Главная   »   Древо обновления. Рымгали Нургалиев   »   Глава шестая. ЛИТЕРАТУРНОЕ ДВИЖЕНИЕ. ЧТО ПРОИСХОДИТ В ПРОЗЕ


 Глава шестая

 ЛИТЕРАТУРНОЕ ДВИЖЕНИЕ
ЧТО ПРОИСХОДИТ В ПРОЗЕ
 
I
 
Как эстетическая категория, драматизм стоит в одном ряду с понятиями обобщающего и собирательного характера, обязательными для всех видов искусства, всех жанров литературы.
 
С этой точки зрения исследование проблемы драматизма в прозе дает возможность раскрыть современные тенденции, способы скрещения жанров и их взаимного обогащения. В современном художественном опыте, особенно в нынешних литературных течениях, очевидно влияние одного жанра на другой и изменения, возникшие вследствие этого. Одним из побуждений к этому стал процесс интернационализации, который ворвался в разные области общественной жизни в результате научно-технической революции. Вместо объемных, эпически спокойных, охватывающих многие годы и большое количество героев произведений в творчестве известных мастеров прозы, таких как Чингиз Айтматов, Ион Друце, Василь Быков значительное место заняли напряженные, как пружина, повести-рассказы, повести-притчи с несколькими героями. Таковы «Белый параход», «Возвращение на круги своя», «Дожить до рассвета». От начала до конца они пронизаны драматизмом. Не случайно, едва эти произведения увидели свет, сразу появились их сценический и кинематографический варианты. Заметим, что в сегодняшнем театре рядом с пьесами, так сказать, в их чистом виде, мирно уживаются спектакли, созданные на основе прозаических произведений.
 
Таких случаев немало и в нашей родной литературе: спектаклям, созданным по романам «Абай», «Кровь и пот», была присуждена Государственная премия СССР. Разумеется, признавая режиссерскую находчивость и актерское мастерство, мы первым долгом должны говорить о крупных характерах, психологических конфликтах, глубоком драматизме в материале романов.
 
Одно из постоянных требований к текущей литературе и любому жанру — необходимость драматизма.
 
Рассмотрим качество драматизма в некоторых произведениях современной казахской прозы.
 
Когда заходит разговор о художественном росте казахской литературы за последние двадцать лет, о возросшей силе реализма, усилении драматизма, одним словом, об уровне профессиональной культуры, мы смело можем опереться на творчество Бердибека Сокпакбаева. Уважение этого писателя к действительности, использование в своих произведениях лишь увиденного, прочувствованного, способность выделить характерные черты человека, его отличное знание детской психологии, лишь ему свойственное мастерство в использовании художественных приемов оценено читателями и других национальностей. Доказательство этому — повести «Путешествие в детство» и «Меня зовут Кожа».
 
Одни пишут быстро, другие пишут долго. Не этим измеряется сила воздействия произведения на читателя. Но тем не менее поспешность иногда может привести к просчетам.
 
На роман «Мертвые не возвращаются» Б. Сокпакбаев потратил пятнадцать лет. Книга состоит из трех частей — трех тетрадей. Каждая тетрадь разделена на несколько коротких картин. Здесь можно ясно увидеть четкость и собранность, вообще присущие стилю Б. Сокпакбаева.
 
Число героев в романе не велико. Нет и крупных конфликтов, долговременных схваток. Автор поставил целью показать жизнь людей одного аула, одной семьи, даже одного человека, показать правду трудных дет в истории нашей страны.
 
«Мертвые не возвращаются»— роман о судьбе и жизни поколения, юность которого совпала с годами войны.
 
Следуя традиционному зачину, скажем, что главным героем произведения является Еркин Мамырбаев. Мы знакомимся с ним в первой тетради, когда он был подростком, и прощаемся в конце третьей тетради, когда ему почти тридцать лет. Повествование ведется от имени Еркина. Все добро и зло оценивается глазами Еркина. Стержень романа — приключения Еркина, его взросление и становление как личности.
 
Еркин в первой части —один из многих ничем не отличающихся казахских детей. Озорной, надежный, верный слову, он рос рядом с матерью под опекой старшего брата. Когда началась война, взрослые ушли на фронт. Старший брат Еркина Сарсенбек тоже уводит в армию, оставив дома больную и старую мать, братишку-подростка и совсем молодую жену, свадьбу с которой справил чуть ли не накануне. Начиная с этого дня вся тяжесть домашнего хозяйства, защита снохи от злонамеренных взглядов и сплетен ложатся на плечи Еркина.
 
Война — это не только кровопролитные сражения на фронтах, не только смерть, окопы, пушки, героизм и злодейство, это катастрофа, породившая многие конфликты, изменившая сложившиеся отношения между людьми. К трудностям существования прибавились часто неразрешимые моральные и психологические проблемы.
 
Через образ Нуралы показаны некоторые неприглядные стороны жизни, обозначившиеся в годы войны. Было так, что, воспользовавшись уходом на фронт молодых джигитов и зрелых мужчин, иные из оставшихся в тылу притесняли вдов и сирот, женились на несовершеннолетних девушках, наживались. Нуралы изгоняет из родного аула и отправляет в ФЗО дерзкого, непослушного ему Еркина, что стало причиной ожесточенной многолетней борьбы между ними.
 
Для Еркина, который раньше не покидал своего аула, начался трудный и извилистый путь. Писатель показывает, как по природе честный, искренний и чистый парень попадает в разные трудные положения, переносит многие невзгоды.
 
Во второй тетради Еркин, не попавший на фронт по состоянию здоровья, уезжает в далекий аул Сарыбель и становится учителем. И здесь он видит новые картины тяжелой жизни военных лет.
 
Сюжетную основу романа «Мертвые не возвращаются» составляют перипетии жизни Еркина Мамырбаева. Это обстоятельство придает произведению характер биографичрости. Отсюда и некоторые недостатки в повествовании романа, скажем, однообразней монотонность. В романе ярко отображена жизнь студентов послевоенных трудных лет с ее веселой бедностью и жаждой знаний, душевной смутой и казенным произволом. Именно в этой части сочинения писатель мастерски пользуется пародией, гротеском, иронией, системой намеков и иносказаний.
 
Положение школ в пятидесятые годы подробно показано в третьей тетради. После окончания института Еркин и его жена Загипа, тоже закончившая педагогическое училище, приезжают на учительскую работу в один из глухих южных районов. Здесь им тоже предстояло пройти через многие невзгоды и испытания.
 
Если заведующие отделом райкома партии и районо сразу начинают помогать Еркину и Загипе, то чиновники Жакыпбаев и Ильясов встречают их в штыки, опасаясь, как бы дипломированные специалисты завтра не заняли их места.
 
Испытавший многочисленные жизненные удары, рано повзрослевший, привыкший давать событиям собственную оценку, художественно одаренный, Еркин делает первые шаги в искусстве.
 
В третьей части мы знакомимся с началом творчества Еркина, его работой в редакции и в киностудии.
 
Б. Сокпакбаев создал образ положительного героя, победившего немалые трудности внешнего и внутреннего порядка и вступившего затем на большое жизненное поприще.
 
Роман «Мертвые не возвращаются»— значительное произведение казахской прозы.
 
Никто не сомневается, что книги, рассказывающие о жизни людей, оставивших глубокий след в истории народа, занимают огромное место в воспитании молодежи. В последние годы в казахской литературе появился целый ряд произведений, в биографическом жанре.
 
При исследовании прошлой жизни казахского народа и для ученых, и для писателей важнейшее значение имеет фигура Чокана Валиханова, его жизнь, научный подвиг, историческая миссия.
 
О Чокане — гении в истории степи — Сабит Муканов успел написать лишь первые книги из задуманной им многоплановой эпопеи. Эти книги не из рядовых сочинений, как их склонны трактовать иные литературоведы. Огромный этнографический, летописный, исторический материал «Промелькнувшего метеора» обогащает читателя и дает пищу для размышлений и сопоставлений.
 
Получили признание повести о Чокане С. Бегалина и С. Маркова. О нем же повести Саурбека Бакбергенова «Звезда, упавшая на Коянкоз» и «Я вас люблю» (Это слова из письма Ф. М. Достоевского Чокану).
 
Когда один казахский драматург накануне празднования юбилея Достоевского па писал поверхностную пьесу «Степной узник», мы позволили себе поспорить с драмой. Ведь на самом деле в трагедии Достоевского, его тюремных страданиях, отрыве от творчества не степь была виновата, а царское самодержавие. К тому же, пытаясь передать жизнь Достоевского в казахской степи, в частности в городе Семипалатинске, писатель отошел от исторической правды, не сказал ни слова о Чокане Валиханове.
 
Имеется всем известная фотография, на которой сняты Достоевский и Чокан. Валиханов держит в руке кортик. Эту деталь С. Бакбергенов хорошо использовал в своем произведении. Духовное родство Достоевского и Чокана, чувство дружбы и искренность их отношений передают эти нехитрые вещицы — кортик, подаренный Достоевским, сундучок, как ответный дар Чокана. Эти подробности точно и уверенно осмыслены писателем.
 
Одна из распространенных слабостей в нашей литературе—непонимание законов жанра. Что можно сделать из данного жизненного материала — рассказ, повесть, роман? Эту проблему нашим писателям решить бывает весьма затруднительно. В повести «Я вас люблю» С. Бакбергенов остановился именно на такой преграде. Оттолкнувшись от кортика, от деталей, связанных с историей сундучка, писатель затем пускается в сухой пересказ. В диалогах Достоевского и Чокана нет индивидуализации, их словарь одинаков. Где интеллект гения мировой литературы Достоевского, где его скорбь в трудные для него, угнетающие дни, где его порывы к свободе, где пламя Чокана, где его дерзость и острота мысли, удивлявшая современников? Кажется, автор и сам почувствовал, что такие требования будут поставлены читателями и пустился в необязательные описания, вместо конкретного и точного изображения задушевных бесед двух титанов.
 
По нашему разумению, период пребывания Чокана в Петербурге, его приезд в Сырымбет, затем присоединение к отряду Черняева — особые моменты, требующие глубокого психологического подхода. Вот тут-то С. Бакбергенов оказался слаб. Он ограничился идеями, мотивами, эпизодами, которые кочуют из сочинения в сочинение, повторяя друг друга.
 
В романе И. Есенберлина «Проклятье» знаменитый сон Аблая отгадывает Бухар-жырау. Такой же точно сон есть и в повести «Я вас люблю».
 
В рассказе С. Бегалина «Обманутый тигр» показано, каким способом казахи охотились на тигра. Эти детали опять-таки повторяются и у С. Бакбергенова.
 
