Ада ДИХТЯРЬ. РОВЕСНИКИ — bibliotekar.kz - Казахская электронная библиотека



 Ада ДИХТЯРЬ

РОВЕСНИКИ

Невероятным покажется, если найдется в наше время человек, который, скажем, никогда не видел поезда. А в совхозе имени Амангельды еще десять лет тому назад жили старые люди, которые никогда не видели, как течет вода из крана...
 
— Знаете, каким был мне первый наказ избирателей? Обеспечить поселок водой — добиться, чтобы провели к нам водопровод. По тем временам задача казалась нереальной... Но раз люди просят, значит, надо добиваться,— рассказывала Наташа.
 
Вода в степи бесценна. Ее привозили в совхоз издалека на машинах. Выдавали по два ведра из местных колодцев, которые запирались на замки. Все колодцы были заперты, кроме того, что вырыли братья Наташи...
 
Наташа — вторая в семье по старшинству. Кроме нее у Марты Людвиговны и Владимира Ивановича Геллертов еще десять детей. Сколько же им требовалось воды! Вот восьмиклассник Роберт и решил вырыть колодец прямо во дворе. Старался до седьмого пота. Но вода оказалась горько-соленой. Тогда Робка, как его зовут в семье, начал рыть в стороне от домов, у котельной. Землю со дна братья поднимали на веревках. И к концу недели пошла вода — чистая, вкусная, родниковая. Колодец отделали изнутри. Над раструбом поставили домик, чтобы защитить воду от грязи и пыли. Но замка на «окно» домика не повесили. Колодец стал общим.
 
История эта — как притча: горько-соленой оказалась вода «для .себя», чистой, родниковой — «для всех».
 

 

В маленьком селе жизнь каждого у всех на виду. Односельчане знали, какая это трудолюбивая семья — Геллерты, а если крепкий, здоровый корень, то и ростки его — дети — тоже крепкие и здоровые. И даже седобородые аксакалы со спокойной душой опустили в самодельные урны белые листки бюллетеней, на которых районная типография отпечатала: «Геллерт Наталья Владимировна, тракторист совхоза имени Амангельды». И восемнадцатилетняя Наташа получила удостоверение депутата райсовета. В девятнадцать она стала кандидатом в члены партии. В двадцать ее избрали в областной Совет. В двадцать два избрали еще раз, потом еще... В двадцать пять она впервые стала депутатом Верховного Совета СССР.
 
Чем объяснялось такое доверие людей к очень молодому еще человеку? Добросовестным выполнением общественного долга? Серьезностью и человеческой порядочностью? Да. Но прежде всего бесценным ее качеством, органическим свойством ее натуры: сначала—«для всех», со всей страстной настойчивостью, горячей энергией...
 
Целине 30 лет. Наташа Геллерт — ее ровесница.
 
...Уборка 1969 года словно проверяла, серьезно ли эта девушка выбрала профессию. Хлеб шел огромный. До декабря вывозили. Машины вязли в буром месиве земли и снега, с полей до шоссе их тянули на буксире тракторы. И Наташин тоже работал тогда «спасателем»...
 
Целинники в один голос говорят, что климат сейчас в их краях немного помягчел. А прежде мороз в 40 градусов нередким был. Дети в школу уходили, держась за натянутый канат, чтоб не сбиться с тропы и не утонуть в сугробах. В буран немудрено было пройти мимо своего дома.
 
— Вы представьте мое состояние,— рассказывала Наташина мама, Марта Людвиговна.— Мороз, темень, буран, а дочь где-то в степи, на тракторе. Дежурила, чтобы, если машина застрянет, трактором ее вытащить. Вот глаз и не смыкаешь всю ночь, думаешь, не прихватило ли там у нее солярку, не замерзла ли вода в радиаторе... А сколько раз она поздно ночью возвращалась.
 
В 1970 году ей доверили первый в совхозе новый трактор «Кировец». Это было признание!
 
В 1971 году она получила свою первую правительственную награду — медаль «За трудовую доблесть».
 
Дядя Мухатай — механизатор Мухатай Касенович Касенов, который вел у Наташи практику, когда она занималась в училище механизации, уже давно определил, что у нее талант. Это бесспорно, иначе девушка не побеждала бы во всесоюзных и международных соревнованиях трактористов. Другие считают, что трудовые успехи Наташи — от поразительной силы воли и умения идти на риск, которое отличает людей смелых, решительных. В подтверждение приводят такой случай.
 
...Шел 1976 год. Как раз к уборке в совхоз впервые прислали две «Нивы» — тогда машину этой марки здесь еще не знали. Брать новые тракторы механизаторы не решались — большой риск, а «Сибиряки» объезжены, как старые кони. Наташа посоветовалась с Эдуардом, старшим из братьев. Он тогда приехал из сельхозинститута на летнюю практику:
 
— Давай возьмем!
 
— Ну, давай...
 
