных всей округе певцов... Если взять шире, то поэмы героического эпоса, в которых тот или иной батыр сразил в бою ненавистного врага и тем самым отстоял родную землю, вызывали у слушателей чувство более весомое, чувство всеобщего восторга и восхищения, чувство, называемое патриотическим.
 
Такого рода локальный или региональный патриотизм, не простиравшийся далее известных границ, был типичным явлением в прошлом.
 
Только после победы Великой Октябрьской социалистической революции в процессе строительства социализма начала складываться единая казахская нация. Консолидация казахского народа происходила в условиях социалистических преобразований на базе общенародной собственности под благотворным влиянием ленинской национальной политики, идей пролетарского интернационализма, дружбы и братской взаимопомощи советских народов. Поэтому казахская нация с самого начала своего формирования обретала ярко выраженные черты нации социалистической, которой, как и другим социалистическим нациям, чужда национальная ограниченность. Весомые слова Генерального секретаря ЦК КПСС товарища Л. И. Брежнева о советском народе дали исчерпывающее объяснение закономерностям всех явлений и свершений, происходящих в Советском Союзе, в котором укрепилось чувство семьи единой, чувство братства. Он сказал: «...Советский народ — это уже не просто сумма наций, которые живут бок о бок в одном государстве, под одной, так сказать, крышей. У наших людей, независимо от их национальности, есть много общих черт, которые объединяют их в одно монолитное целое. Это — общность идеологии, общность исторических судеб. Это общность социально-экономической жизни, коренных интересов и целей. Это — развивающаяся общность советской социалистической культуры, которая вбирает в себя все истинные ценности каждой из национальных культур».
 
Советский Казахстан, после РСФСР, самая многонациональная республика. Дружной семьей живут и трудятся здесь казахи и русские, украинцы и белорусы, татары и армяне, узбеки и киргизы, представители десятков других национальностей.
 
Это интернациональное общежитие, совместный труд на благо нашей великой социалистической Отчизны укрепляют чувство семьи единой, способствуют взаимообо-гащению культур, утверждению общесоветских традиций. Каждому советскому человеку свойственно чувство национальной гордости. Но это чувство у нас неразрывно связано с нашей принадлежностью к великому советскому народу.
 
Высокому чувству общесоветской гордости присущи глубокая преданность коммунистическим идеалам и задачам коммунистического строительства, заинтересованность наших людей в осуществлении исторических задач, определяемых на десятую пятилетку. Каждый из нас должен хранить в себе это благородное чувство, которое воспитывала и воспитывает у нас Ленинская партия.
 
Как сказал Генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета СССР, Председатель Конституционной Комиссии товарищ Л. И. Брежнев в своем докладе на майском (1976 г.) Пленуме ЦК КПСС «О проекте Конституции Союза Советских Социалистических Республик», «государство наше, возникшее как диктатура пролетариата, переросло в общенародное государство», каждый советский человек вправе с гордостью произносить: «Мы — великое советское всенародное государство!»