Первейшая обязанность автора — точно знать свой объект. А в историко-биографической вещи это требование вдвойне важно. С. Бакбергенов о глазах Достоевского говорит в одном месте, что они серые, в другом— желтоватые, в третьем — зелено-серые.
 
«Едва выехав из Семипалатинска, Чокан и его сопровождающие увидели вершины Чингиза — Кызылшокты и Борили»,— пишет автор. Это тоже неверно. Всадник, даже несясь галопом, вряд ли доберется туда за короткий срок. Вот Чокан сталкивается на улице с Тургеневым, как соседний аул, посещает Париж — все это торопливо и недостоверно написанные страницы.
 
В книге Орал хан а Бокеева «Долгая-долгая зима» обогащенными и углубленными предстают темы, мотивы, художественные находки прежних произведений. Повести, циклы рассказов, стихи в прозе, эссе — все стало более глубоким и основательным. Безмерная любовь к родному Алтаю, где он родился, поиски героев и там, в тех краях, доброе пристрастие к своему объекту — обстоятельства, способствующие успеху книги.
 
Привлекают этнографические подробности, оригинальные характеры, неожиданные реалии.
 
Проза является, если можно сказать, наиболее многолюдным жанром. Писатели, немало потрудившиеся в других жанрах, ставшие известными, сейчас начали переходить в прозу. Можно назвать известного поэта Гафу Каирбекова, литературоведов Мухтара Магауива и Мырзабека Дуйсенова. А известные прозаики начали серьезно заниматься литературоведением. Поэты Аманжол Шамкенов и Куандык Шангитбаев стали драматургами. Критик Хасен Адибаев выпустил книги прозы «Человек с меткой», «Отрарская трагедия». К ним нужно добавить напористую группу, пришедшую в прозу из журналистики. К первому поколению относятся Гайса Сармурзин, Жусуп Алтайбаев, Зейтин Акишеб, из среднего поколения — Азильхан Нуршаихов, Жакен Жумаханов, Шерхан Муртазаев, Какимжан Казыбаев, Сейдахмет Бердикулов, буквально вслед за ними заявили о себе Ка л дар-бек Найманбаев, Ахат Жаксыбаев, Карибай Ахметбе-ков, Акселеу Сейдимбеков, Кадирбек Сегизбаев.
 
Разумеется, никому не заказано попробовать себя в писательстве, но нельзя забывать и о требовании профессионализма и специализации. Нет ли в творчестве бывших журналистов избыточной беспроблемной описатель-ности? Не печатаются ли под флагом злободневности сочинения, лишенные художественности? Такие вопросы сейчас задаются довольно часто. 
 
Ахат Жаксыбаев дебютировал повестями «Доброе утро» и «Серый остров». Затем был роман из жизни рабочих «Схватка». На решение актуальной темы осмелится не каждый, особенно из молодежи. Детство, картины аула, студенческая пора. Первые шаги на службе, некоторые картины из прошлой жизни — многие авторы вертятся в этом кругу. Для показа рабочей среды нужны, кроме художественного дарования, научно-техническая грамотность, знание современного производства, профессиональных секретов.
 
Ахат Жаксыбаев после окончания средней школы работал в Экибастузе на шахте. Годами не терял связи с друзьями, оставшимися на производстве. Значит у нас нет оснований упрекнуть автора в том, что он подошел к важной теме поспешно и безответственно, наоборот, мы видим закономерность этого шага.
 
«Схватка» состоит из трех, хорошо увязанных между собой глав. Писатель сумел избежать многословия, повествование романа четко организовано. Все действия, события романа сосредоточены вокруг центрального героя Батыр бека.
 
Батыр бек является типичным представителем современной казахской технической интеллигенции: ему около тридцати лет, закончил среднюю школу и институт, получил диплом инженера и начал свою трудовую деятельность.
 
В первой главе говорится, как Батырбек работал инженером в одной из шахт Караганды, был на хорошем счету, как его горячность и прямолинейность привели к столкновению с одним из начальников Кадырханом, после чего он оставляет работу и возвращается в Каратас, где два года проработал шахтером перед тем, как поступить в институт.
 
Каратас —уже не прежний, здесь много изменений. Шахтеры-ветераны ушли на пенсию. Появились новые люди. Без особого труда Батырбек поступает мастером разреза. В Каратасе работает его однокашник по институту Байтас, который ушел с производства на конторскую должность. Роман мог стать серьезнее, если бы автор развил противоречия между Батырбеком и Бай-тасом, их глубокое духовное различие.
 
В образе Батырбека писатель показал человека, мыслящего трезво, аналитически и одновременно эмоционально, требовательного к себе. Внутренняя психологическая борьба строптивого, еще, как говорится, не поранившего копыта, поработавшего в Караганде молодого Батырбека, который уже успел повидать многое и хорошо отличает что к чему, раскрыта живо и убедительно.
 
В некоторых произведениях современной казахской литературы оправдываются предательство женщины и непостоянство мужчин. Об этом приходится читать довольно часто. На глубокое мотивированное изображение чувств, связанных с любовью — тоски, отречения, печали, радостей и горестей, минуя всяческий бытовой мусор, мы пока не способны.
 
Успешная разведка А. Жаксыбаева в разработке шахтерской темы, которую не могли одолеть даже опытные литераторы, достойна самого горячего одобрения. Такие просчеты романа, как недостаточная индивидуализация героев, несоответствие иных страниц высоким требованиям реализма должны стать уроком писателю в его дальнейшем творчестве.
 
Нас радует тот факт, что с каждым днем увеличивается число произведений о людях, занятых конкретной работой, конкретным государственным делом. Но главным условием является показ внутреннего мира людей, нельзя ограничиваться профессиональными отношениями на заводах и в совхозах.
 
Объектом изображения писателя Толека Тлеуханова, автора нескольких книг прозы, стали люди аула, молодежь и педагогическая среда. Продуманность начала и конца произведения, внимание к сегодняшним литературным формам хорошо характеризовали молодого писателя.
 
В новом произведении «Ради счастья других» можно заметить, как углубились поиски автора в идейно-тематическом и художественном направлении. Теперь автор, широко используя возможности эпического жанра, поставил себе целью раскрыть психологию людей, показать характеры, изобразить конфликты.
 
Главный герой произведения — Манарбек пережил много неприятностей, хорошо узнал, почем фунт лиха, честно трудился и теперь, в связи с пожилым возрастом, вышел на пенсию. Автор широко использует внутренний монолог, утвердившийся в казахской литературе благодаря усилиям Зеина Шашкина, Абдижамиля Нурпеисова, Ильяса Есенберлина, Тахави Ахтанова.
 
В раскрытии внутреннего мира, мира чувств героев, конкретизации психологических состояний внутренний монолог имеет большие возможности. Мастерское использование его, скажем, в романе Владимира Богомолова «Август сорок четвертого» дает пищу для серьезных размышлений.
 
Повесть Т. Тлеуханова «Ради счастья других» не является системой событий, развивающихся в хронологическом порядке, а состоит из картин жизни, которые проходят в воспоминаниях главного героя.
 
Взгляды на жизнь и размышления о плохом и хорошем Манарбека раскрываются постепенно.
 
В казахской литературе создано немало произведений, где на фоне бурана изображается подвиг чабанов, табунщиков и вообще людей аула; Достаточно вспомнить последний роман М. Ауэзова «Племя младое», «Буран» Т. Ахтанова, многие рассказы С. Бегалина, «Повесть Отамалы» Т. Жармагамбетова. В этой сложившейся традиции Т. Тлеуханов нашел собственный путь.
 
Когда зимой хозяйству приходится трудно, Манарбек собирает стариков — своих сверстников и по древнему обычаю чабанов отправляется в пески.
 
Смута и бессмыслица периода коллективизации, отношения между людьми, порожденные тяжелой жизнью в ауле во время Отечественной войны, разные судьбы переданы глазами Манарбека. В повести созданы такие запоминающиеся образы, как Толеутай, Багдад, Рахим-бай, Рымбек. Особенно выделяется своим обликом Толеутай. Рожденный в трудные смутные времена, не способный отличить добро от зла, мелочный и жестокий, Толеутай притеснял и унижал многих людей. К счастью, возмездие нашло этого опустившегося, опустошенного человека.
 
Самая читабельная часть повести — это история любви между Манарбеком и Айтолкын, печальная и тяжелая история любви людей с чистым сердцем, открытой душой, лишь краткое время проживших вместе.
 
В последнее время нашу литературу заполонили какие-то легкомысленные, суетливые женщины. Тоска, печаль, чувства, рождаемые любовью, остаются далеко за пределами книг.
 
Айтолкын — прекрасный образ казахской женщины, на долю которой выпало достаточно и горя и радости. Ее переезд в другой край с новорожденным ребенком, чтобы сохранить фамилию своего любимого джигита, погибшего на войне, вызывает полное доверие и уважение.
 
Повесть Т. Тлеуханова «Ради счастья других» является значительным произведением, приобщающим читателя к простым и высоким ценностям жизни.
 
В эстетике древних греков есть термин «катарсис». Означает он очищение. Изображая тяжкие страдания и гибель героя, драматург заставляет и зрителя глубоко переживать их, оглянуться на свою и окружающую жизнь, прозреть, ужаснуться и очиститься.
 
Одна из причин долговечности знаменитых трагедий Шекспира, может быть, в том, что он вывел на сцену сложнейшие судьбы самых противоречивых людей.
 
В истории советской литературы трагические мотивы занимают значительное место. Вспомним «Разгром» А. Фадеева, «Тихий Дон» и «Поднятую целину» М. Шолохова, «Кровь и пот» А. Нурпеисова.
 
В основу этапных произведений Ч. Айтматова «Прощай, Гульсары», «Белый пароход», «Ранние журавли»— также положены трагические ситуации, не надуманные и книжные, а типичные, взятые из жизни.
 
Тот факт, что традиции мировой литературы начали проникать в сегодняшнюю казахскую прозу, особенно в творчество молодых, радует, как качественный сдвиг в художественном мышлении. Мы не ошибемся, если в этом ряду назовем имя Дулата Исабекова. Мы уверены, что книга «Жизнь» (русское название «Отчий дом») является значительной вещью на его творческом пути. Основной пафос произведений, вошедших в этот сборник — трагизм.
 
Повесть «Полынь».
 
Старик Токсанбай, которого постигло тяжкое несчастье— умер его взрослый сын — не предается безутешным слезам, не падает духом, а продолжает молча и упорно противостоять судьбе. Рядом с ним маленький внук Ергешбай. Они собирают полынь, сдают, чтобы заработать на жизнь. К ним присоединяется уголовного вида бродяга Омаш, которому ничего не стоит убить человека. Напуганные его угрозами, Токсанбай и Ергешбай вынуждены вороваты заготовленную другими полынь.
 