Вот и весь диалог. Эдик, без пяти минут инженер, посмотрел все узлы обеих машин, отладил их, как часы, словом, «довел до кондиции», и они с Наташей вышли в поле. Той осенью Наташа намолотила 10 тысяч центнеров хлеба — столько дают обычно два, а то и три комбайнера. Брат и сестра Геллерты работали вдохновенно. А смелым и вдохновенным всегда сопутствуют успех и радостные неожиданности. Наташу поздравили из космоса Валерий Быковский и Владимир Аксенов. Через несколько дней она сама поздравляла космонавтов с успешным завершением полета, закончившегося на земле Казахстана.
 
Поистине золотой была та осень 1976 года для Наташи. И для механика Казн Бекишева, ее давнего друга и жениха.
 
С днем рождения комсомола совпала их веселая, шумная, разноязыкая свадьба. Много песен было спето, и песня «Дударай», рожденная в их родных Кургальджинских степях. Казахская песня, сочиненная русской девушкой Марией Рекиной и рассказывающая о ее нежной любви к казахскому юноше Дудару.
 
В самый разгар празднества среди гостей появился инструктор обкома комсомола. Он торжественно объявил, что Наташа стала лауреатом премии Ленинского комсомола Казахстана и вместе с Казн ее приглашают в Алма-Ату на слет передовиков производства. Инструктор положил перед молодыми два красивых пригласительных билета и уже не так громко сообщил, что времени до отъезда осталось... ровно столько, сколько нужно, чтобы переменить свадебный наряд на обычный. Наташа и Казн уехали, а свадьба продолжалась.
 
Через год у них родилась Жанна, Жанаргуль, в переводе с казахского — «цветок души». Через пять появился Алешка, Арман — «мечта».
 
— У нас очень хорошая невестка,— говорила мне мать Кази, когда вместе с сестрой пришла в воскресенье навестить внуков. Старые женщины были в нарядных атласных халатах и бархатных жилетах, украшенных серебряными монетами. Казн поставил посреди просторной комнаты большой круглый, но очень низкий — сантиметров тридцать от пола — стол. У стола постелили сшитые из пестрых лоскутов стеганые коврики, на которых тут же удобно устроились гости. Наташа разливала в пиалы чай с молоком. Текла неторопливая беседа, и невозможно было даже подумать, что молодая хозяйка озабочена чем-то еще, что у нее еще много дел, и не только личных...
 
В этой семье — и это в традициях всего поселка — очень дорожат родственными связями. Крепка связь поколений. Здесь принято жить рядом с родителями, а когда требуется — помогать им. Кстати, все Геллерты отлично владеют казахским языком, любят казахские песни.
 
— Доченька! — всегда обращался к Наташе отец Кази. Мама Наташи называет своего зятя сыном.
 
...Тем же воскресным вечером, когда гости ушли и мы остались с Наташей одни, я заметила: «Кази очень гордится нами — это видно...»
 
— Это я должна гордиться таким мужем,— остановила меня Наташа.— Как терпелив он, как заботлив! Ведь я постоянно в командировках. Дела бесконечные. Не принадлежишь ни себе, ни дому. Весной и осенью круглые сутки в поле. Разделить со мной эту мою жизнь, наверное, нелегко. Все это надо понять.
 
Разделить и радости и неудачи... Как было однажды, когда чуть не пошла прахом бессонная, на износ работа Наташиного звена. А ведь как радовала, как много сулила весна. Первым в совхозе Наташино звено перешло на работу по единому наряду. А в хлебопашеском труде один наряд — как одно дыхание. Если раньше спорили, кому идти на обработку паров — дело это кропотливое и «дешевое», а кому на транспорт, на перевозку сена, то теперь не стало работ лучших или худших, выгодных или невыгодных. Каждый делает, что нужно. Поставили цель — все подчинить хлебу. Встретить тридцатилетний юбилей не хуже, чем целинное двадцатипятилетие, когда звено собрало высокий урожай и получило свое имя — «Целинник».
 
...В 1981 и 1982 годах — не повезло — стояло сухое лето. Надеялись, верили, что возьмут свое в 1983-м. Начинали год славно. Зимой в две смены вели снегозадержание. Подготовили технику. 8 мая выехали в поле. Сев шел весь световой день —12—14 часов. Уложились в 18 суток. Могли бы засеять и быстрее, но хотели подкормить землю. В хозяйстве удобрений в обрез, распылять их с самолета — все равно, что пускать по ветру. Драгоценные гранулы укладывались рядом с зерном. Дело кропотливое, но верное. Только, вот беда, притормаживало оно отчетность и сводку. С Наташей спорили, ссорились, но упорная звеньевая гнула свое. Во имя будущего хлеба.
 
Во имя будущего хлеба звено вело по-своему и обработку паров. Вернее, не по-своему, а так, как учили Наташу на агрономическом отделении сельскохозяйственного техникума. Как советуют опытные хлеборобы. Последнюю, пятую, обработку паров вели глубокорыхлителями, врезаясь в почву на 25—27 сантиметров, чтобы влага проникала глубже и держалась дольше. А от звена требовали темпов, приказывали подцепить к тракторам широкозахватные культиваторы, берущие вширь, но не вглубь...
 