С этого и начинаются мучения совести Токсанбая. Внутренний мир Ергешбая писатель оставил без внимания, хотя следовало бы присмотреться, что происходит в душе ребенка в столь тяжелый момент. Тут вспоминаются известные примеры из классической литературы: рассказ М. Горького «Дед Архип и Ленька», повесть Э. Хемингуэя «Старик и море», повесть Ч. Айтматова «Белый пароход». Подлый и хитрый Омаш присваивает труд семидесятилетнего старика и маленького ребенка, и это вызывает чувство ярости. Словно обманули вас самого, вашего отца, словно ваш ребенок плачет от обиды. Но если произведение так подействовало, вызвало гнев и печаль, значит писатель достиг своей цели.
 
В долгой жизни казахского народа есть судьбы, которые пока обходит перо наших писателей. Позднее появление письменной литературы, особенно позднее развитие реалистической прозы, кажется, стало одной из причин того, что мы лишь недавно начали оглядываться на дальние и близкие периоды нашей национальной истории. Вместе с историческими личностями, знаменитыми не только среди казахов, на страницах наших книг стали появляться простые незаметные люди.
 
В повести «Молчун» Д. Исабеков рассказывает о жалкой, тяжелой судьбе забитого человека, жившего в трудные времена, когда человек не знал, что его ждет завтра. Тунгыш, Аманат, Кенкелес, Суйекши — все это прозвища одного человека, которому некуда деться и который не видел ничего в жизни, кроме унижения и позора. Обратите внимание на изменение его имени: Тунгыш — первенец, Аманат — заложник, Кенкелес — придурок, Суйекши — костогрыз или могильщик. Жертва межродовых распрей, задавленный жестоким притеснением богатых, Тунгыш заканчивает свою жизнь рытьем могил. События в этой повести развиваются ровно и размеренно. Возражение вызывают разве что такие мало мотивированные внезапности, как смерть упавшего в колодец байского сына или гибель на морозе матери Тун-гыша.
 
Названный недостаток еще сильнее выступает в повести «Жизнь», которая в целом оставляет хорошее впечатление. Главную героиню повести Кыжимкуль в девичестве похищает некто и насилует. Кто и почему совершил это злодейство — неизвестно. А старший брат девушки, обвинив свою жену в пособничестве, убивает ее. И никого это не возмущает. Нет никакой необходимости казахской реалистической прозе идти на выучку к авторам фильмов ужаса. Мы против того, чтобы жизнь угнетенных людей показывать так, будто они от рождения обречены на мучения и страдания. Если последовать примеру Достоевского в русской литературе или примеру Ауэзова в казахской литературе, то в их произведениях нет ни одной немотивированной смерти, ни одного не объясненного (социально, психологически) преступления. Вспомним «Братьев Карамазовых», «Преступление и наказание», «Случай на перевале Караш-Караш», «Судьбу беззащитной». Не устарело и главное требование социалистического реализма: изображать в первую очередь не закоулки, не темные задворки жизни, пассивных, жалких, неспособных к сопротивлению людей, а характеры мужественные, стойкие, энергичные.
 
Доскональное знание определенной среды, характеров, быта, обычаев, традиций людей определенного края, все это во все времена было преимуществом и главной опорой писателей. В этом отношении надо отдать должное постоянству Тынымбая Нурмаганбетова. Его герои — простые незаметные люди, в жизни и характере которых нет ничего показного, бросающегося в глаза. На первый взгляд они могут показаться равнодушными и замкнутыми.
 
Основные приемы писателя, его метод художественного мышления, стилевые особенности реализуются в рассказах и повестях, вошедших в сборник «Ласточкино гнездо». Автор не увлекается произведениями многоге-ройными и событийными, он продпочитает копать глубоко при малом радиусе, избегает широкого размаха, при котором можно растерять заветную мысль. Свидетельством его хорошего знания детской психологии является повесть «Ласточкино гнездо». Здесь как-то очень естественно воссоздан характер ребенка, мир его фантазии, его любовь к природе. Через всю повесть проходит проникновенный, лирический мотив.
 
Четыре повести в названном сборнике Т. Нурмаганбетова оставляют четыре разных впечатления. Иной раз кажется, что написаны они четырьмя разными людьми. Явно неудачна повесть «Руководитель третьего класса». В ней нет серьезного события и сюжета, который объединил бы материал, нет целостной идеи. Равнодушное, рыхлое произведение.
 
Небрежность языка, бедность лексики, склонность говорить обо всем и ни о чем недостатки повести «Голубое небо». Первые же трудовые шаги журналиста Заура в областной газете начинаются с препятствий. На работу он устроился лишь с помощью партийных инстанций. Затем уныло выпрашивал квартиру у председателя горисполкома.
 
Дальше — больше. Заур выезжает в аул в командировку, попадает в буран, простывает и умирает в больнице. Какое художественное значение, какую идейную нагрузку несет этот сюжет? Бессмысленная смерть обычно ни у кого не вызывает сострадания.
 
Здесь все случайно, необязательно — и взаимная неприязнь между редактором областной газеты Алькеем Альменовым и Зауром, и вмешательство Заура в личные дела доярки Галии.
 
После этой слабой, явно не заслуживавшей публикации повести, добрые чувства вызывает повесть «Далекий аул».
 
Аул, лежащий в стороне от железной дороги, некогда чуть было не ставший центром совхоза. Хорошо индивидуализированные герои: бригадир Алибеку шофер Ки-гашбек, молодайка Назиля, старый Таукебай. Колоритные детали быта. Молодежь, старики, старухи разговаривают каждый на особицу, в своей манере. Встречающиеся в диалогах диалектизмы, характерные для языка казахов, проживающих вдоль Сырдарьи, не являются чужеродными, наоборот, они обеспечивают повести своеобразие и колорит. Правда, люди сегодняшнего аула здесь напоминают айранбаев Б. Майлина из двадцатых-тридцатых годов. Кто же поверит, что нынешних казахов можно удивить балконами и двухэтажными домами.
 
Тынымбай Нурмаганбетов — талантлив, но страсть к дотошной описательности, узость тематики, торопливость могут затруднить его художественное развитие.
 
Наша литература уверенно изображает не только судьбу казахов, обитающих на территории Казахстана, но и обращается к жизни соплеменников, проживающих в других странах. Возникает международная тематика.
 
Кабдеш Жумадилов заявил о себе сборником рассказов «Гуси-возвращаются», романом «Последнее кочевье».
 
В своей первой книге писатель продемонстрировал хорошее знание языка, способность серьезно судить о многообразии жизни.
 
Роман «Последнее кочевье» написан на основе материалов, исследованию которых автор посвятил многие годы. Здесь и исторические документы, и свидетельства газет и журналов, и воспоминания старых людей. А с другой стороны — события и обстоятельства, свидетелем и участником которых был сам писатель.
 
В романе изображается судьба казахов, обитающих в Восточном Туркестане. Автор не касается событий далеких и древних времен, основой произведения стала действительность пятидесятых годов нашего века.
 
К. Жумадилов развивает ту мысль, что Восточный Туркестан с древнейших времен был родиной таких национальностей, как уйгуры, казахи, калмыки и дунгане, и поэтому они не являются перебежчиками, покинувшими по каким-то причинам свою родину. Названия городов, поселков, гор, рек, озер и местностей, которые звучат на языке названных народов, могильные курганы предков, исторические документы, древние памятники все свидетельствует об их автономности.
 
С первых же страниц романа мы оказываемся втянутыми во внутриродовую борьбу рода, являющегося одной из ветвей огромного казахского племени Найман, которое обитало в аймаке Тарбагатай, относящемся к китайскому государству. Бессмысленная и никчемная борьба людей, которые еще не обрели единую цель и не поднялись до уровня национального единства. А вызвал вражду, породил сумятицу незначительный, маленький случай. Известный краснобай, своего рода двойник Ходжи Насреддина, Узак, прокладывая арык, не успел даже заметить, что своим поступком вызвал взаимную лютую ненависть между родами Караменде и Жумыкто-гас. Автор саркастически изображает воинственность джигитов этих родов, готовых вступить в драку из-за любого пустяка.
 
А в это время в Китае происходили события, которые имели всемирно-историческое значение. Гоминдановцы потерпели поражение, и на местах власть занимали новые люди. Отголосок этих событий дошел и до лежащего на отшибе города Чугучака.
 
Многие обстоятельства писатель передает глазами гимназиста, сына знаменитого на весь Тарбагатайский аймак бия Канагата — Естая. Щедро представлены бытовые детали и этнографические особенности.
 
Вход китайских войск в город Чугучак — центральное событие первой части романа под названием «Накануне».
 
Известно, что в результате национально-освободительной борьбы проживающие в Восточном Туркестане уйгуры, казахи, дунгане, калмыки прогнали гоминдановцев и в конце сороковых годов взяли власть в свои руки. Автор подчеркивает, что в этой исторической победе особую роль играли идеи Великого Октября.
 
Даже такие образованные, начитанные люди, как учителя гимназии Турсун и Нурбек, не могут сразу понять изменений, происходящих в городе. Во время собрания, устроенного в связи с появлением новых руководителей, мы знакомимся с обаятельным героем — Нартаем. Он — любимец народа, широкой массе стал известен своей храбростью во время вчерашней национально-освободительной борьбы. У него нет расхождений между словом и делом, это цельный образ, словно вылитый из металла. Но правда и то, что он все еще не может глубоко понять сущность классовой борьбы, политически малограмотен. Может быть, от того, что в свое время слишком много претерпел от гоминдановцев, на все китайское он смотрит с недоверием.
 
Явившись в город с твердым намерением уничтожить друг друга при помощи наветов и жалоб, представители родов Караменде и Жумыктогас видят огромное войско, входящее в Чугучак, и тут же оставляют взаимные обиды, обнимаются и обретают мир. Яркая, убедительная картина.
 
В книге использованы приемы казахского ораторского искусства. В словах биев, которые приводятся в разных местах романа, мы различаем, хорошие уроки фольклора, изящество народного слога. Писатель широко пользовался пословицами и поговорками, устойчивыми словосочетаниями, крылатыми словами. Их можно видеть и в авторском повествовании, и в диалогах героев.
 
Наблюдательный читатель заметит, что вторая часть по своей композиции построена иначе, чем другие части. В эпизодах, которые даются в виде воспоминаний героев о прошлом, встречаются неизвестные ранее факты, связанные с историей Восточного Туркестана.
 
В судьбе директора гимназии Нурбека отложились впечатления тягостных лет. Во время гражданской войны, затем коллективизации за границу бежало много людей самых разных убеждений. А сколько ушло с наточенными саблями, чтобы совершать набеги на родные места. Было немало и таких, которые перебежали, введенные врагами в заблуждение. Отец Нурбека — один из таких заблудших. Было бы вернее, если бы автор показал трагедию ушедших в Китай людей не одной — двумя картинами, а специальной сюжетной линией. Уехавший с родины в младенчестве Нурбек, повзрослев, получает образование в Ташкентском университете. В своей практической педагогической деятельности он искренне пропагандирует исторически-прогрессивную роль Советского Союза.
 
С жизнью казахских кочевых аулов, обитающих в горах, с их населением мы знакомимся в третьей части.
 
Политически важные события происходят в городе Чугучак под влиянием новой власти.
 
Изображенные автором китайские коммунисты Ли-хун и Лан-ке резко отличаются друг от друга и характером и внешностью.
 
Секретарь партийного комитета аймака Ли-хун глубоко предан идеям марксизма-ленинизма, профессиональный революционер, интернационалист. Он считает, что к светлому будущему есть только один путь: дружба народов и классовое братство, которое прошли достойное испытание в Советском Союзе. Объезжая степные аулы, Ли-хун не чуждается, не пренебрегает обычаями и традициями, чуждыми ему, он старается понять, осмыслить их сущность. В этом человеке как бы сосредоточены лучшие качества китайского народа.
 
Лан-ке был некогда офицером гоминдановской армии, в биографии этого человека много непонятных, загадочных обстоятельств. Он не скрывает своих взглядов от Ли-хуна, которые состоят в том, что народ не следует забавлять, как ребенка сладостями, его нужно укрощать силой.
 
Лан-ке неизлечимо болен шовинизмом, установление во всем мире китайского господства — его болезненная мечта. В романе К. Жумадилова уже намечены обстоятельства, которые потом привели Китай к хунвэйбинству, к варварству культурной революции. Первое сопротивление народа таким тенденциям в романе связано с батыром Нартаем.
 
Нередки, однако, в романе случаи, когда автор грешит многословием. Паника и побег белогвардейцев, рассказы Тимофея стоят вне сюжета. Характеристика обстоятельств, которая дается устами героев, в иных случаях превращается в затяжное красноречие.
 
Однако надо прямо сказать, что К. Жумадилов к теме, имеющей большое социально-политическое значение, подошел с объективностью писателя-реалиста. Тут речь идет не об аульных пересудах, роман «Последнее кочевье», написанный о жизни другого государства, где происходили весьма противоречивые события и борьба противоположных политических течений, является актуальным произведением.
 
Рассматривая развитие прозы, необходимо отметить влияние на ее стиль устной речи. Если вещи Мухтара Ауэзова и Беимбета Майлина создавались на основе классического опыта, то сюжеты романов Сабита Мука-нова стоят очень близко к поэтике устного рассказа. Богатство событий в отдельных главах, конкретность фабул, преимущественное внимание к сюжету, а не к психологическому анализу — все это признаки стиля именно этого писателя.
 
Свидетельством того, что эта традиция живет и развивается, является большая повесть Жаппара Омирбекова «Красная вода». В первой ее части — семнадцать глав, во второй — десять. Каждая глава имеет точно найденное название и оставляет впечатление законченного рассказа. Сжатые, острые сюжеты сообщают книге увлекательность.
 
В повести создается картина предвоенной аульной жизни: школьная обстановка, судьба молодого учителя, не призванного в армию по состоянию здоровья. Затем — жизнь вдов и осиротевших детей. Первая повесть известного поэта радует богатством языка, масштабностью.
 
Однако не все в повести можно принять. Трудности военных лет, особенно труд детей, стариков, женщин, их неутомимая энергия изображены бледно. Сбор шиповника, создание бахчи, поиск заблудившихся в буране, перевозка дров — этих эпизодов мало, чтобы показать все тяготы грозных военных лет. Не было необходимости вводить в произведение такие события, как убийство Зейнекуль председателем колхоза Канкожой только из-за того, что она не послушалась его, смерть ученицы Ка-метай от укуса змеи.
 
Создавая такие социально-психологические произведения о коллективизации, как «Поднятая целина», «На Иртыше», «Кануны», современные русские писатели долго и кропотливо исследовали архивные материалы и отдельные судьбы.
 
А почему мы не делаем этого? Почему не обдумываем способы решения сложных тем? Может быть, из-за недостатка профессионализма? Мы хотим, чтобы каждый занимался каким-нибудь одним делом. Пусть актер остается актером, певец остается певцом. Но как быть с многогранностью творчества? И разве можем мы сказать с определенностью, кто нам ближе и дороже—актер и режиссер В. Шукшин или новеллист и романист В. Шукшин? Если одним нравится певец Е. Хасангалиев, то другим дорог композитор Е. Хаеангалиев. Поэт Е. Евтушенко снимает кино в качестве режиссера, выступает сам как актер.
 
Вот и сборник рассказов «Песня Акылбая» принадлежит известному исполнителю народных песен Жанибеку Карменову. В свое время мы читали его вещи, опубликованные в журнале «Жулдуз» («Хорлан»), в альманахе «Жалын» («Боздак»), в газетах «Социалистик Казахстан» («Директор»), «Лениншил жас» («Песня Акылбая»).
 
Что же принес в литературу талантливый певец Жанибек Карменов? Какая сила заставила его взяться за перо? И что выиграет хороший певец, если окажется посредственным писателем?
 
Такого рода сомнения заставляют читать книгу с особым напряжением и вниманием.
 
Надо сказать сразу, автор пишет о таких вещах, которые хорошо знает. В сборнике представлены два направления: первое — картины современной жизни и первых послевоенных лет, второе — судьба певца и кюйши (домбрист-виртуоз), секреты искусства. Сборник открывается рассказом «Хорлан», в котором речь идет о пробуждении первой любви. Скажу, пусть несколько витиевато, что от этого рассказа веет чистотой и свежестью подобной аромату весенней степи. Человеческие характеры, намерения и мнения героев передаются глазами ребенка. Пейзажи и душевные состояния людей здесь гармонически сочетаются, дополняя друг друга.
 
Активная авторская позиция выражена в рассказе «Директор» и других сочинениях, наполненных юмором и сарказмом.
 
Наиболее объемное произведение о современной жизни — повесть «Песня послевоенная».
 
Повесть начинается ранним утренним звонком. Герою звонит друг детства, с которым они росли во время войны, а потом расстались. Прошло тридцать три года.
 
В воспоминаниях старых друзей оживают исковерканные войной сиротские годы. Разумеется, воспоминания эти несколько многословны. Там, где теряется связь с деталью и образом, открывается путь голой риторике и легковесной публицистике.
 
Надо сказать еще об одном: положительных героев автор ищет только среди писателей и журналистов, даже если в этом нет художественной необходимости, как будто другие люди не способны размышлять, предаваться мечтам, играть на домбре.
 
Три вещи в сборнике — «Боздак», «Песня Акылбая», «Кошимбала»—можно назвать триптихом о рождении мелодии, о рождении певца. В этих произведениях выразилось искусство внутреннего монолога. Здесь перед нами также — точные картины природы, хорошее знание традиций, обычаев, этнографических особенностей народа. Но главное — мы становимся свидетелями того, как чувствует песню и мелодию сам автор — музыкант, любимый всеми певец. Ж. Карменов не повторяет содержания песни или кюя, он раскрывает социальные факторы и психологическое состояние, породившие песню и мелодию. И это увлекает и обогащает. А интерпретация содержания музыкального произведения, его пересказ — это такое дело, с которым может справиться каждый второй.
 
Язык повести «Кошимбала» в ряде моментов выразителен, но в целом она многословна. Многовато в ней действующих лиц: кроме заурядных стариков и старух, разговорчивых женщин, в повесть втиснуто множество знаменитых людей степи. Мади, Ибрай, Асет. В повесть прямо-таки не вмещается предсмертное прощание Асета с поэтом Кемпирбаем. Это самостоятельный трагический сюжет, который вполне достоин стать отдельным произведением.
 
Те страницы, где поют песни такие знаменитости, как Мади, Ибрай, Асет написаны легковесно и по-школярски. В названии повести «Кошимбала» нет никакого подтекста, который помог бы в какой-то степени раскрыть тему.
 
Таков наш вывод после знакомства со сборником. Да, певец Жанибек Карменов заставил признать свое писательское дарование. Он хорошо знает язык, имеет близкую сердцу тему. Но есть моменты, которые вызывают опасения. В системе метафор, сравнений, лексики преобладает фольклоризм. Встречаются места, где использованы расхожие словосочетания. Ж. Карменову удаются маленькие рассказы, на повесть ему пока не хватает собственного дыхания, и он подключает смеси отнюдь не лучшего качества.
 
II
 
В свое время роман Спандияра Кобеева «Калынмал» стал событием в жизни всего казахского искусства, в наши же дни выпуск в год нескольких романов стало привычным явлением.
 
При анализе произведений, посвященных исторической, историко-биографической тематике, перед нами встает одна из главных проблем — диалектика жизненного материала и художественного идеала, их органическое единство. По сравнению с вещами вымышленными, произведения, написанные на основе исторических документов о людях, широко известных в народе, должны быть предельно осторожны и корректны в домыслах и предположениях.
 
Примером такой корректности я бы назвал роман Жайсанбека Молдагалиева об Ибрае Алтынсарине «Первый звонок».
 
Роман отличается компактностью, здесь нет нагромождения мелких, ненужных эпизодов, за счет которых обычно стремятся увеличить объем произведения. Главным средством выразительности в романе являются четко, целенаправленно выписанная картина и точно выраженная деталь.
 
Перед нами тридцатилетний Ибрай, поставивший перед собой дерзкую, ошеломительную по новизне и трудности задачу — просвещение народа. Ж. Молдага-лиев подробно выписывает его отношения с царскими чиновниками, местными заправилами, представителями народа, с духовенством и военными. При этом все события крепко объединяются единым замыслом.
 
И все же... В романе нет образа Просветителя, который смог бы встать вровень с историческим Ибраем. Уверенный в создании портретов рядовых персонажей, в передаче событий от своего имени, от имени автора, писатель чувствует себя как-то скованно, неуверенно перед образом Ибрая, особенно перед изображением его размышлений, сложной диалектики души. Назвать размышлениями эти нудные, длинные словосочетания было бы несправедливо и рискованно. Ибрай был человеком огромной эрудиции, это можно видеть во множестве его статей и исследований. Как показать это в художественном произведении? Тут должны сказать свое слово мастерство и «такт действительности» (В. Г. Белинский). К сожалению, монологи Ибрая напоминают бесконечную лекцию и цитаты из научных книг. Иногда нарушается и принцип историзма. Положения, которые разработаны и распространены лишь в наши дни, вкладываются в уста великого просветителя XIX в.
 