Сколько раз она обсуждала все эти вопросы с Михаилом Егоровичем Довжиком. Талантливейший хлебороб, первоцелинник, Герой Социалистического Труда, он с первой борозды изучил все прихоти этой земли и хорошо чувствовал ее. И в Наташе ценил ее агрономическое чутье, дотошность, всегда ее поддерживал.
 
Михаил Довжик, Леонид Картаузов, Владимир Дитюк, Жансултан Демеев, Нургабыл Малгаждаров — талантливые хлеборобы, старшие товарищи, учителя.
 
Наташа очень хорошо знает своих коллег и с огромным уважением говорит о них. И в первую очередь, конечно, о механизаторе Камшат Доненбаевой, Герое Социалистического Труда, депутате Верховного Совета СССР, вот уже больше 20 лет преданно работающей на земле. О тургайской трактористке Валентине Ивановне Смыкаловой — как/и Наташа, она была среди победителей во Всесоюзном соревновании на приз имени Паши Ангелиной.
 
...K середине лета стало ясно, что хорошего ждать не стоит. Змеились пыльные смерчи. На полях проступали седые проплешины солонцов. Пересохли озерца и речушки. К озерам потянулись обитатели Кургальджинского заповедника. Промчалось по полю стадо сайгаков — и вот выбиты острыми копытами тоненькие ростки. Остановились на ночлег — изрыто ямами все поле. А в конце лета опустилась на пшеницу стая гусей. Туча. Поднялись они вверх — в колосках ни зернышка. Прибыла на тополе специальная комиссия. Составили официальный акт. Но документ хлеба не заменит.
 
И все-таки победа была за «Целинником». За их работой по единому наряду. Где трудности поровну и поровну успех.
 
И, конечно, Роберт Геллерт и его брат Артур — механизаторы звена «Целинник» — не подумают проводить сравнение с сооруженным в детстве колодцем, но ведь и здесь помог все преодолеть высокий и чистый принцип работы не «для себя», а для «всех». Это поняли все 11 членов Наташиного звена. И Сагадибек Каримов, и Нурпазил Кенжибеков, и самый старший в звене — дядя Аманжол — Аманжол Рахимжанов, для которого эта жатва была двадцать пятой. И Роза Каримова, для которой эта жатва самая первая в жизни. И Зейнулла Касенов, и Долла Шайхин, и Борамбай Шаерманов.... Собранный ими урожай — это трудный хлеб засушливого лета. Это уроки целины, которая из понятия географического в экономического превратилась и в понятие нравственное.
 
Звено сработало лучше других. Сама звеньевая убрала 680 гектаров хлеба (норма — 428) и обмолотила 231 тонну зерна (норма—128). Это «самый высокий показатель во всем совхозе» (цитирую фразу из отчета).
 
Еще о характере звеньевой. Два года назад Наташе пришлось лететь в Алма-Ату по депутатским делам. С сыном и сестрой. Сестра нянчила в гостинице пятимесячного Лешку, пока его мама, в промежутке от кормления до кормления, доказывала специалистам республиканского Госплана, как остро необходимо новое здание совхозной школы.
 
Не разумнее ли было потерпеть с вылетом? Может быть. Но построенная три десятка лет назад из самана, на скорую руку, без фундамента, школа пришла в полную ветхость. Вот и отправилась Наташа с грудным ребенком в Алма-Ату... Сооружение школы включили в план. Теперь уже началось строительство, а депутату предстоит контролировать его ход — дело, за которое она несет ответственность перед избирателями.
 
Под контролем депутата Геллерт и судьба будущего медицинского комплекса в Целиноградском районе. Он встанет на месте старых помещений райбольницы. Радостнее, конечно, отчитываться в том, что уже сделано и служит людям. Построен районный Дом связи в поселке Кургальджинский: почта, телеграф, телефонный узел; открылась просторная, красивая школа в Целинограде, завершается реконструкция дороги Атбасар — Ладыженка... А в родном ее поселке решена проблема водоснабжения. Построен тот самый водопровод, который в пору первых депутатских шагов Наташи Геллерт казался неосуществимым делом.
 
Я встретилась с Наташей как раз в канун ее отчета перед избирателями. На столе лежали папки деловой переписки. Запросы. Ответы. Письма людей. Просьбы, просьбы, просьбы... И повторяющееся как рефрен: «Мы будем очень надеяться...»
 
Тяжело ответить человеку отказом, особенно если стоит такая приписка... А ведь отказывать иногда приходится. «Главное, чтобы в основе решения была не просто доброта, а справедливость,— размышляет Наташа.— Справедливым быть тяжелее. Вот, пожалуйста, письмо: одинокая мать просит квартиру. Почему бы не помочь? Выясняю в профкоме. Оказывается, живет она в просторном доме у родителей. Конечно же, лучше иметь свой дом, свою крышу. Но в одной очереди на жилье с этой женщиной стоит семья, у которой комната в 28 метров и трое маленьких детей. Пытаешься объяснить человеку. Кто-то поймет, кто-то обидится... Но депутат только тогда прав, когда поступает по справедливости, по совести».
 
Совестливый человек — как чистая вода в степи: есть вода— все вокруг зеленеет. Поступает человек по совести — и жизнь становится лучше, люди живут счастливее.