Творческие судьбы писателей, которые нынче плодотворно работают в нашей литературе, сложились по-разному; одни с малых лет грезили о писательстве, другие пришли к искусству слова в зрелом, если не в пожилом возрасте.
 
Зейтин Акишев пришел в прозу в последние десять лет. Наиболее значительным его произведением является роман «Жаяу Муса». Его драма под таким же названием много раз ставилась на сцене.
 
Роман состоит из тринадцати глав, каждая из которых имеет соответствующее название. Сюжет произведения опирается на хронологический принцип, когда одно событие следует за другим. Ход событий соответствует биографии знаменитого казахского композитора Жаяу Мусы, прожившего девяносто четыре года. Произведение охватывает большой период, различные социальные пласты, представителей разных национальностей. Между ними нет обязательной связи. Они произвольно появляются и столь же произвольно исчезают.
 
Родина Жаяу Мусы, края, где он побывал — все получило свое место в книге: Баянаул, Петропавловск, Омск, Тюмень, Петербург, Польша, Верный, Аулие-Ата, Чимкент...
 
Заслугой романа стали эпизоды, которые расширяют наше прежнее представление о социальной жизни казахов XIX века, об их отношениях с Россией. Обширна и оригинальна формация в отношении народного быта и этнографии, административно-управленческого аппарата.
 
Жизнь главного героя романа Жаяу Мусы трагична и романтична, полна таких приключений, которые в XIX веке не пережил ни один казах.
 
Нельзя не признать, что писателю стоило огромных усилий создать литературный образ человека, который был и композитором, и певцом, и поэтом, мастером на все руки (о таких людях казахи говорят: «с его пальцев капает мед»), показать участие его в социальных схватках, пребывание в непривычной, иноязычной среде. И здесь З. Акишев добился художественных удач. Когда же повествование приобретает отвлеченный характер, произведение мелеет на глазах.
 
Жаяу Муса — прежде всего человек искусства, который вошел в историю своего народа красивыми, задушевными, гордыми песнями. Поэтому вызывает сожаление тот факт, что в романе не уделено достаточно внимания психологии творчества, история любви показана слишком кратко.
 
Признаться, роман Шерхана Муртазаева «Красная стрела» я открывал с некоторой настороженностью. Связана она была с объектом изображения. Широкому читателю известно, что жизненный материал для повести «Случай на перевале Караш-Караш» М. Ауэзову дал известный государственный деятель Турар Рыскулов. В то время живы еще были участники нашумевшей истории, здравствовали их потомки. Писателю важно было не запутаться в кругу противоречивых свидетельств, поэтому он дал волю своей фантазии, сознательно изменил многие обстоятельства. Рыскул получил имя Бахтыгула,. Саймасай — Жарасбая, а Тургенская волость стала Бургенской. Киргизский режиссер Болат Шамшиев на основе повести создал популярный художественный фильм, а казахский писатель Калихан Искаков — увлекательную пьесу. И вот еще один казахский писатель подошел к теме, которой раньше коснулся М. Ауэзов, и написал роман. Как тут не насторожиться?
 
Повесть Ауэзова заканчивается сообщением о том, как живет в тюрьме тихий и спокойный, понятливый в учебе казахский мальчик. Роман Ш. Муртазаева начинается с тюремной камеры, в которой сидят казах Рыскул и русский Александр Бронников. Тюремное начальство надеялось, что они истребят друг друга.
 
Но в камере есть и третий житель. Днем он работает возчиком, а ночью приходит в камеру. Это сын Рыскула мальчик Турар. Чтобы постоянно удерживать внимание читателя, III. Муртазаев чередует тюремные сцены с рассказами Рыскула Бронникову или Турару. Каждая из тринадцати глав разделена на маленькие сценки. В романе в качестве художественных деталей широко используются без изменения сохранившиеся в судебных и тюремных архивах документы, прошения, отношения, описание заключенных.
 
В языке романа и его стилевых особенностях не трудно заметить влияние «Случая на перевале Караш-Караш». Линия Рыскул — Саймасай является вариантом линии Бахтыгул —Жарасбай. Самостоятельная и яркая находка Ш. Муртазаева—это история замечательного скакуна по кличке «Красная стрела». Чтобы восторжествовать над своим противником и унизит его, Саймасай заставляет Рыскула украсть этого скакуна и убивает коня. Душевная буря Рыскула, вызванная этой историей, передана глубоко реалистично. Схватка между Рыскулом и Даулбаем в знаменитой повести отсутствует, этот драматический сюжет найден Ш. Муртаза-евым самостоятельно.
 
В первой книге главное место своей мощью и энергией, своей трудной судьбой безусловно занимает Рыскул. Мальчик Турар на втором плане. Образ социал-демократа Бронникова, обучившего грамоте Турара, оказавшего влияние на затаившего месть Рыскула, оригинальностью не отличается. В его словах не чувствуется энергии закаленного борца, в них больше политической информации. И семья Приходько не получила в романе подобающего места.
 
Роман Софы Сматаева «Родная страна»—это произведение об одном из самых трагических периодов в казахской истории, который остался в памяти народа страшными кровопролитиями, тяжкими бедствиями, связанными с нашествием ойротских и калмыцких племен на казахскую землю. Автор побывал в тех местах, где происходили исторические события, по мере возможности изучил все исторические труды и архивные материалы, имеющие отношение к объекту, пригодились и мотивы, идеи, материалы эпоса.
 
Так как события протекают на протяжении многих лет и на весьма обширном пространстве, повествование строится по принципу мозаики. От нее и недостатки: часто отдельные эпизоды не связаны между собой, каждый тяготеет к автономности.
 
С. Сматаев нарушил традицию изображать калмыков в отрицательном плане, которая берет начало в народном эпосе. Кто такие калмыки, с древнейших времен обитающие в Средней Азии, каковы их обычаи, особенности их социального строя, объективные и субъективные причины, которые толкнули калмыцкие полчища в казахскую степь — все это показано с историческим тактом, без урона для нынешних отношений.
 
Роман написан сочным, гибким языком, в нем чувствуется влияние фольклора, певцов-жырау, ораторов.
 
Первый роман Ильяса Есенберлина «Схватка» не вызвал пристального внимания критики. Но вот книгу перевели на русский язык. И роман получил Государственную премию Казахской ССР имени Абая. Кое-кому казалось, что автор, уже пожилой человек, исчерпал себя этой вещью, что все его душевные запасы отданы этому произведению. Однако вскоре появились романы «Опасная переправа», «Влюбленные». «Схватка» стала событием в жизни казахской литературы, получила широкую популярность и круто повернула внимание литературной критики к творчеству И. Есенберлина. Роман «Золотая Птица» получил приз на конкурсе, посвященном юбилею республики. «Опасная переправа» в переводе Юрия Домбровского сначала была опубликована в журнале «Дружба народов», затем вышла отдельной книгой в издательстве «Советский писатель». «Молодая гвардия» выпустила «Влюбленных». Трилогия «Кочевники» увидела свет в Москве, как и роман «Прикрой своим щитом», посвященный целинникам. Все эти книги обсуждались критикой и читателями, выходили за рубежом.
 
На первых страницах романа «Опасная переправа» мы знакомимся с тремя поэтами. Три поэта — три судьбы, три мира. Описание жизни Ахана занимает немного страниц. Это человек лет тридцати пяти, высокий, широкоплечий, с ясным лицом и большими карими глазами. Что с ним случилось в прошлом — это тайна. Но судя по его горьким словам, он потерял себя, не нашел своего места в новой жизни. Он считает, что радостные, вольные дни казахского народа остались в прошлом, и теперь его ждет исчезновение с лица земли. Что слова «дружба народов» придуманы для того, что большой народ мог беспрепятственно обманывать малые народы. Призыв к единству он считает лицемерием. По разумению Ахана, союз, объединивший под одной крышей разные народы, не сможет продержаться долго. Одно из двух: либо малые народы будут ассимилированы, либо империя потерпит крах.
 
Молодому поэту Беркуту, только что вставшему на путь сознательной борьбы, нечем ответить на такие доводы своего наставника, к тому же высказанные с глубокой болью, он не может привести ни одного убедительного факта.
 
Ахан кончает жизнь самоубийством, выбросившись с балкона во время первомайских праздников. Такой финал избран писателем отнюдь не для того, чтобы заострить сюжет и поразить читателя. Смерть Ахана — это смерть определенного мировоззрения, духовная смерть тех, кто не понял революцию и вступил на враждебный путь.
 
После этой смерти начинаются блуждания Беркута и Акбара. Эволюция молодого поэта к правде революции была мучительной и долгой.
 
Доведенный до отчаяния жизнью в городе и внутренней борьбой, Беркут вместе с женой приезжает в степь и здесь начинает понимать смысл сурового времени и пересматривать свои оценки. Люди, которых он принимал за благодетелей, на поверку оказываются жалкими себялюбцами, пекущимися лишь о личном благополучии. Чуть ли не на его глазах совершается кровавое злодейство: полюбившие друг друга Нуржамал и Еркебулан были сожжены за своеволие баем Жабагы.
 
Мировоззрение Беркута изменили и новая социальная обстановка, и жизненные невзгоды.
 
После смерти Ахана Беркут пошел вместе с народом, Акбар выбрал путь вражды и ненависти к революционным преобразованиям, и единственным другом его становится кинжал.
 
Не вызывает сомнения тот факт, что некоторые качества в образе Каражана, несущего в себе мораль определенной группы, были взяты из жизни вполне реальных людей. Воспользовавшись заблуждениями отдельных писателей, сердца которых бились ради народа, такие люди, как Каражан, погубили немало талантов. Во всяком случае над головой Беркута, только начавшего обретать реальное понимание событий, Каражан в какой-то момент снова собрал черные тучи.
 
Акбар бежал за границу и поступил в услужение фашизму.
 
Роман заканчивается событиями Великой Отечественной войны. Тогда, в боевой обстановке, снова встречаются трое старых знакомых — поэт Беркут, бывший следователь, а теперь генерал Гаврилов и пойманный фашистский прихвостень Акбар. Утверждается мысль о том, что человека, не понявшего стремлений своего народа, ждет судьба Ахана или Акбара.
 
В романе «Опасная переправа» Ильяс Есенберлин показал трудный путь к народу части казахской интеллигенции, всерьез воспринявшей отвлеченные лозунги алаш-ордынской идеологии.
 
Роман «Влюбленные»— пример сжатости, организованности. Здесь число действующих лиц не превышает десятка. Сузив материал, писатель уменьшил и сферу действия. Вместо того, чтобы разбрасываться в пространстве, он задался целью копать глубже в малом кругу.
 
Даже название романа «Влюбленные» говорит о многом. И на самом деле, это роман о любви, о влюбленных. Повествование ведется от имени главного героя Жантаса и это придает ему своеобразную стилевую окраску.
 
Жантас — скульптор, знающий свою цель в жизни и в искусстве. Во многих его поступках, уровне знаний, эрудиции мы видим качества, характерные для современной казахской молодежи.
 
Скульптор, смотрящий на все наблюдательными глазами художника, не пропускает ни одной мелочи. Пусть он быстр, крут и резок в своих суждениях, но у него есть своя позиция, своя точка отсчета. Его художественная чуткость наиболее полно выражается в те моменты, когда он мгновенно улавливает в человеке нужные ему психологические состояния. Его профессия обрекает его на поиски красоты, не дает ни на миг забыть о своей творческой цели, постоянно толкает на размышления.
 
Роман «Влюбленные» с самого начала захватывает читателя острой ситуацией. Что особенного, если за красивой девушкой увязался двадцатипятилетний парень? Разве такое не встречается в жизни или противоречит нашей морали?
 
Скульптора Жантаса с первого взгляда покорила красота Улболсын. В обнаженном теле Улболсын скульптор увидел воплощение своей идеи, которая постоянно присутствовала в его мыслях и чувствах.
 
И Жантас отрекается от карьеры, почестей, завидных должностей в Алма-Ате и устремляется в далекий молодой город Мыстау за Улболсын. Почему они не соединились с первого раза? Почему он тогда не пожалел юную девушку? Почему не сдержал свои чувства? И почему теперь, когда прошло столько времени, он кинулся следом за нею? В. Г. Белинский в таких случаях писал не без насмешки: «Потому, милостивые государи, что глупому человеку легче задавать вопросы, чем умному отвечать».
 
Жантас в романе «Влюбленные» во многом выражает взгляды своего поколения на жизнь, его отношение к любви и красоте. Беседа с ним не утомляет. Он творит сознательно, ставит перед собой ясную цель, ему одинаково близки и интуиция и расчет. Писатель увлекательно воссоздает его творческую лабораторию. Два источника питают работу Жантаса — вполне обдуманный замысел и чувство к Улболсын. Они обогащают взаимно, соединяются и сливаются в одно широкое русло. Откровенность Улболсын дала возможность скульптору понять дух женщины, а для девушки стала последней встряской и последней песней.
 
В другом нравственном ряду стоит профессор, хирург Шерубай. На его долю тоже выпало немало бедствий. Его жена и ребенок погибли в автомобильной катастрофе. В свое время ему не хватило сил оставить их и жениться на Улболсын. Наверное, боялся неприятностей по службе, осуждения близких, а может, просто он предпочел спокойствие. Впрочем, писатель не останавливается на этих моментах подробно. Иначе получился бы еще один роман. Шерубай приехал в Мыстау вслед за Улболсын. Теперь он готов на ней жениться, но девушка отвергает его. Да ей и не до переживаний несмелого поклонника.
 
Убедившись, что она неизлечимо больна раком, поняв, что в конце концов умрет в страшных мучениях, бедная девушка выбирает единственно возможный выход: принимает большую дозу снотворного.
 
Глубоки, мучительны страдания Жантаса и Шерубая.
 
Понимание женщины, как возвышающей силы, оставляющей вечный след в духовной жизни художника, оказывающей решающее влияние на его судьбу — эта традиция широко представлена в классической литературе. Назовем хотя бы романы Эмиля Золя «Творчество», Ромена Роллана «Жан Кристоф», Джека Лондона «Мартин Иден» или рассказ Хэмингуэя «Снега Килиманджаро». Возвышающее чувство и трагедия обогатили опыт Жантаса, его представление о критериях прекрасного. Именно с этой беды и начиналось его возмужание.
 
В романе «Золотая птица» И. Есенберлин сюжетом сделал развитие, течение мысли героя. Тут надо заметить следующее. Писатель может вести рассказ от имени персонажа, которого он не любит и которого собирается разоблачить. Но и рассказ положительного героя нельзя смешивать с субъективным состоянием самого автора, с его оценками. Это было бы в высшей степени вульгарно.
 
Сюжет, где одно действие рождает другое и события идут друг за другом, пронизывает многие произведения казахской литературы. А вот сюжет мысли и развитие событий на его основе не часто встречается на нашей почве.
 
Здесь появляется возможность более глубокого анализа и тщательного отбора событий из жизни героя, здесь легче избежать мелкой житейской суеты.
 
Возможности и недостатки такой формы можно увидеть в романе «золотая птица».
 
Возраст по-разному отражается на людях. Одни с годами приобретают опыт, уверенность и духовную мудрость, другие отчаиваются от ударов жизни, опустошаются. Первые — благо, вторые — беда. Первые желают, чтобы другие остались невредимы там, где они в свое время здорово споткнулись, вторые злорадствуют и испытывают удовольствие, если кто-то сломал себе шею там, где они всего лишь споткнулись. Первые устремлены к будущему, навстречу новым поколениям, вторые заботятся лишь о животе, лишь о сегодняшнем дне. Два типа, две морали.
 
Пожилой геолог лежит в больнице в пограничном состоянии. В минуты облегчения он много думает, осмысливая прожитую жизнь.
 
Казахский роман пока вращается в узком тематическом кругу, на поверхности в общем-то простейших обстоятельств. Если, например, любовь, то пламенная и умопомрачительная и только между ровесниками. Того, чтобы показать чувство человека не первой молодости к существу другого поколения или драму пресловутой супружеской неверности, в нашей прозе почти нет.
 
В романе «Золотая птица» заметно нарушается давняя традиция казахской прозы, когда при создании портрета писатель ограничивается только лицом человека. Здесь же изображается обнаженное тело — целомудренно и чисто.
 
Неожиданное обстоятельство сразу приковывает внимание читателя. Но писатель далек от того, чтобы тут же развязать все узлы. Фантазия геолога уходит в далекое прошлое, и приводит нас в город Мысказган конца 30-х годов. Между делом становится известно, что Сабыр Шакиров выходец из Атбасара, что его отец и мать работали на шахте взрывниками.
 
 Счастье Сабыра и Акбаян было недолгим. Легкомысленная девушка увлеклась красивым и суровым джигитом, занимавшим высокий пост. Сабыру не оставалось ничего иного, как смириться с участью покинутого мужа. Начинается война, и он, как и многие его сверстники, уходит на фронт. Акбаян не пришла даже проститься.
 
Военные сцены занимают в романе немного места. Зато широко даются картины фашистских зверств, бедствия советских воинов, попавших в плен. Попытки Андрея организовать побег из лагеря. Презрение к Садыку, которому выпало сомнительное счастье стать возлюбленным жены полковника Хауассии, в чем-то напоминающей жесткую и чувственную ауэзовскую Жузтайлак. И когда Садык был захвачен охраной лагеря с похищенной взрывчаткой, Хауассия расстреливает его собственной рукой.
 
Эти длинные истории вспоминает пожилой геолог Сабыр, очутившийся в больнице из-за сердечной болезни. Он все это пережил, он сам был их участником, и теперь наступило время подведения итогов. Но золотым самородком было для него воспоминание об Акбаян.
 
Эта роковая красавица надолго захватила сердце Сабыр а. И вот, находясь в больнице, Сабыр получает письмо от Акбаян. Письмо холодное и безразличное.
 
Кое-что из пережитого Сабыр рассказывает дежурному врачу больницы Батиме. Случается, что та или иная ситуация оценивается глазами этой женщины. Батима заботливо ухаживает за Сабыром не только из-за уважения к его летам, его переживания созвучны ее умонастроению.
 
Когда юное сердце отдается любви, забыв обо всем на свете, и при первой же неудаче получает сильнейший удар, вряд ли его затем исцелит время. Опозоренное и растоптанное, оно везде будет видеть предательство. Так произошло с Батимой. Потоку, еще не достигнув тридцати лет, она уже смотрела на кизнь скептически и равнодушно. Ее задушевной подругой, самым близким человеком была жена Сабыра Татьяна. Знала Батима и Акбаян. Поэтому внимательно прислушивалась к рассказам Сабыра.
 
Начальником Сабыра был Альжан — муж Акбаян, человек самоуверенный и агрессивный, покровительствуемый судьбой и начальством. И только во время катастрофы на шахте обнажается его истинное лицо — труса и жалкого себялюбца.
 
Образ Акбаян, живущей с таким человеком, не лишен психологической сложности. Она гордится своей исключительной красотой. В поведении этой сорокалетней женщины, не испытавшей материнства, не обремененной домашними заботами, главной остается забота производить впечатление. И такую Акбаян Сабыр продолжаем любить долгие годы, несмотря на все испытания жизни и уже солидный возраст. Только предательство любимой освобождает его от мучительного чувства. Последний луч надежды в сердце Сабыра потух. Вылечить его опустошенную душу, усталое тело теперь может только Батима.
 
Писатель развернул перед нами историю умного, глубоко чувствующего человека, для которого жизнь не поскупилась на испытания. И мы начинаем смотреть на Сабыра Шакирова с добрым уважением — за его вдумчивое отношение к истории своего народа, сегодняшней действительности, судьбе языка и культуры.
 
Правдиво изобразивший во многих романах разные периоды в жизни нашего народа, Ильяс Есенберлин стал одним из наиболее популярных казахских писателей. Им выпущено наибольшее число романов — десять, восемь из них переведены на русский и другие языки. Число весомое, хотя по сравнению с Дюма, Жоржем Сименоном, Агатой Кристи — это лишь капля в море.
 
Показав в романах «Схватка» и «Золотая птица» жизнь геологов и шахтеров, писатель в романе «Мангистауский фронт» обратился к жизни нефтяников. Надо сказать, что как исторические его произведения, так и книги о наших днях обладают одним общим качеством — в них обязательно поднимаются социальные и социологические проблемы, разрабатываются значительные конфликты, выстраиваются острые сюжеты и, конечно же, создаются живые, запоминающиеся характеры. Все это присутствует и в «Мангыстауском фронте». Здесь широко развернуты картины жизни современной казахстанской технической интеллигенции, профессиональных рабочих, открывающих и осваивающих залежи нефти.
 
Автор хорошо знает прошлое полуострова Мангышлак, его природу, историю его исследования и освоения. Но иногда И. Есенберлин слишком увлекается информативностью, что приводит к стилевым сбоям. Из-за нарушения единства стиля некоторые факты выглядят чужеродными.
 
В центре романа «Наказ»—жизнь ученых-археологов, психология научного поиска. В монологах центрального героя, много повидавшего, образованного, энергичного и вдумчивого ученого Кунтуара Кудайбергенова ненавязчиво сообщаются многие неизвестные факты. Писатель не вмешивается в события и в отношения между героями. Сюжет развивается естественно и свободно.
 
Такен Алимкулов дебютировал в прозе романом «Белый конь». После этого он долгое время работал и жанре рассказа и повести, создал прекрасные вещи, продемонстрировав глубокое знание казанского быта, особенностей национального духа. Он был мастером форм. К тому же добился больших успехов как историк литературы и критик.
 
Объем второго романа этого автора «Народ и земля» невелик. Можно только догадываться, что писатель замышлял многоплановое произведение со множеством действующих лиц, охватывающее длительный период времени, жизнь нескольких поколений. Действие его происходит в окрестностях Каратау, Чу, на южных окраинах Сарыарки. Мы знакомимся с переходными временами, когда Советская власть уже установилась, но все оставались на старых местах, и в степях царила неразбериха. Не принимая участия в действии, эпизодически проходят в романе Сакен Сейфуллин, акын Шади-Торе, домбрист Сугир Алиев. Первый советский волостной Но-гайкул Торангулов — тип аульного казаха прежних времен. Ничего не понявший бай Арип, накликавший беду на свою голову двоеженством, и милиционер Турсунбай ничем не отличаются друг от друга. Надо думать, что озорной парнишка, поумневший после потери отца Шаукен, должен был стать главным героем и в дальнейшем взять на себя основную идейную нагрузку произведения.
 
Роман только начинался, и Такен Алимкулов не успел его закончить.
 
Роман Магзома Сундетова «Багровый месяц», изображающий жизнь современного аула, не перегружен оригинальными характерами.
 
Совхоз «Багровый месяц» расположен вдоль реки Урал. У старика Султана и матушки Зейнеп три сына, и у каждого из них свой характер и своя судьба. Бахытжан живет в Алма-Ате, кандидат наук, он почти не участвует в событиях, лишь упоминается, Касым — механизатор в ауле, главная его забота — любым способом разбогатеть, он законченный стяжатель. Младший сын Бахтияр живет у родителей, он — шофер, водит директорскую машину.
 
Директор совхоза Рахим и Бахтияр вместе закончили школу. Это обстоятельство дает автору возможность поступки и характеры людей, нынешние хозяйственные проблемы, передать глазами шофера. Вряд ли в ауле найдется что-то такое, чего не увидел бы, о чем не услышал, куда не заглянул бы шофер директора совхоза.
 
Свадьба Девушки по имени Самал, которой в свое время не смог признаться в любви Бахтияр, с аспирантом Актаем, проделки ее свекровки, взаимное непонимание, развод. Ветеринар Тоныбай, жестоко ревнующий свою молодую жену к Бахтияру. Такие вот судьбы и отношения. Написано о них подробно, утомительно и длинно. Ни крупных событий, ни сложных конфликтов, ни ярких психологических красок. Следовательно, говорить о социальной значимости романа «Багровый месяц» не приходится.
 
Ныне в поле зрения казахских романистов попадают новые темы, неординарные объекты. Главные действующие лица романа Сабита Досанова «Горная дорога»— представители творческой интеллигенции: актеры, художники, деятели культуры, ученые.
 
Беллетристическая материя особых нареканий не вызывает, хотя и восторгов тоже. Средний уровень. Сомнение вызывает язык романа — в нем почти нет конкретных, точных деталей, живой образности, зато много красивостей и пустой декламации. Композицию романа часто нарушают необязательные вставные эпизоды. Особенно плохо организована третья часть сочинения.
 
В отношении языка, стиля, психологического анализа напрашивается много, деликатно говоря, пожеланий.
 
Главной задачей всегда остается создание образа нашего современника, рабочего, крестьянина, интеллигента — активного творца и участника перестройки. Для этого необходимы талант и мастерство. К сожалению, многие наши беллетристы не обладают чувством композиции, искусством диалога и подтекста. Вместо них — длинные пустые речитативы, общие места и штампы. Но самое тревожное — отсутствие крупных характеров, выявляющих себя в больших социально-психологических конфликтах. Если мы не преодолеем эти недостатки, то за репутацию казахского романа в глазах всесоюзного читателя трудно будет поручиться. Дело осложняется еще и пессимистическими прогнозами на будущее романа вообще.
 
«В наш стремительный век, когда не хватает времени, роман непопулярен, читаются только рассказы и повести».
 
«Роман исчерпал все свои возможности, жанр изжил себя».
 
Такие мнения высказывались вчера, они бытуют и сегодня.
 
Но практика мировой литературы свидетельствует, что самым глубоким, всеобъемлющим, объективным литературным жанром для изображении действительности во всех ее временных ипостасях является роман.
 
Брюзжание о том, будто в казахской литературе романы плодятся как грибы после дождя, далеко от истины. Казахскому роману предстоят многие перевалы.
 
Есть ли у нас психологический роман, детективный, фантастический? Нет. А кто написал роман-биографию, наподобие Стефана Цвейга, Андре Моруа, Михаила Булгакова? Никто не писал. Не будем скрывать, что нынешние исторические романы стоят гораздо ниже уровня, установленного Мухтаром Ауэзовым.
 
Роман-монолог, роман-документ, политический роман — есть ли они у нас? Нет.
 
Значит — за работу, джигиты!
 
В современной казахской прозе выделяется группа писателей, глубоко овладевших национальной литературной традицией, усвоивших уроки советской классики. Габит Мусрепов завершил «Пробужденный край», эту летопись Карагандинского угольного бассейна, когда ему было уже за восемьдесят лет. Это ли не показатель огромной творческой энергии, мощи таланта, неисчерпаемой любви к жизни и искусству. .
 
Первая книга этого обширного социально-исторического полотна вышла в середине 50-х годов и сразу приобрела широкую популярность. Читатель увидел в ней такое верное изображение новых пластов народной жизни, такую яркую галерею национальных характеров, что справедливо оценил ее как большой шаг вперед в казахской прозе.
 
Но даже создав этот шедевр, талант Мусрепова не исчерпал себя: он обогатил новыми формами казахский рассказ, создал роман «Ее имя — Улпан».
 
Правда, к этому времени читатель уже начал было терять надежду на вторую книгу «Пробужденного края». Лишь собратья по перу, осведомленные о писательских тайнах Мусрепова, знали, как напряженно работал ветеран нашей литературы. И вот вторая книга романа «Пробужденный край» в переводе М. Симашко пришла к читатели. За это время над литературой пронеслось много всяких веяний и поветрий, но Г. Мусрепов остался верен однажды принятой реалистической манере. Главные действия и основные события романа по-прежнему происходят в промышленных районах Караганды, Нильды и Акбуйрата. Рядом с известными читателям героями Игликом, Байжаном, Сугирали, Айганшой, Рязановым появились новые персонажи.
 
Главный среди них — Кенжегара, образ, наиболее близкий к авторскому идеалу.
 
Во второй книге продолжаются и развиваются приемы и методы, принятые в первой книге: композиционный строй, логика развития действия, чередование событий, характеристики действующих лиц. Здесь повествование также насыщено юмором, иронией, сарказмом, которые присущи лишь Мусрепову. Художественные достоинства второй книги романа органично сочетаются с философскими размышлениями о жизни и смерти, с раздумьями об истории, государственности, национальных особенностях казахского народа.
 
Представитель нового поколения казахского народа — Кенжегара — не только мыслитель и мечтатель, он — человек действия, неожиданных решений, тут же претворяемых в жизнь, одним словом, человек нового типа, рожденный новой обстановкой в казахской стеши. Он напоминает Сакена Сейфуллина, восторженно встретившего Октябрьскую революцию.
 
Захват Карагандинской земли англо-французским капиталом, бедствия и страдания шахтеров показаны в полном соответствии с жизненно-исторической правдой в конкретных человеческих судьбах, характерах, событиях. И в классовом братстве казахских и русских рабочих, торжестве интернационализма.
 
Реалистические традиции, заложенные Мухтаром Ауэзовым в исторической романистике, в последние 15— 20 лет обновляются и обогащаются за счет новых произведений. В своих исторических трилогиях «Кочевники» и «Золотая орда» Ильяс Есенберлин раскрыл новые художественные возможности летописей, документов, народных мифов и легенд, В романах А. Алимжанова («Возвращение учителя», XI в.), М. Магауина «Вешние снега», XV—XVI в. в.), Д. Досжанова («Шелковый путь», XIII в.), С. Сматаева (Родная сторона», XVIII в.) убедительно показана роль отдельного человека в истории, судьбе народа, решении проблемы войны и мира.
 
В романе Абиша Кекильбаева «Плеяды»—автор широко известен своими талантливыми произведениями и за пределами республики — рассмотрены социально-исторические причины добровольного присоединения Казахстана к России. Новый роман А. Кекильбаева «Предрассветные сумерки»— продолжение этого произведения. Здесь действительность XVIII в. воссоздается на основе конкретных документов и хроник, здесь даны тонкие нюансы взаимоотношений казахов и русских, казахов и калмыков, казахов и башкир, выведены на сцену образы исторических личностей. Принципа изображения событий в восприятии разных героев писатель придерживаемся постоянно. Передавая в диалектическом единстве мысли хана Абулхаира, центрального героя произведения, о целостности государства, о благе народа и его конкретные действия, писатель достиг определенных успехов. И все-таки слишком подчеркнутое монотонностью и однообразием, а детализация мелких обстоятельств и незначительных событий привело к многословию, непомерному увеличению объема произведения. При этом пострадал принцип типизации, нарушено чувство меры, образность иной раз подменяется риторикой.
 
В романе Анеса Сараева «Золотой остров», посвященном теме гражданской войны, которая вроде бы неплохо освоена казахской литературой, изображается приход революции в Астраханский и Гурьевский края.
 
Задание В. И. Ленина исследовать неприметный остров Ракуша (казахи называли его Шайтанарал), который в свое время был передан в руки иностранных капиталистов, разведать его нефтяные запасы и сообщить об этом в центр, участие в претворении в жизнь этой ответственной операции С. М. Кирова — такова документальная основа романа. Начальник Астраханского ЧК Григорий Алексеевич Атарбеков и председатель 59-й комиссии высшей военной инспекции Л. М. Брагинский, посовещавшись между собой, отправляют в это опасное путешествие в Каспийское море испытанных людей. Среди них моряки Избасар Жаиекенов и Дмитрий Митрофанов, красноармейцы Ахтан Мухамбердиев и Кажигали Жаркынбаев. В книге нет главного героя в обычном понимании. Названные люди и есть основные герои, которые объединяют все события романа. Они проходят через многие трудные испытания и проявляют находчивость и мужество.
 
Увлекательно показывая внешние действия героев, автор, однако, не увидел изменений в их внутреннем мире. О простодушии Кажигали, его щедрости, живости и мстительности Ахтана мы узнаем со слов автора. Когда же дело касается показа характера, роста и становления героев, психологической мотивировки действий, уровень повествования резко падает.
 
Необязательными, лишними в книге оказываются не только эпизоды, нет какой-то системы в авторских отступлениях, они произвольны и неуместны, как и диалоги действующих лиц, их длинные воспоминания, внезапное подробное изложение второстепенных обстоятельств — такого рода бессмысленные вводы неоправданно увеличили объем книги. Особенно растянуто и многословно повествование о приключениях Ахтана и Кажигали в плену у Черного Никиты и поручика Егорова, их конспирация в Уйшике. Неоправданно большое место занимает этот детектив.
 
Третью книгу своего романа о Тураре Рыскулове Шерхан Муртадаев назвал многозначительно — «Звездный мост».
 
Она охватывает самый сложный и противоречивый, самый важный период в жизни революционера — ташкентский период. Главное слово — за историческими фактами, архивными материалами. Соблюдены и хронологические границы. В иных случаях точность письма — протокольная. Возможно, этим объясняется некоторая сухость «Звездного моста». Здесь нет вольного течения повествования, щедрости красок, характерных для первых двух книг. Их место заняли краткость, простота, больше приличествующие деловой прозе. Многие страницы отданы собраниям и политической трескотне. Напрасно искать здесь монологов и размышлений молодого энергичного Турара.
 
Мы уже рассказали о творчестве видного казахского писателя Ильяса Есенберлина, о большом значении его многоплановых разнообразных по тематике романов. Добавим к ним роман «Праздник любви». В нем — современная Алма-Ата, точнее Алма-Ата 70-х годов — прямо названные улицы, площади, бульвары. Главные действующие лица — известный поэт Асхат, которому уже за шестьдесят, его жена Кырмызы, сын Еркебулан, из тех баловников, которые многажды отражены в разных жанрах нашей литературы, особенно в драматургии.
 
Добрые родители учили своего единственного сына понимать прекрасное, внушали ему, что надо бороться за идеалы справедливости, правды, любви, всегда быть верным этим ценностям. Но незнавший жизни Еркебулан при первых же столкновениях с действительностью растерял весь запас книжных истин и сломался. Этим, пожалуй, и исчерпывается КПД романа. Основное место в нем занимает умопомрачительный детективный сюжет о похищенной и удочереннбй девочке Жулдуз. Такие истории весьма любезны невзыскательному обывательскому вкусу.
 
Калдарбек Найманбаев в своем новом романе «Коктюбе» взялся изобразить южный аул, хлопковое хозяйство, взгляды людей этого хозяйства на жизнь и общество, их взаимоотношения.
 
Вместо традиционного повествования, когда событие сначала как бы обозревается, а затем развивается, автор воспользовался методом, который распространился в сегодняшней новой прозе: начал прямо с действий героев.
 
Писатель досконально знает их мысли, поступки, душевные порывы. Управляющий отделением Журумбай, пожалуй, самый броский среди отрицательных образов. Журумбай — хитер и жесток, фальшив и расчетлив. Именно он становится главным препятствием на пути молодого специалиста Турарбека.
 
В произведениях есть и другие запоминающиеся персонажи. Завхоз Саткен Каирбаев выделяется, помимо своей деловитости, приверженностью к справедливости и честности, заботой о человеке, рабочий Каунбай привлекает наивным простодушием и любовью к работе. Но пристрастие к суетным речам, пустым диалогам (как много приходится говорить об этом!) конечно же ослабляют удачи этого сочинения.
 
В последнее время казахские писатели все чаще начали обращаться к теме научно-технической революции. Показательно, что местом действия их произведений являются центры индустрии: знаменитый Темиртау, Усть-Каменогорск, Каратау, Алма-Ата. А каков художественный уровень этих произведений? Есть ли в них социально-активный герой? Обогатила ли эстетически эта тема нашу литературу?
 
Медеу Сарсекеев, житель Семипалатинска, является автором многих документальных произведений, рассказов, фантастических повестей. Но в последние годы он, кажется, нашел свою тему, свою золотую жилу. Хотя казахские критики прохладно отнеслись к его роману «Эхо» о жизни металлургов, произведение это обрело неплохую судьбу, особенно после перевода на русский язык. Он издан в Москве, а инсценировка его была поставлена на сцене русского театра драмы им. Лермонтова.
 
В новом романе «Клад» писатель возвращается к рабочей тематике, снова погружается в рабочую среду, в жизнь металлургов и геологов. В нем уже затрагиваются проблемы республиканского уровня; а среди его героев— секретари обкома, министр, академики, Герои Социалистического Труда, депутаты. Что это, как не свидетельство социальной зрелости и масштабности нашего искусства. Честно говоря, воспитатальное и художественное значение произведений о горемычных стариках и слезливых старухах, сумрачных вдовах, глядящих лишь на пальцы своих ног, весьма невелико.
 
В романе «Клад» не только увлекательно показана романтика геологического поиска, преодоление стужи и зноя, но и сложные связи между производством и геологией, взаимоотношения человеческих характеров. Художественной удачей романа стали образы начальника геологического объединения Ильяса Кудайбергенова и директора Актасского рудного комбината Кали Жакипбекова. Они оба посвятили жизнь горно-рудной промышленности, здесь обрели себе счастье и славу. Металлург и геолог показаны в перманентном соперничестве, которое снимается свадьбой их детей.
 
Тепло нарисованы портреты профессора Виктора Николаевича Хабарова, предложившего новый метод в геологоразведке, и геолога Казбека Казтурганова, хотя авторская аттестация недостаточно обеспечена поступками и действиями. Роман «Клад»—одно из немногих произведений казахской прозы, в котором со знанием материала показана жизнь технической интеллигенции, металлургов и геологов.
 
Хотя события в романе Отена Ахметова «Конвертор» происходят в городе Курушкент, читатель сразу узнает в нем знаменитый Темиртау. О жизни и деятельности этого металлургического комбината раньше был написан З. Шишкиным роман «Темиртау» и пьеса Р. Сейсенбаева «Риск». В романе Отана Ахметова, проживающего в городе Караганде, работавшего в свое время шахтером, хорошо знающего жизнь рабочих, нет многословия и ненужных эпизодов. В образе секретаря цехового партбюро Нургазы Найзабаева подчеркнуты качеству энергичного, образованного опытного партийного работника, выросшего на производстве. Начальник цеха Долотов кажется нам жестким, прямолинейным и упрямым технарем, не думающим ни о чем, кроме производства.
 
Новый метод увеличения производства стального литья предлагает Ахтан Артыкбаев, в котором воплощен обаятельный образ современного казахского рабочего.
 
Произведение написано в стиле очерковой, документальной прозы. Директор комбината Айдар Акбасов, секретарь партийного комитета Даниил Зорин, горновой Жунус Адамов появляются эпизодически. Запоминающихся характеров нет, не раскрыт внутренний мир, духовное своеобразие людей сложного многонационального коллектива. Эпизоды собраний, подробное описание работы конвертора не оставляют сильного впечатления.
 
Главная тема едва ли не всех произведений Акима Тарази — защита духовных ценностей, борьбы с вещизмом, мещанством, эгоизмом. Этой теме он остается верен на протяжении двух с лишним десятилетий.
 
Новый его роман «Доброта» населен людьми самых разных профессий: лесник, шофер, учителя средней школы, руководитель предприятия, артист, горнорабочий. Для передачи внешнего облика, характерных черт писатель умеет найти оригинальные стилистические приемы. А. Тарази избегает диалектизмов, жаргона, профессиональных выражений, он сторонник устоявшихся норм литературного языка, образность его, изобразительность коренятся в контексте, в обновлении стершихся словоупотреблений, в открытии неожиданных смысловых значений слов. При этом писатель вроде бы опасается, что читатель не поймет или не примет метод и берет оригинальные словосочетания в кавычки. И кавычек у него становится все больше, а такие «предохранительные меры» (мы тоже ставим кавычки!) порой вовсе не нужны.
 
Трудно определенно назвать место, где происходят события романа, в городе или в ауле. Они происходят в горнорудных центрах, в рабочих поселках, лесных хозяйствах.
 
И в облике героев можно заметить характерные черты городских или степных жителей. Одна из писательских особенностей А. Тарази состоит в том, что психологическую природу человеческого характера он тесно увязывает с социальными факторами. При изображении мещан, бюрократов, чинуш, стяжателей он не впадает в гротеск, шарж, а постоянно держится реалистической манеры, точно вскрывает сущность, взаимоотношения, особенности характера и нравы этой публики.
 
Лесник Какиш, имеющий высшее сельскохозяйственное образование, не состоявшийся комсомольский работник, не просто запоминающийся образ романа «Доброта», это открытие нового социального типа. Хотя по происхождению он из рода кирпишбаев (Кирпишбай — отрицательный герой А. Тарази в прежних произведениях), Какиш не считается с родственными связями, что так присуще казахам, он самоуверен, мстителен, не успокоится, пока не скомпрометирует своего противника. Его личный скот обильно плодится в горах и лесах и счета ему никто никогда не узнает. Он не просто обладатель бесчисленного богатства, поклоняющийся деньгам и достатку, он коварен, хитер, расчетлив.
 
В руках Какиша судьба многих людей — Галии и Ботабая, приехавших с Дальнего Востока в тоске по родной земле и народу, молодых влюбленных Сании и Сагата, шофера Сатимбека, даже начальника предприятия Каиржана Копбаева.
 
В произведениях А. Тарази нет законченных сюжетов, он оставляет читателю возможность самому домыслить концовку. Этой манере он остался верен и в романе «Доброта».
 
Нет сомнения, что современная казахская проза и в отношении широты тематики, и по содержанию, и по жанровому многообразию остается живой плодоносящей ветвью многонациональной советской литературы.
 
В недавнем прошлом некоторые литераторы и критики склонны были считать, что современная казахская литература главное внимание стала уделять исторической тематике, что появилось слишком много произведений, идеализирующих дореволюционный аул, что в ней отсутствуют сегодняшние люди и время научно-технической революции. Ошибочность таких предвзятых утверждений убедительно опровергается живым литературным процессом.
 
Современная казахская литература тесно связана с экономическими, социальными, политическими, демографическими проблемами, созидательной жизнью людей, работающих в аулах и селах, на заводах и фабриках, на полях и плантациях Казахстана. Главной темой современной казахской литературы остается сегодняшняя жизнь, основным героем — наш современник.